А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Смертельный мир" (страница 14)

   Часть вторая
   Ад

   Глава первая
   Типичная локальная война

   Уходящий день принес королю Халимону немало известий о событиях, которые лучше бы не случились. Гибель друга детства виконта Анелли и генерала Лесного королевства графа Бовдо; побег из королевской тюрьмы их убийцы пришлого Фролма, провалившаяся попытка захватить беглеца и, как следствие – объявление королем Гурлием войны со всеми вытекающими бедами и проблемами. Эти беды и проблемы не заставили себя ждать…
   Из докладов осведомителей следовало, что войска лесных, взявшие в осаду крепость Квадро и крепость Трио графа Гогуля, перешли в наступление сразу, как только зажглось третье солнце. Ждать оправданий и объяснений они не стали.
   На Квадро лесные напали, ведомые самим королем Гурлием и его старшим сыном принцем Чингаем. Все силы король разом обрушил на одну стену. И, несмотря на попытку баронов Герзы и Бушмы сорвать атаку выдвинувшимся конными отрядами, Гурлий сокрушил противника, заставив конницу отступить, а крепость пасть.
   Лесные потеряли убитыми тринадцать человек, горные – десять. При этом еще десяток горных бойцов, а также бароны Бушма и Биан были взяты в плен. В то же время участи пленения вместе с небольшим количеством бойцов избежали бароны Ольшан, Волленвейдер и Логвиин.
   Атакой на крепость графа Гогуля руководил полковник Трофф, а среди первых, ринувшихся в бой, были сын покойного Бовдо граф Винсепто, и средний сын короля Гурлия, принц Чернец. Выдвинувшиеся из крепости им навстречу бойцы Горного королевства, изрядно потрепали лесных, но после того, как принц Чернец лично зарубил графа Лазута, остававшиеся на ногах горные ретировались. И уже ничто больше не мешало лесным в лоб штурмовать крепость Трио. Сражение оказалось кровопролитным и коротким. Лесные взяли крепость, уничтожив десять бойцов и пленив семерых, в том числе и графа Ступака, сами же потеряли убитыми восемь бойцов и виконта Бурмистра.
   Но наиболее значимым итогом этих военных действий оказалось то, что помимо захвата двух стратегически важных крепостей, лесные взяли под контроль еще и Западный мост Нейтрального острова. А это означало, что Горное королевство лишалось постоянного притока свежих сил из потустенного мира. Не очень хороший расклад во время ведения крупных военных действий…
   – И как вы мне это объясните? – хмуро поинтересовался Халимон у кардинала Маная, как только тот переступил порог королевских покоев.
   – Э-э-э… пришлый Фролм…
   – Да при чем здесь пришлый Фролм?! – перебил кардинала Халимон.
   – Разбойники Тусклого ле… – вновь начал Манай и вновь король его перебил:
   – Про этих мне объяснять нечего! – Прошляпили его ваши жандармы вместе с моими гвардейцами! Как прошляпили – просто уму непостижимо!!! Но не про это я вас спрашиваю, Ваше преосвященство, не про эту мелочь!
   – Наши крепости…
   – Насколько мне известно, наши крепости за все время существования мира за стеной уже завоевывались. Так же как завоевывались крепости Лесного королевства. Завоевывались и обратно отвоевывались. Но вот Нейтральный остров, его восточные и западные ворота, впервые оказались под контролем лишь одного королевства. Впервые! Что вы на это скажите, Ваше преосвященство?
   – То, что Западный мост необходимо срочно взять под свой контроль! – ответил кардинал. – И для этого нельзя жалеть ни сил, ни людей.
   – Это понятно, – согласился король. – Я спрашивал у вас другое. Как отнесется к сложившемуся раскладу с Нейтральным островом Творец? Ведь если допустить, что Западный мост так и останется в руках лесных, то по сравнению с нами у них в скором времени заметно увеличится перевес в людской силе. А это значит, что равновесие в мире за стеной будет нарушено…
   – Вот чтобы его не нарушить, мы и должны вернуть себе контроль над Западным мостом! – убежденно сказал Манай.
   – Да. Мы сделаем это завтра, – кивнул Халимон. – И все-таки про Творца вы мне так и не ответили…
   Где-то высоко погасло солнце, после чего на главных площадях Горного и Лесного королевства набаты начали отбивать гулкие удары.
* * *
   – Вчера после захода второго солнца что-то слишком долго били в набаты, – сказал Фрол, как только понял по изменившемуся дыханию Никуса, что тот тоже проснулся. Ночевали они в таверне мадам Марты, до которой добрались после наступления ночи, еле волоча ноги и истекая кровью.
   – И как долго? – спросонок поинтересовался атаман.
   – Двадцать шесть ударов вдалеке и сорок ударов поблизости.
   – Ага, – Никус прикинул в уме, – значит, не только мы с тобой, да полковник Касоч вчера кровушку проливали. Значит, в нашем теперешнем замечательном мире вчера распрощались с жизнью шестьдесят шесть человек. По всему, видать, королевства ступили на тропу войны, – зевнув, закончил мысль атаман.
   – Ты хочешь сказать, что каждый удар в набат означает смерть человека? – уточнил Фрол.
   – Естественно, – вновь зевнул Никус.
   – И в этом случае получается, что в Горном королевстве за вчерашний день погибло сорок бойцов?!
   – Ага…
   Фрол замолчал, переваривая информацию, а Никус, спустя некоторое время добавил:
   – Только не сорок бойцов, а, как минимум на шестерых меньше…
   – В каком смысле? – не понял Фрол.
   – Горные моих разбойничков тоже посчитали. А их, если только Корепан не умудрился унести ноги и где-нибудь заховаться, аккурат шесть упокойничков.
   – А почему ты так равнодушно об этом говоришь, Гусь?
   – Во-первых, дружище Фролм, – атаман сделал ударение на букву «м», – если ты хотя бы раз при посторонних назовешь меня Гусем, то это станет последним словом в твоей жизни, – А, во-вторых, в мире за стеной практически любая минута может оказаться последней. Вот поживешь здесь чуток и сам ко многому станешь относиться о-о-очень равнодушно.
   – Ты давно сюда попал? Постой, я попробую вспомнить, когда мы с тобой виделись в последний раз… Меньше года тому назад, да? Ну, может, чуть больше…
   – Ровно два года и восемь месяцев, – констатировал Никус.
   – Два года и восемь месяцев… – Фрол с силой надавил себе на лоб, словно пытаясь вогнать в голову этот промежуток времени.
   – Это у вас там время летит от премьеры до премьеры, – вновь усмехнулся атаман, – а здесь каждый день проживаешь, словно заново рождаешься и умираешь.
   – У вас… у нас… Никус, а как тебя, ну, преобразовали? – поинтересовался Фрол.
   – Какая разница, как преобразовали, раз я здесь очутился, – недовольно отмахнулся тот.
   – Ну, мне интересно. Не всех же, как меня, этот Максим Николаевич, ваш, Творец, к себе домой приглашал…
   – Меня-то уж точно не приглашал, – Никус испытывающе посмотрел на приятеля, прикидывая, не кроется ли за его интересом какого подвоха, и продолжил:
   – Со мной это произошло очень примитивно. Ты, кстати, должен помнить тот день! Когда в доме Кино на Васильевской улице премьеру фильма «Пятеро в черном» показывали. Ну, вспомнил?
   – Конечно! – и в самом деле вспомнил Фрол. – Мы же вместе с тобой этих черных дублировали. Я еще тогда впервые в доме Кино побывал..
   – А ты не задавался вопросом, почему после той премьеры я куда-то пропал?
   – Задавался, – сказал Фрол, не покривив душой. – Но кто-то распустил слух, что ты за океан подался, на съемки какого-то сериального боевика…
   – Вот-вот. Уверен, что такие же слухи сейчас и про тебя кто-нибудь распускает.
   – Вполне возможно, – нахмурился Фрол. – Ну, все-таки, как с тобой дело было? Не томи.
   – Как дело было. Нахлестался я пива в буфете. Ну и после того, как нам на сцене поаплодировали, прямиком в туалет побежал. Вы-то пошли премьеру смотреть, а я – малую нужду справить. И черт меня дернул, вместо того, чтобы к писсуару пристроиться, в кабинку зашел. Я, понимаешь, услышал, что за мной еще кто-то в туалет входит, и подумал, что неудобно как-то, если зритель, который только что меня на сцене видел, теперь рядом встанет и ссать начнет, а потом всем про это расскажет. В общем, зашел я в кабинку, дверь прикрыл, а она без щеколды оказалась, но, думаю, сюда-то уж соваться наглости не хватит. Короче, пописал я, только ширинку застегивать начал, слышу, дверь сзади открывается. Подумать еще успел, что хватило все-таки у педерастов наглости сунуться, и что сейчас точно кто-то в рог получит. И тут – все! Темнота! Очнулся голым на Нейтральном острове. В общем, как и все преображенные…
   – Пописать, значит, сбегал, – сказал Фрол. – А ведь я еще тогда мог оказаться на твоем месте.
   – Жаль, что не оказался, – вполне искренне сказал Никус.
   – И что с тобой дальше было? – задал Фрол очередной вопрос.
   – Да прекрати ты до меня докапываться!
   – Да ладно тебе, Никус, делать-то все равно нечего. Расскажи лучше, каким образом в разбойники подался? Ведь, наверное, сначала тоже бойцом в каком-нибудь королевстве был?
   – Был, – кивнул Никус. – Сначала, конечно, как и все, в качестве черни повкалывал. Потом, когда с Лесным королевством очередная войнушка началась, сделали меня бойцом – арбалетчиком в полку самого барона Герзы. После первого же боя я капралом стал. Мы тогда здорово лесных потрепали. Потом за удачный штурм Рубежной крепости барон Герза мне звание лейтенанта присвоил. Лесные потеряли много бойцов и отходили к Пентаклю, а мы наступали им на пятки. Но потом Герзу ранили, и он, сдуру, передал командование своему сыну, потомственному, видите ли, дворянину, барону Вовтге. Тьфу!
   – И чего, и чего? – подтолкнул к дальнейшему рассказу Фрол.
   – Да то, что нельзя семнадцатилетним щеглам командование доверять! Вместо того чтобы дождаться подкрепления – графья как раз на подходе были, этот сосунок вместе с бароном Бушмой решили нахрапом Пентакль захватить. И ведь я им говорил, чтобы не спешили, но этим щеглам все по-бороде. Короче, взяли нас в ущелье в клещи: с фронта – граф Филат, с тыла – виконт Нянич, ну и порубали в капусту почти всех. Барончики лапки кверху подняли, ну а нам с Михычем и еще одним бойцом сдаваться чего-то не захотелось, и мы вперед прорвались. К Восточному мосту. Там пришлось с лесными дозорными в бой вступить, третий наш боец так у моста и остался, а мы с Михычем на остров перебежать успели, пока к дозорным подмога не подтянулась. Естественно, оружие, кольчуги, пряжки – все к мосту примагнитилось. Ну, а мы – скорее в наше родное Горное королевство, через Западный мост.
   И надо же такому случиться, что на той, то есть, на этой стороне, как раз со своими людьми еще один щегол дежурил, добрейший виконт Двояк – сыночек виконта Касоча, тот самый, которому я вчера стрелу в сердце всадил. Мы с Михычем к ним с распростертыми объятиями, а они нас – в сети, словно каких-то пришлых. Мы кричим, что, мол, разве не видите на нас форму баронскую, что мы только что за короля Халимона свою кровушку проливали! А виконту Двояку, этому молокососу, все по-бороде. Мол, закон есть закон, мол, раз пришли на территорию Горного королевства через Западный мост, значит, становитесь вассалами того, кто вас принял. Ох, и не понравилось нам это! Михыч прям озверел. А силенки-то у него хоть отбавляй, он ведь в потустенном мире пожарником был, ствол таскал, на себе людей из горящих домов вытаскивал. Да и я не из слабаков, ты знаешь, – Никус подмигнул Фролу, и тот согласно кивнул.
   – Короче, недовольство свое мы с Михычем сдерживать не стали, из сетей выпутались, а дозорных так у моста и оставили. Михыч кому головенку свернул, кому руки-ноги поломал, лично я до добрейшего виконта Двояка дорвался и так его отметелил… Потом жалел, что тоже головенку не свернул, ну да ладно, вчера это дело исправил.
   Ну и что нам после такого расклада делать оставалось? Лесные – враги, горные – тоже врагами стали. Михыч предлагал к князьям податься, но про них слишком уж неаппетитные слухи ходят. Короче, собрали мы оружие, лошадок прихватили и – в Тусклый лес, разбойничать…
   – Поня-я-тно, – протянул Фрол. – А что за слухи про князей ходят?
   – Да не под нашим знаменем они.
   – В каком смысле?
   – Голубое у них знамя, дружище Фролм, такое голубенькое-голубенькое.
   – Князья – гомики, что ли?
   – Бисексуалы. Все поголовно в юбках ходят, как шотландцы. Хе-хе, чтобы времени даром не терять, когда приспичит.
   – Господи, и здесь тоже!
   – Не здесь, а там, у них на острове, в княжестве, – поправил Никус. – Насколько я в курсе, и в Горном королевстве, и в Лесном с этим делом строго. Вроде бы, даже сам Творец не позволяет.
   – А в княжестве, значит, позволяет?
   – Творец много чего позволяет. Говорят, если кто оказывает князьям сопротивление, или если не понравился им в, так сказать, любовных утехах, эти извращенцы сажают несчастного на кол…
   – И об этом с огромным возмущением рассказывает атаман разбойников! – всплеснул руками Фрол. – Который едва не приказал отрубить человеку ноги и таким образом его повестить!
   – Ну, во-первых, это говорит твой старый друг, спасший твою жизнь, кстати, спас от того самого человека, которого собирался повесить. А, во-вторых, не надо проводить параллели. Смерть, которую избежал капитан Клюгк, не сравнить с многочасовыми мучениями с колом в заднице, или с медленным поджариваниями на «Плите жизни», которые время от времени устраивает дражайший кардинал Манай. Имей, кстати, в виду, что поджаривание – это один из видов казни, который ждет разбойничков, попавших под святейшее правосудие. А еще один вариант казни, если коротко, называется «посредством рыбалки». Это когда осужденный выступает в качестве живца.
   – Живца? – переспросил Фрол, всегда любивший рыбалку.
   – Ну да. На берегу озера собирается конструкция, наподобие колодца «журавль», только на конце веревки вместо ведра привязывается огромный крюк. То есть, для потустенного мира он выглядит, как обычный рыболовный крючок, а здесь, сам понимаешь, каких он размеров. К этому крючку привязывают, – Никус кивнул на Фрола и после короткой паузы продолжил, – правильно, привязывают разбойника, и ловят на него в нашем озере рыбку. Клюет обычно очень быстро, но когда пойманную рыбку вытаскивают на берег, от живца, сам понимаешь, мало чего остается. Правда, утверждают, был случай, что один такой живец умудрился выжить, и его даже помиловали. Но мне что-то мало в это верится. Видал, каких размеров рыбки в озере плавают? Эй, дружище, да ты, смотрю, побледнел? Нога, что ли беспокоит?
   – Нет, с ногой все в порядке, подергивает только, – Фрол вытер выступивший на лбу пот. – Я, понимаешь, сам рыбак заядлый. Обожаю кружки погонять, переметик на ночь поставить на хищника, а зимой – жерлички на льду. Ну, вот я и представил себя на месте живца. Бр-р-р… Побледнеешь тут!
   – Хе-хе-хе. Между прочим, говорят, что идею казнить «посредством рыбалки» сам Творец подбросил.
   – О, господи, что же это у вас за Творец такой?!
   – Не у вас, а у нас, разбойник Фролм, – уточнил атаман, – у всех нас.
   – Да, какая разница! – я про то, что, раз уж ты Творец и напрямую влияешь на мир, который создал собственными руками, то, как можно позволять, чтобы в этом мире творилось такое варварство?!
   – Эк, куда загнул! А ты, вот знаешь, что небезызвестный тебе Ушац после того, как преобразовался, в Иисуса Христа поверил?
   Фрол удивленно поднял брови.
   – Да-да, на полном серьезе.
   – Но, кажется, должно быть наоборот? То есть, верующий в потустенном мире, попав сюда, должен стать ярым атеистом.
   – А вот ты об этом у нашего одноухого при случае спроси, – посоветовал Никус. – Только сам в ненужные откровения не вдавайся. Понял?
* * *
   До воды было сравнительно недалеко. Будь это бассейн, а Наташа стояла бы на вышке, пусть и на самой высокой, она, возможно, собралась бы с духом и прыгнула. Но! Во-первых, это не бассейн, и неизвестно, какая у берега глубина. Во-вторых, граф Винсепто пугал, что в озере, водятся гигантские рыбы, которые не прочь позавтракать купальщиками. Пугал, кажется, не напрасно, – во всяком случае, Наташа видела несколько мелькнувших в глубине теней, размеры которых очень впечатляли. И, в-третьих, она понятия не имела, в какую сторону плыть, чтобы можно было выбраться на спасительный берег.
   Да, собственно, зачем ей это надо! Убежать от графа Винсепто? И что дальше? Этот парень, хоть и не постеснялся разбить ей в кровь лицо, но зато насиловать не стал. И отнесся к ней, как к человеку, а не как к игрушке. Какую-то сказку про мир за стеной стал рассказывать… Жаль, что она его не дослушала, уснула. А, проснувшись, обнаружила на столе миску с овсяной кашей, правда, холодной, но зато вкусной. И еще кувшин с кисленьким, кажется, клюквенным морсом. Но главное – платье, трусы и что-то похожее на лапти. Кроме того, в углу комнаты оказалась наполненная водой кадка, мочалка, полотенце.
   Приведя себя в порядок и утолив голод, Наташа обследовала дом. В нем тоже не было крыши, а стены были в полтора человеческих роста. Из комнаты, в которой она спала, вели две двери: одна во двор, который с одной стороны ограничивался крепостной башней, с другой – забором, в углу которого оказалась кабинка с отхожим местом, а с третьей – высоким берегом над озером; вторая дверь вела в прихожую, одновременно – столовую. С мебелью в доме было скудновато: во дворе – пара плетеных кресел-качалок, невысокий столик, какая-то непонятная утварь; в спальне, помимо кровати, стояли лишь тумбочка, стул и стол, который с натяжкой можно было назвать письменным; в прихожей-столовой – стол обеденный и несколько стульев; по стенам были развешаны полки, заставленные глиняной посудой и различными предметами; единственное украшение – скелет огромной рыбьей головы с раскрытой пастью, усеянной острыми зубами. Еще в доме было оружие: арбалет и стрелы к нему, две шпаги, кинжалы.
   Из небольшого окошка в прихожей, имеющего с внутренней стороны ставни, а в них – два круглых отверстия, закрываемых заслонками, открывался вид на двор крепости. Дверь туда оказалась закрытой снаружи, еще одна дверь из прихожей тоже была закрыта – вероятно, за ней была комната отца Винсепто.
   При желании Наташа могла бы попасть и в эту комнату, и во двор крепости – достаточно было придвинуть к стене стол, а на него поставить стул… Но, поразмыслив, девушка отказалась от такой возможности и решила занять себя отрабатыванием точности в метании ножей по висевшему во дворе щиту, по-видимому, специально для того предназначенному.
   За этим занятием, Наташа не услышала, как ей подали обед – кто-то принес и оставил на столе миску супа, миску, доверху наполненную пловом и кувшин вина. Она все съела и почти все выпила, жалея лишь о том, что не смогла поговорить с человеком, все это принесшим. Надеялась задать несколько вопросов, когда он принесет ужин, но, видимо, питаться ближе к ночи здесь было не принято, либо про нее просто забыли. Не вернулся домой под вечер и граф Винсепто, с которым она тоже не прочь была поговорить и выслушать его объяснения о том, что все-таки происходит…
   Как назло, утром Наташа вновь проспала разносчика пищи. Она уже начала изнывать от безделья, когда двор крепости вдруг наполнилась криками и мельтешением людей и лошадей. В окошко Наташа увидела въезжающие в крепость через ворота повозки и, наконец-то, графа Винсепто, сидевшего на одной из повозок.
   Вскоре Винсепто уже входил в дом. Чернее тучи, слегка пошатывающийся, в разорванной, окровавленной рубашке, с перепачканным кровью лицом, он бросил на Наташу лишь один обеспокоенный взгляд и все внимание перевел на человека, которого внесли в прихожую на носилках два не менее хмурых и обеспокоенных бойца.
   Вслед за ними на пороге появился виконт Германт. В левой руке он держал сразу три шпаги, правую, кривясь от боли, прижимал к груди. Прихожая все больше наполнялась людьми, и Наташа была вынуждена отступить в спальню.
   – Ваше величество, я устрою вас в комнате отца, – услышала она голос Винсепто. – И приведите поскорей доктора.
* * *
   – Чему ты все время улыбаешься, разбойник Фролм? – спросил Никус, облизав ложку и опрокинув в себя остатки содержимого фляги.
   Они трапезничали впятером за одним столом: Никус, Фрол, Михыч, Ушац и Клюгк. Завтрак был сытным и, что приятно удивило Фрола – почти горячим. Ведь горячей пищи в мире за стеной он до сих пор не пробовал.
   – Да вот фильм один вспомнил, называется «Пятеро в черном». Никто не смотрел? – Фрол обвел взглядом сидящих за столом.
   – Я смотрел, – насупил брови Никус. – Премьеру. Буквально перед тем, как преобразоваться. А эти все еще до меня в мир за стеной попали, значит, и фильма видеть не могли.
   – Так, значит, ты должен помнить, что в том фильме тоже пятеро разбойников было. Как и нас здесь сейчас.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация