А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Чудовищные сны разума (сборник)" (страница 20)

   Шутки шутить с государством, конечно, не следует, это может плохо кончиться. И не таких хитрозадых и удачливых подлавливали на пустяках и перемалывали на жерновах налоговой системы, законности и органов, поставленных на страже этой самой законности. И уж тогда, либо «небо в клеточку», либо как в той песенке – «Утикай».
   Агентство Виктора занималось предоставлением разнообразных услуг в области рекламы и информации. Помимо «паблик рилейшнз» – разработки рекламных кампаний, изготовления и размещения аудио-, видео-, печатной и наружной продукции рекламного и нерекламного характера – сюда входили и иные услуги. Например, визуализация – создание компьютерных объектов архитектурных проектов. Или услуги интернет-дизайна, то есть помощь в открытии страниц в Интернете.
   Можно было сказать, что недостатка в заказах агентство «Арт-видео» не испытывало. Но одно дело оформлять их официально, под отчетность, «отстегивая» государству кучу налогов. И совсем другое – проводить все эти работы и денежные расчеты мимо кассы, минуя широко раскрытый клюв ненасытного налогового птенца. Виктор старался работать «по черному», а если это не всегда удавалось, то включал в графу расходов массу всевозможных затрат на производство и расширение технической базы своей студии.
   «Белый» бизнес, когда занимаются разрешенной деятельностью и исправно платят налоги, по сути самый неблагодарный и невыгодный. «Черный» бизнес, когда не только уклоняются от уплаты налогов, но и сама деятельность является криминальной, слишком опасен и непригляден. Остается «серый» бизнес – это когда деятельность разрешена законом, но вот налоги никем никому не платятся. Восемьдесят, если не все девяносто процентов деятельности Левина и его конторы составлял как раз разлюбезный сердцу россиян «серый» бизнес. Так продолжалось какое-то время, пока не грянул август 1998 года.
   Удивительно, но почему-то после «черного августа» поток неучтенной налички значительно сократился, теперь заказчики предпочитали расплачиваться официально, по перечислению. Хотя по логике вещей должно было быть совсем наоборот – государство в который раз кинуло своих граждан, одним махом разорив и практически уничтожив средний класс. Такое вот у нас любящее государство, правительство и Президент – любят и любят до изнеможения – разумеется, нашего изнеможения, а не их.
   Ну, Витя не долго переживал, выход всегда найдется. Теперь почти все оплаты заказов он проводил через одну фирму, совершенно легально занимавшуюся обналичиванием денег. Таких фирм за последнее время появилось немало. Они обналичивали денежные средства под определенный процент – обычно от пяти до десяти процентов, в зависимости от того, сколько посредников стояло между владельцем фирмы и клиентом. Надо думать, посредники не голодали, судя по тому потоку и суммам, которые через них проходили. Как правило, через пару-тройку месяцев после открытия такая фирмочка тихо мирно закрывалась, а взамен нее открывалась новая. Таким образом, налоговая служба в лице ГНИ, ФСНП и ПФ[9], представляющая любящее государство, оставалась с носом. Думается, всех это устраивало, даже строгого родителя-государство, пекущегося о своих нерадивых питомцах.
   Что делать, всем давно известна истина: «хочешь жить, умей вертеться». Но до сих пор множество россиян не следует ей, вот и влачат жалкое существование «новых бедных»[10] и именно они пополняют ряды люмпенов[11]. Виктор как-то представил себе, что все без исключения, вдруг, начали «крутиться» и «вертеться», и что тогда бы наступило – общество всеобщего благоденствия или тотального жульничества и расхищения? Впрочем, последнее, как раз, и наблюдается сейчас в нашей благословенной распрекрасной отчизне. Как цинично, но справедливо заметил Джордж Сорос: «Богатые будут еще больше богатеть, а бедные еще дальше нищать». Этим всё и сказано.
   В фирме у Левина числились в штате десять человек – он, его зам, режиссер, монтажер-аниматор, двое операторов, композитор, бухгалтер, еще один компьютерщик и клерк-водитель. И еще целая масса агентов-нештатников работала за процент, рыская по городу и области в поисках клиентов. Дикторы, актеры, декораторы всегда были приглашенными, и за несколько лет работы сложился определенный их круг, с которым и сотрудничали, впрочем, периодически находя и пробуя на деле новых. Понятно, что Виктору приходилось думать не только о себе, но и о своих сотрудниках, обеспечивая их работой и заработками. Так что забот у него как у руководителя хватало, и это помимо основного занятия – продюсерского руководства творческими проектами.
   Несмотря на всю свою открытость и коммуникабельность, по своей сути Левин был волком-одиночкой, и где-то в глубине души обязанность содержать фирму с коллективом сотрудников вызывала у него досаду. На самом деле ему пришлось бы по душе нанимать работников на каждый отдельный проект, но он понимал, что это слишком низкий уровень для рекламного деятеля его масштабов. Имидж – прежде всего, а о каком имидже может идти речь, если твоя фирма состоит из одного человека – тебя, да еще, пожалуй, бухгалтера. Это в Москве рекламные агентства могут нанимать исполнителей и арендовать всё, что угодно – съемочную и монтажную технику, реквизит, павильоны. В их городе арендовать не у кого, разве что у государственной телерадиокомпании. Только это не тот случай. У чертовых монополистов эфира зимой снега не выпросишь.
   У Виктора всё было своим – отличная компьютерная база, монтажная студия профессионального видео, цифровой камкордер[12] «DSR-300», осветительные приборы, кран-стрелка, «рельсы» и прочие «прибамбасы». Конечно, и денег во всё это он вбухал не меряно. Да только и отдача была соответственной, а вся техника давно себя окупила.
   Своим людям предприимчивый продюсер платил неплохо, но никогда в ущерб себе. И если видел, что на чем-то можно сэкономить, то всю разницу забирал себе, ни с кем не делясь. В то же время он жестко контролировал деятельность и доходы своих подчиненных и, разрешая тем подрабатывать «налево», брал с них определенную мзду. Психологи определили бы его тип как человека-калькулятора, который преувеличивает необходимость всех контролировать, обманывает, увиливает, лжет, старается с одной стороны перехитрить, а с другой – перепроверить других. Обводить же вокруг пальца себя он не позволял никому, чего достигал ценой неимоверного напряжения психики и интеллекта.
   Но нельзя сказать, что душа его была черствой и огрубевшей, вовсе нет. В духовном плане сильнее всего на него оказывала воздействие музыка – красивая, душевная, трогающая самые потаенные, тонкие струнки человеческого естества. Когда он слушал лучшие вещи мировой классики, то что-то такое неохватное, вечное и святое накатывало на него, заставляло сжиматься сердце, перехватывало горло. В такие мгновения глаза его увлажнялись, и он мысленно всем всё прощал, и сам каялся в своих грехах, любя Господа и все сущее чистой, бескорыстной любовью.
   После подобных «релаксаций», осуществляемых, как правило, вечерами, он ложился спать умиротворенный и радостный, а утром просыпался бодрый, полный сил и новых замыслов. И без зазрения совести принимался за свое – обманывал, хитрил, изворачивался, одним словом «делал деньги». И это вовсе не было лицемерием, просто так была устроена его натура, с присущим ей двуличием. Сколько людей, столько и разных судеб, совершенно несхожих друг с другом характеров. Каждая личность имеет в этом мире право на самореализацию.
   С заказчиками Витёк умел ладить и за всю свою рекламную деятельность избегал вступать в конфликты. Естественно, случались разногласия и жаркие споры, но, как человек отходчивый и гибкий, он быстро находил компромисс, удовлетворяющий обе стороны. Как правило, клиент оставался довольным тем, что учли его замечания, и с удовольствием продолжал сотрудничество с удачливым продюсером и дальше. Пожалуй, в этом заключался секрет Левина и его фирмы – умение сглаживать противоречия в любой ситуации и подстраиваться под любого заказчика, если нужно, отбрасывая прочь гордыню и ложное чувство обиды.
   Надо заметить, российские клиенты-рекламодатели делились на две категории – понятливых и самодуров. Первые с самого начала были настроены положительно и уважали своих деловых партнеров. Самодуры же тянули одеяло только на себя и очень часто бывали всем недовольны – именно о них и сложена поговорка: «лучшее – враг хорошего». Как ни старайся, а все равно не угодишь. Работать с такими было очень тяжело, тем не менее, приходилось терпеть, так как именно эти заказчики, хоть и считали каждую копейку, но денег на солидную рекламу не жалели. Правда и нервы выматывали, дай Боже.
   Как предпринимателя и хозяина фирмы Виктора конечно же больше привлекали работы с минимумом затрат и высокой прибылью, а это были, как правило, видовые информационные ролики. Как продюсеру же, в котором еще не окончательно угасли творческие амбиции, ему хотелось снимать интересные масштабные проекты – игровые, имиджевые видеоролики, музыкальные клипы. Но именно они требовали максимальных затрат, смета расходов при этом раздувалась, себестоимость росла, соответственно доходы рекламопроизводителей снижались. Но зато, каков престиж, уважение и моральное удовлетворение от сделанного! Его режиссер, Саша Соколов постоянно пытался развернуться во всю мощь своей творческой фантазии, Виктору же приходилось осаживать его, напоминая о съемочно-постановочных затратах. Создавать нечто прекрасное – это конечно замечательно, но не стоило забывать и о хлебе насущном.
   В личной жизни Виктору до последнего времени не везло – попадались всё не те. Он любил окружать себя красивыми молодыми особами – моделями, актрисами. Впрочем, красавицы встречались и в среде рекламных агентов и техническо-творческого персонала – дикторов, визажистов, декораторов. Он легко сходился и безо всяких сожалений расставался с каждой очередной подругой. Все его приятели-сверстники уже давно переженились и растили детей, а он бегал холостой и свободный как ветер, что, впрочем, постепенно начало его тяготить. Так бы и корчить ему из себя повесу-донжуана, но тут судьба подстроила ловушку – очередная его модель, златовласая красотка Юлия, твердо решила женить на себе перспективного молодца. Очень скоро Витя с удивлением открыл для себя две вещи: прекрасная нимфа Юлечка оказалась на самом деле крашеной брюнеткой, что само по себе было не так уж и плохо, и что он слишком сильно увлекся ею, и привязанность его к ней крепчала ото дня на день, а вот это был уже тревожный для неженатого зажиточного мужчины симптом.
   Менять что-либо в их отношениях ему уже не хотелось, да и Юля вцепилась в него мертвой хваткой влюбленной женщины – это он явственно осознал после их совместной поездки в Италию. Но и под венец бежать он не торопился, так что в отношениях их пока присутствовала некая неопределенность и недосказанность. Виктор чувствовал, что долго так продолжаться не может, и что его подруга вскоре с чисто женским практицизмом положит этому конец, поставив вопрос ребром – «или она, или гуляй, Витёк, дальше». И Витёк был далеко не уверен, что выберет «гульбу».
   В последнее время дела в фирме шли как нельзя удачно, и ее глава уже начал подумывать, а не открыть ли ему свою независимую коммерческую телекомпанию, чтобы вещать в эфир хотя бы на город? После долгих раздумий он решил повременить с этими наполеоновскими планами, аккумулировать побольше средств на счету и уже потом, прикинув возможности, серьезно просчитать выгоду от проекта. Все деньги ведь тоже не заработаешь, нужно думать и работать на перспективу. У нас в России за годы правления Семьи все привыкли жить одним днем. Прямо по Христу: «Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем…»[13] Только люди всё перевернули с ног на голову, извратив смысл великих истин.
   «Оттого и живем так, – рассуждал про себя Левин, – привыкли действовать наскоком да нахрапом, брать непременно всё и сейчас». Он твердо знал, что всему свое время, и то, что не удалось на этот раз, получится потом. Хоть и один раз живем, но ведь не год и не два подобно полевым цветам. Всякому овощу свой срок.
ТРАНСЦЕНДЕНЦИЯ Id
   Я зашел к моему знакомому риэлтеру Алексею Варламову. Он накануне договорился о встрече с моей матушкой по поводу обмена квартиры в воскресенье, то есть завтра, но я решил зайти к нему заранее, так, на всякий случай, тем более, что живу-то в соседнем доме. Но в офисе у него я встретил вместо Алексея какого-то мудака и это, разумеется, вызвало у меня легкую досаду.
   Я общаюсь с Ингой Мерзавкиной – сотрудницей рекламного агентства «АТВ». Надо сказать, что в жизни эта эффектная красотка (высокая блондинка с великолепной фигурой) – весьма взбалмошная и знающая себе цену особа, этакая самка – обольстительная и расчетливая. Она любезно улыбается, но в общении с ней чувствуешь скрытую холодность и заинтересованность лишь, если ты представляешь что-то весомое – крупный бизнесмен, «новый русский», знаменитость или, по крайней мере, симпатичный атлет на иномарке и с полным карманом «бабок». Она относится ко мне в целом нормально, дружелюбно, с вежливым интересом (всё же я – рекламный продюсер, руководитель творческих проектов), но не более того.
   Тем более удивительно, что на сей раз (и я чувствовал это и был немного приятно поражен) она была расположена ко мне с подчеркнутым дружелюбием и озабоченностью по поводу моей судьбы, участием в моих трудностях. Оказалось, что ныне она – ведущая сотрудница научно-исследовательского центра, занимающегося разными направлениями в области социологии и психологии. Как и в жизни, здесь она – фаворит шефа, обладает определенным влиянием на него и таким образом может мне помочь устроиться к ним на работу. Я говорю ей, что хотел бы заняться разработками в области глубинной психологии и психоанализа. Ее же направление – социолог-психолог. Мы находимся в одном кабинете, затем проходим по коридору и переходим в другой кабинет – ее комнату. Она одета поверх одежды в белый халат. Она возражает мне, замечая, что пока рано говорить о том, чем мне заниматься и вообще всё еще находится под вопросом. Далее мы с ней продолжаем общаться.
   Затем я с ней еду в машине, подъезжаем к моей остановке со стороны Городского рынка. Уже стемнело, за остановкой массовое зрелище – чемпионат по футболу. В небе – салют, фейерверк. Играют футболисты, и мяч летит в мою сторону, я отбиваю его головой, но он возвращается ко мне, отскакивая от чего-то, и тогда я ловлю его руками и кидаю обратно на поле игрокам.
   Потом Инга меня с кем-то знакомит, кому-то из звезд футбола говорит, что я совершил какой-то выдающийся поступок ранее, затмевающий мою теперешнюю неудачу (с мячом?).
ЭКЗИСТЕНЦИЯ Ego
   Если бы людей, искренне и серьезно увлеченных каким-либо видом коллекционирования, спросили, какой в этом прок, они бы ответили примерно следующее. Во-первых, коллекционирование способствует освещению и иллюстрации многих страниц истории и человеческой культуры, ведь любой предмет отражает какой-то этап нашего бытия, а собранные вместе – целую эпоху. Таким образом, коллекционеры выполняют историческую миссию, сохраняя предметы коллекций и информацию, которую они несут, потомкам. Во-вторых, с чисто утилитарной точки зрения, собирательство антиквариата и разнообразных предметов коллекционирования – один из самых надежных способов сбережения денег. Причем первое место здесь занимали нумизматика и филателия, которые по уровню прибыли на вложение в них опережали золото, бриллианты, живопись и даже недвижимость. Прелесть здесь еще состояла в том, что коллекции не облагаются никакими налогами, безо всяких поборов передаются по наследству и, наконец, вложенные в них средства не пострадают как в случае разорения банка или акционерного общества. Ну и, в-третьих, это просто увлечение, азарт, приятное времяпрепровождение.
   Таков был бы, скорее всего, ответ самого коллекционера. А что, позвольте полюбопытствовать, думают по этому поводу специалисты в области психологии? Мнение психоаналитика было бы таково: любой вид собирательства, увлечение коллекционированием и накопительством чего-либо есть не что иное, как проявление так называемого анального характера. Понятие это достаточно сложное для непосвященных, но вкратце пояснить его можно следующим образом.
   Люди с анальным характером по тем или иным причинам неосознанно застряли на уровне двух-, трехлетнего ребенка, то есть произошла фиксация либидо (психосексуальной энергии) на анальной фазе развития человека (от двух до четырех лет), когда ребенок учится контролировать свои выделительные функции. Детям поначалу свойственна любовь к своим испражнениям, но под влиянием родителей это удовольствие, получаемое от процесса дефекации, и восприятие фекалий как чего-то ценного заменяется противоположной установкой – чувством брезгливости и стремлением к аккуратности и чистоплотности. В душе ребенка возникает конфликт, при котором разные импульсы – одни, идущие из подсознания, а другие, поступающие со стороны разума – сталкиваются и образуют чувство тревоги и стыда. Если конфликты успешно не разрешаются, тогда либидо и фиксируется на данной стадии. Впоследствии такой человек будет чрезвычайно чистоплотен, аккуратен и пунктуален до мелочей, педантичен и бережлив, даже скуп. У него разовьется страсть к накопительству и коллекционированию. Причем, эти качества выразятся слишком навязчиво и гипертрофированно. Подобные черты характера возникают у детей в ответ на требования чрезмерно строгих и непреклонных родителей. У ребенка появляется страх потерять контроль над сфинктерами, а значит вызвать неудовольствие родителей. Это – страх перед наказанием.
   Такая вот не совсем приглядная картина, обрисовывающая механизм и причины появления увлечений коллекционированием, страсти, которой подвержено множество приличных и добропорядочных людей.
   Игорь всё чаще ловил себя на мысли, что рекламная деятельность затягивает его всё сильнее, вытесняя остальные увлечения. Тем не менее, его по-прежнему тянуло к коллекционному хобби, к их сборищам по выходным, к монетам – этим золотым, серебряным и медным кружкам с выгравированными на них рисунками и надписями (изображением и легендой). Кто уж они все – мелочные крохоборы или увлеченные собиратели старины, обладатели анального характера или ценители прекрасного – это его мало заботило. Впрочем, Измайлов с возмущением отвергал всякие психоаналитические инсинуации и никаким «анальщиком» себя не считал. Что за глупые и недостойные измышления?! Этак вообще всех подряд можно зачислить в разряд невротиков и психов, подходя к изучению человечества с глубинно-психологической меркой. Фрейд, Юнг, Райх и иже с ними – люди действительно высочайшего ума, выдающиеся ученые, но распространять выводы, полученные в узкой области определенной научной дисциплины, на всё общество и происходящие в нем процессы просто нелепо.
   Измайлов, отличаясь пытливостью и тягой к знаниям, к постижению тайн природы и мира, конечно же, интересовался и загадками человеческой психики, почитывал и «великих реформаторов» психологии и психиатрии. Тем не менее, никаких проявлений пресловутого «анального характера», за исключением увлечения собирательством, да, пожалуй, склонности к чистоте и аккуратности, в себе не замечал. И был в душе оскорблен таким огульным сравнением всех представителей многочисленного племени коллекционеров, к которому относил и себя, со всякими неполноценными психотипами.
   В их «клубе» царила атмосфера не столько увлеченности коллекционированием, сколько коммерции. Купля-продажа монет шла полным ходом. Большинство интересовала лишь коммерческая выгода. Впрочем, не все были такими, еще оставались чудаковатые энтузиасты, занимавшиеся той же нумизматикой ради самого факта коллекционирования. Одним из них был пожилой профессор, преподаватель истории древнего мира в Университете. Монеты для него являлись исторической редкостью, реликвиями прошлого, артефактами, дошедшими до нас из прошлых веков – он специализировался только на монетах царской России, со времен Киевской Руси и до октябрьской революции. Старые названия русских монет самых разных номиналов представлялись ему чем-то святым, передающим сам дух того времени, откуда они дошли, атмосферу древнерусского общества, историю Российского государства. Сама мысль о том, что он систематизирует и постоянно пополняет свою коллекцию, сохраняя тем самым часть российской материальной культуры, доставляла ему огромное удовольствие. Это было чувство сопричастности к истории, развитию и величию его прекрасной страны, могучего государства, любимой Родины. Тем более, сейчас в столь смутное для нее и всех нас время. Сколько раз Россия падала на колени, но неизменно поднималась вновь, стряхивая с себя все чуждое ей и наносное и разворачиваясь во всю свою ширь и мощь!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация