А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Просто Чуча" (страница 1)

   Павел Мешков
   Просто Чуча

   Чуче, проживавшей у Анны в двухэтажной клетке, посвящается

…Крыса всегда крикнет: «Беда!»
А значит, есть шанс на успех…

«Машина времени»
   – Поймите меня правильно. – Капитан старался быть предельно вежливым и всячески подчеркивал это. – У вас возник конфликт с командой…
   – Минуту! – прервал его Маренич, и капитан недовольно поморщился. Он, конечно, знал, что в дипломатическом отделе корпуса «Кора» царили порядки, весьма далекие от принятых на флоте, но прерывать капитана, находясь на вверенном ему боевом корабле… Хотя как-то, краем уха, он слышал о том, что даже самый младший из сотрудников Косморазведки мог свободно высказать свое мнение в любой момент обсуждения какой-либо проблемы, а не в самом начале и однократно, как положено.
   – Минуту! – повторил Маренич. – Нет никакого конфликта. И быть не может! С командой вашего рейдера я практически не контактирую. Могу, если это необходимо, даже питаться отдельно, но вашу проблему это не решит.
   – Какую проблему? – слегка опешил капитан.
   – Ваш боцман – маньяк! – приглушенно сообщил Маренич. – У него явный непорядок с головой, и он люто ненавидит животных.
   Капитан пристально посмотрел в лицо собеседника. Нет! Ни при каких обстоятельствах Маренич не мог знать, что в настоящий момент боцман планомерно обыскивает трюмы рейдера. Включая, капитан был почти уверен в этом, весь багаж пассажира. Правда, сам боцман называл свои действия «внеплановой проверкой», но кому, как не капитану, было знать, чем вызвана такая активность.
   – Он старейший член нашей команды и свое дело знает отлично, – медленно и веско проговорил капитан. – Лучший боцман третьей эскадры, двадцать две боевых экспедиции, пятнадцать благодарностей, дважды отмечен самим адмиралом.
   Маренич кивнул и задумчиво спросил:
   – А может, он совсем недавно голову ушиб? Меня, например, он замучил своими истерическими допросами. Очень хочет знать, сколько крыс я выпустил на корабле.
   – Кстати, о крысах… А действительно, сколько?
   Маренич с таким живым интересом посмотрел на капитана, что тот поторопился добавить:
   – Боцман утверждает, что датчики определяют наличие крыс в трюмах, продовольственных складах, жилой зоне… Я, конечно, понимаю, что все они электронные и даже виртуальные. Да и сам боцман пока ни одной не поймал…
   Чтобы скрыть улыбку, Маренич отвернулся к рабочему столу и коснулся клавиатуры компьютера. Прямо над столом развернулось объемное изображение рейдера, испещренное разноцветными точками. Погрузив пальцы в виртуальное чрево корабля и указывая на две синие точки рядом с маленькой красной короной, Маренич пояснил:
   – Видите, капитан? Это мы с вами. А красные точки обозначают крыс.
   – Я так понимаю, что это программа такая? – спросил капитан, наблюдая за едва заметным передвижением точек. – И, насколько я могу судить, вы подключились к главному процессору?
   – Нет, капитан! – Маренич отрицательно помотал головой. – Рейдер находится в полете, а я еще немного помню уставы флота. Так вот! Чтобы не нарушать букву устава, я подключился к одному из вспомогательных процессоров. Именно поэтому картинка очень напоминает ту, что имеется на мостике. И ваш боцман в чем-то прав… На корабле присутствует, как минимум, одна крыса.
   Капитан протестующе поднял руку, и Маренич усмехнулся:
   – Я не имею в виду самого боцмана.
   Он откинул крышку объемистого кейса, находящегося тут же на столе, и взору капитана предстала распластанная коричневая крыса с белыми лапками, прикрытая прозрачным колпаком. Многочисленные провода и трубки, выходящие из стенок контейнера, в разных местах проникали в ее тело, а два гребешка, словно заботливые руки, тщательно причесывали блестящую шерсть спины. Еще один, совсем крохотный гребешок, занимался крысиными усами.
   – Биокомпьютер? – невольно понизив голос, спросил капитан.
   – Самая обыкновенная крыса, – Маренич вздохнул. – Это очень доброе и умное животное. Она ни разу никого не укусила и очень любила сыр. Но некоторые человеческие болезни смертельны для крыс… – Он снова вздохнул и погладил ладонью крышку контейнера. – Она заразилась обычным гриппом, умирала от отека легких, и, в терминальной стадии, ее поместили в эту систему жизнеобеспечения. А сейчас она подключена ко всем мыслимым датчикам на вашем корабле. В сущности, очень старая идея. – Маренич указал на схему рейдера. – Красные точки – ее несуществующие в реальности подданные, и она чутко правит своей колонией. Королева Чуча…
   Капитан смотрел на чуть шевелящийся крысиный хвост и думал о том, что необходимо разъяснить ситуацию команде и лично боцману. Еще он думал, что, понятное дело, приказы адмирала не обсуждаются и не комментируются, но удержаться от вопроса не смог:
   – А зачем?
   Почесав затылок и бросив на капитана удивленный взгляд, Маренич неуверенно ответил:
   – Ну… Эксперимент такой. Социологический…
   Капитан понимающе кивнул, а Маренич неожиданно оживился:
   – У вас на складе продуктов тараканов была тьма-тьмущая…
   Капитан поморщился, как от зубной боли:
   – Да. Подцепили где-то. На базе флота, когда попадем туда, проведем обработку… А почему, собственно, «была»?..
   Маренич аккуратно прикрыл контейнер с крысой и, пробежавшись пальцами по клавиатуре, указал на схему корабля.
   – Видите зеленые точки? Это ваши тараканы. Каким-то образом Чуча выдавила их в одно из помещений зоны складов, не особо важных для ее колонии. Ну, вот, например, как зона ходового реактора. Смотрите. Там нет ни одной красной точки. Но это побочный эффект эксперимента, если так можно выразиться.

   Уже находясь в коридоре, капитан по наручному коммуникатору связался с боцманом.
   – Боцман!
   – Слушаю, капитан!
   – Проверить наличие тараканов на складах пищеблока и, в случае… Нет! В любом случае задраить склад боеприпасов и провести обработку вакуумом. Приказ ясен?
   – Так точно, капитан!

   Единственное, что может мгновенно преобразить боевой корабль и опустошить все кубрики и коридоры, – сирена боевой тревоги. Рвущий барабанные перепонки вой выбрасывает людей из коек, душевых комнат, туалетов и ревущей волной гонит каждого на свое место. Согласно боевому расписанию.

   – Капитан на мостике! – выкрикнул вахтенный у дверей, и его почти перекрыл рык капитана:
   – Дежурный офицер! Доложить обстановку!
   – Боевая тревога, капитан! Объявлена компьютером…
   – Обстановка по радиусу!
   – Вакуум пуст!
   Через несколько секунд дежурный офицер растерянно доложил:
   – Комп дает нарушение герметичности четвертого отсека, а по приборам норма…
   – Четвертый отсек! Доложить!
   – Боцман в четвертом, капитан!
   На одном из экранов появилось лицо боцмана, втиснутое в колпак легкого дыхательного аппарата.
   – В отсеке пятеро. По тревоге все в аппаратах. Давление и кислород по датчикам в норме.
   – Сигнал «Боевая тревога» был выдан процессором 2-б! – сообщил дежурный офицер. – Проверка продолжается.
   – Отставить проверку! – Лицо капитана потемнело от гнева, и он процедил сквозь зубы: – Пассажир…
   Маренич на экране выглядел слегка заспанным и удивленным. Не дожидаясь вопросов капитана, он принялся давать пояснения:
   – Хорошо, что вы связались со мной, капитан! Королева Чуча удалила из четвертого отсека даже своих разведчиков. Ну, а вспомогательная программа так уж настроена… Интересно, почему это…
   – Маренич! – прорычал капитан и угрожающе продолжил: – Мне необходимо с вами поговорить. Немедленно!
   Такой тон голоса капитана был знаком его подчиненным, и все находящиеся на мостике непроизвольно втянули головы в плечи. Лишь лицо боцмана, слегка деформированное прозрачной маской, расплывалось в счастливой улыбке.
   Капитан повернулся к дежурному офицеру и отдал приказ:
   – Тревога учебная. Отбой учебной тревоги!
   Но продублировать приказ капитана дежурный не успел. По всему кораблю прокатился надсадный вой сирены, боцмана на экране мотнуло из стороны в сторону, и он исчез из поля зрения, а с боевых постов посыпались доклады:
   – Повреждение обшивки корабля!..
   – Вакуум по радиусу пуст!..
   – Утечка в четвертом отсеке!..
   – Пробоина через все слои в четвертом!..
   – Давление двадцать пять процентов нормы!..
   На экране вновь появился боцман, но он уже не улыбался:
   – Четвертый отсек! Раненых нет! Пробоина блокирована системой безопасности! Разрешите приступить к ремонту!
   Чисто автоматически капитан кивнул, и дежурный офицер зачастил:
   – Боцман, приступайте! Ремонтный робот на обшивку в район четвертого!.. В отсеках осмотреться!..
   Уловив короткую паузу, Маренич, с любопытством наблюдавший с экрана за суетой, спросил:
   – Капитан! Мне идти на мостик, или вам будет удобнее зайти самому?

   Слушая объяснения Маренича о причинах боевой тревоги, капитан рейдера рассеянно переводил взгляд с лица собеседника на контейнер с крысой и обратно. С одной стороны, все выглядело ясно и понятно, но с другой…
   – …Я никак не мог подумать, что программа сможет устроить тревогу через резервный процессор…
   – Сигнал «Боевая тревога» является приоритетным для всего комплекса корабельного компа, – машинально пояснил капитан.
   – Не продумал! – виновато развел руками Маренич и пообещал: – Немедленно отключу Чучу от систем корабля.
   Капитан отрицательно покачал головой:
   – Нет! Я прошу вас оставить все как есть и продолжить эксперимент.
   После короткой паузы, в ответ на недоуменный взгляд Маренича, капитан сказал:
   – По всему выходит, что крыса… Чуча… Она спасла пять человек. Если бы в момент аварии люди были без дыхательных масок, декомпрессия убила бы их. И это «без рецептурных вариантов», как любит говорить наш кок. Но…
   Капитан замялся, как бы подбирая слова, и наконец решительно продолжил:
   – Мне совершенно непонятно, каким образом Чуча смоделировала в компе ситуацию, которая в реальности возникла более чем через две минуты.
   Маренич чуть наклонил голову набок и сказал:
   – Чуча не лезла в корабельный комп. Она просто удалила из опасного, по ее мнению, места всех своих подданных. А ваш компьютер, через следящую программу, воспринял это как реальную аварию. Другое дело – время… По моим данным, комп среагировал за две минуты и девять с половиной секунд до удара, а эвакуацию королева Чуча начала еще пятью минутами раньше.
   – Семь минут? – растерянно спросил капитан. – Как такое возможно?
   Маренич прошелся по каюте, заглянул в глубину фальшивого иллюминатора и недоуменно развел руками.
   – Мне и самому это не вполне ясно, капитан. Королева Чуча бережет свою колонию от беды, как и любой честный правитель, а то, что ее крысы виртуальны, никакого значения для нее не имеет. А семь минут… Такое предчувствие катастроф называют интуицией, и в истории есть множество примеров, когда животные предупреждали и спасали людей. Возможно, что королевство Чучи много больше, нежели мы видим на схеме. Да и что, собственно, мы знаем о животных?
   Капитан рейдера поднялся на ноги и официальным тоном заявил:
   – Я буду ходатайствовать перед адмиралом по поводу продолжения данного эксперимента на вверенном мне рейдере и после того, как вы покинете корабль. Королева Чуча, конечно, будет поставлена на полное довольствие.
   Откровенно рассмеявшись, Маренич пояснил:
   – Я представил себе лица офицеров в штабе Космофлота. А беспокоить адмирала нет особой нужды. Чуча жила у меня и… Мне кажется, что ей нравится на вашем корабле.
   Перед шлюзом посадочного модуля капитан крепко пожал руку Маренича.

   – Часть вашего груза при аварии была повреждена, но наш боцман заменил практически все. Даже два ящика компота из персиков.
   – Вот это замечательно! – улыбнулся Маренич и благодарно кивнул боцману. – Я везу их детям своих сотрудников. На этой планете, к сожалению, не растут персики.
   Капитан покосился на боцмана и иронически хмыкнул:
   – Удивительно другое. В продовольственный реестр нашего рейдера компот из персиков не входит.
   Боцман что-то пробурчал про занудливого кока, торты для именинников и моментально скрылся в люке модуля.

   Боцман орал. Он орал на пилота модуля, будто бы худшей посадки он не видел со времен Большого Взрыва, орал на матросов в плане того, что движутся они как сонные мухи, хотя, на взгляд Маренича, и посадка модуля в космопорте, и скорость передвижения команды были выше всяких похвал. В конце концов боцман вытолкал водителя из зоны управления бронетранспортером, уселся на его место и очень вежливо попросил Маренича занять место в десантном отсеке. Груз, под неусыпным контролем того же боцмана, был размещен в машине еще на борту рейдера, так что сразу после открытия люка взвыл двигатель, и машина выползла на бетон посадочной площадки. Двигалась она неровно, рывками, под замысловатые ругательства боцмана и улыбки штатного водителя и матросов, но тем не менее благополучно добралась до здания вокзала космопорта.
   Здесь, перед входом в таможенную зону, боцман тихо, чтобы не было слышно матросам, спросил Маренича:
   – Не могли бы вы уделить мне одну минуту?
   Слегка оторопевший от такого обращения боцмана Маренич кивнул.
   – Я хотел спросить… Крыса… Нет! Ну… – принялся заикаться боцман, и Маренич дипломатично подсказал:
   – Королева Чуча.
   – Да! Именно это я и хотел сказать! – И с некоторым трудом боцман выдавил из себя: – Королева Чуча… Ее можно чем-нибудь побаловать? Ну, там, конфетка или сыр?
   – Нет, – Маренич улыбнулся. – Это ей не требуется.
   Но заметив, как откровенно расстроился боцман, добавил:
   – Просто к ней надо относиться по-человечески.

   Вернувшись на корабль, боцман первым делом вытащил из кармана комбинезона чистую ветошь и, тщательно протерев поверхность контейнера, усмехнулся:
   – Ишь ты! Королева Чуча…
   Сразу после этого в каюте боцмана резко возросло количество «крыс».

…Набей-ка трубку, налей вина,
И выпьем, браток, с тобой
За тех, кто первым кричит: «Беда!»,
Спасая…

Чтение онлайн





Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация