А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Проект «Феникс»" (страница 49)

   Шарко крепче сжал рукоятку револьвера, никогда в жизни ему так не хотелось выстрелить.
   – Вы даже собственную жену оплодотворили индейской спермой!
   – Для вашего сведения: я никогда нелюбил мою жену. Не судите меня и, главное, не судите так скоро. Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о моей жизни. Вы понятия не имеете о том, что такое амбиции и что такое навязчивая идея.
   – И сколько же несчастных женщин вы подобным образом оплодотворили?
   – Я бы хотел провести инсеминацию десяткам, сотням женщин, но слишком велик оказался процент неудач, что-то не срабатывало. То ли техника была еще несовершенной, давала сбои, то ли сперматозоиды индейцев плохо переносили замораживание и транспортировкуВ общем, сработало только в трех случаях, то есть забеременели только три женщины.
   – И ваша… и бабушка Грегори Царно среди них?
   – Да. Каждая из этих женщин родила по ребенку. Но у всех родились девочки.
   – Одну из этих девочек, жертв инсеминации, звали Аманда Потье, она и стала потом матерью Грегори Царно, другая, Жанна Ламбер, родила Корали и Феликса…
   Генетик кивнул:
   – Три девочки с генами уруру в ДНК, носительницы ретровируса. Три девочки, которые, в свою очередь, произвели на свет семерых детей. Трех мальчиков и четырех девочек.
   «Вот оно, поколение детей с генетическими кодами из книги Тернэ», – подумал Шарко.
   – И это поколение из семи человек стало для меня поколением истины, – продолжал Жорж Нолан. – Феликс ЛамберГрегори Царнои пятеро остальных. Семь внуков уруру, семь обладателей генов уруру. Они родились в хороших, как говорится, семьях, они росли окруженные любовью, но предназначены были воспроизводить и воспроизводить схему жизни своего племени. Их матери умирали, если у них рождался сын, и выживали, если рождалась дочь. Они росли как нормальные дети, но, выросши, становились буйными и жестокимиНачалось все с год назад. У Грегори Царно первого проявилось наконец то, чего я так ждал долгие годы. Царно было двадцать четыре года, Феликсу Ламберу двадцать дваПохоже, в нашем, цивилизованном, обществе вирус дает о себе знать раньше, чем в джунглях: ближе к двадцати, чем к тридцати. Вероятно, повлияло соединение с генами европеоидной расы, которыекоторые, надо думать, и изменили слегка поведение нашего вируса. – Нолан вздохнул. – Я был прав – культура тут ни при чем, все зависит исключительно от генетики. Хотя в данном случае даже не совсем или не только от генетики, потому что – об этом я узнал куда позже – дело не в генах, дело в ретровирусе с невероятно эффективной стратегией поведения, в ретро-вирусе, который сумел найти отличное прибежище в людях из почти доисторического амазонского племени.
   Несмотря на напряженную атмосферу, глаза Нолана блестели. Фанатика не переделаешь, он на всю жизнь сохраняет одну веру, идет к одной цели до конца, и никакая тюрьма не способна его исправить.
   – А что за роль во всем этом была у Тернэ? – спросил комиссар.
   – В то время я понятия не имел о существовании вируса. И не мог понять, почему умирают роженицы, какова истинная причина кровотечения. Думал, что проблема тут чисто иммунологическая, что связана она с иммунной системой и с переносом материала между циркуляционными системами плода и матери во время беременности. Тернэ жеконечно, Тернэ был не просто фанатиком, но и параноиком, только ведь он был и настоящим гением. Он знал назубок ДНК и – одновременно – механизм зачатия. Это он помог мне разобраться во всем, и это он обнаружил ретровирус. Представьте себе мое состояние, когда я впервые увидел этот вирус под микроскопом…
   Шарко сразу же вспомнил жуткую медузу-убийцу, плавающую в собственном соку.
   – Мы дали этому ретровирусу то же имя, что всей нашей программе инсеминации: Феникс. Я знал, что Тернэ попался на удочку, что он не откажется от возможности вести как акушер-гинеколог во время беременности женщину, которая носит в себе чистейший продукт Эволюции. Я наблюдал Аманду Потье, мне было известно, что она забеременела. Аманда была материализованным смыслом жизни Тернэ, его научного поиска, его исследований… Грегори Артюр ТАнаэль ЦАрно, ГАТАЦА – он стал почти что его собственным ребенкомОбладая такой, какая была у Тернэ, репутацией и таким опытом, ему ничего не стоило собирать образцы крови семи младенцев со дня их появления на свет, делать анализы, помогать мне лучше разобраться в Фениксе.
   – Расскажите мне о Фениксе. Как эта мерзость работает?

   Молодой индеец сдул с ладони порошок на лицо жены – у той сразу же широко раскрылись и покраснели глаза, – после чего дал ей прикусить палочку. Шимо смотрел на мрачное зрелище как зачарованный.
   – Новорожденного сразу после появления на свет и смерти его матери доверят той женщине из деревни, которая впоследствии его вырастит, воспитает. Вот так вот уруру и обеспечивают себе бессмертие. Обычаи их жестоки, но племя пронесло их через тысячелетия. И если племя уруру еще существует, то именно потому, что ему удалось создать способ поддерживать природное равновесие, именно такое, какое угодно Эволюции. Племени уруру неизвестны периоды упадка, которые свойственны загнивающему обществу западного мира. Ему незнакомо это совершенно необходимое в цивилизованном обществе требование начинать размножаться все позднее, продолжать жизнь без какой-либо реальной пользы, существовать в той модели семьи, которая характерна для нас. Посмотрите только, до чего ущербен Запад, вспомните, какие болезни вот уже лет сорок просто-таки преследуют обитателей западного мира. Ни дать ни взять цепная реакция… Вы думаете, Альцгеймер – это что-то новое? А если я скажу вам, что нет, что этот синдром был всегда, но никогда не проявлялся исключительно из-за того, что люди умирали более молодыми? Болезнь дремала внутри нас и ждала своего часа: караулила, сидя в клетках. Сегодня любой человек может узнать, каков его геном, к каким заболеваниям он предрасположен – например, к раку. Наше будущее изобилует гнусными возможностями и ориентировано на них… Да мы уже сейчас становимся безумцами и ипохондриками. И Эволюция больше ничего не решает.
   К Люси на мгновение вернулось сознание, и она прошептала: «А почему Ева Лутц…»
   – Лутц заявилась сюда с потрясающей гипотезой, и гипотеза эта могла бы быть моей лет двадцать назад: культура битвы в обществе, которая «впечатывает» в ДНК черты, свойственные левшам, вынуждает и следующие поколения быть леворукими, потому что так они могут куда лучше сражаться… Причина изменений ДНК – коллективная память… Ева выдвигала МОЮ гипотезу, Ева была в точности как я. – Он распустил пояс на своей военной форме и показал широкий рубец в паху. – Пять лет назад я чуть не погиб. Нолан хотел тогда пойти дальше – чересчур далеко. Когда они с Тернэ обнаружили этот вирус и уточнили способ его действия, Нолан заговорил о проекте громадного масштаба, а если вы его знаете, то должны понимать, что означают такие слова в его устах. Речь в этом случае пошла бы уже не о нескольких смертях, а о внедрении живого вируса в генофонд человечества. Представьте себе удесятеренный с точки зрения могущества ВИЧ, который делает генеральную уборку мира! Я намеревался противостоять, и тогда он решил меня убить. С тех пор я и не высовываю носа из джунглей.
   Он привел в порядок одежду, снова выпил. Люси старалась запомнить то, что он говорил… хотя бы отдельные слова: вирус… Нолан… Ей приходилось бороться с туманом, который ее обволакивал, пожирал мысли, стирал воспоминания.
   – Когда Лутц добилась встречи со мной, у меня появилась идея. Мне захотелось узнать… узнать, проявились ли уже первые симптомы вируса у молодых людей мужского пола. То есть выросли ли некоторые юноши жестокими сверх всякой меры, подтвердились ли таким образом гипотезы Тернэ и Нолана. Ну и я подумал, что студентку можно использовать. И попросил ее, побывав в тюрьмах, составить списки очень молодых заключенных – левшей, страдающих приступами неуравновешенности и совершивших преступление с особой жестокостью. Ей просто надо было привезти мне список с именами и фотографиями. Тогда я понимал, что встречу в этом списке внуков уруру и что в таком случае все теории Нолана оправдались, а когда девушка не вернулась, понял, что она зашла дальше намеченного и что одержимость в научном поиске стоила ей жизни. Нолан убил ее…
   Люси барахталась в тумане. Образы продолжали роиться в ее голове. Все там мешалось, и, когда послышались женские вопли, Люси показалось, что исходят они из самого центра костра… В шуме и гаме настоящего можно было различить голоса из прошлого… Закричали, идя в наступление, полицейские, и дрожащая, вся взмокшая Люси вдруг ясно увидела себя в рядах борцов за правопорядок. Вот они взламывают дверь, Люси идет за всеми, вот Царно – на полу… Она взлетает по лестнице, пахнет горелым… Вот дверь, вот комната… Вот другое тело – с открытыми глазами…
   Это Жюльетта лежит здесь мертвая, лежит прямо перед ней, и глаза ее широко открыты.
   Люси рухнула куда-то вбок, закрыв руками лицо, и пронзительно закричала.
   Она царапала ногтями землю, слезы ее смешивались с этой древней землей, а там, впереди, окровавленные руки предъявляли небесам младенца, вырванного из утробы его матери. В последнем проблеске сознания она увидела, как Шимо склоняется над ней и шепчет, обдавая ледяным дыханием:
   – А теперь я выпью вашу душу…

   Нолан говорил спокойно, мелкими точными движениями стирая иногда со лба капли пота:
   – Феникс вышел из утробы Эволюции и заразил тридцать тысяч лет назад целые поколения кроманьонцев. Думаю, исчезновение неандертальцев было каким-то образом связано с геноцидом со стороны кроманьонцев, подцепивших вирус, но это уже другая история, и мне нет до нее дела. Есть вот до чего: когда началась «гонка вооружений» между вирусом и человеком, таким, каков он был в зарождающихся западных обществах, преимущества были на стороне человека, и с течением веков вирус стал бессильным, превратился в «мусор», в ископаемое внутри ДНК. Зато на территории уруру он продолжал существовать, лишь слегка мутируя в ритме медленной эволюции этого изолированного племени, сохранившегося с доисторических времен почти в полной неприкосновенности. В западных странах культура развивалась слишком быстро, она вела за собой гены, ориентировала их, она брала верх над природой. Там – да, но не в джунглях же! В джунглях гены всегда сохраняли превосходство по отношению к культуре.
   – Как он работает, этот вирус?
   – Для того чтобы ребенок оказался заражен, достаточно, чтобы носителем вируса был один из родителей, все равно – мужчина или женщина. Феникс укрывается в хромосоме номер два, рядом с геном, который отвечает за леворукость: его наличием и обусловливается то, что человек рождается левшой. Однако для того чтобы пробудиться и начать размножаться, Феникс нуждается в ключе. Этот ключвернее, держатель такого ключа – любой самец с этой планеты, имеющий половую хромосому Y, ибо в ней ключ и хранится.
   Шарко вспомнил, что книга Тернэ так и называется «Ключ к замку». Никаких больше сомнений: в названии содержится намек на вирус по имени Феникс. Еще один его ловкий трюк.
   – Когда я инсеминировал больше сорока лет назад здоровых женщин, – продолжал между тем генетик, – они производили на свет зараженных детей. Это было поколение G1. Первое поколение – потому что вирус они получили от сперматозоида уруру, а стало быть, первыми должны были передавать его в наследство своему потомству. Предположим, что ребенок из поколения G1 родился не девочкой, как на самом деле случилось трижды, и обратим особое внимание на… на Жанну, мать Корали. – Он говорил о той, кого все считали его дочерью, хотя она не получила в наследство ни единого «отцовского» гена, как о чужой для него девочке, как о результате научного эксперимента, не более. – Жанна – носительница вируса. Когда, двадцать лет спустя после рождения Жанны, ее яйцеклетка при оплодотворении соединилась со сперматозоидом мужчины-европейца, будет ли эмбрион мужского пола или женского, решил случай. И Жанна родила сначала девочку, Корали, и только потом – мальчика, Феликса. Двое детей, зараженных вирусом, второе поколение, G2. В случае Корали отец-европеец передал будущему ребенку половую хромосому Х, и замок остался запертым, потому что Жанна не смогла его открыть. Но это не помешало Фениксу угнездиться в хромосоме номер два плода, обеспечив дальнейшую генетическую передачу вирусаИное – с Феликсом. Тут-то как раз отец передал для оплодотворения свою хромосому Y, и эта хромосома, попав к Жанне и приняв участие в строительстве плаценты, сильно повлияла на весь ее организм. С момента проникновения отцовской хромосомы в матку замок, запиравший вирус, открылся, отчего спавший до тех пор в теле матери вирус стал активно производить белки и множиться с единственной целью: обеспечить себе выживание, а потом и размножение в другом теле. Экспансия вируса выразилась прежде всего в гиперваскуляризации плаценты, сопровождавшейся – в противовес – резким ослаблением других жизненных функций и ресурсов матери.
   У вир уса бы ли, так сказать, на руках все козыри: убивая свою носительницу, он размножался при посредстве плода и гарантировал себе таким образом дальнейшую жизньПродолжение вам известно. Феликс вырос, стал взрослым мужчиной, возможно, имел с кем-то сексуальные отношения. А значит, он мог, в свою очередь, передать вирус будущим детям. Потом с ним произошло то же, что в принципе произошло с его матерью из поколения G1: в организме Феликса – на этот раз в определенных зонах мозга – вирус размножился и в конце концов убил своего носителя. Схема воспроизводится в любом случае одинаково. Зараженные мать или отец, новорожденные мальчик или девочка – и Феникс, который применяет свою стратегию точно так же, как это делает любой вирус или паразит. Стратегию, выражающуюся в трех словах: выжить, размножиться, убить. То, что Фениксу удалось выжить в племени уруру, объясняется довольно просто – тем, что здесь и человеку, и вирусу было куда легче преодолевать помехи и избегать нежелательных последствий. Племя, состоящее из молодых крепких людей, эволюция замедленная, величина племени регулируется сама собой, и все нужды уруру сводятся к тому, чтобы выжить и произвести на свет себе подобных. Остальное – особенно старениеэто простопросто излишки.
   Он вздохнул, возведя глаза к потолку. Мог бы Шарко – своими бы руками прямо сейчас его придушил.
   – Я все фиксировал в документах – с мельчайшими подробностями и с анализом. Последовательности мутировавшего Феникса, затем – немутировавшего, того, возраст которого тридцать тысяч лет. Вы и представить себе не можете, насколько важным было это открытие: когда год назад нашли в пещере кроманьонца. Человек, который в одиночку истребил целую семью неандертальцев… Да еще этот рисунок вверх тормашкамиЯ получил благодаря этому запись оригинальной формы вируса, о существовании которого знали в мире только трое, вируса, над которым мы корпели долгие годы. Стефан Тернэ постарался сделать все, чтобы половчее слямзить мумию кроманьонца и его геном
   – Но почему было не ограничиться записью генома? Зачем вам понадобилась мумия?
   – Мы не хотели оставлять мумию в руках ученых, потому что в этом случае они наверняка снова извлекли бы из нее ДНК и восстановили бы геном кроманьонца. Изучили бы его как следует, обнаружили бы в конце концов разницу между древними геномами и современными, а стало быть, могли бы во всем разобраться и «переоткрыть» то, что открыли мы. – Он поцокал языком. – Тернэ жаждал непременно выставить мумию в своем домашнем музее, ну и пришлось малость повыкручивать доктору руки, чтобы от нее отделаться. Потом мы приступили к изучению генома, работа сразу же двинулась быстро и в верном направлении – генетика к тому времени настолько продвинулась вперед, что знаний для этого хватало. И все шло нормально, пока где-то с месяц назад Тернэ не позвонил мне в жуткой панике с сообщением о том, что есть одна студентка, которая сует свой нос в нашу тему – выискивает все связи леворукости с насилиемДевушку звали Ева ЛутцЯ навел справки и выяснил, что эта самая Ева Лутц успела уже смотаться в Амазонию, а значит – наверняка вышла на Наполеона Шимо. Пора было вмешаться: ситуация становилась слишком опасной, к тому же Стефан Тернэ – что возьмешь с параноика! – слишком уж сильно запаниковалВыхода не было, я прикончил их обоих, сжег кассеты с видеозаписями ритуалов уруру, уничтожил образцы и материалы по инсеминации, словом, ликвидировал все следы нашей работыНо сделал при этом единственную ошибку, которая оказалась роковой: разрешил Тернэ в свое время сфотографировать мумию, а фотографий со стены его библиотеки не убралТолько ведь мне никогда, никогда даже и в голову бы не пришло, что вы сумеете что-то с чем-то сопоставить!
   Он сжал кулаки.
   – Я хотеля хотел дать жизнь настоящему Фениксу, хотел посмотреть, на что он способен – в сравнении со своим родственником уруру, мутировавшим и ставшим похожим на медузу, но мне не хватило времени. Вы даже не представляете объема работы, которую я проделал, не представляете, чем и скольким я во имя этой работы пожертвовал. Вы, простой полицейский «с земли», явились и все испортили. Вы не поняли, что Эволюция есть исключение из правила, а правило – угасание, пресечение рода. Вымирание. Нам всем суждено вымереть. И вам первому.
   Шарко подошел ближе и вдавил дуло прямо в нос Нолана.
   – Ваша внучка Корали вот-вот погибнет на ваших глазах, причем вы это знали заранее.
   – Она не погибнет – она сыграет до конца отведенную ей природой роль. Должна решать природа – не мы с вами.
   – Ваш фанатизм неизлечим, и – хотя бы из-за этого – я сейчас выстрелю.
   Нолану хватило сил растянуть губы в ледяной улыбке.
   – Ну и стреляйте. Стреляйте – и вы никогда не узнаете, кто остальные четверо, чьи генетические профили упрятаны в книге Тернэ. В крайнем случае вы сможете найти их слишком поздно – когда самое худшее уже свершится. А вы-то знаете, каково оно на вкус и цвет, самое худшее, комиссар.
   Шарко стиснул зубы. Он боролся в эту минуту с самыми страшными демонами своей жизни за право не нажимать на спусковой крючок. И выиграл битву. Опустил оружие.
   – Та, кого я люблю, должна вернуться живой, слышишь, мразь? Иначе я приду за тобой в самый глухой уголок тюрьмы, куда тебя упрячут до конца твоих дней и где ты столкнешься с мерзейшими образчиками вашей сраной Эволюции. Клянусь: я приду и разделаюсь с тобой!

   Люси резко открыла глаза. Пейзаж колыхался, будто всё вокруг поставили на воздушные подушки. Урчал мотор. Пахло тиной. Внизу ощущалась дрожь. Она встала, поднесла руку к голове и внезапно осознала, что находится на палубе «Марии из Назарета». Теперь, похоже, кораблик плыл по течению.
   Все вернулось на круги своя…
   А что было?
   Смертельно побледнев, Люси кинулась к леерам, там ее вывернуло наизнанку. Ее тошнило и тошнило, потому что ей открылась жуткая правда: одновременно с пейзажем и так же ясно, как пейзаж, она видела комнату близнецов с игрушками в фабричной упаковке… себя у школьной ограды в первый день учебы – одинокую фигурку, перекликающуюся с пустотой… мобильный телефон в углу детской… свои прогулки с Кларком вдоль стен Крепости… озабоченный взгляд матери, ее вздохи, намеки… Одна, одна, всегда одна – и не с кем поговорить, кроме собаки. Кроме стен. Кроме пустоты.
   Желудок Люси опять свело. В джунглях, перекормленной наркотиками, ей открылось, что обеих ее маленьких дочек нет в живых. Что больше года она прожила бок о бок с призраком, с галлюцинацией, с созданием из дыма, которое явилось, чтобы поддержать ее, чтобы помочь ей пережить трагедию.
   О господи…
   Люси сделала несколько неуверенных шагов и подняла глаза на Педро, который, привалившись к перилам носовой части, жевал табак. Прямо перед ними виднелся пост Национального фонда индейцев. Вот они подошли ближе, вот прошли мимо – и те даже не попробовали их остановить, человек со шрамом, наоборот, сделал знак – давайте быстрее, быстрее… Он не пошевелился, увидев Люси, только смерил ее холодным своим взглядом, повернулся и ушел в будку.
   Улыбающийся проводник подошел к Люси:
   – Вот вы и снова с нами.
   Люси с болью вдохнула, отерла слезы с лица. Ей казалось, что она вернулась из потустороннего мира.
   – Что произошло? Я помню, как мы плыли по реке. Помню какой-то дым… и дальше – провал, черная дыра. Только картинки в голове – чисто личные образы… А где… где Шимо? Почему мы вернулись с полпути? Я хочу туда, в джунгли, я хочу…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 [49] 50 51

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация