А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "У края темных вод" (страница 21)

   – Будьте осторожнее, – напутствовала нас мама, и мы с Джинкс двинулись к дому.
   Дом стоял на возвышении, и трава во дворе разрослась густо и зелено – не потому, что за ней ухаживали, а просто сама по себе. Из-под ног у нас выпорхнули куропатки, а кур мы так и не увидали. Обе мы с Джинкс удивились, заметив здоровенных речных птиц, которые искали тут червяков. Они торопливо взмыли в воздух, когда мы подошли ближе. В стороне виднелись развалившийся хлев, колодец, деревянный сруб которого совсем обрушился, и отхожее место с недостающими досками в стенах.
   Мы все это заприметили, пока шли к дому, и решили, что лучшим выходом будет говорить все прямо, положиться на доброту обитателей здешних мест и попросить у них еды. Я так проголодалась, что ела бы из горсти сырые бобы.
   Джинкс рассудила, что ей лучше держаться позади и предоставить мне вести разговор, ведь тут вполне могли оказаться белые люди. Если в доме живут цветные, тогда она выступит вперед и сама поговорит с ними. Но всегда лучше исходить из того, что тебе могут встретиться белые – они порой здорово злятся, когда к ним обращается черный.
   Я подошла к двери, коротко постучала и отступила в сторону. В доме что-то зашуршало, словно крыса завозилась под газетами, а потом дверь открылась. Передо мной стояла старая-престарая женщина, тощая, как палка от метлы, и скрюченная вроде подковы. Одета она была в длинное полинялое платье из хлопчатобумажной ткани, под подбородком держались тесемки замурзанного белого чепца. Из-под чепца там и сям выбивались пряди седых волос, одна прядь – довольно засаленная – прилипла к лицу. Сперва я приняла эту прядь за след от удара. Лицо старухи было темнее выдубленной кожи, а очарования в нем было не больше, чем в заднице с пробкой.
   – Мэм, – заговорила я. – Эта девочка и я очень проголодались и рады будем любой еде, которой вы могли бы с нами поделиться. А мы бы вам дров нарубили или еще какую-нибудь работу сделали. Очень есть хочется, прям что угодно съели бы.
   Я сочла, что пока безопаснее будет не упоминать про маму и Терри.
   Старуха смерила нас цепким взглядом.
   – Как насчет грязи? – поинтересовалась она.
   – Мэм?
   – Грязь будете есть?
   Я в растерянности оглянулась на Джинкс.
   – Лучше обойдемся без нее, – сказала Джинкс.
   – Значит, не так уж вы голодны, – заявила старуха. – Были бы голодные, лопали бы грязь.
   – Разумеется, мэм, – кивнула я. – Большое вам спасибо, извините, что отняли у вас время, и всего доброго.
   Я хотела повернуться и уйти, но тут дверь открылась пошире, и я разглядела в руках у старухи огромный пистолет. Если выстрелит, ее с ног собьет отдачей, подумала я. Старуха обеими руками подняла пистолет и нацелилась в нас. Держала она его крепко, если учесть, что сама была немногим его больше, и что-то такое было в ее глазах, угрюмая решимость, которая заставила меня остановиться. Ясно было: и выстрелить она выстрелит, и отдачей ее с ног не собьет, а вот того, в кого целится, положит на месте.
   – У меня некому дрова колоть, – заявила она. – Полагаю, вы сумеете наколоть дрова?
   – Сумеем, – отозвалась я, косясь на пистолет.
   – Служанки мне бы пригодились, – продолжала старуха.
   Она гостеприимно помахала пистолетом, приглашая нас войти в дом. Внутри царил полный разгром, стулья разбросаны во все стороны, стол завалился набок, вытянув свои ножки, словно убитый зверь – лапы. Мусора там тоже хватало и тянуло гнилью, как от протухшей еды.
   – Давненько я тут не убиралась, – сказала старуха.
   Ага, с первого дня творения, прикинула я.
   – Прежде чем нарубить дрова, помогите-ка мне привести все тут в порядок. Как управитесь, я посмотрю, чем вас накормить.
   – Привести все в порядок? – переспросила Джинкс.
   Старуха задумчиво посмотрела на нее:
   – Когда я была маленькой, у нашей семьи были свои негры. Одну девчонку дали мне, чтоб было с кем играть. Ты похожа на нее.
   – Вам тогда как раз сравнялась первая сотня? – фыркнула Джинкс.
   – Мне было лет пять или шесть, – ответила старуха. – Теперь я сбилась со счета. Где-то около восьмидесяти мне сейчас. А если ты надумала дерзить, то я тебе еще кое-что расскажу про ту девчонку, которую мне подарили родители: она подросла и вбила себе в голову ту чушь, что порол Линкольн. Мы с ней повздорили, и мой папочка продал ее в выездной дом греха.
   – Куда-куда? – не поняла Джинкс.
   – Шлюху из нее сделали, – пояснила старуха.
   – Там ей, наверное, и то было лучше, – сказала Джинкс.
   – Приступай к уборке, – посоветовала ей старуха.

   4

   Пока мы возились с уборкой, старуха восседала в кресле-качалке, положив пистолет себе на колени. От нас она сидела достаточно далеко и успела бы прицелиться прежде, чем кто-нибудь из нас подскочил бы к ней.
   – Не вздумайте выбросить что-нибудь ценное, – предупредила хозяйка.
   – Что бы это могло быть? – фыркнула Джинкс. Видать, очень уж ей хотелось проглотить маслину.
   – Любая ценная вещь, ты, маленькая нахалка, – исчерпывающе ответила старуха.
   – Помоги перевернуть стол, – позвала я Джинкс, предпочитая сменить тему.
   Мы подняли стол, расставили стулья, принесли метлу и вымели битую посуду. Все было сплошь покрыто пылью, ее было столько, что можно было бы на ней пальцем записать Библию целиком – если б хватило на то времени и охоты.
   Видимо, тут произошла драка, прикинула я, и тот, с кем старуха сражалась, спуску ей не давал. Все вещи раскиданы, на полу засохшее дерьмо. Судя по тому, какой слой пыли покрывал эти какахи и как они высохли, драка случилась за какое-то время до нашего прихода, и все с тех пор оставалось в таком виде.
   Над каминной доской свисала едва державшаяся на одном гвозде полка. К стене у очага прислонились тесак и топор. Из камина торчал металлический вертел, от края до края, на нем висел закопченный дочерна горшок. Под котелком горел слабый огонек. Я присмотрелась и увидела, что старуха пустила какую-то мебель на растопку.
   Убирая, я все время одним глазом косилась на старуху, а другим – на топор с тесаком. Не хотелось добавлять к списку моих преступлений еще и убийство, но и дать себя убить я не собиралась и подозревала, что именно это на уме у сумасшедшей старухи.
   Хозяйка указала Джинкс на метлу, и Джинкс принялась подметать. Старуха открыла дверь, чтобы пыль и прочий мусор шел наружу. Метла была старая, сделанная вручную из хвороста и соломы. Должно быть, она летает на ней при полной луне, прикинула я.
   Какое-то время нам пришлось повозиться с уборкой. Я все думала, как там мама с Терри, и, когда мы более-менее навели чистоту, я получила ответ на свой вопрос.
   Мама не послушалась моего совета оставаться на месте и удирать, если мы слишком надолго задержимся: она пошла за нами и подошла к двери как раз в тот момент, когда дверь отворилась и Джинкс вымела за порог большую кучу грязи. Мама сунула свою прелестную головку внутрь, и старуха приставила пистолет ей к носу и вместо «здрасте» сказала:
   – Заходите и вы. Работы всем хватит.
   Мама посмотрела на пистолет, посмотрела на старуху, посмотрела на Джинкс с метлой, потом на меня. Я только что поставила на место последний стул и еще не успела распрямиться.
   – Не смогла оставаться на месте? – упрекнула я маму.
   – Я волновалась, – ответила она.
   – А у меня пистолет, – вмешалась старуха. – Заходите все в дом.
   Мама вошла и сразу же принялась за работу. Старуха вернулась в свое кресло и раскачивалась в нем, все время держа нас на прицеле.
   Я подобралась к маме поближе и шепнула:
   – Где Терри?
   – У реки, – ответила она. – Я подумала, с ним ничего не случится, пока я схожу узнаю, где вы.
   – Я сказала тебе уходить, – напомнила я.
   – Ты можешь говорить мне что хочешь, – пожала плечами мама. – А я буду поступать так, как сочту нужным.
   – Заткнитесь все! – потребовала старуха.
   Мы перемыли посуду, привели в порядок обе комнаты, из которых состоял дом. Затем старуха под дулом пистолета выгнала нас во двор, к поленнице. Там нашелся топор, воткнутый ржавым лезвием в бревно. Рядом валялись дрова помельче на растопку, некоторые были расщеплены надвое, но по большей части это были здоровенные полешки, иные даже не очищенные от сучков. Виднелись следы там, где их пытались обстругать. К полену прислонялась деревянная тележка – вокруг нее успела прорасти трава.
   – Слишком много сил у меня теперь уходит на любое дело, – сказала хозяйка. – Раньше я могла свалить целое дерево и разделать его на доски, на дрова, на дранку или на зубочистки. А теперь и тележку с места не сдвину, куда ж деревья рубить.
   Она велела Джинкс рубить дрова, а мне с мамой – складывать поленья в тележку. Хитрости у нее хватало не приближаться вплотную ни к кому из нас, с особой осторожностью она обходила стороной Джинкс, которая что-то чересчур бодро махала топором – явно не дрова вызывали у нее такое рвение. Каждый раз, когда обрушивался удар, ей виделась под топором голова старухи, рассеченная от темечка до нижней челюсти.
   Мы с мамой делали свое дело, а старуха все присматривалась к нам и наконец спросила:
   – Вы двое родня?
   – Мать и дочь, – ответила мама.
   – С лица вы очень похожи, хотя у девочки челюсть потяжелее, – отметила старуха.
   Не думаю, что она хотела выдать нам комплимент, но я удивилась уже тому, что во мне вообще есть сходство с мамой, и от этого на душе потеплело, пусть даже челюсть у меня тяжеловата. Но я сильно беспокоилась о Терри, который остался лежать у реки, и уже не могла терпеть и решила, что пора заговорить об этом, пойти на риск, потому что, если мы не позаботимся о нем, он там, того гляди, окочурится. Если раньше не явится Скунс и не прикончит его на свой лад.
   Я положила очередное полено в тележку, присмотрелась к старухе с пистолетом. Здесь, на солнечном свете, стало видно, что белки глаз у нее покраснели и слезятся, а середка глаза потемнела, как мокрый орех пекан. Во рту оставались лишь гнилые пеньки, и тех немного.
   – Послушайте, мэм, я должна сказать вам: там, у реки, мы оставили раненого мальчика. Он путешествует вместе с нами. Мы хотели только попросить еды и для этого оставили его с мамой. Мама должна была следить за ним, а она сбежала с корабля.
   – Я беспокоилась о вас, – вставила мама.
   Не обращая на нее внимания, я продолжала основную мысль:
   – Мы не хотим неприятностей. Мы убрались у вас в доме и нарубили дров. Мы тут уже много часов возимся, а он лежит у реки раненый. Я вовсе не напрашиваюсь на пулю, но за ним нужно сходить. Все просто и понятно. Нам нужно сходить вдвоем, чтобы дотащить его.
   Старуха стиснула сухие губы и прищурила слезящиеся глазки.
   – Вот что я тебе скажу: твоя мама останется у меня, а вы с черномазой ступайте. Могу осмотреть вашего раненого. Но если вы там застрянете, я выстрелю твоей маме прямо в голову.
   – Ладно, – сказала я. – Но вы учтите, нам нужно время, чтобы спуститься к реке, а потом притащить оттуда Терри. Он мальчик довольно крупный, и сам он идти не может, придется его нести.
   – Главное, поторопитесь.
   Мы спустились к реке и нашли Терри там, где его оставили: в лодке. Мы с Джинкс, как могли бережнее, вытащили его и осторожно уложили на землю. Затем мы и лодку вытащили целиком на берег, заволокли под дерево. Времени лишнего у нас не было, и мы никак ее не замаскировали, оставили на виду. Я подхватила обе наши банки из-под сала, отнесла их к густой ежевичной заросли и подпихнула внутрь, в самую чащу. Отнюдь не идеальный тайник, но хоть что-то.
   Терри был в отключке, жар от него шел, как от задницы самого Сатаны. Я подхватила его под коленки, Джинкс за плечи, и мы кое-как вскарабкались на берег, на травяной луг. Несколько раз по пути нам приходилось опускать Терри наземь, чтобы передохнуть и взяться поудобнее, но мы с этим справились.
   Еще когда мы спускались к реке, начинались сумерки, а теперь солнце в полосе ярко-красного света заходило за дальние деревья. Еще полчаса – и станет совсем темно.
   Мы доволокли Терри до хижины, и старуха встретила нас у двери с пистолетом в руках. Она махнула пистолетом, и мы внесли Терри в дом. Она велела нам положить его на старый протертый половик – какого он некогда был цвета, оставалось только гадать. Мама сидела в кресле, сложив руки на коленях. Рядом с очагом громоздились все собранные нами дрова. Тут же приткнулась и тележка.
   – Я понимаю, что вам до нас дела нет, – заговорила я. – Но ему явно требуется помощь. Вы хотя бы мне позвольте заняться им.
   – Иди встань рядом с матерью, – распорядилась старуха и, направив пистолет для разнообразия на Джинкс, добавила: – И ты туда же.
   Мы с Джинкс подошли к креслу, где сидела мама, и устроились на полу по обе стороны от нее. Я твердо решила: как только представится возможность, я прыгну на эту старую ведьму, и будь что будет. Меня уже тошнило от нее. Если доберусь до нее прежде, чем она успеет всадить в меня пулю, хрустнут старые косточки не хуже сухой лучины.
   Старуха согнула колени и опустилась, как опускается лошадь, прежде чем завалиться на бок. Постояв на коленях, она собралась с силами и переместилась на задницу. Пистолет она выложила на коврик рядом с Терри, протянула руку и коснулась его лба.
   – Там, во дворе, колодец, – сообщила нам она. – Одна из вас – одна девчонка, не обе – пусть сходит наберет ведро воды.
   Я отправилась за водой. Старуха даже головы не повернула, когда я вернулась и поставила перед ней ведро. Пистолет так и лежал на пыльном половике, схватить его было бы проще простого. Но я заколебалась – она осматривала руку Терри, и что-то мне подсказало: похоже, старая ведьма в этом толк знает. Я отошла к креслу и села, где сидела.
   – С рукой совсем плохо, – сказала ведьма. – Эй ты! – обратилась она к Джинкс. – Подойди к сундуку, открой его и принеси оттуда длинный деревянный ящик.
   Джинкс послушалась. Старуха встретила ее с пистолетом в руках. Я так понимаю, сообразила, что Джинкс сильно зла на нее после этих рассказов насчет рабов и девочки, проданной в бордель. Джинкс поставила ящик, и тогда старуха велела мне подкатить к ней поближе полено. Я не знала, к чему это, но повиновалась, а потом все так же молча отошла и села на прежнее место.
   Старуха закатала рукав на раненой руке, и у меня вырвался невольный вздох: не только кисть потемнела и стала черной, как смертный грех, но и вся рука до самого локтя. Костлявыми пальцами знахарка пощупала шею Терри.
   – Пульса почти нет, – сказала она. – Недолго он продержится с такой рукой. Впрочем, и без нее не факт, что продержится.
   – То есть как? – не выдержала я.
   – Бери это ведро, выливай воду в котел. Снимай с огня кастрюлю, пошевели уголья и ставь котел греться. Пусть закипит. Руку надо отнять.
   – Отнять? – переспросила Джинкс.
   – Я ее отрежу, – разъяснила старуха.
   – Ничего вы не отрежете.
   – Мне вообще-то наплевать, – заметила старуха. – Но руку надо отрезать, и я знаю, как это делается.
   – Вы могли бы отпустить нас, и мы бы отвезли его к доктору, – предложила я.
   – Могла бы, но не хочу, – возразила старуха. – К тому же автомобиля у меня нет, а своего мула я убила и съела – вот почему в доме было так грязно. Я вышла во двор и выстрелила в него, но не убила, и он вбежал через открытую дверь сюда, и мы с ним сражались не на жизнь, а на смерть. Он носился, и брыкался, и кучи валил повсюду. Весь дом разгромил. Даже когда он свалился, пришлось перезарядить пистолет и всадить в него еще несколько пуль. Учтите: к мулу я была довольно-таки привязана, а вас я и знать не знаю. Так что не наглейте.
   Слушайте меня внимательно, девочки: прежде чем вы его куда-нибудь довезете, даже если я позволю вам уйти, он будет уже мертвее комка грязи на дороге. И не факт, что его удастся спасти, отняв руку. Ему совсем плохо.
   Мы трое сидели, смотрели на нее и пытались хоть как-то осмыслить, о чем это она говорит.
   Старуха тем временем открыла свой деревянный ящик.
   – Тут у меня инструменты хирурга, – пояснила она. – Мой папочка был хирургом в Гражданскую войну, а после войны работал врачом на другом конце Техаса, в городе Мейсоне. Я лет с двенадцати помогала ему выхаживать больных. Я знаю, как это делается. Я несколько раз помогала ему при операциях, а потом разок-другой делала их сама, когда он состарился и начал прикладываться к бутылке. Никто не знал, что оперировала я, даже пациент, ведь он был под эфирным наркозом. Я научилась, пока смотрела, как это делает папочка. Нужно быстро надрезать, отвернуть кожу и распилить кость. Я могу сделать это быстрее, чем вы себе задницу подотрете.
   – Нельзя его так увечить, – сквозь слезы проговорила Джинкс. – Он такой красивый, как же он останется без руки?
   – Все мы сегодня смазливее, чем будем завтра, – отвечала старуха. – Но в мертвецах ничего красивого нет.
   – Схвачу полено и огрею тебя по голове! – всхлипывала Джинкс.
   – Попытайся, – сказала старуха. – Но я могу хотя бы предоставить ему шанс. Пробьешь мне голову – и того не будет. И этот пистолет давно водит дружбу с моей рукой. Пистолет еще папочкин, папочка убивал из него янки. Потом его переделали под патроны, в нем шесть зарядов. Стреляю я отменно, много дичи настреляла и бешеного мула прикончила, а когда я была молода и красива, как твоя мамочка, – добавила она, обращаясь ко мне, – я пристрелила ухажера, который позволил себе распустить руки. Мой папочка и братья взяли труп, повесили его на дереве и принялись скакать вокруг на лошадях и колошматить его палками, пока он не стал смахивать больше на гигантскую отбивную, чем на человека. Так что, поверь, рука не дрогнет.
   – С чего это вы решили нам помочь? – спросила я.
   – Сама не знаю, – усмехнулась старуха.
   Вмешалась мама:
   – Девочки, с рукой у него и правда плохо. Совсем плохо, и с каждой минутой становится все хуже.
   – Ты тоже считаешь, что ее нужно отрезать? – спросила я.
   Прежде чем мама успела ответить, снова заговорила старуха:
   – Не хотите – ступайте за дом, там лопаты подсунуты. Как раз вам по руке будут. Начинайте копать могилу.
   Я посмотрела на Терри. Казалось, он уже почти и не дышал.
   – Режьте! – сказала мама.
   – Что такое? – возмутилась я. – С какой это стати ты решаешь?
   – Кто-то должен.
   – Она просто злобная старуха, ей лишь бы оттяпать все равно что, все равно кому, – заявила Джинкс. – А у вас вообще нет права голоса. Он наш друг, а не ваш.
   – Либо я режу, либо нет, – сказала старуха.
   – Можно мне посмотреть на него поближе? – взмолилась Джинкс.
   Старуха подобрала пистолет и отъехала на заднице чуть в сторону:
   – Иди любуйся, но поаккуратнее, не то стреляю.
   Джинкс двинулась первой, я сразу за ней. Она наклонилась над больным, глаза в глаза.
   – Терри! – позвала она.
   Он не ответил. Глаза его закатились, был виден один только белок, точно в яйце.
   Джинкс коснулась влажного лба и обернулась ко мне:
   – Сью Эллен, он так и горит.
   Я тоже потрогала и подтвердила:
   – Как будто внутри сухую траву подожгли.
   Мы осмотрели руку Терри. Она почти вся почернела и раздулась, как свиной окорок. По черному тянулись красные полосы, а местами уже и мясо отслаивалось от костей. Сильно пахло гниющей плотью. Из руки сочился гной, мухи откладывали в ней личинки.
   – Мне кажется, другого выхода нет, – сказала я, вопросительно поглядывая на Джинкс.
   – Я не хочу брать это на себя, – замотала она головой.
   – Нет ли где-нибудь поблизости врача? – спросила я старуху.
   – Вы могли бы отвезти его на лодке, если бы я отпустила вас, но я вас не отпущу: мне помощники нужны. Я состарилась, и у меня никого нет.
   – Выходит, друзей вы только под дулом пистолета удержать можете? – съязвила Джинкс.
   – Выходит, что так, – отвечала старуха. – И знаешь что? Меня это устраивает.
   Я посмотрела на маму. Я давно уже научилась сама принимать решения, но сейчас мне нужен был совет.
   – Что будем делать, мама?
   – Лучше всего было бы обратиться к врачу, – сказала мама. – Но даже врач не смог бы спасти ему руку. Рука уже пропала. Осталось одно: не потерять вместе с рукой и Терри. Лучше уж потерять часть от него, чем хоронить его целиком.
   – Прислушайтесь к этому, – посоветовала старуха.
   – Если б мы сразу отвезли его к врачу! – воскликнула Джинкс. – Сразу, как его ранило.
   – Если бы да кабы, – поддразнила старуха.
   – Режь, старая ведьма, – со слезами на глазах скомандовала я. – Но смотри: если не справишься, я тебя прикончу, и никакой пистолет тебе не поможет. Я убью тебя, повешу на дереве и буду бить палкой, как твой отец и братья били того несчастного.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация