А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Живи, пока можешь" (страница 19)

   Глава 33
   Сбиться с пути бывает полезно

   Возвратившись на борт корабля, который Вин Сит про себя уже не называл иначе, как «мой корабль», он все-таки сбился с пути и сошел с эскалатора одним уровнем ниже, чем следовало. Уверенно зашагал по коридору, но уже через несколько шагов понял, что ошибся: он оказался не в трюмной палубе-1 (всего их было шестнадцать уровней, служивших для размещения очередного груза: живой силы или, в других случаях, техники, а порой – вот как на этот раз – и того и другого, так что восемь палуб было оборудовано для размещения людей, остальные же содержали то вооружение, каким этим людям предстояло в недалеком будущем сражаться). Палуба, на которой он очутился сейчас, не принадлежала ни к первой, ни ко второй восьмерке. Она называлась «средней», и на ней располагался постоянный экипаж корабля, кроме высшего начальства и членов торговой делегации. Здесь же находились и некоторые служебные помещения. Корабельная команда была не столь многочисленной, чтобы занимать всю обширную палубу.
   Уверившись в своей ошибке, Вин незамедлительно повернул назад, и уже через минуту оказался бы вновь на эскалаторе. Однако нечто заставило его вдруг остановиться и насторожить слух.
   Как и любой коридор в корабле, этот вел мимо немалого количества дверей, за которыми на этом уровне помещались каюты общей, или палубной, команды, а также младших специалистов, носивших звания углов. И вот одна из этих дверей оказалась закрытой неплотно, скорее даже притворенной, как бывает, когда человек заходит в каюту на минутку и собирается сразу же покинуть ее. Вин вовсе не собирался заглядывать в оставленную щель; правило «что тебе положено знать, тебе сообщат, а чего не сообщают, то тебе и не нужно» сидело в нем сызмальства глубоко. Но донесшийся из каюты обрывок разговора оказался настолько любопытным, что заставил его с ходу остановиться и вслушаться.
   На всякий случай он опустился на одно колено и сделал вид, что возится с застежкой башмака – не тяжелого, форменного, а корабельного – непривычно легкого, мягкого, какие каждый получил, оказавшись на борту, с эластичной подошвой и почти без каблуков. И Вин стал, нахмурившись, разглядывать застежку, стараясь не упустить ни слова из тех, что до него доносились:
   – …Командующий ловко ее сплавил, подсунул леганам. Сразу две выгоды: для нашего брата – меньше волнений, и еще оттуда пойдет информация, так что мы…
   – Думаешь? А я вот сомневаюсь. Я как раз только что был за пультом, когда она вышла на связь. Ни хрена там информации не было, а только заявление об отставке и обещание нам не пакостить. Обмен шел с капитаном, но я случайно услышал…
   – Ты – случайно? Не смеши.
   – Ну, пусть не случайно, все равно. Похоже, она ведет свою какую-то игру – когда ее выпустили, она вдруг исчезла, а потом возвратилась уже в товарном блоке. Иди разберись, на кого она на самом деле пашет.
   – У тебя всегда подозрения. Скажи честно: ты ее хотел потрахать, но не получилось…
   – Не я, а Иго-го – вот он и сбагрил ее с рук долой… Ладно, за пачку спасибо, пора и мне послушать водород хоть минуточек полтораста.
   – Смотри, вахту не проспи!
   «Ин-те-рес-но», – именно так, с расстановкой подумал Вин Сит, вскочив на ноги и торопясь на выход.

   Глава 34
   Как трудно порой бывает – купить

   Все вроде бы шло к благополучному завершению для всех. Желавшие продать – продали. Те, кто хотел купить – купили. Недешево, конечно, но что поделать: такой была рыночная конъюнктура в те дни. А те, кого продали-купили, тоже были довольны, потому что то, что произошло с ними, выглядело для них шагом в полноправную жизнь и даже самостоятельную – хотя, казалось бы, о какой самостоятельности можно говорить, если речь идет о военной службе?
   Тут, однако, уместно вспомнить, что одно и то же слово у разных людей, в разных социально-политических системах, с разным историческим прошлым и так далее – сохраняя все ту же форму, может быть наполнено совершенно различным содержанием. Так оно всегда было, и так, наверное, долго еще будет оставаться (возможно, это и к лучшему).
   Вот и сейчас в руководстве делегацией Леганы главной составляющей настроения был вовсе не оптимизм и не чувство облегчения, какое было бы естественным после завершения достаточно непростой операции. Несмотря на то что подготовка к старту и на кораблях, и на станции шла полным ходом, закупленные войска, уже размещенные на местах в объемистом чреве «Неодолимого», не проявляли ни малейшего недовольства, штатная проверка всех механизмов и устройств корабля, неизбежная перед стартом, давала только положительные результаты, – вопреки всему этому участники совещания хмурились и, что самое странное, молчали, хотя совещания, как известно, собираются как раз для того, чтобы разговаривать, выявлять и сравнивать разные точки зрения на проблему, ради которой все и были созваны вместе.
   Похоже было на то, что все ожидали чего-то – какой-то дополнительной информации, нового сообщения, в зависимости от которого и стал бы происходить обмен мнениями, если бы оставалась еще какая-то неясность. И ожидаемая информация, видимо, должна была прийти откуда-то извне – судя по тем взглядам, что присутствующие все чаще бросали на дверь, за которой располагался центр связи и где сейчас, кроме связистов, находился и сам глава делегации, командующий Тустас.
   А у него как раз в эти минуты начался тот самый разговор, от которого все, по сути дела, зависело.
   Разговор о самом главном. То есть, о деньгах. И о том, что когда они есть – это хорошо, а когда нет – иногда плохо, а иногда – очень плохо, порою же – так плохо, что дальше и некуда.
   Положение делегации Леганы скорее всего подходило именно под эту последнюю формулировку.
   Когда денег нет, можно сделать вид, что они у тебя есть. И, если уметь, можно достаточно долго поддерживать в окружающих такую уверенность. Однако рано или поздно наступает мгновение, когда надо платить уже не обещаниями и заверениями, а живыми деньгами. Как говорится – деньги на бочку. Или, по-современному, трансфер с вашего счета номер такой-то в таком-то банке такого-то мира – на наш счет номер… банк… мир. Дело секундное: в одной точке Галактики одни цифры сменились другими, и сумма на счете уменьшилась на требуемую величину, в другой точке на другом счете произошло соответствующее увеличение. Все отразилось на дисплеях обеих сторон. Улыбки, рукопожатия. Не исключено шампанское или что там у них пьют вместо него.
   Но очень плохо, когда на тех же дисплеях появляется вместо суммы другая пропись:
   «Ваш кредит превышен». Со всеми подробностями.
   После этого – хорошо если вы потеряете только репутацию. А можно еще и здоровье. И… Ладно, не будем о мрачном. Но, во всяком случае, то, из-за чего и огород городился, и всякие хитрости применялись, вам уж точно не достанется. Тот самый товар. Товар – это как раз то, за что деньги и платятся.
   Когда Легана снарядила свою делегацию для закупки на Редане потребного количества хороших солдат, главе делегации, командующему Экибалу Тустасу, и всем ее членам было точно известно, какой суммой они могут располагать для совершения сделки. Максимум, какой этот мир мог инвестировать в войну, чтобы она оказалась победоносной. Предполагалось, что запрошенное количество первоклассных войск сможет обеспечить победу над Мадигом. А уж победа обеспечит не только возмещение понесенных расходов, но и весьма значительную прибыль. Цены Редана были известны, его прейскуранты регулярно рассылались по всем мирам Конфедерации, включая и те, что сами никогда не воевали и другим не советовали, – так, на всякий случай и им забрасывали: сегодня не воюют, а завтра вдруг взяли да ввязались в какую-то драку. Скажем, кто-то их неожиданно обидел, да так сильно, что иного выхода просто не нашлось. Скажете, ни с того ни с сего не обижают? По-всякому бывает. При желании и умении можно организовать все на свете. И девственница родит, и палка выстрелит. Всем известно: производить даже самую лучшую продукцию в Галактике – это еще полдела. А вторая половина, та, что и посложнее, и поважнее – организовать спрос на ваш продукт. Если вы производите лучших солдат в населенной части Вселенной, то приходится заботиться о том, чтобы на них существовал постоянный и устойчивый спрос. Вот, кроме прочего, и рассылаются прейскуранты, да еще и с перечнем льготных условий для некоторых категорий миров. Так что сколько запросит Редан за свой товар – было известно заранее.
   Пришлось считаться и с тем, что реальная цена будет несколько выше. Потому что цены прейскуранта действуют лишь во время сезонов продаж, то есть в пятом условном месяце и в одиннадцатом. Именно в эти месяцы на Редане происходят выпуски во всех Центрах Образования, определяются уровни и категории тех, кто закончил курс наук, присваиваются кому углы, а кому и круги, происходит очередной посев – ну, и так далее. До начала сезона оставалась еще почти треть года. Но именно сейчас Легана и хотела произвести закупку: потому, что никто этого не ждал, и внезапное, как у фокусника из шляпы, появление у этого мира свежего и высококлассного войска должно было сокрушить врага сперва морально, а затем и физически. Было заранее ясно, что склонить Редан к столь вопиющему нарушению календаря будет стоить денег – и немалых. Но и эта сумма была, путем больших усилий, изыскана в леганском бюджете. С этим делегация и убыла для заключения сделки.
   Однако на каждую неожиданность возникает чаще всего другая, того же масштаба, но с обратным знаком. Может быть, это происходит потому, что созревшие идеи носятся, как принято говорить, в воздухе (хотя, честно говоря, воздух тут как раз ни при чем). И, значит, могут возникнуть одновременно не в одной лишь голове (или группе синфазно мыслящих голов), но и в другой, а может, и в третьей. Возможно, именно этим можно объяснить тот факт, что точно такая же идея и в те же сроки возникла и на Мадиге – мире, который, собственно, с Леганой и воевал, и даже эту войну и начал. Лучше всего принять именно такое объяснение, потому что иначе придется предположить, что кто-то из леганской элиты просто-напросто слил информацию о предстоящей закупке заклятому Мадигу. Но такое предположение наверняка обидело бы многих честных и достойных людей, так что давайте считать, что мы ничего подобного не говорили.
   Суть же заключается в том, что фактическая стоимость товара, без которого торговая делегация просто не могла вернуться на родину, оказалась примерно процентов на тридцать выше, чем предполагалось даже в самой плохой ситуации. Легане впервые, быть может, поняли, что такое, искусство торговать, заключающееся в том, что продавец прежде всего, предельно используя конъюнктуру, загоняет покупателя в угол, где берет его за горло и спокойно, членораздельно диктует свои условия. Конечно, всегда имеется, так сказать, пожарный выход: отказаться от сделки, извиниться за беспокойство и убраться восвояси несолоно хлебавши. Но порой этот выход оказывается наглухо закрытым.
   Так получилось и в этом случае: отказаться от сделки, когда тут же находится делегация богатого Мадига, только и ждущая возможности выкупить весь объем товара, означало, тут же, не дожидаясь дальнейших событий, подписать договор о безоговорочной капитуляции. Вариант этот был самоубийственным – и это понимали и делегация, и – ничуть не хуже – правительство Леганы, которому ситуация была доложена во всех подробностях.
   И делегация получила указания: держаться, как если бы все было в совершенном порядке, без проблем, словно денег имеется столько, что им просто тесно на леганском внешнеторговом счете в Банке Конфедерации, – и подписывать все, что понадобится. Командующий Тустас так и поступил, понимая, однако, что (выражаясь карточным языком) объявленный им мизер является ловленным, и стоит партнерам открыть свои карты, как это станет совершенно ясно. Хотя Банк Конфедерации вроде бы свято хранил тайны, и выяснить, какими суммами на самом деле располагает Легана, считалось невозможным, однако ясным было и то, что вода всегда дырочку найдет, а секретная информация обладает свойством сверхтекучести, так что столь авторитетный продавец, каким давно уже был признан Редан, если только захочет, нужные сведения получит. И не было сомнений в том, что – захочет.
   Правительство сообщило также, что уже принимает все меры, чтобы требуемую сумму изыскать любыми способами – в частности, неофициальным налогом (хотя это так и не называлось) были обложены все частные предприятия, которые на Легане производили чуть больше половины ВВП; были сверхсрочно выпущены государственные облигации с принудительным, по сути дела, размещением, и еще немало делалось – вплоть до того, что всем государственным служащим не выплатили очередную зарплату. Словом, разве что детей и жен не закладывали, остальное же все делалось – там, на Легане.
   А здесь все, что было возможно, уже сделали: все документы подписали, контингент, хотя еще и не оплаченный, погрузили на борт и готовились, как уже было сказано, к старту, для которого не хватало самой малости: разрешения местной власти. И все понимали, что стоят на краю пропасти: стоит Редану получить информацию о том, что требуемая сумма Конбанком не перечислена, поскольку Легана такими деньгами не обладает (а только через Конбанк и оформлялись такие сделки), как вместо разрешения на старт последует требование произвести полную выгрузку контингента, то есть – крах всего замысла.
   Кстати, корабль Мадига тоже еще не стартовал, хотя у них-то с деньгами все было в порядке и он мог бы уже беспрепятственно разгоняться для выхода в Простор. Почему противник медлит – было совершенно ясно: командующий Маро терпеливо дожидался мгновения, когда Легана вынуждена будет отказаться от сделки – чтобы тут же перехватить и эту товарную массу и тем самым выиграть войну без единого выстрела.
   Оставались считаные минуты до срока, когда на Редан должны были поступить извещения о состоявшемся трансфере, и воспринимались они на «Неодолимом», как последние минуты жизни. Командующий Тустас в корабельном центре связи смотрел на дисплей приемника суперсвязи, как на ствол радиона, направленный в маршальское сердце, бессознательно все ближе подаваясь к аппарату как бы для того, чтобы ускорить собственную гибель.
   Неудивительно поэтому, что слабый «бип» приемника заставил каждого, кто находился в центре, вздрогнуть, как если бы это был выстрел.
   Это могло оказаться роковым сообщением Конбанка. То есть без малого смертным приговором. Но текст пришел из другого источника: с Леганы. И гласил, как показала мгновенная дешифровка, следующее:
   «Сумма переведена. Мир под угрозой финансового краха. Единственный выход – немедленная победа».
   Это и так было понятно: военные расходы ведь не заканчиваются с закупкой войска; напротив, они ею только начинаются.
   Тем не менее, сегодняшнее бескровное сражение было, во всяком случае, не проиграно. Все было еще впереди.
   Все, собравшиеся в центре, ответили на полученное сообщение приглушенным возгласом ликования: «Га!»
   Впрочем, Экибал Тустас промолчал. Он-то понимал, что выполнена самая легкая часть дела. И надо было немедленно задуматься о второй, решающей. О той, что начнется только после взлета.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация