А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Смерть на рыбалке" (страница 28)

   – Тебе это только так кажется, – спокойно сказала Клео. – Не думай, что если ты станешь угрожать капитану расправой со мной, он будет очень сильно переживать за мою жизнь. На меня ему плевать. Больше того, я ему не нужна. А вот тебе я очень нужна. И ты мне очень нужен.
   – Зачем?
   – Чтобы решить некоторые проблемы…
   Игорь не успел спросить, какие проблемы она имеет в виду.
   Словно фотовспышка, в комнате зажегся свет. Клео рванулась, но ее волосы он держал крепко, и тюремщица-пленница, лишь немного приподняв голову, тут же откинулась назад.
   – Зачем вы ослабили наручники! – крикнули со стороны двери.
   Игорь увидел пересекающего комнату мужчину с занесенной для удара увесистой тростью в правой руке. Судя по лицу, обезображенному старыми ранами, это был тот самый вуай, господин Виктор, про которого рассказывала Клео. Он сильно хромал, из-за чего двигался не очень быстро. У Игоря оказалось несколько мгновений, чтобы сосредоточиться. Когда трость, рассекая воздух, начала приближаться к его ногам, Игорь наконец-то отпустил волосы Клео, повернулся на правый бок и выбросил левую ногу, намереваясь попасть калеке в область паха. Его удар оказался быстрей, а у Виктора не получился вовсе, поэтому тот был вынужден взвыть и схватиться за то самое место, куда Игорь нацеливался.
   Понимая, что если калека отдалится от кровати, освобождение вряд ли состоится, Игорь свободной рукой схватил за волосы теперь уже его и, вкладывая все силы, приложил это уродливое лицо к своим согнутым коленям. Услышать сдавленный хрип стало настоящим блаженством.
   Игорь еще дважды успел повторить действо с его лицом, да с такой силой, что даже коленям пришлось не очень-то сладко, прежде чем в комнату влетели сначала Марья, а за ней уже виденный Игорем однажды у придорожного ресторанчика милиционер. Правда, сейчас он был не в форме и даже не был полностью одет, кстати, как и Марья. На ней были трусики и полузастегнутая блузка, на нем – только брюки и ботинки, но зато в руке страж порядка сжимал пистолет. Не просто сжимал, а целился Игорю в голову и, кажется, уже начал нажимать на спусковой крючок…
* * *
   Голова, как ни странно, не болела. Хотя, по идее, этому должна была бы способствовать внушительного размера шишка на затылке, которую Игорь нащупал первым делом после того, как пришел в сознание. Он попытался вспомнить причину ее появления, но это оказалось сложновато. Не мог же в этом оказаться виновным капитан, тот самый, которого Клео обвиняла чуть ли не во всех смертных грехах, и который готовился снести из своего пистолета половину головы Игоря. Так, значит, это сама Клео чем-то не очень легким и не очень ласково приложила его по затылку. Во всяком случае, кроме нее сзади Игоря никого быть не могло.
   Впрочем, в данный момент это было не так важно по сравнению с тем, что Игорь вновь почувствовал, когда увидел себя на проклятой кровати. На руках были все те же наручники-браслеты, и тросики от них – поблескивающие новизной тросики – все так же тянулись в амбразурки. Пусть Игорь мог свободно шевелить руками, но цепи есть цепи, и в любой момент они могли натянуться и сделать его совершенно беспомощным. Получалось, что мучительные усилия по перепиливанию этих цепей с калечением пальцев острым гребнем призового значка, все надежды на освобождение и мщение привели к тому, что он всего-навсего узнал тайну «Рыболовного эдема» и заработал шишару.
   Хотя нет, не напрасно Игорь мучился. Пусть частично, но все-таки отомстил одному из своих тюремщиков. Но что же дальше?
   – А дальше ты наконец-то узнаешь, каково по-настоящему быть невольницей нашего эдемчика, – сказал кто-то за головой Игоря, и он понял, что последние свои мысли высказал вслух.
   Еще он понял, то есть догадался, что говоривший был не кто иной, как капитан Нурмос. Значит, он находился в комнате-камере, пока Игорь был без сознания, и, возможно, сам привел его в чувство, к примеру, дав чего-нибудь понюхать. Рассуждать на эту тему времени не было. Игорь сделал попытку вскочить, но не тут-то было – проклятые тросики, секунду назад позволявшие свободно манипулировать руками, теперь натянулись гитарными струнами, сводя на нет сопротивление, принуждая откинуться назад.
   Капитан Нурмос был не один. Справа и слева от него стояли обе рыжеволосые сестренки. Ухмыляющаяся Марья держала в руке маленький черный пульт, направляя его в сторону пленника. На Клео он даже не посмотрел, а вот со взглядом капитана Нурмоса лучше было бы не встречался. Глядел он на Игоря так, как, наверное, в Средние века смотрели в глаза пытаемых еретиков садисты отцы-инквизиторы.
   – До упора не растягивай, чтобы перевернуть было проще, – сказал капитан Марье.
   Растяжение прекратилось. Игорь в который уже раз лежал на спине с раскинутыми руками и ничего не мог с этим поделать. Но если прежде такое положение становилось предпосылкой прихода одной из сестер, то теперь… Игорь живо представил сцену, которую Клео наблюдала по монитору, когда Марья и капитан изгалялись над первым посетителем «Рыболовного эдема». Неужели ему сейчас предстоит испытать то же, что выпало бедолаге? Будь возможность, Игорь предпочел бы умереть. Но ее не было. Ведь не может же человек, если он, конечно, не какой-нибудь суперйог, только усилием воли заставить свое сердце остановиться. Игорю оставалось лишь понапрасну напрягать мускулы, вертеть головой, кричать, да, может быть, пару раз лягнуть попавшегося под ногу…
   Наверное, если очень сильно чего-нибудь не хотеть, то это все-таки не произойдет. С Игорем такое пару раз случалось на рыболовных соревнованиях. То есть не с ним, а с его соперниками, когда Игорь чуть ли не бредил, желая, чтобы они не победили, чтобы поймали рыбы меньше него. И словно этим своим отрицательным желанием мешал им физически.
   Вот и сейчас то, чего Игорь очень сильно не хотел, действительно не произошло. А произошло вот что. Капитан Нурмос и Марья – один слева, другая справа уже схватили Игоря за ноги, и в это время он краем глаза увидел Клео с занесенным над капитаном журнальным столиком. Еще секунда, и столик обрушился тому на голову, повергнув на пол.
   – Ты что? Ты зачем?! – взвизгнула Марья и метнулась к сестре, которая, продолжая держать столик (оказавшийся на удивление крепким, благо не развалившимся после соприкосновения с капитанской головой), выставила его вперед ножками.
   Дожидаться, когда Марья окажется рядом, Клео не стала. Вместо этого она поудобнее перехватила свое орудие сокрушения и еще разок опустила его на вроде бы не до конца вырубленного капитана. Сразу после этого старшая сестра выронила столик, отскочила назад и в руках у нее оказался пульт. Секунда, и Игорь смог согнуть руки в локтях, еще секунда, и у него появилась возможность встать с кровати, а в следующее мгновение он уже держал Марью. Одной рукой выкручивая ее правую руку, другой – сжимая горло.
   Игорь собирался немедленно убить эту рыжую стерву. Для этого надо было придать израненным пальцам еще не так уж много усилия. Но в это самое время он вдруг ощутил жгучее желание овладеть ею. Марья выглядела сейчас, впрочем, как и всегда, очень сексапильно. И к этой ее, наверное, врожденной особинке добавилось в глазах мелькающее выражение злости, растерянности, беспомощности, страха и одновременно вызывающей жадности до самца озабоченной самки.
   Сжимающие горло пальцы ослабили хватку, и уже через мгновение тискали упругую грудь девушки, прикрытую лишь тонкой материей блузки, а рука, только что выкручивавшая ее руку, оказалась ниже талии Марьи. Это было словно какое-то колдовство, наваждение. Еще минуту назад Игорь, чтобы не быть непоправимо опозоренным, мечтал распрощаться с жизнью, а теперь поменялся ролью с мучительницей-тюремщицей, но «отомстить» собирался не чем иным, как доставлением удовольствия! Вот ведь как непредсказуемо могут проявиться человеческие инстинкты…
   – Эй, охладись! – услышал Игорь, словно сквозь вату в ушах, голос Клео и сразу догадался, что «проявление желания» слишком явно бросается в глаза.
   – А ты не ори, – прикрикнула она на младшую сестру. – И лучше отойди в сторонку, если не хочешь оказаться на полу рядом со своим Нурмосом!
   – Ты что, готова вот так же, как и его, треснуть меня по голове? – удивилась Марья. – Ты действительно готова сделать так, чтобы я валялась вот здесь с проломленной головой?
   Глядя на Клео и оставаясь в плену рук Игоря, она вдруг ответила волнообразным изгибом тела на его прекратившиеся ласки. Но Игорь уже успел «охладиться» и не стал ждать новых вопросов или ответов ни от одной из сестер. Решение, как действовать дальше, еще не до конца созрело, а реакция уже произошла…
   Так же мгновенно Игорю иногда приходилось реагировать во время вываживания крупной щуки. Он или временно поддавался, ослабляя фрикционный тормоз, или, наоборот, не давал подводному сопернику ни одного мгновения на проявление инициативы. Сейчас поддаваться чему-либо было бы глупостью. Скорее всего непоправимой.
   Удар кулака пришелся чуть выше переносицы, из-за чего Марья опрокинулась навзничь и, как и предупреждала ее старшая сестра, действительно оказалась на полу рядом с лежащим ничком капитаном. В следующее мгновение Игорь уже сидел у него на спине и, сделав руками круговое движение так, что оба стальных тросика закрутились вокруг его шеи и резко потянул один влево, другой вправо. Неизвестно, заставили ли капитана очнуться боль и удушье или раньше этот извращенец просто притворялся бесчувственным, но теперь он вмиг напрягся, подобрался и схватился за тросик левой рукой, а правой уперся в пол.
   Однако прекрасно понимая, что из двоих мужчин в живых здесь останется только один, сделать что-либо еще Игорь ему не позволил. Теперь он не натягивал тросики, а что есть силы дергал их в разные стороны, как будто проверял на разрыв прочную леску. В их прочности он был уверен, а вот в прочности шеи капитана совсем нет. С каждым рывком тросики впивались в нее все глубже, разрывая кожу в месте перехлеста и выдавливая густые капли красной крови. Еще один рывок, и капитан, хрюкнув, начал обмякать.
   …В детстве, когда Игорю приходилось драться, он всегда прекращал бить противника, как только понимал, что уже победил. И всегда правило «лежачего не бьют» было для него табу. Сейчас же Игорь, если и вспомнил о тех детских драках и правилах, то лишь на мизерный промежуток времени. Сейчас был далеко не тот случай, чтобы прекратить избивать лежачего. Да и не избивал его Игорь, а убивал. И убил…
   Игорь встретился взглядом с Клео.
   – Ну вот и все? – спросила она.
   – От одной проблемы я тебя, кажется, избавил.
   – Ну а остальные я решу без твоей помощи, – сказала Клео и направила на Игоря пульт.
* * *
   – Ты должен понять, – говорила Клео, сидя на краю моей кровати. – Я никому не хотела бы причинить боль. Но моя сестра… Она нуждается в лечении. Ей нужно навсегда покинуть это место, постоянно напоминающее о… Ее нужно поместить в клинику, понимаешь?
   – Предлагаешь сделать это мне? – спросил Игорь.
   – Предлагаю, чтобы ты понял, что изменить ничего нельзя, – вздохнула Клео. – Капитана Нурмоса будут искать. Ведь он милиционер. И его найдут, то есть кости его найдут. Я подскажу, где их искать. А Марья подтвердит, что… – Клео снова глубоко вздохнула, – что капитан Нурмос приехал в гости к своему больному отцу, господину Виктору, который по твоей, кстати, милости не встает с кровати, и остался у него переночевать. А ночью строители, которые строят наш новый дом, спьяну устроили пожар. Капитан сначала спас меня и Марью, а потом бросился в горящий дом за отцом. Но в это время крыша обрушилась, и они оба погибли. Сгорели вместе с тремя строителями, которые во всем и были виноваты…
   – А я?
   – Ты – один из этих трех строителей. Кто ты и откуда, мы понятия не имеем, ведь строителей нанимал капитан Нурмос, а ваши документы сгорели со всем остальным.
   – Думаешь, в милиции такие кретины, что поверят во все эти пожары, с завидным постоянством возникающие на одном и том же месте? – Игорь в очередной раз напряг мышцы и в очередной раз убедился в прочности цепей.
   – Про два последних пожара никому, кроме строителей, восстанавливающих «Рыболовный эдем», неизвестно. Нурмос нанимал их каждый раз далеко от наших мест. С последними, хоть они и не закончили работу, я полностью рассчиталась час назад и отправила их восвояси.
   – Но капитан Нурмос…
   – Капитана не очень-то любили в нашей округе, – пожала плечами Клео. – И на самом деле весть о его героической кончине очень многих только обрадует.
   – А как же пожарная инспекция, а страховая компания, которая будет во всем разбираться?
   – «Рыболовный эдем» не застрахован. Ну а в пожарных как таковых нужды не будет. Если они и приедут, так на уже остывающее пепелище, ведь дом загорится на рассвете, и зарево никто не увидит. И я почему-то уверена, что пожарный инспектор примет во внимание горе двух несчастных сестер, которым его присутствие покажется настолько невыносимым, что они будут готовы ему неплохо заплатить, лишь бы все формальности оказались улажены за пять минут.
   – Разбирательство все равно будет, и когда найдут труп в наручниках…
   – Да, ты прав, – согласилась Клео. – Я для того тебе все и рассказываю, чтобы узнать об изъянах в моем плане. Наручники нужно будет снять после того, как ты уснешь.
   – Собираешься снова чем-нибудь опоить?
   – Или сделать укол. Что ты предпочитаешь?
   – Предпочитаю остаться в живых. – Игорь прикинул, что при должной ловкости смог бы, извернувшись, обхватить ее ногами. Но дальше-то как быть? Ну продержит ее полминуты, а потом она все равно вырвется…
   – Тебя никто не тащил сюда насильно, и ты сам сделал свой выбор, когда остановил машину и спросил дорогу до Юшкозера. – Это прозвучало, как приговор. – Прости, но о том, что на самом деле представлял собой «Рыболовный эдем», должны знать только два человека. Я и Марья.
   Клео встала, и планируемый финт ногами так и не состоялся.
   – Выбирай: бокал вина со снотворным или укол?
* * *
   Это было похоже на повторение сна. Такое бывало: Игорь просыпался и точно знал, что только что виденный сон уже снился ему раньше и не один раз. Вот и сейчас, как и совсем недавно, сознание возвращалось к Игорю либо из-за ударившего в нос запаха гари и керосина, либо из-за криков, раздававшихся совсем рядом. Только в тот раз, когда горел отель, Игорь очнулся практически в мгновение ока, а сейчас открыть глаза оказалось очень проблематично.
   – …ваныч …ись …Игорь Иваныч …снись …Игорь… – До его сознания начали доходить обрывки слов. Кто-то теребил запястье левой руки. Игорь поднял правую и сообразил, что ее ничто не удерживает. Но это нужно было увидеть собственными глазами. И тут он наконец разобрал смысл звучавших над ухом слов, узнал голос, и глаза открылись сами.
   – Игорь Иваныч, проснись! Иваныч!
   Истощавший, грязный, с опаленными ресницами и волосами, с многодневной щетиной и со свежими шрамами на лице, но это был Геша Крутов. Живой! И, как всегда, очень деятельный. То есть обе руки его были заняты: одной он развязывал веревку на запястье Игоря, другой – умудрялся кого-то держать, выкрутив руку за спину и не позволяя вырваться.
   – Иваныч, очнулся? Молодец! Давай, помогай, а то у меня уже нет сил эту тварь держать!
   Тварью оказалась Марья. Каждый раз вскрикивая от боли в вывернутой руке, она тем не менее, не прекращала попыток извернуться, лягнуть Гешу ногой или боднуть головой. Игорь приподнялся, схватил свободной рукой ее рыжие волосы и со злостью дернул. Марья закричала, и хотя Геша больше не держал ее, замахала руками, давая понять, что прекращает сопротивление.
   – Не дергайся, а то скальп сорву, – пообещал Игорь, прижимая ее запрокинутую голову к кровати.
   – Ладно, ладно, – прошипела Марья.
   Игорь держал ее так, пока Крутов наконец-то не справился с веревкой.
   – Эта тварь опять хотела дом поджечь, – сказал он, обматывая веревкой ее руки, – только я не дал. Сестру вырубил, а у нее в самый последний момент факел вырвал.
   – А я думал, что ты сгорел тогда…
   – Ну да! Кто бы тебя тогда от наручников освободил? Понимаешь, я от боли очнулся, смотрю: лежу на полу, с тобой наручниками скованный. Ты без сознания, видать, задохнулся. Сверху все в дыму, половина комнаты в огне, и штаны на мне горят. Смотрю: на полу твой значок валяется. Я иголкой наручники за пару секунд открыл, потом тебя в окно, как мог, перевалил. Думаю, пусть поломается, зато живой останется. А сам когда выпрыгнул, обе ноги так подвернул, что тоже чуть сознание не потерял. Возможно, у меня даже трещины в голеностопах. Повезло нам, что с той стороны дома уклончик небольшой оказался, и ты по нему откатился. А то бы так и сгорел. Ну а я даже не помню, каким образом до ближайших зарослей добрался. Слава богу, что сестренки наши у себя собак не держат, а строители, которые отель начали восстанавливать, только работой и были заняты. Так я в этих зарослях все это время и проторчал. Хорошо, хоть ночи теплые и дождей нет.
   – А как же… – начал Игорь и запнулся.
   – Хочешь спросить, как я там жил? – усмехнулся Геша. – Очень даже прекрасно по сравнению с предыдущим месяцем, когда эта тварь вместе со своим гомиком меня… – он саданул Марью кулаком по лицу. И еще раз, и еще. Из ее носа и из разбитой губы потекла кровь, но Марья лишь вскрикивала при каждом ударе и больше не издавала ни звука.
   – Я был уверен, что ты у них, Иваныч, а сделать ничего не мог. – Геша посмотрел на свой окровавленный кулак. – Ходить вообще не мог. Сил хватало только на то, чтобы ночью до помойки доползти и объедки подобрать. Тем и питался. Думал на лодке уплыть, а куда? Обратись я к кому, первым делом в милицию бы сообщили, а этот Нурмос здесь всю округу держит. Так что сам понимаешь… Решил лично тварям отомстить, как только ноги заживут. Я неплохо все рассчитал и уже готов был действовать. А вчера вдруг смотрю, строители по-быстрому шмотки свои собрали, сели на тачки и укатили. Потом сестренки вещички в лодку стали таскать, и Марья три раза куда-то их перевозила и пустой возвращалась. И главное, ни Нурмос, ни калека на улицу нос не показывают…
   – Это моя работа, – вставил Игорь. – Виктора этого, видать, еще больше покалечил, а капитана… тово, задушил к чертям окунячьим.
   – Ну ты дал! – удивился Геша. – Как это?
   – Не без помощи ее сестренки. Кстати, где она?
   – Да там, на улице, не скоро еще очухается. – Он махнул рукой. – Короче, когда рыжие с вещичками стали суетиться, думаю, затеяли они что-то, а значит, пора их планы нарушить. Я в последние день-два уже более-менее ходить мог, поэтому на ночь в пристройку перебрался, где рабочие ночевали. Там и уснул – на человеческой кровати. Под утро слышу, кто-то в гости пожаловал. Хорошо, сестренки в комнату не заглянули, а сразу в подсобку. А там… Что бы ты думал? Канистры с керосином!
   – Ага, – Игорь кивнул, крепче сжав волосы Марьи.
   – Я-то все ждал, когда Нурмос покажется, – продолжал Геша. – До тех пор пока вот эта целых четыре канистры здесь не вылила, а потом за факел взялась. Тогда я кое о чем догадался, ну и…
   – Я имела вас обоих, – подала голос Марья. – Вас, мужичков. Имела, как хотела и сколько хотела…
   – Заткнись, – прорычал Геша.
   – И не только вас. – Она торжествующе оскалилась, показав окрашенные кровью зубы.
   – Точно, – спохватился Игорь. – Здесь, в соседней комнате, еще два невольника должны быть.
   – Ха! Две невольницы! – съязвила Марья. Геша, не удержавшись, вновь ткнул ей кулаком по скуле. Она всхрипнула и замолчала, а Геша наклонился к самому ее лицу:
   – Ты почти уничтожила меня как человека. А это значит, что по отношению к тебе вести я себя буду исключительно по-скотски. Сейчас мы найдем тех двоих и… Как ты думаешь, что мы все вместе сделаем с тобой, связанной и беспомощной?
   – Вы ее немедленно отпустите!
   Клео стояла в дверном проеме, наставив на нас помповое ружье.
   – Ну вот, черти окунячьи, а обещал, что не скоро очухается, – упрекнул Игорь напарника.
   – А вдруг и твой Нурмос живой окажется, – парировал тот.
   – Отпусти сестру! – заорала Клео.
   Вместо этого Игорь, все так же держа за волосы, а левой рукой обхватив за горло, рывком поставил Марью на ноги и загородился ею. Геша мгновенно оказался за его спиной.
   – Ты не понимаешь, – сказал он, – твоя сестра для нас – живое прикрытие. Она заложница. А значит, командовать и что-то требовать будем мы.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [28] 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация