А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Плясун" (страница 12)

   Сухари тоже нашлись. Их достал из большой кожаной сумки Децим, придирчиво осмотрел, нет ли порченных, и раздал каждому из сослуживцев, а вместе с ними и журналисту.
   Россиянин заметил, что когда кусок сухого хлеба лег перед ним, рука старшого дрогнула. Видно, пожалел сухпая.
   Понятное дело. По римским традициям легионеры сами себя обеспечивали провизией, а не получали ее в централизованном порядке от государства.
   В котелке оказалась каша, приготовленная из местного сорта гороха – нута, или, как его еще называют, «турецкого гороха». Приправленная кореньями, пряными травами и сдобренная кусками копченого сала.
   – Извини, брат-бактриец, паштета из соловьиных язычков и фаршированных фиников нет, – шутливо развел руками Децим Юний. – А яйца припасены на праздник.
   Ну, все как в Советской Армии, ухмыльнулся про себя Роман, вспомнив традиционные два яйца, выдававшиеся солдатам Бирунийского гарнизона по воскресеньям.
   – Приступить к приему пищи! – скомандовал старшой.
   Дважды повторять оголодавшим за день солдатам и их гостю не пришлось. Все девять парней дружно заработали ложками и крепкими молодыми зубами.
   Горох был сварен правильно. Видно, готовил умелец, знавший, что нут полагается предварительно замочить. И даже избыток чеснока не портил вкус. А без естественного антисептика по такой жаре не годится. И кишечник может прихватить, и цинга приключиться.
   Запивали весь этот скудноватый рацион поской – древнеримским безалкогольным напитком, представлявшим собой смесь винного уксуса и воды. Поска и жажду хорошо утоляла, и служила все тем же антисептиком.
   Садай как самый молодой и нетерпеливый не придерживался здравой мысли, что во время еды нужно быть глухим и немым, и стал приставать к россиянину с расспросами. Причем предпочитал разговаривать не на латыни, а как повелось между ними с начала знакомства – на арабском. Надо признать, что латынь у арапчонка была ужасной. Даже хуже, чем у давно не имевшего языковой практики Романа.
   Отвечая односложными «да» и «нет», Градов больше узнал сам, чем послужил источником информации.
   Например, выведал, что «римляне» оказались здесь по воле императора Траяна, возжелавшего во что бы то ни стало установить дипломатические отношения с Кушанским царством (по-здешнему, Бактрией).
   Имперский посол, сопровождаемый эскортом из восьмидесяти пяти легионеров Двенадцатого легиона, квартировавшегося в Каппадокии, провел в Бактрии без малого два месяца, подписал пару договоров о «вечном мире» с Римом и теперь возвращался домой.
   По пути приходилось останавливаться то здесь, то там, чтобы не обидеть местное население, из кожи вон лезшее, дабы оказать римлянам должный почет и уважение. Так получилось и здесь, у города Топрак-кала (само собой, араб исказил название, но журналист правильно реконструировал его).
   Римляне уже на днях собирались покинуть чересчур гостеприимное место, но тут, как назло, у аборигенов подоспел праздник в честь их бога Митры (кстати, чтимого и в самой Империи). Пришлось согласиться поучаствовать в затеваемом отцами Города празднестве. Благо, должно было получиться нескучным. Обещали обильные жертвоприношения, для центурии полезные тем, что наконец их ежедневный рацион пополнится мясом и жиром. Да и гладиаторские бои обещали.
   Роман многозначительно кивал, подмигивал, делал важные физиономии, словно он сам был главным затейником всех перечисленных мероприятий. Юный араб смотрел на него с тем же благоговением, с каким какой-нибудь афганский талиб смотрит на шефа из «Аль-Кайды».
   Громкий шум, донесшийся снаружи, прервал их мирную трапезу и беседу.
   Легионеры, а вслед за ними и Роман вышли из палатки.
   – Что случилось? – спросил Децим у однополчан.
   – Сенатор ранен! – бросил озабоченный легионер, целеустремленно двигаясь к входу в лагерь.
   – Как?! – взъярился старшой. – Кто посмел?
   – Какие-то фанатики-колдуны! – послышалось в ответ.
   В распахнувшиеся плетеные ворота стремительно влетел всадник, а за ним – носилки, влекомые восемью темнокожими великанами. На них возлежал бледный и худощавый молодой человек лет тридцати с небольшим, одетый в белую тогу с темно-красной окантовкой. Правое плечо мужчины и грудь были залиты кровью.
   Следом за ношами бежали два человека в окружении группы парней, облаченных в древнеримские доспехи.
   – Убийцы!! – гремело над головами парочки.
   Роман присмотрелся к бедолагам, и сердце его учащенно забилось.
   Первый из пары злодеев тоже заметил журналиста.
   – Оминиске! – заклокотало в горле изувера. – Градов! Порву на куски, сука! Куда ты нас затащил?
   «Мишка Гамми» был как всегда в своем репертуаре…

   Глава третья
   Спокойствие, только спокойствие

   Город Топрак-Кала,
   Хорезм, Кушанское царство, 118 г.

   Мирза Рахимов давно вышел из детского возраста и уже не мог припомнить, когда в последний раз смотрел мультфильмы. Однако при виде всего того, что было вокруг, в голову так и лезла фраза Карлсона, которую толстяк с моторчиком на спине часто повторял своему юному приятелю: «Спокойствие, только спокойствие, Малыш!»
   Но назвать «житейским делом» тот переплет, в который они угодили с Рафиком, язык не поворачивался. Скорее уж, выражаясь словами героини того же мульта, фрекен Бок, это было «безобразием».
   А как еще прикажете назвать безумный марш-бросок по бесконечному коридору, полному ловушек и препятствий, закончившийся, ну, полнейшей задницей?!.

   Когда они попрощались с учителем, оставив его под охраной троих парней, Мирза не думал, что все обернется такой лажей.
   Догнать избитого и смертельно уставшего друга детства представлялось плевой задачей. И он, и Рафик в прекрасной физической форме, несмотря даже на то, что верному нукеру уже под полтяшок.
   Но, как известно, человек предполагает, а Аллах располагает. И сегодня Всевышний явно не был расположен к двум своим грешным чадам.
   Начать с того, что Мирзе как-то сразу не понравился этот странный туннель. Что-то в нем было не так. А что именно, ни он, ни Рафик, тоже заметно поеживающийся, причем явно не от холода, объяснить не могли.
   Эти поросшие даже не зеленым или черным, а каким-то голубоватым мхом кирпичи источали враждебность, щерясь на людей выбоинами и сколами.
   Прямо как крысы.
   Тьфу, не любил Рахимов-младший этих тварей. И не понимал тех придурков, которые заводили себе жутковатых грызунов в качестве домашних питомцев. Вон, в Интернете куча специальных сайтов, дающих советы по уходу за «милыми зверушками». Делом бы лучше занялись, а не дурью маялись.
   Как говорится у русских, не буди лихо, пока оно тихо. Стоило только подумать о хвостатых тварях, как они невесть откуда свалились им с Рафиком на головы. Причем в буквальном, а не переносном смысле.
   В своде тоннеля обнаружился то ли колодец, то ли просто какое отверстие, из которого посыпались огромные, в полтора локтя длиной зверюги, хищно поблескивающие глазами-бусинами и противно скалящиеся и шипящие.
   – Шайтан! – вскрикнул Мирза, в ужасе стряхивая с себя мохнатые клубки. – Стреляй, Рафик!
   И первым открыл огонь по грызунам, даже не целясь.
   Уши заложило от грохота выстрелов и от дикого визга поражаемых тварей. Они летели в разные стороны, точно бильярдные шары. Натыкаясь друг на друга и тут же отлетая. Иные, правда, почувствовав запах и вкус крови, забывали о родстве и тут же принимались за трапезу, закусывая плотью сородичей.
   Смотреть на это было жутко и омерзительно. Но куда деться? Закрыть глаза? А как тогда стрелять?
   Рахимов нажимал на спусковой крючок до тех пор, пока в пистолете не защелкало, сообщая о том, что патроны закончились. Расстрелял всю обойму и телохранитель, потому как и с его стороны стрельба прекратилась.
   – Субхана-Ллахи ва би-хамди-хи![36] – воскликнул напарник.
   – Что такое? – не понял Рахимов-младший религиозного рвения подчиненного, никогда особой набожностью не отличавшегося.
   – Конец! – прохрипел нукер. – Кажется, отбились…
   – Не может быть! – не поверил шеф, вытирая со лба холодный пот.
   Посветил фонариком.
   Точно.
   Среди серо-буро-кровавого ковра, устилавшего землю вокруг них, не было никакого шевеления. Ну, ладно, они пристрелили пару-тройку десятков. И такое могло быть. Здесь, в закрытом помещении да при такой кучности нападавших одной пулей можно было сразу нескольких тварей укокошить. (Даже странно, как это напарники друг друга не ранили, ведь рикошет и все такое…) Но остальные? Неужели пали жертвой зубов собратьев?
   Ну, не до лишних размышлений сейчас. Надо дальше двигать.
   – Вперед! – скомандовал Мирза, перезаряжая пистолет.
   Благо, запасная обойма всегда имелась при себе. Золотое правило человека с пистолетом: не имей сто рублей, а запаску всегда имей!
   – Мирза-ака, – замялся подчиненный. – А, может, ну его к шайтану, этого русского?
   – Ты… – не нашелся сначала, что и сказать парень, до глубины пораженный фактом того, что всегда беспрекословно подчинявшаяся машина-человек дала сбой. – Охренел, да?! Что мелешь, ишак? Это твоего брата убили, да? Давай, двигай вперед, а то ляжешь здесь рядом с крысами!
   Ткнул пистолетом в лоб нукеру.
   Тот всхлипнул и, опустив плечи, подался вперед. Рахимов пошел вслед за ним, по-прежнему продолжая держать бунтовщика на мушке.
   – Смотри у меня! – предупредил. – Вдруг чего, сразу стреляю…
   Мужчина ничего не ответил, лишь скрипнув зубами.

   Так они прошли сотню или другую шагов. Мирза сначала считал их, но потом сбился и плюнул на это дело. Тем более что коридор не петлял, не имелось здесь и боковых ответвлений.
   Топай себе по прямой и ни о чем не думай.
   Странно, однако, что до сих пор не догнали Градова.
   При воспоминании об убийце брата Рахимов едва не нажал на спусковой крючок. Ненависть желто-красным туманом заволокла глаза. Может быть, потому сразу и не заметил, как внезапно куда-то запропастился Рафик.
   Просто почувствовал, что дальше под ногами нет тверди, и стал, как вкопанный, на месте.
   Что за чертовщина?
   Направил луч фонаря на пол и присвистнул.
   Дальнейший путь перегородила большущая яма. Вширь она была в метра три или четыре. А вот вглубь…
   Фонарный свет, поскакав со стенки на стенку, наконец, добрался до дна ямы. Там, стоя на четвереньках, ползал нукер, вероятно, отыскивая оброненное во время падения.
   Слава Всевышнему, хоть живой.
   – Эй, ты как там, – окликнул его Мирза. – Руки-ноги целы?
   – Да, – отозвался телохранитель. – Только разбился немного. Коленку ушиб и руки в кровь разодрал.
   – Ничего, потерпи. Скоро домой вернемся, зеленкой все замажешь. И «зеленью» вместо обезболивающего.
   – Кстати, – спохватился вдруг. – А случайно там нет нашего приятеля?
   – Нет, никого здесь нет, ака. Только пара каких-то вонючих костей. Не иначе, как собака или кошка свалилась.
   И куда же это он делся, озадачился «мишка Гамми». Ведь слабый и разбитый. Как в таком состоянии перепрыгнуть широкую яму? Тут и не каждый здоровый преодолеет подобное препятствие.
   Не шайтан же его проглотил, в самом деле?!
   – Выбраться сможешь? – осведомился, надеясь на положительный ответ.
   Потому как с помощью двух имевшихся у них ремней из ямы не выкарабкаться. Тут метров семь будет, а то и все десять.
   Хорошо, что Рафик тренированный, тоже у Усто ракса пару лет занимался, присматривая за хозяйскими детьми. В шиванате преодоление подобных сюрпризов было в программе обучения. Что группировка при неожиданном падении, что лазание по практически отвесным стенам.
   Стоп, а вдруг и Градов точно так же свалился в эту яму, а потом выбрался? Но должны же были остаться хоть какие-то следы.
   Или все-таки они с Рафиком что-то проморгали, и по пути имелся некий боковой ход?
   – Мне на какую сторону выбираться?
   Вполне резонный вопрос вывел Мирзу из себя.
   – Какого х… ты тут вые…шься?! – заорал парень с русскими матами. – Тебе, пи…ру сказано, что надо этого выбл…ка догнать! Вот и лезь на ту сторону, кутак! Потом мне руку подашь, подстрахуешь! Оминиске!
   Как ни странно, грубая брань привела Рахимова в душевное равновесие.
   Все правильно, как учил Спитамен-ака: «Вместе с руганью из тебя выходит злая энергия, мешающая рассудку трезво мыслить. Это как с перепою сунешь два пальца в рот для облегчения, выблюешься, и свободнее станет. Так и тут…»
   Все-таки умный человек учитель, хоть и принял сторону русского. Но кто не ошибается? Простим ему, конечно. Немножко поучим уму-разуму и простим.
   Кряхтя и охая, наверное больше для показа, чем на самом деле от боли, Рафик между тем добрался до противоположного края ямы и выбрался на твердую поверхность.
   – Что дальше делать, хозяин? – опасливо поинтересовался, боясь новой вспышки гнева работодателя.
   – Посмотри, нет ли там какой палки, – распорядился Рахимов, не особенно надеясь на везение.
   Что-то ему подсказывало, что сегодня не его день. Ничего-ничего, когда-нибудь полоса невезения должна же закончиться.
   Возможно, снаружи и впрямь наступили новые сутки, поскольку нукер живо обернулся с длинной и прочной жердью в руках.
   – Давай сюда! – распорядился молодой человек.
   Ухватившись за конец шеста, Мирза что есть сил оттолкнулся от кромки ямы и прыгнул.
   Понятное дело, что до того края он не допрыгнул. Все-таки вес не тот, да и тренировки он в последнее время все чаще пропускал. Не до того было, семейный бизнес поглощал все его время без остатка.
   Повис безвольной грушей на жерди. Но Рафик, молодец, не сплоховал. Устоял на ногах, удержав шест в руках, и потянул его на себя, вытаскивая мужчину на свою сторону.
   Уже через пару минут Рахимов-младший восстанавливал учащенное дыхание рядом со своим верным оруженосцем.
   «А ведь мог же и бросить…» – мелькнула в голове подленькая мыслишка.
   Как будто бы прочитав его мысли, телохранитель пристально посмотрел в глаза напарника и нахально подмигнул ему.
   «Чтоб тебя… совсем люди распустились!»

   Еще какое-то время шли без происшествий.
   Рафик даже начал шептать благодарственную молитву, и Мирза присоединился к нему, хотя и считал, что не самое удачное время выбрано для зикра[37].
   И зря богохульствовал, творя молитву не с чистым сердцем.
   Ибо туннель заволокло невесть откуда взявшимся дымом.
   Сначала люди не обращали на него внимания. Ну, дым себе и дым. Стелется клубами под ногами, как на какой-нибудь сцене во время выступления артистов. Безвредный же, идти и дышать не мешает.
   Но постепенно дым поднялся им до колен, потом до пояса. И пришла тревога. Дышать стало намного тяжелее, да и пола не видно. Кто знает, может, там снова какая яма нарисуется. На этот раз шире и глубже предыдущей. Или гадость похлеще.
   Невольно ускорили шаги.
   А дым добрался уже до груди, начал протягивать ядовитые щупальца в ноздри, глаза и уши. Ушам ничего, а вот зрение и дыхание пострадали. На «вкус» дым оказался горьковатым и пряным, немного напоминая табачный. Но кто бы здесь умудрился зажечь гигантскую сигарету? Разве что пару тюков с никотиновым зельем. Не многовато ли для двух пар легких? Глазам же такое «угощение» и вовсе чистым ядом стало. Мгновенно началась резь, обильно полились слезы.
   – Крыс они, что ли, выкуривают? – закашлялся Рафик.
   – Ага, крыс, как же, – с сарказмом сплюнул Мирза. – И кто это – «они»?
   – Я почем знаю. Может, те, к кому сбежал русский.
   – Ну-ну, – скептически молвил Рахимов.
   – Что делать будем, хозяин? – воззвал к начальственному уму нукер. – Подохнем ведь, как собаки! Вернемся, а?..
   – Совсем тупой! Куда возвращаться?! Противогазы делать будем.
   – Это как?!
   – Носовой платок есть? – с сомнением полюбопытствовал «мишка Гамми».
   – А как же!
   Рафик сунул ему под нос ладонь, перевязанную окровавленной тряпкой. Молодой человек брезгливо отшатнулся.
   – Тогда мочи, – велел коротко.
   – Но… чем? – выпучил глаза телохранитель.
   – Чем, чем… Подручными средствами…
   И стал расстегивать ширинку, недобрым словом поминая учителя начальной военной подготовки с его лекциями по гражданской обороне.
   – Поймаю Градова, в сортире утоплю! – пообещал громогласно, приближая к лицу вымоченный в урине носовик.
   Майор Юлдашев, как ни странно, не халтурил на занятиях. Советы военрука оказались весьма здравыми. Хоть и несло от импровизированных респираторов, спаси Аллах, но они таки помогали, служа вместо фильтра.
   Да вот надолго ль их хватит? Слишком уж быстро высыхают. Повторить же процедуру в ближайшее время вряд ли получится. Для этого хорошо бы воды напиться.
   Идущий впереди Рафик вдруг стал столбом.
   – Ты че, идиот? – напустился на него Мирза. – Давай, шевели копытами!
   – Там… – вытянул вперед руку телохранитель, став похожим на памятник Ленину, стоявший еще лет пять назад на главной площади Бируни. – Там…
   – Да что там? – обогнул его сын хокима.
   И тоже увидел.
   Впереди сквозь дым брезжил свет.
   Не электрический.
   Вполне себе обычный свет солнечного дня…

   Ох, лучше бы они не выходили из этого проклятого туннеля.
   Ход вывел их прямо к огромным двустворчатым воротам, вделанным в толстую кирпичную стену. Стена была тоже внушительной высоты, со сводчатым коридором поверху и то тут, то там торчащими сторожевыми башнями.
   При взгляде на все это Мирзе тут же захотелось нырнуть обратно в туннель. Но, увы, как они с Рафиком не пытались найти вход, из которого вот только что выбрались, ничего у них не получалось.
   Чертовщина какая-то. А ведь всего и отошли метров на пять или шесть.
   Главное, Рахимов никак не мог сориентироваться, где они находятся. Стены ему что-то напоминали, но что именно, «мишка Гамми» понять не мог. То ли газа в подземелье надышался, то ли солнце слишком уж немилосердно жгло, однако голова отказывалась работать.
   Ну, на частное владение, вроде, непохоже. Не могли же под самым носом у Бирунийского хокима и его людей незаметно и без разрешения отгрохать такую вот крепость.
   Или он чего-то пропустил за всей этой нервотрепкой с фальшивыми рублями. Эх, напрасно они повелись на это дело. Да уж больно предложение заманчивое было. И большие люди попросили. Отказать им было неудобно. И что теперь? Младший братишка погиб, Градов же, раскопавший эту историю, наверняка успел стукнуть, кому надо…
   На Рафика крепостные стены произвели еще большее впечатление, чем на его босса.
   С выпученными глазами, широко открытым ртом и взмокшим лбом нукер озирал загадочное фортификационное сооружение.
   Особенно его поразило гигантское бревно, служившее запором для ворот.
   – Хватит зевать, давай осмотримся, – хлопнул Мирза по плечу телохранителя. – Хорошо еще, что мы по эту сторону ворот оказались.
   Перед ними была широкая, метров в десять улица, устремлявшаяся вперед, к высокому зданию, украшенному тремя башенками. По обе стороны магистрали находились кварталы, состоявшие из больших двух– и трехэтажных домов, сложенных из кирпича-сырца и разделенных узкими улочками, выходившими на проспект.
   Из одного такого переулка им навстречу выковылял дряхлый дедок, одетый в мешковатый балахон коричневого цвета. На голову старика был нахлобучен свернутый из тряпок тюрбан. Дед себе и дед, ничего особенного. Таких можно было в изобилии встретить на окраинах Бируни. В центре подобного типа точно отловила бы милиция. Уж больно неопрятен на вид.
   – Салам алейкум, почтенный, – поприветствовал его Мирза. – Не подскажете, где это мы находимся?
   Старик поднял на них взгляд, затуманенный возрастом, и принялся пристально разглядывать парочку, словно какое диковинное животное.
   – Как называется это селение?! – уже громче поинтересовался Рахимов.
   Вдруг дед глуховат и не расслышал.
   Бомжеватый старикашка повернулся к ним спиной, ударил себя ладонями по бедрам, аж из балахона пыль поперла, и закудахтал что-то на непонятном наречии. Мирзе показалось, что он разобрал пару слов, сказанных как будто на фарси.
   На клекот дедка из той же улочки выскочили три женщины, а вслед за ними и стайка чумазых детишек. Вся компания была одета под стать аксакалу – в такие же свободные балахоны, только окрашенные в более яркие цвета. Правда, только взрослые. Что ж до карапузов, так те попросту щеголяли в чем мать родила.
   Компашка обступила сына хокима и его нукера, бесцеремонно разглядывая их со всех сторон. Дамочки о чем-то переговаривались между собой на том же неведомом языке, похожем на иранский. Пацанята же и вовсе обнаглели. Подлетев к гостям, они принялись дергать их то за брючины, то за рукава пиджаков, при этом восторженно цокая языками и хихикая. Один, нащупав за поясом Рафика пистолет, попробовал завладеть им, но получил решительный отпор.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация