А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Чушь собачья (сборник)" (страница 21)

   Двери кафе отворились, и на улицу вышел наш киллер. Он был без «дипломата», но с папкой в руках.
   – Дождаться не может, профессионал хренов, – прошипела Маринка, – решил посмотреть, почему мы не взрываемся.
   Мы почти синхронно отвернулись и начали заинтересованно рассматривать блочно-кирпичный пейзаж на другой стороне улицы.
   – А если он подложил бомбу, то почему же он не удрал, как вчера? – спросила я больше сама у себя, чем у Маринки, стараясь выискать хоть какие-нибудь доводы против подозрения в заминировании моей машины.
   – Убедиться хочет, – пожала плечами Маринка, – по-моему, все ясно и логично.
   – Да? – переспросила я. – А как он узнал, что мы поедем именно сюда? Мы сами с тобой этого не знали еще час назад.
   – А он следил! – очень просто объяснила Маринка. – Он уже знает, что мы его выследили, и вот решил не откладывать дела в долгий ящик. Ба-бах – и все. Решение всех проблем.
   – И в ящике мы, – тихо закончила я Маринкину мысль.
   В это время послышались приближающиеся шаги, и как мы ни старались не смотреть в сторону кафе, но пришлось. Мы с Маринкой одновременно повернулись и оказались лицом к лицу с «нашим киллером». А как его по-другому называть, если он на самом деле киллер?
   – Работаете, девушки? – тихо спросил дядечка, обшаривая нас с Маринкой влажным взглядом.
   – Нет, мы на обеденном перерыве, – робко сказала Маринка и покраснела.
   – Извините, – дядечка, слегка улыбнувшись, кивнул нам и пошел к стоящей невдалеке от моей машины серебристой «БМВ».
   – А какое ему дело, работаем мы или нет? – шепотом спросила у меня Маринка. – Или это намек? Не поняла!
   – Он принял нас за проституток, – чуть не рассмеялась я, – вот что означает его вопрос! «На обеденном перерыве», – передразнила я ее. – Пошли в машину!
   – Как это «за проституток»? – Маринка замерла, открыла рот, потом очнулась и догнала меня.
   – Он темнит! Не открывай машину! – крикнула она.
   – Кто не рискует, тот не пьет шампанского! – гордо проговорила я банальную фразу, почему-то на самом деле уверившись, что нам ничего не грозит. Но Маринка была другого мнения.
   – А кто рискует, тот того… – пробормотала она.
   – Чего «того»? – спросила я, отпирая «ладушку». – Чего «того»?
   – Ничего, – буркнула Маринка и, помедлив немного, тоже распахнула свою дверь и, зажмурившись, плюхнулась на сиденье.
   – Бум, – проговорила она.
   – Пошла к чертовой матери! – пожелала я ей.
   – И тебе то же самое по тому же месту, – Маринка не осталась в долгу, но глаза на всякий случай открывать не стала.
   Я завела мотор и некоторое время прислушивалась к его мерному гудению.
   – Ничего? – спросила Маринка, осторожно приоткрывая один глаз.
   – Как видишь. Точнее, как слышишь, – ответила я.
   – Ну это все пока! – зачем-то каркнула Маринка, но я постаралась не обращать внимания на ее глупости.
   Серебристая «БМВ» тем временем неторопливо развернулась и выехала на дорогу.
   – Если бы он знал, что мы заминированы, он действовал бы быстрее! – сказала я, начиная разворачиваться.
   – А есть еще радиоуправляемые мины, помнишь, мы… – начала вспоминать Маринка, открывая второй глаз.
   – Замолчи немедленно! – заорала я. – Надоели твои глупости! Дай хоть подорваться в машине без твоих комментариев и умных… – я замолчала и все свое внимание обратила над дорогу. Чтобы я еще хоть раз куда-нибудь поехала с Маринкой! Да ни в жизнь, твою мать! Сил моих больше нет! Устала я!
   – А куда едем? – громко спросила меня Маринка, переводя тему, но не становясь от этого менее надоедливой.
   – За этим гадом, – так же громко ответила я, – если он нас не заминировал, то это его последняя ошибка! Теперь уж мы его не упустим!
   Я выехала на дорогу и последовала за серебристой «БМВ».

   Глава 6

   Я уже была не та неопытная девочка, как когда-то. За последний период моей жизни кое-что произошло, и я постаралась провести слежку как можно умнее и скрытнее.
   Я не стала догонять «БМВ», а стала держаться на расстоянии, постоянно прикрываясь впереди идущими машинами.
   – Уйдет, все равно уйдет, – бормотала Маринка под руку, и было непонятно, чего ей хочется больше – то ли того, чтобы «БМВ» действительно от меня оторвалась и потом она бы с чистой совестью начала б меня в этом укорять, или же наоборот.
   Наше преследование продолжалось недолго. Серебристая «БМВ», свернув только два или три раза, не превышая скорости, ровно и спокойно докатилась до здания казино «Галактика» и остановилась перед его входом.
   Я еще издали заметила это и поэтому, сделав небольшой круг, поставила «Ладу» в стороне, чтобы не примелькаться. Я сама очень гордилась своим профессионализмом и очень даже обижалась на Маринку, у которой не хватило наблюдательности оценить мои способности.
   – Не удалось козлику девочек подснять, так он решил в картишки перекинуться, – пробормотала Маринка. – Это называется сублимацией.
   – Если бы очень хотел снять, то снял бы, – тихо проговорила я.
   – И ты бы пошла?! – воскликнула Маринка, изумленно глядя на меня.
   Я посмотрела на нее, как… как не скажу на кого, и едва не сплюнула от досады. Удержало меня, между прочим, соображение, что это моя машина. Вторым соображением было то, что Маринка все равно бы ничего не поняла.
   – Я имею в виду, что с этим делом сейчас проблем нет, – нудным, подчеркнуто педагогическим тоном сказала я, – что у тебя за дурацкие мысли такие! Иногда даже неудобно становится!
   – А что я должна была подумать, скажите, пожалуйста! – крикнула Маринка. – Мысли свои выражать нужно точнее! Редактором еще называется!
   Я промолчала, как уже часто делала сегодня, но почувствовала, что надолго меня не хватит. Еще парочку раз она меня заведет и получит за все сразу! Это уж я точно решила!
   Наш киллер неторопливо вышел из машины и медленно направился к казино. Он не стал открывать дверь, а позвонил в звонок, кнопка которого располагалась слева на стене здания.
   – Подпольное, что ли, заведение? – пробормотала Маринка. – Почему не открыто?
   – Да просто еще рано, – сказала я, – эти конторы открывают свои гостеприимные двери значительно позже.
   – А, ну да, – пробормотала Маринка, словно случайно забыла об этом.
   Мы, не выходя из «Лады», проследили, как дверь казино отворилась и киллер зашел внутрь.
   – Ну а теперь будем ждать? – спросила у меня Маринка. – В казино я точно не пойду! Там притон и засада! Зайдешь и не выйдешь ни фига! Знаю я эти штучки!
   – Пока даже не знаю, что делать, – ответила я, – но, наверное, нужно выйти и осмотреться.
   – Пока мы живы, – напомнила Маринка.
   – Прекрати! – резко потребовала я. – Достала уже!
   – Уже, уже прекратила, – вздохнула Маринка, – а что такого я сказала? Чистую правду!
   – Достала ты меня уже со своей чистой правдой и нечистым вымыслом! – крикнула я. – Помолчи лучше!
   – Я даже вообще с тобой разговаривать разучилась! – заявила вдруг Маринка. – Только и делаю, что молчу и слушаю твои приказы! Надоело уже!
   – Ну, знаешь! – ничего больше не сказав, я вышла из машины и… нет не хлопнула изо всех сил дверцой, хотя мне этого и очень хотелось. Я сдержалась, прикрыла дверцу аккуратно и очень даже внутренне возгордилась. И было за что, между прочим!
   Итак, я вышла на тротуар и осмотрелась.
   Улица как улица, позади нас ряд домов, слева киоск «Роспечати», справа несколько лотков с обычным набором чипсы-пепси.
   Здание казино «Галактика» располагалось на противоположной стороне улицы, правее того места, где я поставила «Ладу». После того как Маринка наконец-то выгрузилась из «ладушки», щурясь на свет божий, мы неторопливо направились к нему.
   Серебристая «БМВ» стояла напротив «Галактики» в гордом одиночестве в аккуратно расчерченном на асфальте прямоугольнике.
   – Такое впечатление, что «БМВ» встала на свое законное место, – заметила я.
   – Или просто на место, отведенное под стоянку, – кольнула меня Маринка.
   – Может, и так, – я не стала с ней спорить, – подойдем ближе и посмотрим, вдруг что-нибудь и заметим.
   Мы дошли до перехода и, как пай-девочки, перешли по нему на ту сторону улицы.
   Когда мы подходили к казино, дверь его отворилась и на крыльцо вышел полный парень в темно-синей рубашке и таких же брюках. Слева на груди у него белел бейджик. Парень вынул сигарету и закурил.
   – Охранник, – констатировала Маринка, толкая меня локтем в бок.
   – С ума сойти! – восхитилась я. – Сама догадалась? Не может быть!
   – Да ну тебя с твоими шуточками! – Маринка сперва решила надуться, но потом передумала. Можно было заняться чем-то поинтереснее.
   Мы замолчали и, не сговариваясь, – чего у нас с Маринкой не отнять, так это умения работать в команде, когда нужно, – приняли независимый вид и медленно профланировали мимо охранника. Почувствовав на себе его взгляд, Маринка остановилась, повернулась и лениво спросила:
   – А когда вы открываетесь?
   Парень бросил взгляд на наручные часы.
   – Если про казино, то через час двадцать, девушка. А если про меня, то, увы, только завтра утром.
   – Во-от как, – со значением протянула Маринка.
   – Долго еще ждать, – жалобно произнесла я, поглядывая на Маринку, – погуляем?
   – Придется, – вздохнув, ответила Маринка и снова посмотрела на охранника.
   – Что, девчонки, решили сыграть по крупной или того… на работу готовитесь? – охранник проявил к нам интерес, и пока это было то, что требовалось доказать.
   – Надоела работа, – протянула я, – хочу много выиграть и купить такую машину, – я небрежно показала на «БМВ».
   – Да ну, она старая, – презрительно проговорила Маринка, сморщив носик, – это не мажор. Отстой, одним словом.
   – Нормальная машина! – не согласилась я. – Я бы от такой не отказалась, во всяком случае.
   При этих словах я взглянула на улыбающегося охранника, стоящего на крыльце.
   Он отреагировал почти мгновенно.
   – Неплохая тачка, – небрежно сказал он, поигрывая сигаретой, – шеф говорит, что двадцать штук баксов отвалил за нее.
   При этом парень принял такой вид, что машина как минимум до покупки шефом принадлежала ему.
   – Кто говорит? – якобы не расслышала я.
   – Шеф, – повторил парень, – ну, директор наш, значит.
   – Директор, – понимающе кивнула я, – ну да.
   Маринка тут же заинтересовалась.
   – Это Сергей Иванович, что ли? Кряжимский здесь директором, да? – с умнющим видом спросила она. – Я с ним знакома. Немножко.
   – Как вы сказали? – охранник улыбнулся, радуясь возможности показать свою осведомленность. – Вы что-то путаете, девушка, у нас такого нет.
   – Ну вы мне еще будете говорить! – Маринка искренне возмутилась. – Сергея Ивановича у них нет! Может быть, фамилию я и спутала, да не в фамилии дело, а что хозяина машины зовут Сергей Иванович – это точно! Он сам меня подвозил как-то раз и еще пригласил в это казино!.. – Маринка замолчала и с сомнением в голосе произнесла: – Или не Сергей Иванович…
   – Ну вот в том-то и дело, что нет. – Охранник щелчком отбросил окурок сигареты на тротуар. Наверное, нужно было понимать, что жест был шикарный.
   – Директора зовут Пал Палыч, как Бородина, и он… – охранник хотел еще что-то сказать, но Маринка радостно его перебила. Заигралась, зараза.
   – Точно! – в восторге завопила она. – Точно Пал Палыч! Как я могла забыть! Да я, кажется, так и сказала: Пал Палыч! Или нет? – она повернулась ко мне за лицемерной поддержкой, но я только плечами пожала. Да и действительно, откуда я могла знать, кто и куда ее подвозил?
   – У вас, девушка, видимо, все мужчины, катающие вас на «БМВ», перепутались, – рассмеялся охранник, – подходите вечерком – я сегодня дежурю.
   – Обязательно, – пообещала я и потянула за собой Маринку. Пора было заканчивать этот треп на свежем воздухе. Еще не хватало, чтобы Пал Палыч вышел и узнал нас раньше времени.
   – Ну куда ты! – зашипела на меня Маринка, не сдвигаясь с места. – Мы еще даже не познакомились!
   – А ты хочешь еще раз встретиться с Пал Палычем? – тоже шепотом спросила я.
   – Нет! – резко ответила Маринка. – Нет, правильно, пошли отсюда!
   Мы прошли вдоль здания казино и там дальше, чтобы было незаметно от крыльца, повернули обратно и вернулись к «Ладе». Около «Лады» уже ошивался невзрачный мужчина в серой униформе и в серой кепочке.
   – Ваша машина, девушки? – противным официальным тоном, с этакой профессиональной смесью хамства и занудства, спросил он.
   – Наша, – вздохнула я, понимая, что сейчас скорее всего мне придется платить штраф. Честно признаюсь: не нравится мне это дело. Ну, совсем.
   – Здесь стоянка запрещена, девушки, разве вы не заметили знак? – нудный блюститель махнул жезлом вправо, и там на столбе действительно я увидела «кирпич». Впервые в жизни.
   Я вожу машину уже не один день и в знаках, по крайней мере, в таких красноречивых, разбираться научилась, но в этой ситуации я поступила естественно и ожидаемо. Я удивилась, причем продемонстрировала свое удивление искренне и на уровне неплохой актрисы кино. Театральные эффекты здесь не годятся, здесь нужна органичность.
   – Точно, знак, – протянула я и заскулила, что тоже от меня ожидалось. Зачем огорчать людей, если они надеются на что-то? Мне же это ничего не стоит!
   – Ой, а вы знаете, он, наверное, тут совсем недавно повис, – пролепетала я, – его не было. Честно-честно!
   – Не было, – согласился гибэдэдун, – два года назад. А теперь висит уже два года, так что будем платить, девушка, – и он раскрыл свой служебный блокнот.
   Маринка, до этого разумно молчавшая, вдруг бросилась в атаку. Не иначе на нее так жара подействовала. Ничем другим ее сегодняшнюю агрессивность я объяснить не могу.
   – А вот стоит «бээмвуха»! – сказала она, показывая пальцем на казино. – Ему, значит, можно, а нам нельзя?
   Гибэдэдун, увидев, что клиенты по-хорошему разговаривать не желают, а начинают гнусно качать права, сразу же посерьезнел и потянул из кармана авторучку.
   – Та машина стоит в положенном месте, – пронудил он. – Господин Окурков ни разу еще не нарушал правила за все два года. Я его хорошо знаю.
   Я укоризненно посмотрела на Маринку, встретила ее победный взгляд, вздохнула и расстегнула сумку. Пришлось платить и выслушать еще скучную нотацию, высказанную коряво, на плохом русском языке. Это я вам как редактор говорю. Слушать было тошно, да деваться некуда.
   После того как гибэдэдун, укравший у меня и время, и хорошее настроение, наконец-то свалил, я села в машину и отъехала от этого нехорошего места.
   – Ну что ты на него набросилась? – попеняла я Маринке. – Он бы просто потрепался, и мы бы спокойно уехали!
   – Отнеси эти расходы за счет рабочих издержек, – гордо заявила мне она. – Ты заплатила за информацию! Узнала фамилию директора казино! Без меня бы у тебя это не получилось! А кстати, классно я раскрутила охранника, да? Вот Сергей Иванович удивится, когда я ему расскажу, что я его зачислила в директора казино! – Маринка весело рассмеялась и откинулась на спинку сиденья.
   – Фамилию директора казино мы бы узнали в базе данных в нашей редакции, – недовольно проговорила я, – зная имя и отчество директора, это совсем не сложно. И обошлось бы нам все это совершенно бесплатно. Так что насчет издержек ты не права. Я думаю, что вычту сумму штрафа из твоей зарплаты.
   Маринка даже подпрыгнула.
   – Почему это из моей?! – завопила она. – Это твоя машина!
   – А это твой язык довел меня до штрафа! – парировала я и выехала с улицы на проспект.
   Заняв место в ряду, я кинула Маринке на колени свою сумку.
   – Найди, пожалуйста, адрес этой тетки, – попросила я ее.
   – Сейчас, – буркнула Маринка и зашелестела листками моего блокнота.
   Согласно моим записям, Эльвира Николаевна Прохорчук жила на улице Энтузиастов, в доме номер 16. Вот туда теперь мы и направлялись.
   Мы подъехали к нужному дому, и я, наученная горьким опытом и свинским Маринкиным поведением, очень внимательно осмотрелась и никакого знака не увидела. Перед шестнадцатым домом даже столбов не было, одно это уже радовало.
   – Гибэдэдунов боишься? – злорадно поинтересовалась Маринка.
   – Нет, болтливых помощников! – пожаловалась я ей и заглушила мотор.
   – Да без меня ты бы ничего и не узнала! – Маринка совсем не поняла моего настроения и говорила весело и беспечно. А я вот так не умею. Хотя, с другой стороны, если подумать: она же испортила мне настроение, и по закону сохранения энергии ее настроение должно было улучшиться. За счет моего. Что, к сожалению, и произошло.
   – Без тебя все прошло бы покойно и тихо, – очень достойным тоном произнесла я. – А узнала бы я все то же самое и ничуть не меньше!
   – Ах, так?! – Маринка, не теряя легкости, выскочила из машины и осмотрелась. – А здесь неплохо, – возвестила она, – кругом тень и тишина!
   – Да, так! – я тоже вышла, закрыла машину, но вовсе не собиралась поддаваться ее провокациям. – И хватит об этом! Постарайся мне больше нервы не трепать, пожалуйста!
   – Да я больше слова не пророню! Вот и посмотрим, куда тебя доведет… – Маринка запнулась, подыскивая нужное слово. Я ей вежливо подсказала:
   – Кто доведет? Логика?
   – Твоя вздорность! – выпалила Маринка и отвернулась.
   Я промолчала, утешаясь глупой фразой, что уступает умнейший.
   Квартира Эльвиры Николаевны находилась на третьем этаже.
   До квартиры мы добрались, как и обещала Маринка, в полнейшей тишине. Маринка гордо сопела и отворачивалась, таращась на крашенную голубой масляной краской стену подъезда.
   Я остановилась перед нужной квартирой и позвонила.
   Через полминуты за дверью послышались шаркающие шаги.
   – Вот она сейчас удивится! – прошептала Маринка. – Представляю!
   – Кто там? – послышался женский голос из-за двери.
   – Здравствуйте… – начала я, но Маринка меня опередила и спросила:
   – Эльвира Николаевна Прохорчук здесь живет?
   – Да, это я, – ответили нам, и я услышала звуки отпирающихся замков.
   Дверь отворилась, появилась знакомая нам с Маринкой тетка и удивленно взглянула на нас.
   – Боже мой, девочки! – вскричала она с совершенно непонятной радостью. – А как же вы меня нашли? Да заходите, заходите! Я так рада вас видеть, так рада!
   Эльвира Николаевна была одета в несвежий ситцевый халат с веселенькими, как говорят в таких случаях, цветочками, в порвавшиеся на носках тряпочные тапочки. То, что у нее было на голове вместо прически, описать не берусь, но уклончиво скажу, что это была заготовка для прически, вот так.
   Мы миновали прихожую, заставленную всякими ценными вещами вроде пустых трехлитровых банок, старой швейной машинки и нескольких горшков с непонятными растениями. Воздух в прихожей, да и наверняка во всей квартире, был затхлым и с неприятными добавками. Было такое впечатление, что ни окна, ни форточки здесь не открывались давно. Да и вообще здесь только уютом не пахло, а так можно было угадать любой запах. Одним словом, миленько жила Эльвира Николаевна, ничего не скажешь.
   Если бы на дворе была зима или хотя бы осень, я бы несколько раз подумала перед тем, как оставить в коридоре свою верхнюю одежду. Но то, что было лето, заставляло надеяться, что после ухода мы немного вынесем с собою местных запахов и пыли.
   Квартира была обычной, наверное, двухкомнатной, но в комнаты нас не пригласили. Мы прошли сразу на кухню, и Эльвира Николаевна гостеприимно указала нам на табуреты, стоящие вокруг кухонного стола. Правда, предварительно с одного табурета она согнала кота, назвав его Федором-мерзавцем, а со стола скинула в раковину две или три грязные тряпки.
   Еще раз скажу, миленько тут было, миленько.
   Мы с Маринкой скромно присели на краешки табуреток. Табуретка подо мною подозрительно качнулась, и я на всякий случай оперлась на стол. Падать не хотелось.
   Эльвира Николаевна поставила чайник и, шаркая вокруг нас, доставая из шкафчика печенье и чашки с ложками, не переставала говорить, восторженно и увлеченно:
   – А я поняла, поняла, откуда вы узнали мой адрес! Такие изменения в жизни наступили! Ну, такие изменения! Не было счастья, так несчастье помогло, да еще как!
   Я пока даже не знала, как вступить в разговор, Маринка тоже молчала, да от нас, пожалуй, слов и не требовалось. Нужно было только, чтобы мы слушали. Вот мы и слушали. Пока.
   – Я ведь теперь становлюсь телезвездой! – в полнейшем детском восторге выкрикнула Эльвира Николаевна и счастливо рассмеялась.
   Мы с Маринкой переглянулись. Я заметила, что у Маринки в глазах зажегся веселый огонек и, испугавшись, что она сейчас ляпнет какую-нибудь глупость и испортит нам все, что можно, предупреждающе кашлянула.
   Эльвира Николаевна поняла меня неправильно.
   – Да, да! – сказала она, наклоняясь ко мне, думая, что мой кашель означал сомнение в ее словах. – Как говорится, каждому овощу свой срок! Вы думали, поди, что старуха совсем съехала с катушек, да? Кажется, так теперь молодежь говорит? Ан нет, не съехала, потому как каждому овощу свой срок! Свой!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация