А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Семейная тайна" (страница 15)

   Она прикрыла глаза, боясь, что и впрямь лишится чувств. И что теперь делать с обретенным знанием? Ей предстояло разобраться слишком во многом, но только не в присутствии незнакомца, пусть даже тот оказался ее кузеном. Пруденс проглотила комок и сменила тему:
   – Ну а вы? Получается, ваш отец приходится мне дядей?
   Уэсли, похоже, понял ее желание.
   – Очевидно, да. Он содержит платную конюшню, чуть дальше по улице. Они с мамой отказывали себе во всем и накопили денег на собственное дело. Пришлось нелегко, но они справились.
   Пруденс услышала гордость в его голосе и испытала тоску. Не так давно она тоже гордилась собой и своим семейством, теперь же знала обо всем этом меньше, чем прежде.
   – Они собирались завещать дело нам, но даже им ясно, что будущее за автомобилями. Старший брат уже трудится на заводе за городом; там же в конторе работает и сестренка, так что конюшня, скорее всего, отойдет мне. Хорошо хоть, что мне нравится ухаживать за лошадьми.
   – А кроме мамы, у вашего отца есть братья и сестры? – Информационный голод Пруденс десятикратно усилился.
   – Еще четверо и куча двоюродных, – усмехнулся Уэсли. – Кинь в этом городишке камень – и обязательно попадешь в Тэйта. Рождественские сборы, было дело, смахивали на ярмарку, но в последнее время мы не собираемся всей семьей. Нас слишком много.
   – Здорово.
   Она не лукавила, хотя Рождество в доме Бакстонов ей тоже нравилось. Сэр Филип осыпал всех подарками, и она получала не меньше, чем Ровена и Виктория. Пруденс сморгнула навернувшиеся слезы. Что с ней творится? До чего же она стала сентиментальной.
   – Так что же вы здесь делаете? У вас, надеюсь, все в порядке? Это, разумеется, не мое дело, я не хочу быть навязчивой.
   – Да полно вам, о чем речь. Я пришел навестить бабушку. Она недавно упала и сломала ногу. Жду, пока медсестра закончит процедуры. – Неожиданно Уэсли посмотрел на Пруденс широко раскрытыми глазами. – Она ведь и ваша бабушка.
   Сердце Пруденс едва не выскочило из груди.
   – Я никогда ее не видела.
   Вернулась секретарша с запиской в руке:
   – Ответ для мисс Ровены Бакстон.
   Пруденс встала, взяла записку. Сунув ее в карман, она повернулась к кузену:
   – Очень рада была познакомиться. И буду счастлива увидеться снова, если не обременю. Мне еще столько всего нужно узнать.
   – Могу себе представить. – В голубых глазах юноши читалось сочувствие, затем он просиял. – А может, прямо сейчас заглянете к бабушке?
   Пруденс отступила на шаг и замотала головой:
   – Не думаю, что это хорошая мысль. Совершенно очевидно, что мама покидала дом под давлением обстоятельств, и мы теперь знаем каких. Я не хочу огорчать бабушку, тем более с такой серьезной травмой.
   – Ха! Вряд ли сломанная лодыжка сильно подействовала на нее. Нора, а ты как думаешь?
   Вопрос адресовался вернувшейся за стол женщине. Та фыркнула.
   Уэсли понизил голос:
   – Мы ей не скажем, кто вы такая. Объявим просто, что вы моя хорошая знакомая. Я видел фотографию вашей мамы. Вы с ней не очень похожи. Только линией рта. Мне кажется, все выйдет отлично. Разве вам не хочется познакомиться с бабушкой?
   Пруденс сделала глубокий вдох. Мамина мама.
   – Да. Вероятно, хочу.
   Женщина выглянула из-за стола. Она откровенно подслушивала.
   – Медсестра уже закончила, можете идти.
   Уэсли посмотрел на Пруденс, и та кивнула.
   Они проследовали в главное крыло больницы. Удушливо пахло лимоном и серой, и Пруденс на миг задумалась, за какой ширмой скрывается Джонатон Уэллс, но тут же позабыла обо всем. Уэсли подвел ее к узкой белой кровати, на которой лежала пожилая женщина. Ее лицо с годами чуть расплылось и размякло, как это случается с дородными женщинами. Помимо зорких голубых глаз, Пруденс не заметила в ней почти никакого сходства с матерью.
   – Я уж решила, что ты устал ждать и оставил меня страдать одну, как принято у вас, безбожников.
   Женщина говорила резко, но взгляд, которым она наградила Уэсли, был нежен, и Пруденс поняла: любимый внук, несмотря ни на какие слова.
   – Ты, видно, спутала меня с неблагодарными братьями и сестрами, ибо я ни за что на свете не покину свою досточтимую бабулю. – Уэсли выдержал паузу и усмехнулся. – Кому-то же надо присмотреть за сиделками.
   Женщина фыркнула, а он подмигнул в ответ, затем потянул за руку Пруденс:
   – Смотри, кого я привел. Это моя подруга, знакомьтесь.
   – Я заметила, но предпочла не верить глазам. Неужто внучек решил развлечь бабушку знакомством, когда та лежит беспомощная и никого не в состоянии напугать.
   – Уверен, что ты изыщешь способ. Бабушка, это Пруденс. Пруденс, это моя бабушка Милдред.
   Пожилая женщина моргнула и зашарила по прикроватному столику, пока внук не протянул ей очки в проволочной оправе.
   – Было бы очень приятно познакомиться, дорогая моя, не будь я в столь невыгодном положении. Как твоя фамилия? Очевидно, моему внуку неизвестно, как правильно представлять людей.
   Единым острым взглядом женщина мгновенно оценила одежду, прическу и осанку Пруденс. Та замялась, подбирая ответ.
   – Бакстон, – не думая, выпалила она. – Пруденс Бакстон.
   Мертвая тишина была красноречивее слов. Все долго молчали, и грудь Пруденс сдавило стальным обручем.
   – Ты из Бакстонов, – наконец произнесла Милдред. – Темные волосы, зеленые глаза. Погубили многих городских девушек. – В ее голосе проступила горечь, но затем она стряхнула ее недовольным кивком седой головы. – Я слышала, вы приехали в Саммерсет после смерти отца. Зачем же ты якшаешься с моим внуком? Он вроде чуть ниже тебя по статусу.
   – Не волнуйся, бабуля. Ты не о том подумала. Мы просто друзья.
   Уэсли бросил на Пруденс свирепый взгляд, и та слабо улыбнулась в ответ.
   Она не собиралась называться Бакстон. Фамилия сама сорвалась с ее губ. Вот и вышла путаница. Очевидно, Милдред приняла ее за Ровену.
   – В мое время девочки дружили с девочками, а мальчики с мальчиками. Но ваше поколение считает, что нужно перевернуть мир с ног на голову, так что разницы, думаю, нет. Но помяните мои слова, ничего хорошего из такой дружбы не выходит. – Она пристально смотрела на Пруденс.
   – А по-моему, выходит много хорошего, – уязвленно ответила та. – Если бы я не дружила с вашим внуком, мы бы с вами не познакомились.
   – Ты унаследовала красноречие Бакстонов. – Губы женщины дрогнули в улыбке. – Некоторые люди вашего круга считают, будто могут получить все, что угодно, по праву рождения, но вы, Бакстоны, добиваетесь своего речами. Это ничего не меняет. В итоге вы все равно делаете, что хотите. А теперь ступайте, оба. Уэсли, постарайся быть джентльменом, даже если ты им не родился. – Она откинулась на подушку и закрыла глаза.
   Уэсли наклонился и поцеловал ее в щеку.
   Затем он взял Пруденс за руку и молча вывел ее из больницы на свежий осенний воздух.
   – Зачем вы это сделали? Все равно она рано или поздно узнает правду.
   – Простите. Само вырвалось.
   Уэсли вытащил карманные часы и проверил время:
   – Мне пора в конюшню. Может, как-нибудь заглянете на ужин? Я уверен, что отец будет рад познакомиться.
   – Уверены, да? Я бастард. – Пруденс буквально выплюнула это слово. – Незаконнорожденная дочь падшей женщины. Если в вашей семье не вспоминают о моей матери, то ясно, что они хотят забыть о позоре.
   – Я подготовлю их. Постепенно, конечно. А потом пришлю вам приглашение на чай или обед. Пусть мое семейство поколеблется во мнении. В конце концов, вы же не виноваты в обстоятельствах вашего рождения.
   Простившись с кузеном, Пруденс присела на скамью перед больницей в ожидании Эндрю. Горло болело от проглоченных слез. Она гадала, кто ее отец и сколько истины содержалось в рассказе матери. Правда ли, что он умер? И было ли это важно?
   Она настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как подъехал Эндрю, пока тот не посигналил рожком.
   Краснея, Пруденс села в машину.
   – У тебя вид, будто ты где-то за миллион миль отсюда.
   – Так и есть, – признала она. – Я думала о своей семье.
   Эндрю вывел автомобиль на проселочную дорогу:
   – Ты говорила, что твоя мать служила в Саммерсете. Значит, у тебя здесь родня?
   Пруденс колебалась, не зная, как много ему можно сказать, а Эндрю ободряюще улыбался. Что он подумает, если узнает, что она незаконная дочь служанки?
   – Я сегодня встретила двоюродного брата, – произнесла она наконец. – Он пришел в больницу навестить мою бабушку, которую я тоже увидела впервые в жизни.
   – Вот здорово! И как они тебе? У меня есть пара родственничков, которых я хотел бы не знать.
   – Было занятно, – улыбнулась Пруденс. – Но кузен оказался милейшим человеком. Надеюсь, мы с ним еще увидимся.
   – Тогда рад за тебя.
   Ее удивил натянутый тон. Эндрю закаменел лицом и смотрел прямо. Может, он ревнует? Поскольку лондонские Бакстоны избегали светского общества, девушки так и не научились главному: заманивать мужчин. Им были глубоко чужды кокетство и флирт. Мать Пруденс была слишком прямолинейна, чтобы учить их этому, хотя, с горечью подумала Пруденс, кое о чем на сей счет та все-таки знала и умела если не удержать мужчину, то по меньшей мере привлечь.
   Она быстро выбросила мысли об Эндрю из головы. Пруденс не собиралась задерживаться в Саммерсете дольше необходимого, и не было смысла привязываться к аббатству и его обитателям. Она надеялась, что они с Вик и Ро вернутся в Лондон и заживут, как им хочется.
   Правда, она не представляла себе этой жизни.
   Эндрю кашлянул:
   – Может, в следующий выходной прогуляемся по Бакстону? Конечно, если у нас совпадут свободные дни.
   Пруденс глянула на него, терзаемая сомнениями. Ей не хотелось сближаться с Эндрю, но она не могла отрицать, что сейчас ей отчаянно не хватает друга. Затем в голове неожиданно возник образ лорда Биллингсли, но Пруденс немедленно отогнала воспоминание о его темных глазах. Им никогда не стать друзьями. Такая дружба лишь навредит его семье. Чему-чему, а этому она в Саммерсете научилась. Поразительно на самом деле. Пруденс прожила жизнь, даже не подозревая, что значит родиться дочерью горничной. А теперь ей придется смириться еще и с тем, что она оказалась незаконным ребенком.
   – С большим удовольствием, – ответила она. – И не волнуйся о выходных. Я могу отпроситься в любое время, так что просто сообщи, когда у тебя будет выходной.
   – Ты сумеешь? Хорошо же тебе, тогда не придется уламывать миссис Харпер. Как насчет следующего четверга? Дальше пойдет предпраздничная неделя, и Саммерсет заполонят гости. Нам обоим будет не до того.
   Пруденс улыбнулась. Автомобиль подъехал к черному входу.
   – Грандиозная мысль.
   И она не лгала. Перспектива провести день с молодым человеком казалась праздником по сравнению с кухонным бдением или чтением в кровати.
   Или раздумьями, с чего начать распутывать нагроможденную матерью ложь.
* * *
   Ровена выхватила конверт из рук Пруденс, едва потрудившись поблагодарить. За последние дни она извелась по поводу своего поведения в больнице. И что за бес в нее вселился, коли заставил прикинуться, будто Джон и мистер Диркс в подметки ей не годятся? Она поступила как настоящий сноб, как ее тетя и другие заносчивые дамы, ревниво охранявшие свое положение в обществе. Перед глазами стоял укоряющий взгляд мистера Диркса.
   Что бы сказал отец?
   Ровена дождалась, пока Пруденс выйдет, и распечатала конверт.
...
   Дорогая мисс Бакстон,
   Вам не за что извиняться. Я сам вел себя недостойно и заслужил гораздо более суровое наказание, чем полученный от Вас нагоняй. От Дугласа я тоже заработал хорошую взбучку и осознал, что должен загладить вину. Сегодня меня выписывают, и я почту за честь, если Вы завтра присоединитесь ко мне за чаем в гостинице «Фримонт», а после прогуляетесь в нашем с мистером Дирксом обществе. За нами будет должный надзор, и Вы можете не беспокоиться на сей счет. Не утруждайте себя ответом. Если Вы не приедете, я пойму.
   Искренне Ваш,
Джонатон Уэллс
   Ровена прижала на миг письмо к груди, прежде чем поняла, что творит. Конечно, она не пойдет. Пошлет короткую записку, где скажет, что этот жест примирения необязателен и будет достаточно простить друг другу грубое поведение.
   С другой стороны, ответить отказом на его попытку извиниться покажется именно грубостью. Не лучше ли принять приглашение, показать себя за чаем настоящей леди и навсегда забыть о Джонатоне? В конце концов, надо же ему доказать, что не все Бакстоны ведут себя как невоспитанные снобы. Да. Так она и поступит. Пойти с ним она никуда не пойдет, и чая вполне достаточно.
   На следующее утро Ровена проснулась рано. Пруденс, застав ее роющейся в гардеробной в поисках подходящего наряда, сильно удивилась. Зачем девушке столько черного? Ровена устыдилась, напомнив себе причину, по которой в ее гардеробе преобладали темные тона. Отец скончался всего месяц назад, а она уже жалуется на траур. Может, вообще не ходить?
   Нет, отец не желал ей затворничества. Он порицал традиции, которые запрещали молодым людям наслаждаться жизнью. Когда не стало бабушки, он вообще не стал принуждать их к глубокому трауру.
   Значит, она пойдет.
   – Что ты делаешь? – спросила из-за спины Пруденс.
   – Ищу, что надеть, но у меня нет ничего подходящего. – Ровена была в отчаянии.
   – Если объяснишь, что тебе нужно, я смогу помочь, – рассудительно сказала та.
   Ровена терпеть не могла, когда кто-то оказывался рассудительнее ее.
   – Черт возьми! Я не знаю. Если бы знала, давно бы нашла.
   – Куда ты собираешься?
   – В город на чаепитие, а потом на короткую автомобильную прогулку. – Ровена бросила на Пруденс косой взгляд. – Может быть.
   Пруденс не спросила с кем, и Ровена была ей признательна. Она не сумела бы объяснить, почему мысль о встрече с Джонатоном одновременно пугает и радует ее. Определенно, такого не было ни с лордом Биллингсли, ни с Китом. Возможно, причина кроется в том, что она видела Джона беспомощным и беззащитным. Ровене казалось, что она знает его глубже, чем любого другого мужчину.
   – Ты сядь. – Пруденс подтолкнула ее к креслу. – Посмотрим, что у нас есть. Где он назначил встречу?
   – Откуда ты знаешь, что меня ждет мужчина? – подозрительно нахмурилась Ровена.
   – Не нужно быть Шерлоком Холмсом, все и так ясно. Вчера я относила письмо, адресованное молодому человеку, а сегодня ты отправляешься пить чай и кататься на машине, да к тому же мечешься по комнате как угорелая.
   Щеки Ровены покраснели еще сильнее.
   – Мы встречаемся в гостинице «Фримонт». Отец водил нас туда перекусить, когда мы ездили верхом. Место милое, но без претензий.
   Пруденс достала накрахмаленную белую хлопковую блузку с высоким кружевным воротничком и облегающими рукавами. Положив ее на кровать рядом с Ровеной, она подобрала практичную юбку из темно-бордовой шерсти, отделанную черной тесьмой. Комплект завершал черный приталенный жакет для верховой езды с оборкой на манжетах и двойной оборкой понизу жакета. В таком наряде даже Ровена не могла обойтись без корсета. Костюм выгодно подчеркнет стройную фигуру, но без излишнего кокетства. Он подойдет и для чаепития, и для всего остального.
   – Чудесно. Спасибо, Пру.
   – Вместо «спасибо» расскажешь мне все потом. Обещаешь? – (Ровена кивнула.) – Теперь прими ванну. А я пока почищу шерстяное пальто. Слишком холодно, чтобы идти в одном жакете.
   Ровена повиновалась и вскоре уже лежала в огромной белой ванне, не веря своему безрассудству. Младшая сестра была вне себя от горя, Пруденс на кухне скребла кастрюли и занималась бог весть чем еще, а она летит на встречу с молодым человеком, которого даже толком не знает. На глаза навернулись слезы, и Ровена прикрыла веки. Она не сделала ничего, чтобы помешать дяде продать дом. Весь последний месяц она существовала в сером тумане, обесцвечивавшем мысли и чувства. Ровена понимала, что нужно очнуться и заняться делами, но не могла бороться с апатией, которая наваливалась на нее по утрам. Апатия отступила только дважды: когда она сидела с Джоном после крушения аэроплана и когда навестила его в больнице. Она хотела лишь стать такой, как обычно. Неужели это великое преступление?
   Ровена позволила Пруденс завернуть себя в широкое турецкое полотенце, а затем расчесывать волосы, пока те не стали шелковыми. Обе молчали. Ровена боялась, что Пруденс на нее злится. В конце концов, у нее были на то причины, но Ровена не хотела об этом говорить. Только не сегодня. Ей было ясно, что в скором времени им придется все обсудить, однако нынче Ровена желала жить настоящим, забыть о горе и тяжком бремени ответственности, а также о нарушенных обещаниях, данных Вик и Пру.
   Пруденс затянула корсетом талию Ровены, и та стала тоньше, чем у ребенка. Потом наступил черед прически: пальцы Пру искусно подкручивали и подкалывали волосы, как будто она училась у лучших французских парикмахеров.
   – А где Виктория? – нахмурилась Ровена.
   Близилось время второго завтрака, а младшей сестры все не было.
   Пруденс пожала плечами:
   – Сюзи помогла ей одеться с утра и велела мне оставить ее в покое до конца дня. Она как будто не собиралась выходить, но вид был сама понимаешь какой – загадочный. Наверное, очередной секрет.
   Ровена покачала головой. Сейчас она могла заниматься только своими тайнами.
   – Ладно, пусть развлекается. И все же лучше убедиться, что все лошади в стойле. Проверишь? А я расспрошу шофера, когда поеду в город.
   Пруденс кивнула, затем откашлялась и сообщила:
   – В следующий четверг меня не будет, я беру выходной.
   – И у тебя секреты? – удивилась Ровена.
   – Нет, – печально улыбнулась Пруденс. – Ты просто не спросила. Но если хочешь знать, я буду с Эндрю.
   – Кто такой Эндрю?
   Ровена осведомилась об этом резче, чем намеревалась.
   – Вообще-то, лакей.
   – О, Пруденс!
   Вот опять: Ровена не хотела выказывать разочарование, однако была шокирована. Даже в мыслях она никогда не представляла Пруденс с мужчиной, а если бы тот появился, то был бы из круга Ровены. Она покраснела от своей напыщенности и поспешно сказала:
   – Прости, я неудачно выразилась. Мне лишь вспомнился Себастьян – лорд Биллингсли. Он сильно увлекся тобой.
   Сама сдержанность, Пруденс отложила расческу и щетку:
   – Прическа готова, мисс Ровена. Могу еще чем-то помочь?
   Ровена повернулась к ней, испытывая угрызения совести:
   – Не надо так, Пруденс. Я совершенно не то имела в виду.
   – Ровена, лорд Биллингсли не про меня, – тихо произнесла Пруденс. – Возможно, твой отец поторопился увериться, что отношения между классами меняются, так как в том же Саммерсете все осталось по-прежнему. Пусть Эндрю лакей, но он очень приятный молодой человек. Да и не забывай, что я всего лишь дочь горничной, превратившейся в гувернантку.
   Будничный тон так поразил Ровену, что она даже не заметила, как Пруденс вышла из комнаты. Затем подступили слезы. Она тупо сидела за туалетным столиком, не в силах посмотреть в зеркало. Через несколько минут она встала и забрала пальто, оставленное Пруденс на подлокотнике кресла. Ее не заботило слишком раннее появление в городе. Здесь она не могла оставаться ни секунды.
   Ровена прошла мимо комнаты Виктории, но той так и не было. Кэрнс бросился подавать автомобиль по первому знаку. Отец, быть может, противился возвышению, которое порождалось армией слуг, но это было, безусловно, удобно.
   Из-под опущенных ресниц Ровена украдкой изучала шофера. За всю дорогу Эндрю не произнес ничего, кроме «да, мисс» и «нет, мисс», и она гадала, чем же он так увлек Пруденс, что та согласилась посвятить ему выходной. Удавалось ли им разговаривать и смеяться непринужденно? Пруденс любила читать, – может, и у него имелось тайное пристрастие к книгам? Беседовали ли они о музыке или политике? И как ее угораздило брякнуть «О, Пруденс», как будто в знакомстве с лакеем было что-то постыдное? Эндрю, рот на замке, не отрывал взгляда от дороги. Простое, грубоватое лицо – милое, но ничего особенного. Но он мог открыться Пруденс совсем другой стороной.
   Снедаемая тревогой, Ровена осведомилась:
   – Надеюсь, вы знаете, где находится гостиница «Фримонт»?
   Она возненавидела свой капризный, недовольный тон.
   – Да, мисс.
   Ровена отвернулась и замолчала. Очевидно, Пруденс обладала неким недоступным ей шармом. А может быть, Эндрю просто умен. Она вспомнила недавние слова Пруденс о классах – ничто не менялось. Возможно, отчасти дело было в самой Ровене. Не так ли считает и Джонатон? И кто он вообще такой? Нервы были натянуты как струна. Настроение неудержимо падало.
   – В какое время прикажете подъехать за вами, мисс Бакстон?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация