А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Чушь собачья (сборник)" (страница 11)

   Глава 10

   На голове, в том месте, где я саданулась об ящик, вздулась шишка. Славу богу, под волосами это было не особенно заметно, зато при малейшем повороте головы появлялась тупая ноющая боль, отравляющая существование. Представляю, что должен был чувствовать Виктор.
   Правда, прошлой ночью все его раны обработал и зашил мой знакомый травматолог из городской больницы. Он даже был настолько любезен, что не стал вдаваться в происхождение столь живописных ранений, а в своем журнале, ухмыльнувшись, записал: «Падение с железнодорожной насыпи». Хорошо хоть не «побоище в курятнике».
   Все дело было в том, что мы с Виктором уклонились от буквы закона и покинули нехорошую квартиру тайно и, как нам казалось, незаметно. Милицию туда мы вызвали много позже, решительно отказавшись себя назвать. Конечно, мы рисковали. Но выступать в роли подозреваемых в наши планы совсем не входило. А какая роль уготована людям без документов, находящимся в разгромленной чужой квартире рядом с трупом? Тут надо отметить, что наши удостоверения исчезли вместе с невидимками-бизнесменами.
   В общем, мы предпочли потихоньку смыться, привести себя в относительный порядок и только уже потом позвонили из автомата в милицию.
   Потом я отвезла Виктора домой и, так как час был уже поздний, забрала его машину, пообещав утром за ним заехать. Расставшись с Виктором, я отправилась домой, заранее нервничая. Испытав такое сильное возбуждение, я не надеялась заснуть в эту ночь, и это меня злило. Ненавижу коротать ночи в одиночестве. В такие минуты я обычно проявляю слабину и начинаю думать о некоем близком человеке, который всегда рядом, о верном и надежном мужчине… Но где они, эти мужчины?
   Однако мои опасения оказались напрасными. Наверное, на этот раз потрясение оказалось чрезмерным, и нервная система исчерпала все свои ресурсы к тому моменту, как я вошла в дверь своей квартиры. Сон сморил меня, едва я опустилась в кресло, чтобы снять туфли. Так я и отключилась – в одной туфле.
   Проснулась я тоже внезапно, когда на улице уже вовсю светило солнце и трещали воробьи. Очень долго я не могла понять, где я, который час и вообще на каком я свете. Однако боль в голове заставила меня все вспомнить. Я посмотрела на часы и начала лихорадочно собираться.
   Контрастный душ, чашка крепкого кофе и новое платье сделали из меня человека. Голова болела, но я решила не обращать на нее внимания. Впереди было море дел, а мне нужно было еще заехать за Виктором.
   Оказалось, он тоже спал всю ночь как убитый. Мне показалось, что с утра он выглядит значительно лучше. Пожалуй, у него даже был несколько легкомысленный вид – голову свою он разбинтовал, а зашитую рану и выстриженный затылок прикрыл бейсболкой, козырек которой торчал почти вертикально и придавал лицу какое-то бесшабашное выражение. С руками было похуже, но Виктор в основном прятал их в карманы.
   В редакции нас уже ждали. От нетерпения Кряжимский мерил шагами помещение, поминутно глядя на часы. При нашем появлении он буквально бросился навстречу, словно ожидая, что в любую секунду мы опять можем исчезнуть.
   – Я уж не знал, что и думать! – вскричал он и тут же поправился: – Мы не знали. Боялись самого худшего!
   – А я не боялась, – неожиданно встряла Марина. – Ольга из любого положения найдет выход. А уж с Виктором-то…
   В другое время я бы, возможно, вознеслась от такой характеристики, но ощущение западни было еще слишком свежим, и я склонялась к мысли, что выход мы с Виктором нашли на этот раз не столько благодаря нашим способностям, сколько чуду. Впрочем, я не стала развеивать Маринкиных иллюзий и попросила ее приготовить кофе.
   – И попрошу всех в кабинет! – добавила я. – Нужно обсудить сложившуюся ситуацию и дальнейший план действий.
   Мой рассказ о приключениях накануне произвел на Кряжимского удручающее впечатление. Он то и дело неодобрительно покачивал головой и укоризненно поджимал губы. Когда же выяснилось происхождение спортивной шапочки на голове Виктора, стало дурно Марине, и мы некоторое время приводили ее в чувство. Конец истории, таким образом, оказался немного скомканным, но главное Сергей Иванович уяснил.
   – М-да, картина печальная, – заключил он. – И серьезная. Что вы сами-то по поводу всего этого думаете, Ольга Юрьевна?
   Я развела руками и сказала:
   – Меня не покидает ощущение, будто мы разбираем какую-то бесконечную матрешку! Открываем одну – тут же вылазит другая! Вспомните, с чего все началось: пришла женщина и сказала, что им мешает жить собака. Едва мы обратили внимание на собаку, как тут же появился труп. Взялись за труп – возник человек с пистолетом. Потянули его – высунулся лысый с ножом, блондинка в халате, Тигран… Не успели привыкнуть к ним – а тут, откуда ни возьмись, бизнесмены с пистолетами, а следом – еще один труп…
   – Боюсь, что не один, – скорбно покачал головой Кряжимский. – Вы рассказывали, что эти люди упоминали Монаха, у которого остался только один путь. Вряд ли они ошиблись. Правда, из квартиры они его забрали, но это говорит лишь о том, что труп объявится где-то в другом месте.
   – И убил его… – произнесла я.
   – Все тот же, кто убил и остальных, – продолжил Кряжимский. – По крайней мере, у меня складывается именно такое впечатление.
   – Но у меня вся эта череда событий плохо укладывается в голове, – сказала я. – Мне кажется, будто я нахожусь внутри какого-то бурного грязного потока, где все перемешалось. А надо бы взглянуть на него со стороны. Может быть, у вас это получится, Сергей Иванович?
   – Давайте попробуем! – Кряжимский откашлялся и принялся рассуждать вслух: – Что лично мне прежде всего бросилось в глаза? Все эти люди что-то ищут. То есть они ищут и друг друга, но это, так сказать, параллельно. В основном они ищут нечто, видимо, представляющее какую-то ценность. И в авангарде этого поиска идет пока ваш лысоватый знакомец, обладающий, кажется, большим запасом ножей и минимумом совести. По-видимому, объект поиска находился вначале в руках Гаврилова, который скрывался на даче своего знакомого. Скрывался, как оказалось, очень неудачно. Рискну предположить, что одним из факторов этой неудачи оказалась наша газета. Скорее всего, статья с фотографией Гаврилова и точными координатами его местонахождения попалась на глаза человеку, который его разыскивал. Дальше уже известно. Убийца отправился на дачу, расправился с Гавриловым и устроил обыск. Но ничего не нашел. Неожиданно на даче появляется известный нам Тимоха – с какими целями, нам вряд ли теперь удастся узнать, – и совершенно неожиданно для убийцы оказывается вооружен. У них происходит стычка. Убийца ранен, и они оба уходят. Можно сказать, что в данном случае они спугнули друг друга. Однако убийца более хладнокровен. Он подбрасывает нож на участок Токмакова – нашу статью он читал очень внимательно и все рассчитал наперед. И дальше он начинает искать людей, которые могли знать Гаврилова, предполагая, что вожделенное «нечто» могло оказаться в их руках. По-видимому, он был в курсе личных дел Гаврилова – возможно, обнаружил у него какие-то адреса или телефоны. Ведь нашел же следователь у Гаврилова письмо от Порошкова! А кроме письма, там могла быть записная книжка, верно? Одним словом, убийца нашел квартиру Темкина, но она оказалось пустой. Тогда он, видимо, пошел по нашему пути и вычислил эту самую Шарон. Наверное, он действительно побывал у нее до вас и получил нужную информацию. Она не рискнула его обмануть. Убийца отправился на Пролетарскую, но Темкин опять встретил его с пистолетом в руках. Тот вынужден был Темкина убить, хотя вряд ли собирался это делать. Но обыск квартиры опять не принес никаких результатов, и он отправился обратно к Шарон – выбивать дальнейшую информацию.
   – А бизнесмены? – напомнила я.
   – Бизнесмены прибыли в Тарасов чуть позже, – предположил Кряжимский. – Но по тому же вопросу. Правда, эти уже интересовались не только Гавриловым, но и нашим убийцей… Кстати, вы, кажется, говорили, что они упоминали в разговоре какого-то Винта? Учитывая, что эти люди не местные, вряд ли у них есть посторонние знакомства, поэтому для удобства убийцу я буду именовать именно так.
   Судя по их репликам, они тоже прочли нашу газету и побывали на даче. Узнав об убийстве, они сосредоточились на поисках Винта. Поскольку их было как минимум трое, поиск они вели по какой-то своей системе – скорее всего, разделившись.
   Полагаю, что один из них – а именно Монах – сумел выследить Винта в тот момент, когда Винт орудовал на Пролетарской. Монах связался со своими, дал им координаты и попытался захватить Винта врасплох, в результате чего был смертельно ранен.
   Остальные двое подоспели уже, так сказать, к шапочному разбору.
   Судя по всему, люди эти далеко не глупые. Думаю, убивать вас они не собирались.
   Выяснив, что вы расследуете именно это дело, они теперь наверняка будут следить за вами. Уверен, что уже сейчас они находятся где-то поблизости от редакции.
   – То есть в принципе я могу, как гаммельнский крысолов, отвести их сейчас прямо в прокуратуру, – засмеялась я.
   – В принципе да, – сказал Кряжимский. – Но что им могут предъявить?
   – Где-то должен быть труп Монаха, – предположила я.
   – Они не знают никакого Монаха! – сурово отрезал Кряжимский. – Вас они видят в первый раз, на оружие у них есть разрешение, в Тарасове они в служебной командировке, связанной с доставкой секретной почты или денег, – все документы налицо!
   – Но отпечатки пальцев в квартире на Пролетарской! – напомнила я.
   – А вы уверены, что у них не было на руках резиновых перчаток? – возразил Кряжимский. – Я лично не уверен. А вот ваши с Виктором пальчики…
   Виктор в ответ на это утробно хмыкнул и продемонстрировал свои перевязанные ладони. Это вызвало новый приступ дурноты у Марины и сердитую реакцию Кряжимского:
   – Все равно вы оставили там массу следов! Но не думаете же вы, что эти профессионалы будут столь же беззаботны? Нет, сейчас нам до них не дотянуться. Сосредоточиться нужно на поисках Винта, помня при этом, что за нами следят!
   – Нам теперь его не взять, – буркнул Виктор, демонстративно рассматривая свои руки.
   – Виктор прав, – согласилась я. – Пожалуй, мы уже дошли до границы наших возможностей. Я вижу один выход – обратиться в прокуратуру. Теперь у нас достаточно информации. Нужно только подготовить подробное и основательное заявление. У Винта теперь осталась одна цель – Шарон. Рано или поздно он к ней нагрянет.
   – Как бы это не произошло слишком рано! – с тревогой сказал Кряжимский.
   – Это верно, – заметила я. – Нужно будет немедленно с ней связаться, чтобы она приняла необходимые меры безопасности. В принципе это ей доступно – у Тиграна, я думаю, достаточно крутые ребята… Позвоню прямо сейчас! Марина, найди-ка в телефонном справочнике Козлову А.П., проживающую по улице Турецкой!
   Я уже протянула руку к телефонной трубке, как вдруг аппарат словно ожил и издал пронзительно требовательную ноту. От неожиданности я даже вздрогнула.
   – Если не возражаете, я пойду набросаю проект заявления в прокуратуру, – сказал Кряжимский, поднимаясь.
   Я кивнула и, прижав трубку к уху, произнесла официальным тоном:
   – Газета «Свидетель». Главный редактор слушает!
   – Милочка! В самом деле, это вы? – услышала я до боли знакомый голос. – А это Клавдия Дмитриевна говорит! Не забыли еще такую?
   – Ну что вы! – воскликнула я. – Как можно!
   – А у меня для вас есть новости! – похвалилась старушка.
   – Так выкладывайте их скорее! – нетерпеливо откликнулась я.
   – Что вы! Это не телефонный разговор! – трагически зашептала Клавдия Дмитриевна. – Вы обязательно должны приехать ко мне на дачу! И это лучше сделать как можно скорее.
   – А вы откуда говорите? – поинтересовалась я.
   – У-у, это целая история! Представьте, я совершила целое путешествие. Еле нашла откуда позвонить. Вообще-то это совсем рядом, в Затоне, – телефон в здешнем магазине, но для старухи это целый подвиг, честно вам говорю!
   – Сочувствую вам, – сказала я. – Хорошо, раз вы настаиваете, я прямо сейчас выезжаю.
   – Я категорически настаиваю! – строго произнесла Клавдия Дмитриевна. – Если вы не потеряли еще интерес к этой загадке, вы должны меня выслушать
   – Поняла, – сказала я. – Еду.
   Закончив разговор, я подняла глаза на своих сотрудников.
   – Мисс Марпл требует меня к себе, – объяснила я. – У нее какие-то новости. Придется ехать. Пусть Сергей Иванович занимается заявлением. Марина, от моего имени свяжись с гражданкой Козловой и предупреди ее, чтобы она вела себя предельно осторожно, – ее жизни угрожает опасность.
   – Хорошо, я все сделаю, Оля, – послушно произнесла Маринка.
   Больше я не стала задерживаться ни минуты и поехала на дачу, где поджидала меня Клавдия Дмитриевна с загадочными новостями. Вообще-то я не была уверена, что поступаю правильно. Обстоятельства требовали скорейшего контакта с прокуратурой, и мне следовало заняться этим в первую очередь. Причем объяснение обещало быть совсем не из легких и требовало сосредоточенности.
   И все же я предпочла отправиться к дотошной старушке, потому что интуиция подсказывала мне: Клавдия Дмитриевна звонит неспроста. В конце концов, вся эта карусель раскрутилась именно с ее подачи. Чем черт не шутит, может быть, она и поможет ее остановить.
   Клавдия Дмитриевна увидела меня своими орлиными глазами уже издалека и вышла встречать на дорожку. Наверное, она следила за приближением машины из своего наблюдательного пункта, а потом в спешке спускалась вниз, рискуя сломать себе шею. Представив это, я внутренне содрогнулась.
   А бодрая старушка ковыляла мне навстречу, приветственно махая рукой, – видимо, она сама сгорала от нетерпения. Впрочем, это было только начало. Через минуту Клавдия Дмитриевна уже сжимала меня в своих объятиях, и, будь у нее сил хоть чуточку побольше, я бы непременно в них задохнулась.
   Клавдия Дмитриевна намеревалась продолжить встречу за угощением, категорически взявшись расхваливать испеченный ею пирог и прочие сладости, но тут уж и я повела себя не менее категорически, заявив, что за стол не сяду, хотя бы небо поразило за это меня громом и молнией. Пришлось намекнуть Клавдии Дмитриевне на новое убийство и на опасность, грозящую невинной девушке.
   – Кстати, о девушках! – загадочно произнесла старушка, моментально делаясь серьезной и важной. – Именно о девушке я буду с вами говорить! Правда, сначала я расскажу вам о мужчинах… Но, по крайней мере, давайте войдем в сад!
   Мы прошли через калитку и уселись возле раскрытых дверей кухни на маленькие скамеечки. В воздухе опять носился соблазнительный аромат варенья, к которому теперь примешивался теплый запах свежей сдобы.
   – Вы совершенно напрасно отказываетесь от такого пирога, милочка! – строго заявила Клавдия Дмитриевна. – Но мы найдем выход – вы возьмете его с собой. Конечно, потом вы будете раскаиваться, что не отведали его теплым, но тут уж я ничего не могу поделать!
   – Клавдия Дмитриевна, – просительно напомнила я. – Вы хотели рассказать о каких-то мужчинах.
   – Не о каких-то, – еще сердясь, сказала она. – А об очень подозрительных. Крутились тут на днях трое, расспрашивали о том, о сем. Представительные, в костюмах, – это несмотря на жару! Намекали, что из органов, но у меня есть сомнения на этот счет – уж больно вежливые! И еще меня смутило, что говор у них какой-то не наш, не волжский – из дальних краев будто.
   – А что им было нужно? – спросила я.
   – Трудно сказать, – задумчиво ответила Клавдия Дмитриевна. – Разговаривали со многими, но как-то все вскользь и так, словно в шутку. Потом уехали и с тех пор не появлялись. Вот что я, милочка, хотела сказать вам о мужчинах!
   – Понятно, – кивнула я. – А что насчет девушки?
   Клавдия Дмитриевна приложила палец к губам и с чрезвычайно многозначительным видом посмотрела в сторону своего наблюдательного пункта. Мне показалось, что сейчас она предложит мне совершить подъем, но Клавдия Дмитриевна решила на этот раз надо мной сжалиться.
   – Вы же в курсе, что у меня по ночам бессонница? – уточнила она и, получив утвердительный ответ, сообщила: – Сегодня ночью, едва забрезжил рассвет, я услышала какой-то шум на даче Порошкова. Там же сплошные заросли, а они шуршат! Сначала я подумала, что это собака, но потом вспомнила, что собаки уже давно нет. Бинокль у меня всегда под рукой, вы знаете. Я решила на всякий случай проверить, что там творится.
   Было плохо видно, как в тумане, и, кроме того, мешали эти джунгли. Но я проявила настойчивость и была вознаграждена! Вскоре над забором, отделяющим участки Порошкова и Лисицына, появилась фигура!
   Если вы помните, как раз в том месте у Лисицына стоит емкость с водой впритык к забору. Эта фигура, перемахнув через забор, перелезла на емкость и принялась открывать крышку. Тут я и увидела, что это дама.
   – Как она выглядела? – вмешалась я.
   – Не торопитесь, милочка, – добродушно заметила старушка. – Я излагаю все по порядку. В том-то и дело, что выглядела она никак, и это говорит в ее пользу – она совсем не глупа.
   – Что значит «никак»? – недоверчиво спросила я.
   – Так может выглядеть любая женщина, – пояснила Клавдия Дмитриевна, – если спрячет волосы под туго повязанным платком, наденет на себя черный спортивный костюм в обтяжку и обует кроссовки. Пожалуй, и я не сумела бы ее опознать, несмотря на свой огромный опыт.
   – И что же эта особа делала дальше?
   – Дальше началось самое интересное, – с удовольствием продолжала Клавдия Дмитриевна. – Она стала открывать крышку этой цистерны. Впрочем, я, кажется, об этом уже упоминала. Эти крышки ужасно гремят, милочка. Все же ржавое, никудышнее… В утренней тишине это напоминало грозовые раскаты. Но скажу вам по секрету, мой сосед Лисицын спит как сурок! Его не разбудишь, хоть стреляй из пушки. Можно только позавидовать. Девушка, конечно, этого не знала, и шум ее напугал. Она замерла и минут пять сидела, не двигаясь. Только с тревогой оглядывалась по сторонам. Меня она увидеть не могла, а больше никого рядом не было. Постепенно она успокоилась и продолжила свои дела. Знаете, что она сделала? Нырнула в емкость!
   – В самом деле? – удивилась я. – Но зачем?
   – Вы же не думаете, что она принимала ванну? – усмехнулась Клавдия Дмитриевна. – Я ожидала от вас большей проницательности, милочка. Конечно, она что-то искала там, под водой!
   – И что же? – я просто сгорала от нетерпения.
   – Это был большой пластиковый пакет, – важно объявила старушка. – Должно быть, он был тщательно заделан, чтобы внутрь не проникла вода. К сожалению, ничего более конкретного мне узнать не удалось. Девушка зажала пакет под мышкой и спрыгнула обратно в сад Порошкова. Я немедленно начала спускаться, но где уж старухе тягаться с юной ныряльщицей! Конечно, я опоздала. Когда я добралась до опечатанной калитки, этой авантюристки и след простыл! Наверняка в кустах у нее была припрятана сухая одежда, только, сами понимаете, милочка, проверить этого я не могла – через забор мне не перелезть!
   Последние слова прозвучали так горестно, что я поняла – невозможность лазить через заборы причиняет старушке невыразимые муки. Вообще же информацию, которую она мне выдала, трудно было переоценить. Я поняла, что мы, кажется, все-таки добрались до последней, самой крошечной матрешки, и эта печальная история близится к концу.
   – Послушайте, Клавдия Дмитриевна, – сказала я. – Ранее вы упоминали, что к Гаврилову приезжала на дачу женщина. А как вы думаете, это не могла быть та самая купальщица?
   Старушка нахмурилась, пожевала губами и решительно заявила:
   – У меня большой соблазн подтвердить, что так оно и было. Мне и самой эта мысль приходила в голову. Но нужно быть объективной. Вряд ли я узнала бы хоть ту, хоть другую, покажи мне их при дневном свете. Поэтому придется пока ограничиться догадкой, милочка. Хотя можно попробовать поискать мокрую одежду в саду Порошкова – наверняка она там. Или вы тоже перестали лазить через заборы? – хитро улыбнулась она.
   – Пожалуй, я попыталась бы, – сказала я. – Но как-то неудобно – на глазах соседей…
   – Кто не рискует, тот не пьет шампанского! – изрекла старушка. – Я могу вас проводить до забора и постоять там… на стреме, – засмеялась она. – Я буду вашим гарантом! Никто не посмеет заявить, что вы лазаете по чужим садам за яблоками!
   Это заявление меня успокоило, и, хотя одета я была не совсем подходяще для подобных упражнений, решила рискнуть. Клавдия Дмитриевна, терзаемая любопытством, тоже загорелась этой идеей и даже пообещала показать место, где штурмовать забор будет удобнее. Она напрочь забыла о пироге, которым намеревалась снабдить меня в дорогу, и тут же потащила на участок Порошкова.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация