А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Разбитая жизнь" (страница 18)

   Давили зловредные миазмы, рычал зверь – он все еще был рядом, его дыхание сжигало затылок. Василий Миронович начал говорить – сначала сбивчиво, потом ускорялся, он торопился выговориться. Он говорил минут десять, иногда его заносило, но голос собеседника возвращал в нужное русло. О приписках, о расхищении бюджетных средств, выделяемых на район, о связях с нужными людьми в краевом Министерстве регионального развития, с которым руководство района находится в доле. О пухлых банковских счетах, о двух особняках в окрестностях Выжинска, о подстроенной автомобильной аварии пятилетней давности, в которой погиб заместитель районного прокурора – любитель совать нос в чужие дела…
   – Мироныч, заткнись, ты что несешь? – ворочался у соседнего дерева Волынский. – Закрой свою пасть, ублюдок, ты же нам могилу роешь!
   Но пружина только раскручивалась, страх не отпускал, принуждал говорить, говорить. Он рассказал о Лариске Луговец, пронюхавшей о краже века на Савельевском месторождении. От нее нужно было избавляться, это же элементарно, так бы поступил любой здравомыслящий человек. Здешний «гаврош», сидящий на крючке, – Борис Парамонов, еще один «сексот» – местный писака Артем Губарь, группа Менделя, так кстати прибывшая в район… Капитан Волынский возражал, мол, почему так сложно? Да, сложно, но никому и в голову не придет, что мишень – одна-единственная баба по фамилии Луговец. И прекрасная возможность подставить под убийство местного лесника Островского…
   Когда он закончил рассказ, понял, что натворил, – ведь его не просто так слушали! Завыл на полную луну, надулся, побагровел.
   – Болезнь ежика, – шепнул товарищу лежащий неподалеку человек. – Называется «синдром воздушного шарика». В принципе, можно откачать из него воздух шприцем.
   Зверь не уходил. Василий Миронович заскулил, как раненый щенок, застыл, парализованный. Но вдруг заскрипело что-то за спиной, опали путы с неприятным разрывающим звуком.
   – Вы живы, Василий Миронович, – объявил голос в ухе. – Встаньте и идите.
   Мужчина поднялся на дрожащих ногах, качнулся, схватился за дерево.
   – Ты прямо Кашпировский, Андрюха… – восхищенно прошептал Игнат.
   Мужчина не знал, куда идти. Он всхлипнул, сделал неверный шаг, замахал руками, как слепой.
   – Как же в лес без GPS? – усмехнулся третий злоумышленник.
   Глава районной администрации взвыл от страха, развернулся и поволокся, раня босые пятки, к опушке. До нее было тридцать шагов. Снова треск, и начальник районной полиции почувствовал свободу. С нервами у этого типа было лучше, чем у предыдущего товарища. Брызжа матюгами, он кинулся прочь из леса. Оттолкнул валко бредущего Дорохова, бросился в проход между деревьями. И вдруг прогнулось что-то под ногами, и одновременно петля обвила лодыжку. Распрямилось наклоненное дерево, и начальник полиции, болтая конечностями, визжа, как недорезанная свинья, взмыл в небо. Он болтался между небом и землей, раскачивался с бешеной амплитудой, вытрясая из организма все доступные комментарии.
   – Какой карьерный взлет… – прошептал Игнат. Андрей и Михаил рассмеялись. – Ты молоток, Андрюха, – похвалил Игнат, – толково все придумал.
   – Ты тоже артистично рычишь, – отозвался Андрей. – Да уж, развлеклись, блин.
   – А эти злобные духи, оказывается, неплохие парни, – уважительно пробормотал Михаил. – Забавная тема. Без цвета, без запаха…
   – Главное – верить в них, – понизив голос, откликнулся Андрей. – Не бояться, но и не злоупотреблять их расположением. А что они такое, если это не только сгустки магнитных полей и колебаний, я даже не знаю. Предпочитаю не задумываться и вам не советую…
   Поднялся Дорохов, побрел к опушке, шатаясь, словно пьяный. Он наткнулся на висящего Волынского, отпихнул его, плохо вникая в текущий процесс. А на опушке происходили события: с северной окраины Выжинска приближались две машины, озаряя округу дальним светом, переливались проблесковые маячки. Они свернули с дороги, запрыгали по картофельному полю.
   – Девчата, приготовились… – шикнул через правое плечо Андрей. – И не говорите, что мы этого не ждали.
   Прогулялась волна по кустам, и снова стало тихо в царстве таежных духов.
   – Что там у нас с пакетом антикризисных мер? – усмехнулся Михаил, отползая в сторону.
   – Будем работать, – отозвался Андрей. – Иначе зачем мы тут готовили все эти декорации? Игнат, чем занят? – бросил он через левое плечо.
   – Не поверишь, Андрюха, сено кошу, – сварливо буркнула темнота.
   – Двигай на левый край. И давайте, мужики, без трупов и необратимых увечий. Дело сделали, подонкам уже не отвертеться. А копы просто выполняют свою работу, не будем обижать коллег Михаила…
   Ожидался последний бой… «Он, в натуре, трудный самый», – метко выразился Игнат. Воевать уже не хотелось. Да и полицейские, познавшие, что такое стычки с местными «партизанами», не больно рвались в бой. Мощные снопы света озаряли опушку. В эту точку пространства их привел маячок в телефоне Волынского. Погрешность – сорок-пятьдесят метров. О наличии этой штуки знали (Михаил был в курсе), имелась возможность отправить полицию по ложному следу, но решили этого не делать. Финальный аккорд – с привлечением фантазии, воображения и бухты конопляного троса. Десять парней в полицейской форме высадились из транспортных средств и двинулись к лесу, приготовив автоматы и фонари. В неизвестность парни не рвались. Выстроились цепью, включили фонари и стали настороженно всматриваться. «Принюхиваются к запаху интуиции», – мысленно усмехнулся Андрей. Глухой ропот пробежал по шеренге. Из леса выбиралась странная человеческая фигура в одних трусах. Глаза мужчины безумно вращались, он припадочно дергался, с психикой многоуважаемого чиновника явно что-то происходило. Лучи света скрестились на его искореженной физиономии. Ахнул офицер, командующий нарядом, что-то прокричал, и двое патрульных бросились его «спасать». Они хотели лишь помочь, но несчастный дико зарычал, стал махать руками. Все трое попадали в траву, завозились.
   – Там кто-то висит на дереве! – прорезался отчаянный крик.
   – Да ну… – засомневался скептик. Люди подходили к опушке, освещали лес. Действительно, в глубине кто-то висел на дереве, раскачивался и хрипло матерился.
   – Не стрелять! – взволнованно прокричал офицер. – Это майор Волынский! Вперед, бездельники!
   И ломаная шеренга полицейских устремилась к лесу. Началась потеха! Двое вырвались вперед и вдруг истошно завопили, когда под ногами затрещали тонкие стебли, замаскированные еловыми лапами. Вскрылась канава, в нее и провалились сотрудники полиции: один отплевывался, другой визжал, что ему сломали ногу. Перепуганные копы открыли огонь, невзирая на приказ. Неистово приплясывал офицер, требовал прекратить этот бардак! Еще одна «поклевка» – бегущий рядом сержант на что-то наступил, натянулась петля, сдавила щиколотку. Сержант повалился, теряя автомат, и его куда-то потащило, орущего от страха, забросило в терновый куст! Свалился еще один, подвернув ногу, – это поле вблизи опушки было вдоль и поперек испахано бороздами! Офицер негодовал, размахивал пистолетом и не заметил, как над кустарником что-то возвысилось. Скрученная веревка прочертила пространство, и петля обвилась вокруг горла старшего лейтенанта! Он захрипел от ужаса, схватился за веревку, сдавившую шею. А его уже куда-то волокли, мощный рывок – он видел, как в лицо несется дерево, и был бессилен против этой неодолимой силы…
   Загорелась полицейская машина, оставленная без присмотра. А спустя мгновение послышался хлопок: «уазик» вспыхнул, словно тряпка, смоченная бензином! Кто-то бросил горящую спичку в бензобак. Бак был не полон, кислорода для горения вполне хватало – эффект был что надо. Пламя взвилось в небо, озарилось картофельное поле. Короткая пауза – вырвался сноп из второго бензобака, хлопнуло, и еще один костер вырос рядом с первым. Две фигурки юркнули в траву, поползли во фланг. Копы метались по опушке, не зная, куда бежать. Их командир валялся без сознания. В довершение из леса разразилась пальба. Стреляли в небо, но в этой круговерти разве разберешь? Уцелевшие бросились к горящим машинам. Кто-то полз, отклячив задницу. Кто-то сбил так долго поднимавшегося Дорохова, и начальник районной администрации покатился в канаву. «Трусы! Засажу! Все назад!!!» – вопил, болтаясь на дереве, Волынский. В него, по счастливому стечению обстоятельств, не попало ни одной пули.
   На оборонительных позициях стоял густой хохот. Люди надрывались, катались по земле. Затряслись кусты на правом фланге, вывалились возбужденные Галка с Дашей, и последняя заявила дрогнувшим голосом, вызвав новую порцию гогота:
   – Все, мужики, мы больше за линию фронта не пойдем…
   – Ну что, молодежная экстремистская группировка? – заявил Михаил, вытирая слезы. – Кончайте ржать – смех до слез доводит. Сделали свое черное дело? Можем уходить. Дальше и без нас разберутся…

   Густая муть обложила сознание. Он хорошо держался в «активной фазе», но когда все кончилось… Группа разделилась, были трогательные прощания, обмен любезностями, уверения, что нужно лишь немного потерпеть. Уточняли координаты, где можно обнаружить друг друга. Аборигены отправились в райцентр окольными дорогами, Андрей с Дашей потянулись в леса – через урочище, через брод, через места недавней боевой славы – Маркушину гору и Кудрявцеву заимку. Снова следовал сон на хвойных лапах, под пологом сочной листвы, изобилующей насекомыми, в объятиях любимой женщины, которая по каким-то странным причинам не торопилась в родной город. Они лежали, выжатые, никакие, бессмысленно таращились в черный космос.
   – Потрясающе… – бормотала, засыпая, Даша. – Она не может, он не хочет, просто идиллия.
   – Я хочу… – на последнем издыхании шептал Андрей. – Мы это сделаем, мы сделаем все… но потом.
   – Господи, как я не хочу с тобой расставаться… – шептала Даша.
   – У тебя мало разочарований в жизни?
   – Видимо, мало…
   – Хорошо, давай помечтаем. У тебя фамилия есть?
   – А я какую называла?
   – М-м… Лактионова.
   – Нет, я точно не Лактионова. Подожди, сейчас вспомню. Демченко. Дарья Игоревна Демченко.
   – А фамилия Островская тебе нравится?
   – Дарья Островская… Красиво… Завидую тому, кто выйдет за тебя замуж. Как ты относишься к детям?
   – От тебя?
   Они глупо хихикали. А ночью он проснулся, и тоска сдавила грудь. Время не лечит, оно лишь разрешает жить с болью. Он безумно любил одну, но никак не мог забыть ту, другую, погибшую ради того, чтобы какие-то выродки могли и дальше набивать свои карманы. Где он будет через день, через неделю? Он нашел виновных, имеются доказательства, Михаил поклялся, что раскрутит дело до конца. Но Михаил не бог, а жизнь хрупка и зависит от нескольких граммов металла. Беглому зэку трудно воевать с системой, построенной на крови, лжи и воровстве. Бывают редкие исключения, но его ли это случай? Придется возвращаться в тюрьму, будут обвинения по новым статьям: побег из мест лишения свободы, насилие над представителями власти (кого волнует, что они выполняли преступные приказы?), убийство честных бизнесменов и лиц, осуществляющих их охрану. Сделанное – капля в море, и грядет безысходность.
   Но утром он пробудился, увидел девушку, смотрящую на него влюбленными глазами, и всю депрессию как рукой сняло. Он здесь, он на свободе, и пусть попробуют ее отнять!
   – Мне надо в кустики, – жалобно сказала Даша. – По очень большому…
   – Не расстраивай меня, – улыбнулся Андрей. – Принцессы не какают.
   Затрещали ветки в лесу, и все пришло в движение. Ахнула Даша, прижала руки к груди. Андрей засуетился: где успокоительное и патроны к нему?! Выкопал из глубокого кармана пистолет Ярыгина, конфискованный у начальника полиции, передернул затвор.
   – Я вся зеленая вернусь из этого отпуска… – шепотом пожаловалась Даша.
   Но последовал дружный вздох облегчения: на поляну, волоча ноги, выходили злые и потные Игнат и Галка Шиффер.
   – Одуреть… – бормотала Галка. – Ну, вы и забрались. Разлеглись тут, понимаешь, – последний герой боевика и его девушка… Ну, давай, пристрели нас! – воскликнула она, заметив пистолет в руке товарища. – Ради этого мы протопали эти двести тысяч миль. И заметь – не под парусом на яхте!
   – Береги свой лес, Андрюха, – пыхтел Игнат. – А то негде будет партизанить. А ты, Галка, терпи, мы же хотим не только рыбку съесть…
   – Доброе утро, – ухмыльнулся Андрей, опуская пистолет.
   – Очень доброе, – согласился Игнат, падая на охапку еловых лап. – Скоро следующее – еще добрее. Ты на часы смотрел?
   – Пока нет.
   – Вот и не смотри… Галка, лань трепетная, ты мне ногу отдавила, корова неуклюжая.
   – Цыц! – сказала Галка и стала доставать из рюкзака съестные припасы, среди которых лучше всего смотрелся дешевый дагестанский коньяк.
   – Ну вот, уже исправляетесь, – похвалил Андрей. – Помимо спиртного приносите что-то покушать.
   – Это не еда, – отрезал Игнат. – Это закуска. Тебя, наверное, волнует, что сейчас происходит в Выжинске? – Он без церемоний вскрыл зубами бутылку, сделал глоток и пустил коньяк по кругу. – В моем доме вчера вечером наблюдалась полиция. Жена в шоке. Ее не забрали, но она поклялась меня убить в ту же минуту, как я переступлю порог родного дома. У Галки та же фигня.
   – Так какого вы здесь бродите? – нахмурился Андрей. – Сидели бы на дне и не отсвечивали. Михаил тебя отпустил? – покосился он на Галку.
   – Нет Михаила, – прохрипела Галка. – Взял отгул и убыл в Красноярск по очень важному делу. Будем молиться за него, а то это не дело, когда в собственном доме тебя поджидает полиция и ты вынужден прятаться. Выжинск замер в тревожном ожидании, – высокопарно известила Галка. – Дорохов и Волынский лежат в больнице, какие-то не в себе. Полиция не лютует, копы ездят задумчивые, и складывается впечатление, что на наш райцентр надвигается ветер перемен.
   – Без вести пропал некто Парамонов. – У Игната дрогнул голос. – Второй день о нем ни слуху ни духу. Нервничает мать… Возможно, будут искать пропавшего в окрестных лесах. Это так, к сведению. Вот только боюсь, в ближайшие дни полиции будет не до этого. Так что можешь со своей туристкой пока не волноваться, – он фамильярно подмигнул смутившейся Даше.
   – Я не туристка! – вдруг заволновалась Даша.
   – А кто ты? – удивилась Галка.
   – Я шпионка… – ответила девушка.
   – Так, – разозлился Андрей, – об этом мы не говорим!
   – Я должна сказать… – Даша подняла глаза и сморщилась, словно съела что-то кислое. – Этих людей я считаю своими друзьями, они должны знать, кто я такая на самом деле.
   – Не вздумай!
   – Пусть говорит! – возбудились друзья и застыли в предвкушении.
   Даша не удержалась и рассказала все. Несколько минут друзья переваривали услышанное, и их лица отображали все доступные эмоции.
   – Ты не шпионка, – осмыслив информацию, вынесла вердикт Галка. – Ты гражданка России, посягнувшая на собственность государства, которое мы очень любим… В смысле, государство. Впрочем, последнее даже не подозревает о своей собственности, а если заподозрит, то приложит все усилия, чтобы разработки никогда не воплотились в жизнь.
   – Точно, – кивнул Игнат. – Вся надежда лишь на западную научную мысль. Стремно, конечно…
   – Я не понял, – нахмурился Андрей. – Вы о чем?
   Несколько минут все присутствующие озадаченно помалкивали. Даша смотрела на них с удивлением – ее «проблема» принимала интригующий оборот.
   – Как монтировкой по башке, – проворчал Игнат, – аж звезды увидел.
   – Могли бы обеспечить себя на всю жизнь… – пробурчала оцепеневшая Галка. – Моя зарплата меня, конечно, радует, она такая смешная…
   – Аналогично, – поддержал Игнат. – С заначками и то проблемы. В какую банку ни вкладываю деньги, жена все равно находит.
   – Так, забыли! – прикрикнул Андрей. – Не обсуждается.
   – А мы абстрактно рассуждаем, – парировал Игнат. – Вручную разобрать завал, говорите, никак?
   – Никак, – облизнула губы Даша.
   – Делим на четверых? – предложила Галка. – Вздуваем цену?
   – Можно, – кивнула Даша, и в глазах ее что-то заблестело.
   – Нет! – треснул кулаком по колену Андрей. – Не бывать этому! Впитали мой посыл? Ты вроде в кустики хотела? – повернулся он к Даше.
   – Перехотела, – скромно отозвалась девушка и потупила глаза.
   – А ты чего тут раскомандовался? – возмутилась Галка. – Ты кто такой? Ты купил землю, на которой стоит никому не нужный военный объект?
   – Бульдозер? – предложил Игнат. – Могу договориться с парнями. Триста косарей за час.
   – Мы въедем в здание на бульдозере? – удивилась Галка, – Как на танке?
   – Трос? – задумался Игна. – Метров сорок – без проблем. Цепляем рухнувшую лестницу крюками, обжимаем, пропускаем трос через окно, крепим к бульдозеру. Предварительно подпираем то, что может обрушиться. Потом в образовавшийся пролом проникает группа захвата с далеко идущими намерениями…
   – Как плавно льется твоя мысль, Игнат! – восхитилась Галка. – Ты, главное, не останавливайся, развивай ее. Давай еще немного помечтаем…
   Андрей застонал, обхватил голову. Белены объелись, мечтатели несчастные? Потом засмеялся, спрятал пистолет от греха подальше, принялся метаться по поляне, взбивая волосы. Новые проблемы? Чем дальше в лес, тем наглее партизаны? Или все идет своим чередом и надо просто с этим смириться?..
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18]

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация