А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Смертельный мир" (страница 5)

   Глава пятая
   Очень скорый реванш

   – Мне бы очень не хотелось узнать, господин майор, что этот ваш э-э… Фролм окажется обычным брехуном…
   Барон Ольшан – мужчина лет под сорок, высокий и слегка сутулый, с короткими черными волосами и глубоко посаженными глазами – ехал на коне в сопровождении барона Волленвейдера, держа путь в сторону условной границы между Горным и Лесным королевствами. Впереди следовал отряд арбалетчиков, чуть позади – еще пятеро всадников, полтора десятка пеших бойцов и три повозки с установленными на них станковыми арбалетами.
   С тех пор, как лесные напали на стройку у крепости Квадро, захватили пятерых пришлых и убрались восвояси, прошло не больше получаса. И вот уже барон Ольшан, предпринял ответный ход, призвав к бою более половины своих подданных, среди которых оказались и три дворянина: его родной сын Бушма, барон Волленвейдер и барон Биан.
   Дерзкая вылазка лесных не должна была остаться безнаказанной. Конфликт такого масштаба, по сути, был объявлением локальной войны, и барон Ольшан без раздумий принял вызов. Принял, не попросив помощи у короля Горного королевства, вассалом которого являлся, и даже не поставив об этом в известность ни Его величество Халимона, ни Его преосвященство Маная. И это, несмотря на то, что в создавшейся ситуации серьезным реваншем мог стать, как минимум, захват Рубежной крепости, для чего всех войск баронов было, мягко говоря, маловато.
   Но барон Ольшан не слыл трусом и готов был рискнуть с не меньшей дерзостью, чем лесные. Тем более что истинной целью реванша было не освобождение пришлых и плененного капрала Вьювеца и не захват Рубежной крепости, а возвращение человека, который два дня назад общался с самим Творцом и владел поистине бесценными сведениями.
   – Ну, допустим, брешет Фролм, или все-таки говорит правду, будет очень легко проверить, господин барон, – сказал Волленвейдер.
   Так же, как и Ольшан, он носил титул барона, но, в отличие от своего господина, дворянином стал после преобразования и нескольких лет безупречной службы Горному королевству. Ольшан же был одним из местных, то есть, живущих в мире за стеной со дня своего рождения, поэтому считался дворянином потомственным. И сели он, согласно существующему уложению, мог обращаться к дворянину не потомственному просто по воинскому званию и даже на «ты», то любому пришлому, сколько бы лет он не провел в мире за стеной и каких бы высот не достиг, в отношении потомственных дворян фамильярностей не позволялось.
   – И каким же это образом, майор? – хмыкнул барон Ольшан.
   – Во время моей с ним беседы Фролм говорил совершенно искренне, а я, поверьте, в этом очень хорошо разбираюсь. Так вот, Фролм утверждал, что, глядя в видеовоспроизводящую камеру, предоставленную ему Творцом, он наблюдал за стычкой разбойников из Тусклого леса с нашим продовольственным отрядом, направляющимся в Герцогство.
   – Ну, и?
   – Он видел, как боец горных лишил одного разбойника уха.
   – Ухо отрубил Клюгк, – сказал барон Ольшан. – Об этой стычке вечером того же дня знало все Горное королевство. Да и, наверное, весь мир.
   – Да, – не стал спорить Волленвейдер, – но из доклада капитана Евдоккима выходит, что его дозорный отряд захватил Фролма вместе с еще одной пришлой меньше чем через час после стычки Клюгка с разбойниками. По обычаю наших доблестных дозорных Фролма тут же оглушили и доставили в тюрьму. После чего первый звуковой контакт у этого пришлого был ни с кем иным, как со мной…
   – М-да, – барон Ольшан несколько раз цыкнул зубом. – Ты говоришь, что вместе с ним захватили женщину?
   – По праву первого дня она перешла к начальнику дозорного отряда капитану Евдоккиму. И, насколько я в курсе, до сих пор остается у него в гостях. Кстати, Фролм, очень переживал за судьбу этой Наташи…
   – Ты хочешь сказать, что они знакомы?
   – Насколько я могу судить, у него к ней более глубокое чувство.
   – Это хорошо. Сразу после операции прикажи доставить ее в крепость и проведи беседу. Нет, побеседовать с ней могу и я, – барон Ольшан плотоядно улыбнулся. – Евдокким возражать не будет. Но сначала нам надо вернуть твоего Фролма.
   – Ради этого я, допустим, пожертвовал бы половиной нашего войска, – жестко сказал Волленвейдер.
   – Ишь, ты! – с удивлением посмотрел на своего вассала барон Ольшан. – Не слишком ли большая жертва?
   – Но он единственный, кто знает, где лежит выборочный преобразователь! – вскрикнул Волленвейдер и тут же понизил голос. – И знает, как им пользоваться…
   – Тебе очень хочется вернуться в мир пришлых? – удивленно поднял брови барон Ольшан. – Помнится, ты рассказывал, что работал там в крохотном магазинчике по десять часов в сутки…
   – Я был очень хорошим продавцом, ваша светлость, – вздохнул Волленвейдер. – Но после двадцати лет пребывания здесь возвращаться к прежней работе у меня, допустим, нет никакого желания. Там я был рядовым продавцом рыболовных товаров, здесь же заслужил титул барона. А баронов в мире за стеной всего-то шестеро.
   – Ну, да. И всего два короля, и всего один кардинал…
   – Здесь я – знатный человек, дворянин, – продолжил Волленвейдер. – Мои сыновья по достижении восемнадцати лет тоже будут носить дворянский титул. И мне, допустим, очень хотелось бы дожить до этого замечательного дня. Но только не помереть, заразившись испорченной водой, или от любой другой напасти, которые обрушатся на нас, после смерти Творца!
   – Так ли я тебя понял, майор? – барон Ольшан придержал лошадь, и его спутник сделал то же самое. – Что, появись у тебя выбор: вернуться к прежней жизни, или остаться в мире за стеной при титуле и должности, которых ты действительно заслуживаешь, то…
   – Я бы с огромной радостью остался жить здесь, зная, что место Творца заняли вы, господин барон! – Твердо сказал Волленвейдер. – Уж я бы тогда стал самым преданным вашим наместником. И весь народ мира за стеной день и ночь молился бы только на вас!
   – Что ж, я верю тебе, Волленвейдер, – глядя ему в глаза, сказал Ольшан. – И даю слово, что если я и в самом деле займу место Творца, то ты станешь в мире за стеной тем, кем пожелаешь!
   – Вы не ошибетесь во мне, ваша светлость, – благодарственно склонил голову майор. – Но о наших планах…
   – Ни в коем случае никто не должен знать, – закончил фразу Ольшан. – Даже мой сын. Поэтому сегодняшнее выступление – ответ на неслыханную наглость лесных. Неплохо было бы еще и моего старого дружка, графа Бовдо захватить – в этом случае король Халимон действительно оправдал бы любые наши потери, да еще и наградил бы. А это здорово помогло бы нам в наших планах, не так ли?
   – Совершенно верно, господин барон.
   – Хорошо. Где там наш доблестный капитан Евдокким?
   Волленвейдер оглянулся назад, и, встретившись взглядом с капитаном, который, как всегда, в подобных выступлениях, сопровождал своего друга, барона Бушму, подозвал его взмахом руки.
   – Капитан, через час ты сможешь стать майором, – сказал барон Ольшан подъехавшему к нему Евдоккиму. – Для этого тебе всего-навсего нужно второй раз взять в плен того самого пришлого, которого твой дозор захватил позавчера вместе с женщиной у Нейтрального острова. Его имя – Фролм, и захватить его ты должен обязательно живым. Если ты не справишься с этой пустяковой задачей, или, не допусти Творец, Фролм будет убит, то в лучшем случае я разжалую тебя до капрала, а в худшем…
   – Я все понял, ваша честь. Фролм будет захвачен в плен живым! – уверенно сказал капитан. – Это важная птица?
   – Если пришлый Фролм окажется действительно важной птицей, я буду ходатайствовать о присвоении тебе дворянского титула.
   – Я доставлю его вам, господин барон! – уверил капитан Евдокким, и глаза его заблестели.
* * *
   – Вылазка прошла успешно господин генерал, – доложил графу Бовдо полковник Трофф по прибытии в Рубежную крепость. – Мы потеряли одного бойца, а горные – трех убитыми и одного мы взяли в плен. И главное – освободили пятерых пришлых, тем самым, парализовав строительство новой крепости барона Ольшана.
   – Вы еще забыли, полковник, что одного горного вывел из строя мой прыгун, – напомнил граф Винсепто. – Представляешь, отец, этот пришлый кирпичом перебил горному ногу, отобрал у него шпагу, потом нашего бойца пытался спасти, но того арбалетчики достали. А потом на моего коня запрыгнул, будто всю жизнь только этим и занимался!
   – Господин генерал, расхваливая этого прыгуна, ваш сын, скромно умалчивает о своих подвигах, – вмешался в доклад полковник Трофф. – На самом же деле капитан Винсепто прикончил двоих горных и глазом не моргнул.
   – Ну, что ж, – улыбнулся граф Бовдо, – хвалю! А теперь скажите мне, господин полковник, когда нам ждать ответного хода горных?
   – По всему – не раньше завтрашнего утра, – уверенно сказал Трофф. – С малыми силами барон Ольшан на нас не двинется, прежде соберет все свое баронство.
   – Я тоже так думаю, – согласился граф Бовдо. – Господин полковник, распорядитесь сообщить всем нашим виконтам, чтобы завтра с утра пораньше подтянули к Рубежной свои отряды.
   – Слушаюсь!
   – Винсепто, что ты там про войну насочинял? – обратился граф Бовдо к сыну.
   Молодой граф вытащил из ножен шпагу и, отсалютовав ею, продекламировал:

Плохая война разве не лучше идеального мира?
Ведь умереть стариком в своей постели
Гораздо скучней!
Хотя бы потому, что нет возможности
Увидеть блеск в глазах твоего убийцы…

   – Во-во, – согласился граф Бовдо. – До старости из нас точно никто не доживет.
   – Господин генерал, – раздался крик наблюдателя с западной башни, – горные наступают!
   – Сколько их там, Заиц?
   – Два эскадрона конных, больше десяти пеших бойцов и три повозки со станковыми арбалетами. Среди дворян сам барон Ольшан, – доложил капрал. – Конные перешли в галоп!
   – Вот вам и «не раньше завтрашнего утра»! – удивился генерал. – Винсепто, пока не поздно направь гонца к графу Ткачу. Пусть он высылает конницу. Сам останься у ворот с эскадроном, чтобы в любой момент выдвинуться! Полковник – ваше место на восточной башне.
   – Слушаюсь! – отсалютовал полковник Трофф и поспешил к указанному месту.
   – Господин генерал, – обратился Винсепто к отцу, – у нас мало людей для обороны, а вы предлагаете выдвинуть конницу?
   – Ты выдвинешь ее, когда подоспеет помощь от графа Ткача. И тогда горные окажутся в клещах. На оборону стен поставь через одного бойца всех сегодняшних освобожденных пришлых. Думаю, им есть, за что мстить своим недавним хозяевам. А присягу они потом примут.
   Рубежная крепость стояла на высоком обрывистом берегу. Со стороны озера стены не было, она и без стены считалась самой надежной, – никто и никогда не нападал на крепость с воды. Кораблей и других судов в мире за стеной не существовало, – огромные рыбины не давали возможности проплыть хотя бы с десяток метров…
   Крепость имела форму равнозначного треугольника: на берегу озера стояли две башни – западная, самая ближняя к Горному королевству и восточная, в которой были ворота; от них к третьей башне – Южной тянулись длинные стены с обычным по здешним меркам бордюром – высотой по грудь человеку среднего роста. С внешней стороны вдоль стен имелся ров, наполненный водой. Для рыб ров был мелковат и узковат, человек вполне мог в нем утонуть, тем более что без посторонней помощи выбраться из него было невозможно.
   Для нормальной обороны Рубежной хватило бы двадцати человек. Сейчас, вместе с пришлыми защитников набиралось чуть больше десятка. Да еще и с пришлыми возникла проблема.
   – Мне ваши битвы на хер не нужны! – заявил широкоплечий, нескладный мужик, после того, как граф Винсепто в двух словах объяснил освобожденным пришлым ситуацию и предложил разобрать арбалеты и подняться на стены.
   – И мне тоже. И мне, – глядя на широкоплечего, сказали еще двое пришлых.
   Стоявший рядом с Фролом щупленький парнишка промолчал. Возможно потому, что увидел загоревшиеся яростью глаза молодого графа. Выхватив шпагу, Винсепто подскочил к заводиле.
   – Мы же вас освободили, неблагодарные, – прошипел он, приставляя острие шпаги к его горлу. – Опять хотите в рабство к горным попасть?!
   – Не волнуйтесь, граф, – спокойно сказал Фрол, втискиваясь между ними и вынуждая Винсепто сделать шаг назад. – Лучше уж пусть сейчас повозмущаются, а не в бою. Правильно, Кургузый, – он коротко двинул широкоплечего локтем в солнечное сплетение, заставив охнуть. Потом повернулся к остальным. – Я правильно говорю мужики?
   – Но я не знаю, как с этой штуковиной обращаться, – показал на арбалет один из них.
   – Ты, что, никогда фильмы про всяких там рыцарей не смотрел? – Фрол взял арбалет и, словно проделывал это тысячу раз, вмиг натянул тетиву. – Вот так вот натягиваешь, вставляешь в паз стрелу, целишься и плавно нажимаешь на спуск. Да из этой игрушки ребенок в цель попадет. Держи! – он ткнул оружием в Кургузого. Тому ничего не оставалось делать, как взять арбалет.
   – Господа, – обратился ко всем граф Венсепто, – в Горном королевстве вы были чернью, ели несоленую кашу и пили безвкусную воду. А здесь вы уже бойцы, и значит, будете пользоваться всеми доступными благами мира за стеной. Смелее, мы же с вами в крепости, и без проблем отобьемся от этих уродов!
   – Сколько стрел полагается каждому? – без особого энтузиазма поинтересовался Кургузый.
* * *
   С началом атаки барон Ольшан затягивать не стал. Выдвинувшиеся вперед всадники, сделали по крепости залп из арбалетов, после чего оттянулись назад и распределились вдоль восточной стены на предельном для полета стрелы расстоянии. Тем временем пешие бойцы неровными шеренгами уже шли в атаку на западную стену.
   Лично для генерала Бовдо начало этого сражения оказалось самым неудачным за все его военную карьеру. Первая же долетевшая до крепости стрела поразила цель – незащищенное кольчугой плечо генерала, наблюдавшего за разворачивающимися событиями с западной башни.
   – Полковник, принимайте командование! – крикнул он Троффу. После чего, сжав зубы, выдернул стрелу, с помощью Заица снял плащ и попросил капрала перебинтовать сильно кровоточащую рану.
   – Не торопитесь с выстрелами, но стрел не жалейте! – пробасил с восточной башни полковник Трофф и первый выпустил стрелу, которая попала в крайнего в первой шеренги бойца горных. – Кстати, убивать их не обязательно, – крикнул Трофф, перезаряжая арбалет. – Мы лучше потом раненых в плен возьмем. Самое лучшее попадание – в ногу…
   Дальнейший бой сопровождался его комментариями. Полковник Трофф больше не стрелял, но отдавал четкие приказы каждому бойцу. Скорее, это были не приказы, а комментарии, почему тот или другой промахнулся, а также советы, что нужно сделать, чтобы избежать промаха при следующем выстреле.
   Лесные полностью вывели из строя первую шеренгу наступавших. Но вторая и третья шеренги вместе с повозками оказались уже в непосредственной близости ото рва. Возничие развернули повозки, и три огромные стрелы, одновременно выпущенные со станковых арбалетов, с тупым звуком вонзились в стену крепости. Вместо оперений на концах этих стрел были кольца, с продетыми в них тонкими, но прочными веревками, к которым были привязаны составные деревянные лестницы. Не прошло и трех минут, как подтянутые посредством лебедок, установленных на повозках, лестницы уткнулись в стену, и по ним уже начали взбираться бойцы горных.
   Фрол невольно оценил четкие действия противника. Хотя и понимал всю безрассудность атаки горных, ряды которых таяли на глазах. Правда, и защитники крепости несли потери. Фрол видел, как один за другим упали, сраженные стрелами, два бойца лесных и один из пришлых; видел, как схватился за голову и скукожился щуплый парнишка, которого, кажется, звали Мося; слышал, как зарычал Кургузый, тоже, наверное, получивший ранение. Фрол успел израсходовать свои четыре стрелы и теперь пользовался стрелами сраженного бойца, которые тоже подходили к концу. Он точно знал, что попал одному из нападавших в грудь, другому – в живот, еще одному, поднимавшемуся по лестнице, – в плечо, после чего тот с отчаянным криком рухнул в ров. Пару раз стрелы противника чуть ли не взлохмачивали волосы на голове Фрола, но все это было не важно. Его захватил ни с чем несравнимый азарт боя. Сначала Фрол слушал и подчинялся командам полковника Троффа, потом уже сам кричал и что-то подсказывал сражавшимся рядом с ним.
   Он прекрасно сознавал, что атака горных могла бы вообще захлебнуться, если бы полковник Трофф распорядился перебросить несколько бойцов с восточной стены на западную. На восточной стене боя, как такового, не было. Конники горных продолжали держаться от стены на расстоянии, предельном для точного выстрела, и не стремились это расстояние сокращать; лесные же не собирались понапрасну расходовать стрелы, которые, скорее, поранили бы лошадей, чем их хозяев.
   Так же, до поры до времени, бездействовал и эскадрон графа Винсепто, хотя Фрол и видел, что молодой капитан, гарцующий на коне внизу, у ворот крепости, не отрывает обеспокоенного взгляда от западной башни, где находился его раненый отец. Он давно пришел бы на помощь обороняющимся, но приказ генерала быть готовым в любую минуту атаковать конницу горных, никто не отменял. А к приказам, как понял Фрол, в мире за стеной относились очень серьезно.
   Тем не менее, стрелы у него заканчивались, а горные продолжали атаковать. Несколько бойцов карабкались вверх по лестницам. И среди них Фрол узнал того самого человека, который у него на глазах насиловал Наташу.
   Капитан Евдокким заметил Фрола с самого начала боя и, указав на него бойцам, что были поблизости, приказал стрелять только в соседей пришлого. Фрола он собирался пленить самолично, – уж больно заманчиво прозвучало обещание барона Ольшана в случае успеха присвоить ему дворянский титул. Ради этого стоило рискнуть.
   У Фрола осталась последняя стрела. Он бы с радостью потратил ее на насильника, но тот поднимался по ближней к нему лестнице, прикрываясь своим же бойцом. По двум другим лестницам карабкались еще четверо. Остальные атаковавшие Рубежную крепость горные были либо убиты, либо ранены. Но и среди защитников западной стены на ногах до сих пор оставались лишь Фрол и Кургузый. Вся шея и грудь здоровяка были залиты кровью, но, казалось, это ничуть не беспокоит пришлого.
   – Не торопись! – остановил Фрол Кургузого, приготовившегося выпустить вниз стрелу. – По команде: «Раз – два!» ты стреляешь в первого, я – во второго!
   Кургузый кивнул, и Фрол, немного выждав, отдал команду. Промахнуться Кургузому было сложно – боец горных долез до самого верха и с этой высоты со стрелой в груди свалился в ров. А вот у Фрола выстрела не получилось: по чистой ли случайности, либо капитан Евдокким действительно был таким метким, тем не менее, выпущенная им стрела попала в арбалет каскадера, расщепила дерево и перебила тетиву.
   Отбросив испорченное оружие, Фрол выхватил шпагу. Евдокким тоже бросил арбалет и… достал из-за спины еще один снаряженный арбалет. Сначала Фрол увидел довольную улыбку капитана горных, потом направленное в лицо острие стрелы, потом палец, лежавший на спусковом крючке. Он ждал, когда этот палец, хоть чуть-чуть напряжется, чтобы одновременно с выстрелом пригнуться, или отскочить в сторону. Но не ожидал, что Евдокким переведет оружие на стоявшего в стороне Кургузого. В следующее мгновение Кургузый уже держался за бок, из которого торчала стрела, и мелкими шажками пятился к краю стены. Фрол успел подскочить к нему и не позволил упасть.
   В то же время капитан Евдокким перемахнул через стену. И вместе с ним – еще четверо горных. Один, со шпагой наготове, сразу же двинулся к Фролу, трое – к западной башне, где держали оборону раненый граф Бовдо и тоже раненый в руку капрал Заиц. Вряд ли стоило говорить о серьезном сопротивлении с их стороны. Задаваться же вопросом, почему на западную стену до сих пор не подошло подкрепление, Фролу было некогда – слева и справа на него наступали горные.
   Что ж, за свою жизнь Фрол частенько дуэлировал на шпагах. И хотя эти дуэли всегда были ненастоящими и проходили либо в фехтовальном зале, либо на съемочной площадке, все равно они порой перерастали почти в сражения. И только понимание, что противник – твой партнер по команде, или приятель, с которым были и будут выпиты декалитры пива, удерживало каскадера от раскрытия всех своих потенциальных возможностей. Он был прирожденным бойцом и обожал любое холодное оружие, способное разить насмерть. И то, что во время съемок фильмов, ни разу не случилось такого, чтобы Фрол нанес увечье противнику, говорило лишь о его умении в последнюю долю секунду не ранить, а всего лишь коснуться острием шпаги тела условного врага.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация