А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Моя малая родина (сборник)" (страница 15)

   Экзамен

   Сегодня у экономистов-заочников 6 курса экзамен. Когда утром вошёл в аудиторию, оказалось, что пришли сразу обе группы, 73 человека. Тут же студенты задали вопрос: «Как будем сдавать? Нас много, пожалейте себя! Сегодня у нас праздник, сдаем последний экзамен в университете, а дальше – диплом!»
   «Да, за годы учёбы вы прошли «33 злодея», а вот о себе в такой ситуации мне действительно нужно подумать». После этих слов аудитория затихла в напряженном ожидании моего решения. «Я вижу, тут в основном женщины, сегодня суббота. Вы слышали, вчера по телевизору президент говорил о демографических проблемах в стране, о необходимости увеличить рождаемость?» – «Да, слышали!» – «Есть среди вас беременные?» Пятеро подняли руки. «А где доказательства». Аудитория зашумела: «Девчонки, встаньте!» Под одобрительные возгласы пять будущих мамаш, смущаясь, встали и выложили на столы свои большие аргументы. «Садитесь! Я думаю, вы все согласитесь, что они наши лучшие студентки: работают, оканчивают университет, вот-вот родят, их нужно оберегать от стрессовых ситуаций! Будем считать, экзамен по организации производства они успешно выдержали. Давайте ваши зачетки. Уверен, проверка их жизнью не изменит мою оценку – «отлично». После некоторой паузы, встав из-за стола, увидел, что в середине аудитории одна из студенток робко поднимает руку. Обращаясь к ней, спросил: «А у вас что?» Встав, она тихим голосом, глядя в пол, попросила: «Поставьте и мне отметку, кажется, я вчера залетела». В аудитории разразился гром от хохота, раздались и протестующие возгласы: «Ещё чего, мы тут все такие, не раз залетевшие!» Экзамен закончился поздно вечером. До предела уставшим сижу в аудитории, заполняю вторые экземпляры экзаменационных ведомостей. Дверь открылась, вошла лаборантка. «Там, в коридоре, девушка очень плачет. Вы ей поставили «тройку», поговорите с ней». Взяв ведомости, вышел в коридор. У окна одиноко стояла зарёванная, стройная, лет 25-ти девушка с запоминающейся внешностью. Подойдя к ней, спросил: «Что случилось, почему плачете?» «Поставьте мне «четверку», – попросила она, продолжая плакать. «Вот тебе раз, стоит из-за тройки так переживать! Вы считаете, что ваши ответы заслуживают более высокой оценки?» – «Нет!» – «Тогда в чём же дело!» «Поставьте, пожалуйста, мне четверку, – всхлипывая, вновь попросила заочница, – мой директор сказал, если за сессию будет, хоть одна тройка, – главной не сделаю». – «Ну, если так стоит вопрос, давайте зачётку! Что ни сделаешь для хорошеньких студенток, чтобы одна из них стала главной!»
   В этот раз экзамен был у студентов-механиков. Они взяли билеты. Прошло минут 40, спрашиваю, кто готов отвечать? Тишина. Приглашаю самого старшего, по виду ему 52–55 лет. Услышав свою фамилию, студент как будто обмяк, не торопясь, встал и, испытывая какую-то неловкость, молча, присел у стола. «Отвечайте на первый вопрос!» Студент молчал. «Если затрудняетесь, отвечайте тогда на второй или третий вопрос, как вам удобно, не молчите, ведь вы посещали все занятия по организации производства». Студент продолжал молчать. «Вы меня ставите в затруднительное положение. Рука не поднимается поставить ровеснику «неудовлетворительно». Где и кем вы работаете?» – «Всю жизнь в колхозе, механиком», – наконец-то он тихо выдавил из себя. «Ну, вот видите, у вас огромный опыт, а молчите. Что с вами делать?» Ответил староста: «За седины поставьте тройку, и пусть идет с Богом!» Вдруг колхозный механик сказал: «Можно за меня сын ответит». – «А где сын?» – «Вон он», – кивком головы он указал на парня лет 25, сидевшего у стенки. «Идите сюда, выручайте отца!» Студент не смутился, спокойно взял билет отца и коротко ответил на все вопросы. «Теперь отвечайте на вопросы своего билета». И на свой билет он дал достаточно полные ответы. Обращаясь к аудитории, спросил студентов: «Какие оценки им ставить?» «Поставьте по троечке!» – за всех снова ответил староста. Поставив оценки, закрыл зачётки и передал их студенту-отцу. Когда они вышли из аудитории, студенты спросили, что им поставил. «Отлично», – и пояснил: по справедливости, отцу – за многолетний труд в колхозе и хорошего сына, а сыну – за знания. По улыбающимся лицам было видно, что такой оборот дела студенты одобрили. В этот день они все успешно сдали экзамен.

   Где дипломы дают?!

   Три дня перед кабинетами деканата толпились более 200 студентов, заезжавших на лабораторно-экзаменационную сессию. Наконец-то занятия начались, все разошлись по корпусам и аудиториям. Декан и два его заместителя сидели в кабинете, молча, душевно опустошенные после разрешения бесконечных студенческих проблем. Теперь можно перевести дух. Вдруг дверь резко открылась и, тяжело дыша, ввалился грузный, представительный, в возрасте за 50 лет мужчина. Он остановился на середине кабинета, оглянулся по сторонам и выпалил: «Где дипломы дают?!» Многоопытный декан, выдержав паузу, не поднимая головы от одной из бумаг, кучей лежавших у него на столе, ответил: «Здесь дают». – «Когда дают?» – «Через шесть лет дают», – в той же позе ответил декан. «О!» – протяжно произнёс мужчина, и тяжело дыша, развернулся и молча, вышел из кабинета. Мы переглянулись, бывало всякое, такое – в первый раз. Прошло не больше минуты, дверь открылась, снова, но уже спокойно, вошёл тот представительный посетитель. Декан внимательно посмотрел на него и предложил присесть.
   «У меня вчера весь день был Василий Иванович, ходил по хозяйству, – без предисловий заговорил посетитель. Поехали посмотреть поля, он всё ходил, всё хвалил и вдруг спрашивает: «А кто у тебя главный агроном?» Я говорю, Мария Павловна, кандидат сельскохозяйственных наук! Потом Василий Иванович попросил показать ему наши фермы. Он всё ходил, всё хвалил и спрашивает: «А кто у тебя главный зоотехник?» Я отвечаю, Татьяна Сергеевна, кандидат биологических наук! «Покажи-ка мне твои ремонтно-механические мастерские», – снова попросил Василий Иванович. Он всё ходил, всё смотрел и спрашивает: «А кто у тебя главный инженер?» Я отвечаю, Михаил Иванович, кандидат технических наук! – «А у тебя контора есть?» – «Есть. Конечно, есть!» – «Пойдем, посидим». Пришли в контору. Василий Иванович внимательно смотрел планы, отчеты, всё хвалил и спрашивает: «А кто у тебя главный экономист?» Я ему отвечаю, Зинаида Владимировна, кандидат экономических наук! «Так, сколько же у тебя в совхозе работает кандидатов наук?» – спросил Василий Иванович. «Семь», – ответил я. «А сам-то, что окончил?»… «Техникум». – «Как, какой техникум?!»… «Строительный» – «Это что же, – взорвался Василий Иванович, – получается директор лучшего хозяйства области, у которого «на посылках» семь кандидатов наук, сам не имеет высшего образования. Знаешь, где находится ВСХИЗО?» Да, до института 15 километров. – «Сколько тебе лет?» – «58!» – «Вот что, если хочешь доработать до пенсии директором, завтра же доложишь, что окончил институт!»
   «Помогите! – уже обращаясь к декану, попросил представительный посетитель и добавил, – Василий Иванович, Конотоп, первый секретарь Московского обкома партии. Что мне ему доложить?» Декан встал и молча, пошёл к двери, продолжение разговора требовало конфиденциальности, за ним направился представительный мужчина. Больше он в деканате не появлялся. Директором до пенсии и звания Героя Социалистического Труда он доработал.

   11. В голицынском парке

   Голицынский парк усадьбы Пехра-Яковлевское большой, стар, ему двести лет: падают вековые деревья, много бурелома и сухостоя, зарастает мелколесьем. Но в суете быстроменяющейся жизни он продолжает служить людям. Напоминает нам о вечной красоте природы, является лёгкими Балашихи, крупного индустриального города, естественной средой обитаниия многих представителей животного мира. Здесь можно увидеть ужа и ежа, крота, белку и зайца. Послушать пение пернатых его обитателей: скворца, соловья, дрозда, чижа, синицы. Понаблюдать за работой большого пестрого дятла и желны (чёрного дятла), увидеть сову, сидящую на ветке вековой липы. На речке Пехорке в середине апреля более сотни серых чаек собираются на птичьи базары, оглашая парк своими криками. Кряква не покидает на зиму это полюбившееся ей место. Приглянулось оно и хохлатой чернети, утке редкой в Подмосковье. Там, где у речки высокой берег, многочисленные ондатры устроили свои норы. Если очень повезёт, можно увидеть и американскую норку, а в сумерках разглядеть и настоящую выдру. Голицынский парк и пойма речки Пехорки – своеобразный живой уголок Балашихи.
   Важным хозяйственно-эстетическим элементом усадьбы Голицыных являлось большое озеро с возведённым через него мостом. Озеро образовывала запруженная плотиной речка Пехра (Пехорка) – левый приток Москвы-реки. Конфигурацию озера и его размеры можно представить по картине Свебаха, написанной в 1820 году. Сегодня границы озера обозначают сохранившиеся на берегу вековые ивы, липы и чёрные тополя, которые хорошо переносят подтопление во время паводка.
   Лет 30 назад озеро у голицынской усадьбы решили расчистить и углубить. Открыли задвижки на плотине, спустили воду, приступили к работам. С весны до зимы экскаваторы выбирали грунт в пойме реки со стороны безлесного берега. Дошли до песка, стали проглядываться контуры возможно в будущем городского пляжа. Но, как у нас водится, через год всё забросили. Экскаваторы ушли, задвижка плотины исчезла.
   Пойма обмелевшей речки стала постепенно заболачиваться. В зарослях осоки, камыша, водорослей, свистушника и незабудок теряется русло речки. Только мелкими протоками среди зыбких кочек с обеих её сторон, заводями, через кустарник она добирается до берегов. Эта речка-болото стала местом обитания диких городских уток.
   Недалеко от берега в парке обитает стая дворовых собак. Они здесь хозяева! Еды им достаточно на всю неделю, от субботы до субботы: тех «шашлыков» и объедков, которыми загаживает это место по выходным дням молодёжь. Но собаки – хищники, им подавай парного мяса. А где его взять! Собаки решили сами себя обеспечить и организовали охоту на уток, когда в мае на кочках кряквы начинают высиживать на кладках своё потомство. Кряква, наиболее крупная из речных перелетных уток, поселилась на Пехорке лет двадцать назад и постепенно перешла к круглогодовому оседлому образу жизни. С каждым годом здесь их становится всё больше и больше. Сейчас, если идти в парке вдоль берега речки, их можно насчитать не менее 100 пар. У мостиков через речку, где обычно люди подкармливают уток хлебом и семечками, они выходят на берег.
   Стая собак, больших и не очень, рассредоточившись, с берега спускается в пойму речки – болота. Кто по кочкам, кто вплавь по протокам, собаки начинают подбираться к сидящим на кладках уткам. Те из них, кто ближе к берегу, заприметив собак, «перепрыгивают» на свободные кочки или шумно спрыгивают в протоки, громко издавая предупреждающие других уток «кря-кря!». Отвлекая на себя и уводя собак от кладок, кряквы постепенно выплывают на чистую воду. Преследующие их собаки вплавь, окружая, сгоняют уток в кучу, всё плотнее и плотнее сжимая своё кольцо. Когда это им удаётся сделать, начинается битва – «игра» в казаки-разбойники и в пятый угол. У одних цель поймать утку, у других – не попасться.
   Утки начинают стремительно метаться, изо всех сил машут крыльями, громко тревожно крякают. Некоторые, набрав скорость, плывут прямо на собаку. В полуметре от неё одна кряква ныряет под собаку, та за ней. Вторая утка сходу делает низкий подлёт «свечкой», резко сворачивает в сторону и, тут же шлёпаясь, садится на воду за спинами других собак. Отвлекает их на себя так, чтобы разорвать собачью блокаду. Когда образовывается брешь, утки устремляются в неё врассыпную. И начинаются индивидуальные гонки. Работая ногами изо всех сил, утки несутся по воде подальше от кладок. Плывущие собаки гонятся за ближайшей из них. Если собаки догоняют, утка пытается спрятаться в протоке за кочками. Здесь ноги собак путаются в густых водорослях, и они отстают. Так продолжается до тех пор, пока собаки не выбьются из сил. Посрамлённые и обессиленные, они возвращаются к берегу, отряхиваясь от воды и водорослей. У берега, некоторые из них находят оставленные кладки и вознаграждают себя: повиливая хвостом, поедают утиные яйца.
   Но у крякв есть более грозный враг – вороны, которые чёрной тучей слетаются в это время на пойму-болото. Они по-хозяйски разгуливают здесь, деловито перелетая с кочки на кочку, издавая своё зычное – «карр! …карр!» После их нашествия остаются разорённые утиные гнёзда с разбитой яичной скорлупой. А на воде всё чаще и чаще можно увидеть уток, покинувших свои разоренные гнёзда, и селезней, по инстинкту возвращающих самок к местам кладок. Только когда вороны садятся на свои гнёзда высиживать потомство, на речке наступают тишина и покой.
   В конце мая – начале июня среди одиноких пар уток появляются первые кряквы-самки, которым удалось получить потомство. Постепенно, вплоть до июля, выводков становится больше, в каждом от 4 до 8 утят. Сначала утята, издающие «пи-пи…пи-пи», копошатся в густых зарослях осоки и камыша, держатся среди кочек и коряг, на мелководье, где кормятся ряской, клубнями и корневищами водных растений. Затем самка выводит подросших утят на границу зеркала речки.
   Время к вечеру. Любуемся выводком пуховых утят, кормящихся у кромки русла речки. Вдруг одинокая кряква-самка, сидевшая неподалеку на кочке, встала и замерла. Вытянув шею, издала «кря-кря!..кря-кря!..кря-кря!» Ей тут же ответила другая утка, плававшая ниже по течению. Нам показалось, что они объявили по речке тревогу. Но что могло вызвать их беспокойство? Кругом тихо, пустынно. Только лучи заходящего солнышка играют разноцветными бликами в неспешном течении речки.
   Неожиданно там, где русло расширяется, что-то всплыло, не образуя волны. Туда напряженно смотрит утка, первая издавшая «кря!» Присмотрелись и мы: плывёт что-то похожее на крысу. Она то – погружается в воду, то всплывает, то медленно плывет вдоль извилистой кромки русла то у одного, то у другого берега. Спокойно проплывает мимо нас. Так это же ондатра! Рыже-ржавого окраса коварный злобный зверёк с торчащими усищами, маленькими глазками-бусинками и ушками на затылке, с чёрным длинным хвостом.
   Ондатра питается преимущественно растительными кормами, но для нормального развития ей нужна и животная пища. Поэтому мы забеспокоились за пуховых утят, плававших у кочек и камышей под присмотром матери. Так и есть: ондатра их заприметила, у нее хорошие зрение и слух. Направилась в их сторону. Утка начеку, беспокойство матери передалось утятам. Они тут же собрались перед ней и стали неуклюже выбираться на доски, застрявшие в камышах ещё с весеннего паводка. В это время ондатра уже неслась к ним как скутер, еле касаясь воды, преодолев расстояние в 10–12 метров за 4–5 секунд. Она была уже у цели, когда кряква-самка резко развернулась спиной к ондатре и сделала несколько быстрых и сильных ударов обеими ногами по её носу, обдав фонтаном брызг. Ондатра ушла под воду, но через мгновение, тут же вынырнула. Как только над водой показалась её усатая мордочка, поджидавшая уже на доске, утка резким движением клюва решительно ударила ондатру в нос. Ондатра отступила, поплыла к противоположному берегу.
   Если взрослая кряква стоит на кочке, коряге или доске, то проплывающую рядом ондатру, она не боится и ведёт себя спокойно. Но на открытой воде утки держатся от неё на расстоянии, зорко наблюдая за её перемещениями. Поэтому хитрая ондатра маскируется. Мы не раз наблюдали, как, держа перед собой в пасти пучок осоки или веточку ивы и прячась за ними, она пыталась приблизиться к утятам. И если утенок отстал, замешкался или запутался в плавающих в воде мелких ветках ивы, то беды не миновать.
   Точно также ведёт себя и другая утка – хохлатая чернеть. Впервые она появилась на речке Пехорке у голицынского парка года четыре назад. В десятых числах мая сначала прилетела одна пара, а через неделю их стало четыре. Эта утка мельче, чем кряква и отличается окраской. Самец – чёрный, его бока и брюхо белые, на голове – свисающий назад хохол, глаза желтые, посадка тела на воде низкая. Хохлатая чернеть в ближнем Подмосковье немногочисленна. По данным орнитологов, в окрестностях Москвы их гнездится не более 200 пар.
   В отличие от кряквы, хохлатая чернеть – более осторожная утка, держится на открытой воде подальше от зарослей осоки и камыша. Когда кормится, постоянно ныряет, так как является животноядной и корм добывает со дна. Она может находиться под водой более десяти секунд и проплыть там 20–25 метров. В 2010 году одной хохлатой чернети удалось вывести четырёх утят. Когда они пуховые, то чёрно-коричневого окраса. Во время кормления утята плавают около матери и за кормом ныряют в воду по очереди. Пока утята, ныряя, кормятся, утка-мать постоянно находится на воде. Медленно перемещаясь, внимательно наблюдает за окружающей обстановкой. И каждый раз она каким-то образом угадывает и подплывает к тому месту, где выныривает ушедший под воду очередной утенок.
   В прошлую очень теплую осень хохлатая чернеть обитала на Пехорке до ноября. Но один утенок с наступлением холодов не улетел, видимо, из-за какой-то травмы. Он одиноко плавал по узкой протоке замерзшей Пехорки. В середине февраля термометр показывал аномально низкую ночную температуру – минус 25–30 градусов. Протока стала затягиваться льдом, для чернети наступило время борьбы за выживание. С трудом взлетев на высоту 1,5–2 метра, она складывала крылья и камнем падала на пленку льда, пробивая её своим телом, чтобы затем нырнуть на дно за кормом. Пробыв под водой две-три секунды, она тут же выныривала, будто боялась, что сильный мороз затянет пробитую лунку. Взлетев, она снова падала камнем на лёд в 4–5 метрах от предыдущей лунки, снова ныряла, всплывала, взлетала и опять падала, пробивая лёд. Так она повторяла много раз. Смотреть на эту борьбу за жизнь, сознавая, что ты не в силах помочь, тяжело. Подумалось, что если протока крепко заледенеет, чернеть погибнет, разбившись о лёд или обессилив с голоду. Через неделю сильные морозы отступили. И мы, к большой радости, увидели в бочаге за бывшей плотиной вынырнувшую чернеть. Бочаг оказался одним из немногих мест на речке, незамерзших в сильные морозы. Здесь её течение быстрее, а в пойме, среди кочек, бьёт много ключей. В этом спасительном месте собрались и кряквы, и ондатры, и норки. Сюда приплывала и чернеть.
   …Женщина с мостика кормила десяток крякв, бросала ржаные сухарики, а мужчина снимал эту сцену на видеокамеру. Вдруг он сказал: «Смотри, плывет ондатра!» Довольно быстро она подплыла к уткам и прямиком направилась туда, где на воде плавали сухарики. Взяв один, спрятала его за щёку, другой – за вторую щёку, а третий прихватила верхними резцами и, развернувшись, спокойно поплыла среди посторонившихся уток. Съев сухарики на большой, торчавшей из воды коряге, ондатра снова вернулась к мостику. Мужчина достал ломтик хлеба и, опустившись на колено, держал его над водой. К нашему удивлению, ондатра подплыла к мостику, влезла на доску, которую прибило к нему течением, и, встав на задние лапки, пыталась достать ломтик хлеба. Мужчина разжал пальцы, и ломтик упал в воду. Ондатра тут же ловко спустилась с доски, подхватила его и, держа впереди себя над водой, поплыла среди скопления уток к коряге. Утки смотрели на ондатру и при её приближении отплывали чуть в сторону. Однако среди них нашёлся храбрец. Крайний селезень смело поплыл навстречу ондатре. Но когда он раскрыл клюв и попытался разделить с ондатрой ломтик хлеба, она ловко увернулась. При этом своим длинным хвостом, как плетью, она резко ударила селезня по клюву. Селезень взглядом проводил уплывающий ломтик…
   С первых чисел августа кряквы-самки начинают учить подросших утят летать. Метод обучения классический – личный пример матери и игра. Весь курс занимает не более двух недель. Первые 2–3 дня утка-мать проводит уроки на кочках или застрявших в реке досках, бревнах, показывая как принять нужное положение тела, как расправить крылья и махать ими, постепенно увеличивая частоту взмахов. Утята, вытянув шеи и приняв почти вертикальное положение, дружно повторяют движения матери. Следующий урок с теми же движениями проходит уже на воде. Через день-два новый урок – «разбег по воде с махом крыльев». Сначала утка, собрав возле себя утят, несколько раз показывает им, как это надо делать. Некоторые, наиболее сообразительные из них повторяют движения матери. Но большинство утят из-за лености или по трусости только наблюдают, продолжая кучкой плавать. Тогда утка-мать, вернувшись к этим утятам, начинает «стимулировать», то есть больно щипать их за заднее место. После такого щипка, утенок, работая лапками изо всех сил, пытается по воде «убежать» от матери. Но она, догоняя, продолжает щипать его до тех пор, пока утёнок не начнёт махать крыльями с наибольшей интенсивностью. Так она поступает с каждым лентяем или трусишкой. В этом ей помогают и сообразительные утята. Они гоняются за собратьями, пытаясь ущипнуть нерадивых. Такая игра-учёба в догонялки продолжается 2–3 дня. После того как утята выучили необходимые подготовительные движения наступает завершающий урок – «взлёт». Опять утка-мать, собрав возле себя утят, показывает им, как это нужно делать. Разбежавшись, интенсивно махая крыльями, она отрывается от воды. Взлетев на 50–60 см и пролетев 3–4 метра, она, выставив перед собой лапки и тормозя ими о воду, плавно приводняется. После нескольких таких показов начинаются пробные взлёты утят и к середине августа они все встают на крыло. Они летают еще не высоко и не далеко, но это дело им нравится. Они уже почти готовы к самостоятельной жизни, им нужно только ещё подрасти и окрепнуть. Поэтому, проявляя признаки самостоятельности, плавая, уже довольно рассредоточено, они не теряют друг друга из вида и периодически собираются вместе около своей утки-матери, которая всегда готова прийти им на помощь и защитить.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация