А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Живи, пока можешь" (страница 27)

   Глава 50
   Логика не всегда утешает

   – Рек, – прошептала Нарин, – мне страшно…
   – Не бойся… – только и ответил он вдруг севшим голосом. – Живи, пока можешь…
   И в самом деле, они ведь находились не на борту своего корабля, а в малом объеме Нормали среди бесконечного Простора. Так что если даже таран сейчас удастся и два изолирующих поля сольются в одно, неизбежное при этом возмущение сразу вдвое расширившегося объема этого поля не выпустит их из своих живительных объятий. Так выходило по логике. Но когда махина массой в многие тысячи тонн несется, как кажется, прямо на тебя, логика не приносит утешения.
   – Держись… – еще успел сказать Рек. – Мы ведь…
   Остальные слова, что он, вероятно, хотел сказать, застряли где-то в его горле. Потому что машина, которой он управлял, внезапно, без участия пилота, получила сильнейшее, почти предельное ускорение. В первое мгновение показалось, что таранный удар уже нанесен, и пространство ответило на это возмущением, какое можно было бы назвать космическим цунами. Но приборы на панели не показывали ни малейшего увеличения объема энергетического яйца. Предположение оказалось неверным.
   На самом же деле именно в то мгновение «Неодолимый», в свою очередь, выстрелил самим собой, развив предельную скорость и вовсе не заканчивая поворота, только что начатого. Так что вместо того, чтобы пытаться задержаться в узле, стараясь повернуться к атакующему носом, чтобы, можно сказать, скрестить шпаги, «Неодолимый» выскользнул из-под таранного удара и начал углубляться в туннель, служивший продолжением того, из которого он только что вылетел. И тут же начал экстренное торможение.
   «Покоряющий» же, не встретив никакого сопротивления, самым полным ходом пронесся мимо точки ожидавшегося удара и тоже вынужден был войти в туннель – конечно, не в тот, в котором укрылся противник, но в другой, вход в который располагался прямо перед ним: маневрировать на такой скорости было просто невозможно.
   Конечно, и этот корабль начал затормаживаться. Но выигрыш, пусть и в считаные секунды, оказался теперь на стороне «Неодолимого». Прибегнув к полному реверсу на форсаже (маневр достаточно рискованный, применение его позволено лишь в самых критических ситуациях), леганский корабль вновь начал выходить в узел – кормой вперед, потому что на разворот в тесном туннеле не было времени – хотя, может быть, и не только по этой причине. А очутившись в узле, совершил, наконец, задуманный поворот и оказался на той же оси, на которой располагался и «Покоряющий». В результате передняя часть его изолирующего поля вместе с машинами охотничьего звена оказалась нацеленной на корму противника.
   Командующий Маро понял, что его переиграли, возможность тарана и последующих действий перешла к противнику. Инициатива оказалась утраченной.
   Однако это вовсе не означало поражения. Все еще было впереди.
   Сейчас надо было мгновенно принять решение: вести бой – или уходить по туннелю, в котором корабль только что оказался и который уводил неизвестно куда. Уходить, имело бы смысл только при условии, что противник не станет преследовать, а останется в узле и позволит отступающему беспрепятственно выйти в нормальное пространство. Но командующий Маро понимал, что от такой возможности леганский корабль не откажется. Пустится вдогонку, а в неизвестном туннеле всегда можно ожидать возникновения каких-то сложностей, на этот счет имелся уже немалый опыт; в частности, местами туннели вдруг сужались до того, что приходилось идти самыми малыми ходами. Значит, у догоняющего почти неизбежно возникнет возможность догнать – и ударить.
   Убегать было нельзя. Еще не были использованы все возможности для боя даже в такой позиции; возможности, какие давала техника.
   И первой из них, которая сама напрашивалась, было – снова изменить структуру защитного поля. А одновременно с перекачкой энергии – перебросить туда же и охотничье звено.
   Тогда, пожалуй, можно будет вести бой на равных. Ну, почти на равных, поскольку маневрировать кормой вперед все же не так удобно. Но разница не столь и велика, как кажется на первый взгляд. Конструкторы предвидели и такие ситуации.
   Если бы все задуманное удалось выполнить до соприкосновения энергетических полей, игроки вошли бы в миттельшпиль без потерь, разве что развитие фигур у Мадига было бы несколько предпочтительнее.
   Однако это отлично понимали и на «Неодолимом». И кормовая полусфера защитного поля противника еще лишь только начала усиливаться, когда атакующий корабль, развив скорость, своим изолирующим полем вошел в контакт с тем же полем «Покоряющего». То есть, ударил.
   Для невооруженного глаза при этом ничего не произошло: поля невидимы. Но по показателям приборов без труда читалось, как изолирующее поле мадигского корабля прогнулось, расход энергии на нем сразу же прыгнул вверх: «Покоряющий» пытался отразить удар, затормозить нападавшего. Какие-то секунды казалось, что защита выдержит и, вогнувшись до предела, не прорвется, но вытолкнет противника обратно. Командующий Маро, сам того не замечая, не отрывая взгляд от экрана заднего обзора, на котором поле, конечно, не просматривалось, зато нападающий кораблю был виден предельно четко, надвигавшийся, но все медленнее, медленнее, сейчас, сейчас остановится! – пригнулся, стиснул оба кулака, делая ими движения, словно отталкивая что-то от себя, и повторяя: «Давай, давай, друг, ну, давай же!..» Как будто это могло помочь.
   Не помогло. Похоже было, что «Неодолимый» успел совсем оголить свою корму, перебросив всю энергию на переднюю полусферу. И эта мощность, помноженная на скорость, оказалась сильнее.
   Два изолирующих поля слились в одно. Это не сопровождалось никакими звуками, они в вакууме не возникают, но сам континуум отреагировал на это своей структурой. Хотя эффект оказался не столь сильным, как можно было ожидать, и взаимное расположение кораблей практически не изменилось.
   Маленькие же корабли вольных охотников были, естественно, гораздо менее устойчивыми. Но и здесь кому-то повезло, а кому-то – не очень, и даже, можно сказать, не повезло совсем.
   На этот раз везение выступило на стороне Мадига. Его охотничье звено в результате неудачного маневра локализовалось, как мы помним, в самой удаленной от места пробоя точке защитного поля. И вряд ли оно успевало занять позицию, пригодную для схватки со звеном «Неодолимого»: это звено находилось куда ближе и, как могло показаться, было готово сразу же присосаться к корпусу противника и начать антенный погром.
   Этого, однако, не получилось. В первую очередь потому, что то, что обернулось удачей для звена «Покоряющего», для его противников оказалось, наоборот, невезением. Всплеск пространства, который рассчитать заранее было просто невозможно, сорвал кораблики леганского звена с позиции и отшвырнул в сторону настолько далеко, что внезапная атака на антенны мадигского корабля сорвалась: теперь на пути к цели оказалось звено Вина – поскольку именно он с прикрывающим Зором Теланом был выслан для решающего поединка.

   Глава 51
   Перемена мест слагаемых

   – Не везет. – Только так и откликнулся Рек Телан, оценив положение.
   – Что будем делать? – вопрос Нарин донесся с ее позиции.
   Ответ пришел сразу же:
   – Да то же самое – только в обратном порядке. Тебя учили, что от перемены мест слагаемых сумма не меняется?
   – Что-то в этом роде объясняли в первом классе.
   – Ну и память у тебя!
   Нарин невольно усмехнулась – благо Рек этой улыбки не видел. Она-то знала, как много в ее памяти такого, о чем ее ведущий и не догадывается.
   – Так что будь внимательна! – закончил он. – Следи за мной. Я пошел!
   И одновременно с этими словами «клюв» Телана, быстро набирая скорость, устремился к такой же машине противника. То была самая примитивная, но от того не менее действенная лобовая атака.
   – Ну-ка, – пробормотал Рек, – как ты, родственник, на это ответишь?
   Он знал, что именно в лобовой атаке Вин чувствовал себя как рыба в воде. Вин обладал, как считали, самой крепкой нервной системой на Редане, и никогда не сворачивал. Поэтому, отрабатывая на имитаторах раздел «Поединок», другие пилоты, неплохие, в общем, кандидаты в охотники, такой атаки не принимали, начинали маневрировать. Вин привык к тому, что его натиска, можно даже сказать – нахрапа никто не выдерживает. И сейчас он, пожалуй, несколько удивится той решимости, с которой противник несется на него. Удивится, даже предполагая, что противником его является Рек. Удивление ведет к некоторой растерянности, растерянность приводит к ошибкам. Хотя вместо растерянности может возникнуть и злость: кто осмелился?! Но злость тоже приводит к ошибкам, лишь хладнокровие позволяет принимать верные решения.
   Таков был расчет. Однако он не оправдался.
   «Клюв» «Покоряющего» не принял атаки. Уклонился. Был этот маневр сделан легко и элегантно, не было потрачено ни единой секунды сверх необходимого, и отклонение от курса сделано ровно на столько градусов, сколько требовалось, чтобы противник пронесся мимо, подставляя пилоту Мадига свою корму. Уклонившийся не увеличил скорости, и это позволяло ему сразу же развернуться, как говорится, «на пятке», чтобы, не теряя времени, ловить убегающего, вынужденного тормозить, в прицел, общий для всех средств огневого боя, какими обладал «клюв».

   Мы не оговорились, сказав об огневом бое. Потому что если большие корабли, вооруженные мощнейшими средствами уничтожения, здесь были вынуждены не применять его, то на сравнительно слабое оружие ближнего боя, каким оснащались «клювы» и «когти», этот запрет не распространялся. Уровень энергии, высвобождаемой радионами и деструкторами названных корабликов, был на порядки меньше того, какого достигли бы орудия высокого класса, стоявшие на атак-транспортах. Поэтому изолирующее, теперь объединившееся, поле кораблей, в пределах которого и происходило сражение, спокойно выдерживало то незначительное повышение энергетики замкнутого пространства, какое возникало при ведении огня малыми кораблями. Но чтобы справиться с такими скачками, какими неизбежно сопровождалась бы работа «главных калибров» и «Покоряющего», и «Неодолимого», потребовалось бы для сохранения изолирующего поля направить столько энергии, что остатка ее не хватило бы ни на движение, ни даже на поддержание условий жизни в них. Это далеко не единственный случай, когда большое оружие бесполезно, зато малое вполне эффективно. Если вы сражаетесь на двух квадратных метрах, ни шпага, ни даже меч вам не помогут: слишком громоздки. Зато на кинжал в этих условиях вполне можете положиться. Вот малые корабли и послужили такими кинжалами для громадных звездолетов.

   – …Ах ты, сын вонючки! – выругался Рек. – Ну, ладно, и я сейчас тебя удивлю! – И пальцы его затанцевали на пульте.
   Предпринятый Реком маневр был, пожалуй, еще дальше от стандарта, чем уклонение противника. Он вовсе не стал тормозить – напротив, еще ускорился и одновременно вошел в вираж. Так делать не полагалось, потому что перегрузки при этом возникали не просто опасные, но прямо-таки роковые для пилота. Во всяком случае, о таком исходе предупреждала военно-космическая медицина. Однако Рек, надо полагать, решил рискнуть.
   – Рек, в глазах не двоится? – В голосе Нарин слышалась ирония, женщина и не скрывала ее. – Удивляюсь.
   – Это хорошо, – Рек не замедлил с ответом. – Значит, он удивится вдвое больше, а то и еще сильнее.
   Продолжая движение по немыслимо крутой траектории, теперь уже машина Река заходила в хвост мадигскому «клюву». И сказанное Реком «еще сильнее» имело под собой основание: противником на поиски приемлемого контрманевра было потрачено не менее двух секунд. За такое промедление наказывают.
   Однако снова последовала неудача: мадигский пилот и на этот раз уклонился очень умело – таким маневром, каким Вин уже воспользовался во время их демонстрационного поединка на Редане. Да, маневр был тот самый…
   А вот исполнение – другое. Не та манера. Иной почерк. Не хуже, но – другой.
   – Это не Вин, – хмуро проговорил Рек. – Это…
   Но не закончил: перебила Нарин.
   – Меня атакуют. Их «коготь». С двух часов, с румба…
   – Вижу. Ты бросаешь меня. Разворачиваешься. Поняла? И – в лоб его, в лоб!
   – Думаешь, он…
   – Проверим. Не отворачивать! Испытай его на сжатие! Ох, лихо идет. Знаешь, чудится мне, что…
   И снова не договорил: мадигский «коготь», совершенно обнаглевший, в последний миг изменил курс…
   – Вот скотина!
   …и стало ясно, что закончится его новая траектория в ту секунду и в той точке, в которой окажется уже завершающий свой маневр «клюв» Леганы. Корабль Река Телана. Маневрировать на такой скорости «клюв» не мог, а замедлиться сейчас означало – не выполнив задуманного, оказаться между двух огней.
   – Рек, что мне делать сейчас?
   – Шуми!
   – Но…
   – Шуми!!
   – А, поняла.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 [27] 28 29 30 31 32 33 34 35

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация