А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Развитие института возмещения убытков в свете модернизации российского гражданского законодательства: научно-практическое пособие" (страница 12)

   2.2. Возмещение убытков в условиях инфляции

   Современным рыночным отношениям, как показывает опыт многих десятилетий, сопутствует инфляция, т. е. постепенное удорожание стоимости жизни и, соответственно, удешевление реальной стоимости национальной валюты, являющейся законным платежным средством (ст. 140 ГК РФ). Поскольку инфляционные процессы затрагивают все развитые общества, необходимо отметить особенности возмещения убытков в подобных условиях. В России данная проблема была особенно актуальна в начале 90-х годов прошлого столетия, но не стоит о ней забывать и сейчас. Поэтому при исполнении обязательств возникает вопрос о необходимости учета реальной инфляции.
   Необходимо дополнительно обсудить исходный вопрос: надо ли признавать за участниками рыночного оборота право на компенсацию их потерь от инфляции?
   На решение этого общего вопроса воздействуют, и притом в разных направлениях, ряд правовых и социальных факторов: принцип «номинализма» денежных обязательств, сложность определения уровня инфляции применительно к отдельным разновидностям денежных обязательств, принцип полного возмещения убытков, а также соображения социальной справедливости.
   Данный вопрос во всех его аспектах давно и обстоятельно обсужден за рубежом, где периоды резкой инфляции неоднократно имели место, на этот счет имеется обширная правовая литература и судебная практика.
   При наличии особенностей в отдельных странах и применительно к отдельным видам денежных требований общая линия в государствах как континентального, так и англо-американского права состоит в учете неблагоприятного воздействия инфляционных процессов на денежные обязательства, особенно в случае нарушения договорных условий[212].
   Л.А. Новоселова указывает, что доктрина и судебная практика большинства стран, в том числе и России, традиционно придерживаются принципа номинализма, при котором фактическое изменение покупательной способности денег в большинстве случаев не принимается во внимание для целей исполнения денежного обязательства. Кредитор обязан принять платеж в денежных знаках, являющихся законным платежным средством к моменту платежа, в количестве, равном номинальной сумме долга. Арбитражные суды в период «дикой» инфляции начала 1990-х годов достаточно строго придерживались принципа номинализма и, как правило, отвергали требования кредиторов о переоценке денежных долгов, указывая, что такой перерасчет возможен лишь в случаях, прямо указанных в законодательстве. Одновременно практика арбитражных судов допускала возможность взыскания убытков при нарушении договорных обязательств с учетом инфляционных процессов[213].
   В ГК РФ термин «инфляция» не используется, но содержится ряд норм, направленных на преодоление ее нежелательных последствий. Это прежде всего статьи, связывающие платежи с МРОТ и предусматривающие их пропорциональное увеличение при его росте (ст. 318, 590, 597 ГК РФ). Ссылки на МРОТ содержатся и в ряде других законов, регулирующих отношения гражданского права.
   Более широкую формулировку, направленную на преодоление последствий инфляции, содержит п. 1 ст. 1091 ГК РФ, согласно которому суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, при повышении стоимости жизни подлежат индексации. Проведение такой индексации предусмотрено рядом законов Российской Федерации о социальном страховании.
   В действующем гражданском законодательстве имеются нормы, которые позволяют учитывать реальные инфляционные процессы не только при взыскании убытков, но и при проведении между сторонами денежных расчетов.
   Согласно ст. 709 ГК РФ в договоре подряда может быть согласована приблизительная цена (смета), а при твердой цене в случае существенного возрастания стоимости материалов и оборудования и оказываемых подрядчику третьими лицами услуг он вправе требовать увеличения установленной цены. Эта общая норма применима в силу ст. 783 ГК РФ к договорам возмездного оказания услуг.
   Одним из способов возмещения кредитору понесенных им убытков в результате обесценения денег (инфляции) является индексация взысканных судом денежных сумм.
   Аналогичный подход выражен в ст. 183 АПК РФ, согласно которой арбитражный суд первой инстанции, рассмотревший дело, производит по заявлению взыскателя индексацию, т. е. учет существующей инфляции, присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда в случаях и размерах, которые предусмотрены федеральным законом или договором.
   С момента принятия решения, которым с ответчика в пользу истца взысканы денежные суммы, до момента его реального исполнения может пройти достаточно продолжительное время, в результате чего у истца могут возникнуть потери, вызванные обесценением денег. АПК РФ, чтобы не усложнять положение истца и не провоцировать его на предъявление в общем порядке нового, а по существу того же самого иска, предусмотрел облегченный процессуальный механизм взыскания потерь, вызванных инфляцией, под названием «индексация присужденных денежных сумм».
   Этот механизм заключается в следующем: если законом или договором предусмотрена возможность индексации (например, при наличии в договоре «валютной оговорки», т. е. установления цены товара не в рублях, а в иностранной валюте, например евро, но при проведении расчетов в рублях по курсу, действующему на момент расчетов), истец, получивший решение о взыскании 1 млн евро в рублях (по курсу на момент принятия решения – 34 млн руб.) и в течение долгого времени не могущий получить присужденное, вправе обратиться с заявлением об индексации суммы 1 млн евро в рублях по курсу, действующему на момент обращения с заявлением, что составляет, например, 37 млн руб.
   На данном примере видно, что заявление об индексации по существу является заявлением о взыскании с ответчика дополнительных денежных сумм, в данном случае 3 млн руб.
   Е.С. Ращевский полагает, что индексация выступает в судебной практике как межотраслевой правовой институт, применяемый при взыскании денежного долга с целью удовлетворения денежного требования в той сумме, которая соответствовала бы покупательной способности первоначальной суммы требования на дату его возникновения[214].
   Итак, действующее законодательство позволяет лицам избежать инфляционных процессов с помощью механизмов, закрепленных в нормах права, в том числе и используя институт возмещения убытков.
   По мнению Е.В. Тирской, к неблагоприятным последствиям для должника, характеризующим возмещение убытков как меру ответственности, следует отнести, во-первых, разницу между стоимостью предмета исполнения по обязательству для кредитора на момент нарушения обязательства и на момент возмещения убытков, а также неполученные доходы для кредитора (упущенная выгода). Этими соображениями объясняется субсидиарный характер требования о возмещении убытков и его применимость по установленным правилам в любом случае нарушения обязательства должником[215].
   Таким образом, действующее право учитывает существующие в стране инфляционные реалии.
   О.Н. Садиков задается вопросом, что представляет собой инфляция как юридическая категория? При рассмотрении требований об учете инфляции Высший Арбитражный Суд РФ по ряду дел определял инфляцию как убытки[216]. Такую правовую квалификацию надо считать ошибочной, поскольку инфляция – это объективный экономический процесс, наступающий и при безупречном поведении участников обязательства. В решениях Верховного Суда РФ инфляция обоснованно характеризуется не как мера гражданско-правовой ответственности, а как потери в условиях нестабильности цен[217]. Действие в Российской Федерации, как и в других странах, принципа денежного номинализма, четко выраженного в ст. 140 ГК РФ (деньги обязательны к приему по их нарицательной стоимости), формально позволяет судебным органам отказывать в удовлетворении требований, принимающих в расчет инфляцию. Однако применительно к возмещению убытков ВАС РФ в своем письме от 10 сентября 1993 г. № С-13/ОП-276 признал обоснованность учета инфляции. Верховный Суд РФ также выносил решения о присуждении платежей по гражданско-правовым обязательствам с учетом инфляции[218]. Такой подход отвечает требованиям разумности и справедливости[219].
   Однако существует и другая позиция по данному вопросу.
   С.В. Моргунов отмечает, что действующим гражданским законодательством не предусмотрено возмещение убытков от инфляции (роста цен на товары в имущественном обороте), хотя в ст. 393 ГК РФ законодатель увязал, в некоторой степени, фактор изменения цен в гражданском обороте с возмещением убытков за нарушение обязательств[220].
   По мнению Б.Д. Завидова, действующее законодательство не предусматривает обязанность должника возмещать кредитору убытки, вызванные инфляцией[221].
   По мнению В. Хохлова, при применении ст. 395 ГК РФ необходимо учитывать и прямо не объявленную цель защиты интересов кредитора от последствий инфляции. Сегодня рассматриваемая норма практически является единственным легитимным правилом, позволяющим откорректировать (увеличить) возвращаемый долг и учесть снижение его реальной стоимости[222].
   Мы считаем, что более предпочтительной является позиция О.Н. Садикова по данному вопросу.
   О.Н. Садиков отмечает, что, несмотря на наличие в России инфляционных процессов, вопрос об ее учете при исках о возмещении убытков и разрешении имущественных споров остается недостаточно выясненным. Согласно Информационному письму Высшего Арбитражного Суда РФ от 10 сентября 1993 г. № С-13/ОП-276 при соблюдении общих условий для возмещения убытков «следует учитывать фактический размер убытков, исчисленный по примененным истцом ценам и тарифам, действующим в условиях инфляции». Это разъяснение было дано со ссылкой на ст. 6 Основ гражданского законодательства 1991 г. Однако принятый позже ГК РФ принципиальный подход нашего права к условиям возмещения убытков не меняет. Нарушение договорных обязательств должно влечь полное возмещение реальных убытков, а они должны отражать и рост цен в условиях инфляционных процессов[223].
   Пункт 6 Письма ВАС РФ от 10 сентября 1993 г. № С-13/ОП-276 «Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике» посвящен возможности взыскания убытков, причиненных нарушением договорных обязательств, в условиях инфляции.
   «Действующее законодательство не предусматривает обязанность должника возмещать кредитору убытки, вызванные инфляцией, но не связанные с невыполнением обязательств по договору.
   Если истец представит доказательства, подтверждающие, что понесенные им убытки причинены невыполнением или ненадлежащим выполнением ответчиком обязательств и что он принял все меры к предотвращению этих убытков или уменьшению их размера, фактически понесенные на день предъявления иска убытки подлежат возмещению.
   При этом следует учитывать фактический размер убытков, исчисленный по примененным истцом ценам и тарифам, действующих в условиях инфляции»[224].
   По мнению А. Брызгалина, огромные потери предпринимателей от инфляционных процессов и вынудили Высший Арбитражный Суд попытаться разрешить данный вопрос в Информационном письме от 10 сентября 1993 г. № С-13/ОП-276. Согласно письму действующее законодательство не предусматривает обязанности должника возмещать кредитору убытки, вызванные инфляцией, но не связанные с невыполнением обязательств по договору. Но в то же время при исчислении фактического размера убытков следует учитывать цены и тарифы, действующие в условиях инфляции. Представляется, что данная «корректная» формулировка отнюдь не убавляет количество спорных моментов как для судей, так и для юрисконсультов и не дает каких-либо широких возможностей для практического применения положений указанного документа[225].
   В судебной практике Верховного Суда РФ указывается, что при определении убытков от инфляции размер подлежащих выплате денежных сумм может определяться с учетом индекса потребительских цен, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации[226].
   Г. Чернышов отмечает, что интересны различия в подходе арбитражных судов округов к оценке вопроса о том, возможно ли удовлетворить требование о возмещении вреда, вызванного инфляцией. Особую актуальность этот вопрос приобретает при оспаривании сделок приватизации, когда государство получает обратно приватизированное имущество и одновременно должно возвратить полученные за это имущество денежные средства. Понятно, что за 7–8 лет (сделки оспаривались до сокращения срока давности по недействительным сделкам) деньги существенно потеряли в цене. В то же самое время ФАС Московского округа в постановлении по делу № КГ-А40/3391-99 указал, что действующим законодательством не предусмотрено взыскание инфляционных потерь. На такой же позиции стоит и ФАС Поволжского округа. Только обоснование подобной позиции предлагает иное. В постановлениях по делам № А72-1418/00-И99 от 16 октября 2000 г., № 3744/2000-2 от 24 августа 2000 г., № А72-777/99-И62 от 19 августа 1999 г. говорится, что «действующим законодательством не предусмотрено возмещение убытков, возникших от инфляции». Таким образом, наличие убытков в данном случае судом не отрицается. Отрицается лишь возможность возмещения таких убытков. А это уже совсем другой вывод, нежели был сделан в постановлении ФАС Московского округа по делу № КГ-А40/3391-99. ФАС Северо-Кавказского округа в постановлении по делу № Ф08-2969/99 от 24 января 2000 г. указал на следующее: «При применении механизма реституции должны быть обеспечены принципы равенства субъектов и эквивалентности гражданско-правовых отношений. Для обеспечения эквивалентности отношений до и после совершения сделки приватизации следует определить уровень рыночных цен на проданное имущество в момент совершения сделки. Размер подлежащих взысканию денежных средств должен быть определен в таком же соотношении от рыночной стоимости имущества на момент проведения реституции, в каком находилась выкупная цена объекта приватизации к его рыночной стоимости на момент заключения сделки приватизации, за минусом средств, сбереженных за счет неуплаты арендной платы за время безвозмездного пользования имуществом»[227].
   Одним из способов предотвращения убытков, возникших от инфляции, является включение в договор сторонами защитных оговорок и искусственных единиц расчета.
   Один из таких видов защитных оговорок – валютная оговорка – условие договора, которое указывает на то, какая валюта выступает в качестве валюты долга, в какой валюте должен быть произведен платеж и каким должно быть курсовое соотношение между указанными валютами на момент платежа.
   Так, Д.А. Узойкин считает, что последствия широкого использования валютной оговорки во внутреннем обороте неоднозначны. С одной стороны, она гарантирует кредиторов от обесценения национальной валюты. С другой – не способствует росту доверия к национальной валюте. Автор ссылается на опыт зарубежных стран, законодательство которых жестко ограничивает использование валютной оговорки во внутреннем обороте и допускает ее использование лишь для целей внешней торговли. В связи с чем автору представляется наиболее целесообразным исключить возможность использования валютной оговорки во внутреннем обороте на территории Российской Федерации[228].
   Думается, что реализация данных предложений прямо противоречит потребностям развития современной экономики и принципу свободы договора.
   Начиная с 1920-х годов прошлого столетия в договорной практике зарубежных государств получают распространение индексные оговорки, которые обычно применяются в качестве защитного средства от инфляционного обесценения валюты в долгосрочных контрактах. Индексной оговоркой предусматривается, что главное обязательство должника изменяется в соответствии с изменением во время существования обязательства, указанного в договоре индекса.
   По мнению С.Л. Дегтярева, при установлении защитных оговорок необходимо помнить, что данные оговорки не должны выражаться в виде «компенсационных потерь», «инфляционных затрат», т. е. не нужно путать их с иными мерами ответственности и санкциями, устанавливаемыми законом и договором. Правовая природа их различна, следовательно, и закрепление их в договоре по юридической технике не должно быть схожим. Иначе суд правомерно будет рассматривать их в качестве неустойки, штрафных санкций, что на деятельности хозяйствующего субъекта скажется отрицательным образом. Например, в Постановлении от 24 июня 1997 г. № 5166/96 Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, отказывая в удовлетворении компенсации инфляционных потерь, связанных с неоплатой выполненных работ по иску Производственно-коммерческого акционерного общества «Гранд» к войсковой части 54164 о взыскании основной задолженности за выполненные по договорам подряда работы, с учетом удорожания строительных работ и процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие просрочки в их уплате согласно ст. 395 ГК РФ, указал, что установленная условиями договоров компенсация инфляционных потерь, связанных с неоплатой выполненных работ, по существу является санкцией за нарушение денежного обязательства и не подлежит применению одновременно с названной статьей ГК РФ в качестве меры ответственности за одно и то же правонарушение[229].
   Д.А. Гришин указывает, что условиями договора, например, может быть предусмотрена компенсация инфляционных потерь, вызванных нарушением должником своих обязательств. Однако данная компенсация была признана Высшим Арбитражным Судом РФ в качестве меры ответственности, что означает невозможность ее одновременного применения как с неустойкой, так и с процентами за пользование чужими денежными средствами, предусмотренными ст. 395 ГК РФ, если указанные потери явились результатом неисполнения денежного обязательства (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 июня 1997 г. № 5166/96). Таким образом, «требование о взыскании инфляционных потерь является требованием о взыскании убытков» (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19 мая 1998 г. № 7770/97). В дополнение к сказанному можно отметить, что в качестве возмещения инфляционных потерь не может быть использован и показатель, составляющий коэффициент (индекс) инфляции (до недавнего времени рассчитывавшийся Госкомстатом в соответствии с постановлением Правительства РФ от 21 марта 1996 г. № 315)[230], так как возможность требовать взыскания суммы, определенной на основе этого показателя, либо использовать его при взыскании иных денежных средств по иным требованиям (убытков, неустойки) не предусмотрена законодательством. На это было обращено внимание, например, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 сентября 1996 г. № 1525/96[231]. Коэффициент инфляции не может также автоматически использоваться и для определения размера убытков, состав которых определен ст. 15 ГК РФ. Подтверждением тому является Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 января 1997 г. № 45 1 7/96[232].
   В настоящее время в судебной практике в данной области наметились определенные изменения.
   В обобщении судебной практики ФАС Северо-Кавказского округа по делам, рассмотренным в кассационном порядке во втором полугодии 2006 г., сделан правовой вывод о том, что условие договора купли-продажи, предусматривающего оплату товара в кредит или в рассрочку, об изменении цены в зависимости от официального уровня инфляции или дефляции соответствует положениям п. 3 ст. 485 ГК РФ. Требование продавца о взыскании долга с учетом коэффициента инфляции не является требованием о взыскании убытков.
   Общество обратилось к корпорации о взыскании долга и неустойки по договору купли-продажи.
   Решением иск частично удовлетворен. Отклоняя требование истца о взыскании долга с учетом коэффициента инфляции, суд первой инстанции исходил из того, что оно является требованием о взыскании убытков, которые истец не доказал (ст. 15 и 393 ГК РФ).
   Постановлением кассационной инстанции решение в части отказа во взыскании долга отменено, дело в этой части передано на новое рассмотрение. В остальной части решение оставлено без изменения.
   Суд кассационной инстанции исходил из следующего. В договоре купли-продажи недвижимости в рассрочку стороны указали, что платежи второго и третьего этапов будут изменяться со дня регистрации договора в соответствии с официальным размером инфляции или дефляции, но не более чем на 15 % в год. Указанное условие договора отвечает положениям ст. 485 ГК РФ, в п. 3 которой закреплено право сторон предусмотреть в договоре купли-продажи, что цена товара подлежит изменению в зависимости от показателей, обусловливающих цену товара (себестоимость, затраты и т. п.), и определить способ пересмотра цены. Из расчета исковых требований следует, что общество применяет ко второму платежу размер (коэффициент) инфляции 11,2 %, а к третьему – 11,6 %.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация