А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Фиктивность (преднамеренность) банкротства в России" (страница 14)

   Заключение

   На основании проведенного исследования, касающегося совершенствования административной ответственности по признакам фиктивного или преднамеренного банкротства, можно сделать следующие выводы:
   1. Законодательство о несостоятельности не предусматривает возможность учета административно-правового метода регулирования экономических отношений. Нами принято решение выделить нормативно-правовую совокупность под названием «субинститут антикризисных мер». Под данным институтом следует понимать упорядоченное воздействие совокупных методов (в первую очередь административных), направленных на получение результата в виде экономической стабилизации экономики населенного пункта, региона, страны. Субъектом рассматриваемых нами форм правового регулирования может быть любая форма собственности.
   Так как институт банкротства – это комплексный институт права, он, прежде всего, должен быть рассмотрен как элемент антикризисного управления. Поэтому, во-первых, его действия направлены на оздоровление экономики страны, что, по сути, предполагает наличие властного полномочия, от кого бы оно ни исходило, т. е. наличие императивного начала. Во-вторых, этот институт является элементом экономической безопасности страны, которая, в свою очередь, служит составляющей ее национальной безопасности. Данный аспект предполагает публично-правовое решение проблемы.
   Соотношение органов исполнительной власти и общего управления в изучаемой сфере приводит к выводу, что реформирование административной системы в этой области носит беспорядочный характер. Данное положение является результатом отсутствия единой политики государства в исследуемой сфере. В настоящее время в системе государственного управления в области экономики оформляются и преобладают юридические методы общего регулирования или методы административно-правового регулирования, которые содержат мощный и эффективный потенциал управляющего воздействия на экономические отношения. Эти и другие административно-правовые методы имеют целью защиту публичных интересов, усиление роли государства в осуществлении мероприятий, направленных на защиту правового порядка, прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц, поддержание дисциплины в области государственного управления.
   2. Анализ нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность органов исполнительной власти, должностных лиц в рассматриваемой сфере, показал, что требуется закрепление за Федеральной налоговой службой Российской Федерации полномочий по проверке признаков банкротства не только в случае обнаружения их у особо важных хозяйствующих субъектов. Закрепление этих полномочий является одним из способов формирования мониторинга должника.
   В нынешних условиях развития рыночной модели экономики России, направленной на формирование государственно-частного партнерства с учетом корпоративных норм предпринимательского сообщества, вполне закономерно формировать «конгломерат» субъектов, рассматриваемых законодательством о несостоятельности. В этом случае «конгломерат» подразумевает добровольную взаимосвязь субъектов с целью вывода должника из экономического кризиса. А это не только уполномоченные и регулирующие органы, комитет кредиторов, саморегулируемая организация арбитражных управляющих, но и субъекты, осуществляющие вспомогательную роль (аудиторские компании, проводящие аудит должника; оценочные фирмы, оценивающие имущество должника; аналитические компании, анализирующие отрасль должника, рынок инвестиций).
   Данное предложение – это результат проведенного анализа механизма реализации санкции по признакам фиктивного или преднамеренного банкротства с учетом данных правоприменительной практики. Все это связано с неоправданно уменьшенной ролью государства в реализации санкции по исследуемым признакам. Передача полномочий по выявлению признаков банкротства в полномочия арбитражного управляющего с контролем его со стороны как саморегулируемой организации, так и регулирующего органа в настоящее время уже состоялась, но этот механизм мы считаем недостаточным. Поэтому в работе исследовалась возможность формирования мониторинга должника с наделением Федеральной налоговой службы полномочиями по выявлению признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, в рамках конгломерата государственно-частного партнерства предпринимательского сообщества.
   4. Механизм применения мер обеспечения производства по делам, связанным с признаками фиктивного или преднамеренного банкротства, требует рассмотрения проблем применения мер административной ответственности с учетом арбитражно-процессуальных норм, оговоренных в гл. 28 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Проблемность заключена в том, что в прошлом основную нагрузку по административной юрисдикциии в сфере экономики несли органы исполнительной власти, издававшие нормативно-правовые акты о назначении санкции. Правоохранительные органы осуществляли надзор за исполнением этих предписаний. Последнее время в результате формирования государственно-частного партнерства эти вопросы в большей мере стали рассматриваться органами судебной власти. В связи с этим считаем необходимым провести более четкие разграничения между органами исполнительной власти, правоохранительными органами и судами по поводу ведения административного расследования. Предлагаем в случае рассмотрения признаков фиктивного или преднамеренного банкротства закрепить за судами дополнительные полномочия по получению и изучению доказательств вины правонарушителя в рамке рассматриваемого дела о несостоятельности, которые ранее были предметом ведения Федеральной службы финансового оздоровления и банкротства.
   При этом механизм выявления признаков фиктивного или преднамеренного банкротства («признаки ложного банкротства») предполагает выделение определенных периодов.
   Период выявления признаков фиктивного банкротства определен диспозицией ч. 1 ст. 14.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, из которой следует, что данный период заканчивается изданием нормативного правового документа. Это может быть решение суда о назначении процедуры банкротства, а также решение собственника о ликвидации хозяйствующего субъекта с последующим принятием решения суда об исключении из реестра хозяйствующих субъектов, т. е. по признакам добровольного банкротства.
   Для выявления признаков преднамеренного банкротства на основании ч. 2 ст. 14.12 Кодекса имеется большой период времени. Истечение этого периода начинается с момента совершения действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность хозяйствующих субъектов удовлетворить требования кредиторов, до принятия решения об исключении из реестра хозяйствующих субъектов.
   Таким образом, можно утверждать, что условия выявления признаков фиктивного или преднамеренного банкротства очень переплетены. Это видно из периодов выявления признаков банкротства. Поэтому только неопровержимые доказательства наличия этих признаков могут дать основания для применения санкции по отдельным частям ст. 14.12 Кодекса.
   5. В результате анализа деятельности Высшего Арбитражного Суда[115] прослеживаются определенные закономерности, характеризующие социально-экономические процессы российской экономики. Для анализа нами был взят период с 2003 по 2008 г. Данный период характеризуется активизицией интереса со стороны государства и общества по вопросам несостоятельности (банкротства). Именно этот период и эти закономерности лучше всего указывают на состояние вопроса о несостоятельности (банкротства) в современной России.
   При рассмотрении зависимости отказа признания должника банкротом от поступивших заявлений о признании должника банкротом наблюдается снижение показателя с 2003 по 2008 г. Это связано с появлением в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» нового субъекта правоотношения, наделенного административными полномочиями в отношении должника, в лице саморегулируемой организации арбитражных управляющих.
   В случае рассмотрения показателя зависимости рассмотренных заявлений, ходатайств в рамках о банкротстве, об отстранении арбитражных управляющих от общего числа рассмотренных заявлений, жалоб в рамках дел о банкротстве с 2003 по 2008 г. наблюдаем, что органы, осуществляющие регулирующую и юрисдикционную деятельность, стали более активно участвовать в процессе выявления признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. Это прежде всего касается анализа деятельности должностных лиц, уполномоченных вести процедуры банкротства.
   Не менее показательным является исследование, касающееся характеристики соотношения количества рассмотренных заявлений, жалоб, ходатайств по делам о банкротстве от общего числа рассмотренных заявлений. Это количество по сравнению с общим числом рассмотренных жалоб, ходатайств сокращается, что свидетельствует о том, что активность по обжалованию действий арбитражного управляющего по признакам фиктивного или преднамеренного банкротства с 2003 по 2004 г. резко уменьшилась, а затем эта величина стала постоянной за счет активности собрания (комитета) кредиторов, деятельность которых обусловлена нормами Закона о банкротстве, где речь идет о контроле за деятельностью руководителя должника.
   Соотношение зависимости отказа в признании должника банкротом от принятия решения о признании должника банкротом имеет скачкообразное выражение (увеличивается с 2004 по 2006 г., затем резко уменьшается в 2007 г. и потом увеличивается в 2008 г.).
   Это является результатом активности лиц, уполномоченных на подачу заявлений о несостоятельности, в том числе по признакам фиктивного или преднамеренного банкротства. Увеличение показателя к 2006 г. и его уменьшение в 2007 г. свидетельствует о произошедших изменениях в применении уголовной и административной ответственности. Изменения были внесены Федеральным законом от 19 декабря 2005 г. № 161-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»[116] и Федеральным законом от 22 июня 2006 г. № 116-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в части изменения способа выражения денежных взысканий, налагаемых за административное правонарушение»[117]. Они касались вопроса сближения диспозиции и санкции нормы права, регулирующей применение уголовной и административной ответственности за фиктивное или преднамеренное банкротство.
   На основании изложенного можно сделать вывод об улучшении работы органов, осуществляющих административные предписания в сфере выявления признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. В то же время следует признать то, что имеет место отсутствие единого правового механизма выявления признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. Основанием для этого служит разрозненное управление в данной сфере. Ни один из органов, осуществляющих управленческие и юрисдикционные полномочия, не отвечает за регулирование этой сферы. Это, скорее, результат формирования государственно-частного партнерства, в котором роль государства в сфере регулирования экономических правоотношений неоправданно занижается.
   Все указанное дает право рекомендовать передать все полномочия в сфере финансового мониторинга признаков фиктивного или преднамеренного банкротства Федеральной налоговой службе. Для этого предлагаем откорректировать ч. 2 ст. 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и внести предложения о проверке признаков фиктивного или преднамеренного банкротства в п. 5 этой части статьи. Целесообразность данного применения выражается в возможной недобросовестности использования полномочий по управлению организацией вопреки ее законным интересам и (или) законным интересам ее кредиторов. Обязательным следствием таких действий является уменьшение собственного капитала организации и (или) возникновение убытков. При этом между действиями управляющего лица и уменьшением капитала предприятия или возникновением убытков должна просматриваться причинно-следственная связь, а это может выявить Федеральная налоговая служба Российской Федерации.
   Корректировка ч. 2 ст. 28.3 Кодекса позволит сформировать механизм взаимодействия между органами, обеспечивающими применение административной санкции по поводу признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. Органы внутренних дел будут осуществлять меры обеспечительного характера по поступившим на рассмотрение делам, касающимся выявления признаков банкротства, от органа, уполномоченного в области банкротства и финансового оздоровления, составляющего протокол об административном правонарушении. Такая мера может быть применена в случае злостного уклонения налогоплательщика от представления документов, объясняющих появление задолженности по долгам. На налоговые органы в этом случае возлагается обязанность по отслеживанию признаков фиктивности и преднамеренности на основании документов, которые представляются добросовестным налогоплательщиком. В случае расхождения по бухгалтерской отчетности за последние пять лет налогоплательщик представляет документы, поясняющие возникновение долга.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация