А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Тайный Круг. Раскол" (страница 1)

   Л. Дж. Смит
   Тайный Круг. Раскол

...
   The Secret Circle
   Created by L.J.Smith
   Written by Aubrey Clark
   The Divide

   1

   Окна машины запотели от их дыхания. Светало, воздух полнился весенними запахами – самое время опустить стекла, наслаждаться ароматами и целоваться, но Кэсси слишком нравилось сидеть с Адамом в запертой машине. Ей не хотелось открывать помутневшие окна, которые худо-бедно отгораживали их от окружающего мира. Они уже опаздывали, но здесь, в этом облаке, ей было все равно.
   – Надо идти, – выдохнула она.
   – Еще пять минут. Без тебя не начнут.
   «Да уж, – подумала Кэсси, – я же лидер. А свидание лидера с бойфрендом – вполне себе весомая причина опоздать».
   Бойфренд. Он, похоже, крепко засел у нее в сердце. Кэсси любовалась бордовыми и рыжими бликами солнца в спутанных волосах Адама и голубыми искрами в его глазах. Он наклонился и сладко поцеловал Кэсси в шею, прямо под ушком.
   – Ну ладно, – сказала она, – еще три минуты.
   Их первый поцелуй изменил для Кэсси все. Губы Адама были словно соглашение, словно договор, и все тело Кэсси отозвалось на них. Она понимала – это любовь. Чувству следовало бы притупиться со временем, поцелуям – стать чем-то привычным и обыденным, но пока ничего подобного не произошло.
   Машина стояла возле старого маяка. Пора было наконец оторваться друг от друга и поехать на встречу, но это казалось решительно невозможным. Наоборот, Адам все сильнее сжимал объятия и целовал ее все более жадно.
   Однако опоздать на собрание Круга, где она впервые должна была выступить в качестве лидера, было бы некрасиво.
   – Ну правда, надо идти, – она слегка отодвинула Адама.
   Он глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь успокоиться.
   – Знаю.
   Он неохотно выпустил Кэсси из объятий и позволил ей привести себя в порядок, а потом, сделав еще несколько глубоких вдохов-выдохов и пригладив волосы, следом за ней вышел из машины.
* * *
   Бредя по лугу по колено в траве, Кэсси не могла оторвать глаз от старого маяка. Время уже наложило свой отпечаток на его грубоватую красоту. Мелани говорила, что построили его в 1700-х. То, что маяк стар – очень стар, – бросалось в глаза.
   Само сооружение было построено из серого невзрачного кирпича, а к башне лепился деревянный домишко смотрителя. Он был построен для его жены и детей, чтобы те всегда были вместе с отцом и мужем. Если верить Мелани, семьи смотрителей жили в лачуге до тех самых пор, пока в начале 1900-х маяк окончательно не перестали использовать. Некоторое время поговорили о том, чтобы сделать тут музей, но потом здание просто забросили.
   Адам улыбнулся героине, и у нее перехватило дыхание. Распахнув дверь домика, она вошла внутрь рука об руку с любимым и ощутила, как переключилось на них внимание Круга. Все взгляды сфокусировались на ней так резко, что, казалось, можно было услышать свист от их перемещения в воздухе. Они с Адамом заставили себя ждать, и все вокруг прекрасно знали причину опоздания. Кэсси по очереди заглянула во все лица, подмечая, кто как реагирует на появление влюбленной парочки.
   В глазах у Мелани вместо привычного спокойствия плескалось нетерпение, Лорел застенчиво хихикала, Дебора, сидящая на краешке деревянной скамейки в углу, казалось, готова отпустить пару смачных комментариев, но ее опередили Крис и Даг Хендерсоны, которые до этого перекидывались теннисным мячиком. «Не прошло и полгода!» – хором сказали близнецы.
   Сидевший на полу Ник посмотрел на нее с такой болью во взгляде, что Кэсси отвернулась.
   – Адам, – лениво вставила свои пять копеек Фэй, – у тебя блеск для губ размазался.
   Всех накрыл приступ гомерического хохота, а Адам пошел пятнами. Диана опустила глаза, обижаясь за парочку, а может, и за себя. Златовласка вроде бы не возражала против того, что Адам теперь с Кэсси, но всему же есть предел.
   – Призываю Круг к порядку, – Диана взяла себя в руки. – Сядьте все, пожалуйста. – Диана говорила так, как будто смешки уже смолкли, хотя все по-прежнему хихикали. – Первый вопрос повестки дня: что мы будем делать с Инструментами Мастера?
   Смех сразу стих. Инструменты Мастера – серебряная диадема, серебряный браслет и кожаная подвязка – принадлежали первому шабашу Черного Джона. Сотни лет они считались утраченными, а потом Кэсси вычислила, что они спрятаны в камине на кухне ее бабушки. С помощью Инструментов Круг одолел Черного Джона, и теперь настало время определить их дальнейшую судьбу.
   – Это верно, – Кэсси вышла в центр комнаты и встала рядом с Дианой. – У нас теперь есть реальная сила. Нам нужно…
   А что, собственно, им нужно? Кэсси повернулась к Диане, зеленые глаза и блестящие волосы которой сияли даже в неверном свете фонаря. Если кто-то и знал, что Кругу надо делать дальше, так это Диана.
   – Думаю, нужно в первую очередь лишить Инструменты силы, – отрезала Диана своим чистым красивым голосом. – Так, чтобы никто не мог их использовать.
   Всех так потрясло это предложение, что на целую минуту в комнате воцарилось молчание. Потом Фэй не выдержала:
   – Хорош издеваться! Вы с Адамом полжизни потратили на то, чтобы найти их!
   – Знаю. Мы их нашли, мы их использовали против Черного Джона, и хватит. Нам не нужно слишком много силы. И никому другому – тоже.
   Кэсси удивилась не меньше Фэй. Диана, которую она знала, просто не могла сказать такие слова. Адам, казалось, тоже был удивлен, но смолчал – первыми высказываются лидеры, это железное правило.
   Кэсси чувствовала, как на нее обратились внимательные взгляды. Теперь во главе Круга стоял триумвират, а это значило, что ее власть равна власти Дианы и Фэй. С одной стороны, ей хотелось с умом использовать свою силу, а с другой – не хотелось перечить Диане.
   – Почему ты передумала?
   Диана скрестила руки на груди:
   – Людям свойственно менять свое мнение, Кэсси.
   – Ну, – Фэй сверкнула на Диану своими медовыми глазами, – я вообще не согласна. Не использовать Инструменты – глупо. Нужно хотя бы с ними поэкспериментировать. Правда, Кэсси? – Ее усмешка не предвещала ничего хорошего.
   – Угу, – пробормотала Кэсси. С одной стороны, она впервые в жизни была согласна с Фэй. Не хотелось бы идти на конфронтацию, но как можно вот так взять и просто уничтожить Инструменты? Вдруг Черный Джон вернется, а у них не будет единственного средства защиты? Ох, лучше бы Диана обсудила это с ней заранее.
   – Можно попросить тетю Констанс помочь нам избавиться от них, – предложила Диана. – Если, конечно, мы решим это сделать.
   Тетя Констанс приходилась Мелани двоюродной бабушкой и помогала Кругу, чем могла. После того как прошлой зимой она много ворожила, чтобы выходить мать Кэсси, старушка стала гораздо охотнее делиться древними секретами.
   – Скорее всего, тетя Констанс знает подходящее заклинание. А раз Черного Джона больше нет, я уверена, она согласится с тем, что Инструментам пора на покой.
   Кэсси поняла, что Диана не отступится от своего решения. Как, впрочем, и Фэй, лицо которой уже сводила знакомая всем гримаска ярости.
   – Надо проголосовать, – резко сказал Ник. Он так редко брал слово на собраниях, что это застало Кэсси врасплох.
   – А Ник прав, – сказала Мелани. – Дело серьезное, и решение должны принимать все.
   Диана кивнула:
   – Согласна.
   Фэй драматическим жестом простерла руку с алыми ногтями и сказала:
   – Ну голосуйте, – словно заранее была уверена в успехе.
   Мелани, которая всегда проводила голосования, вышла на середину комнаты.
   – Все, кто за то, чтобы уничтожить Инструменты, поднимите руки.
   Сначала руку подняла Диана, за ней – сама Мелани, за ней – Лорел. После долгой паузы к ним присоединился Ник, потом – Адам.
   Кэсси глазам не верила. Адам соглашался с Дианой, хотя она точно знала, что он охотно поэкспериментировал бы с Инструментами.
   – Те, кто за то, чтобы сохранить Инструменты, – поднимите руки!
   – Погодите! – опомнилась Кэсси. Она задумалась и не подняла руку, чтобы встать на сторону Дианы.
   Фэй рассмеялась:
   – Кто не успел, тот опоздал! Голос против Дианы – голос за меня.
   – А вот и нет, – Кэсси сама не верила, что говорит это. – Я проголосовала за себя.
   Она мельком взглянула на Адама. Тот смотрел на нее с гордостью.
   – Я предлагаю третий путь. Мы сохраним Инструменты на случай, если Черный Джон вернется, но трогать их пока не будем.
   – В таком случае, – встряла Фэй, – я с удовольствием стану их хранительницей.
   – Ну уж нет, – запротестовал Адам.
   Кэсси осадила их жестом.
   – Я не закончила. Каждый лидер будет хранить одну реликвию, и тогда их можно использовать только с общего согласия.
   Несколько мгновений все обдумывали сказанное.
   Кэсси знала, что идея хороша. Правда, героиня понятия не имела, как подобное пришло ей в голову. Начиная говорить, она не знала, что конкретно предложит.
   Диана заговорила первой:
   – А это разумный компромисс. Мелани, надо переголосовать.
   – Я тоже так считаю, – галантно согласился Ник.
   Мелани пожала плечами.
   – Хорошо. Кто за идею Кэсси – поднимите руки.
   «За» проголосовали все, кроме Деборы, Сюзан и Фэй.
   – Решено, – подытожила Мелани.
   Фей даже бровью не повела, но по лицу ее пробежала черная тень. Сюзан вскочила со стула:
   – Ну наконец-то. Помираю, есть хочу. Перекусим где-нибудь?
   – Да, пошли тако [1] пожуем, – согласился Шон.
   Обсуждая будущий поход к тете Констанс, ребята один за другим вставали со своих мест и собирали вещи. Диана задула свечи и погасила лампы, лишь Фэй не двинулась с места.
   – Ты! – сказала она наконец.
   Кэсси инстинктивно отшатнулась от Фэй, хоть та и стояла на другом конце комнаты.
   – Ты не слишком-то собой гордись, – черногривая приблизилась, и в нос Кэсси ударил тяжелый аромат духов, от которых у нее закружилась голова. – Может, ты и выиграла битву, но… ну ты в курсе.
   Когда Фэй угрожала, Кэсси по-прежнему начинала паниковать. Неважно, кто из них сильнее; важно лишь то, что Фэй – целеустремленная социопатка, не знающая, что такое совесть. И это очень, очень опасно.
   – Мы на одной стороне, – прошелестела Кэсси. – Мы хотим одного и того же.
   Фэй сузила свои медовые глаза:
   – Сомневаюсь, дорогая.
   Это прозвучало как угроза, а Кэсси знала, что Фэй никогда не угрожает впустую.

   2

   За весь обратный путь Кэсси с Адамом не перекинулись и парой слов. Она была потрясена словами Фэй, а он чувствовал это и молча сжимал ее руку. Кэсси включила радио и терзала колесико, пока не нашла песню по душе. Она не помнила названия, но мелодия навевала ностальгию, оживляя в памяти времена, когда жизнь казалось проще. Она жила в Нью-Салеме всего год, а казалось, прошла вечность. Вместо того чтобы любоваться весенней ночью за окном, Кэсси закрыла глаза, позволив музыке увлечь себя в то золотое время, когда можно было позволить себе быть обычной девушкой. Не ведьмой.
   Потом Кэсси приоткрыла глаза, чтобы взглянуть на Адама.
   Он был красив. В бледном лунном свете его волосы отливали темно-рыжим, а глаза были темными, словно ночное небо. Как мог этот юноша любить ее и только ее? Прежняя Кэсси никогда бы в это не поверила.
   Она взглянула на свое отражение в боковом зеркале. Раньше она была совсем обычной: среднего роста, средней внешности, с обычными шатенистами волосами. А теперь на лице выделялись бездонные серые глаза. Но всего важнее было то, как расцвела в ней Сила. Сейчас Кэсси верила в себя как никогда.
   Когда они доехали до дома номер двенадцать, последнего дома на мысу, Кэсси вспомнила, как в первый раз она испугалась этой полупросевшей крыши, этих старых стен. К добру ли то, что она так привыкла к этому дому, да и ко всем старым домам Вороньей Слободки? Все, что раньше казалось ей странным, теперь стало частью ее жизни.
   Адам заглушил двигатель и устремил на Кэсси горящий взгляд.
   – Забей. Плюнь на нее.
   – На кого?
   – Да на Фэй. Не принимай близко к сердцу бред про то, что ты выиграла битву, а она выиграет войну. Она же всегда всем угрожает. Если бы кто-нибудь сделал куклу – Фэй, она бы обязательно выла мерзким голосом: «Ты выиграла бииииитву, а я выиграю войнуууу!»
   Кэсси невольно расхохоталась.
   Адам, явно довольный, что рассмешил любимую, взял ее руки в свои.
   – Ты клево сообразила с Инструментами. Как додумалась?
   – Не знаю. Странно получилось. Оно само пришло из ниоткуда.
   – Не ниоткуда, а отсюда, – Адам прижал руку к ее сердцу. – Потому тебя и выбрали лидером. Кэсси, ты особенная. Просто привыкни к этому.
   Никогда еще Кэсси так не радовалась, что Адам на ее стороне. Конечно, сначала он согласился с Дианой, но в конце концов поддержал ее, Кэсси, и только это имело значение. Она потянулась, чтобы поцеловать любимые губы – уж это ей никогда не приедалось. Адам принял этот прощальный поцелуй слишком близко к сердцу и решительным движением отстегнул ремень безопасности.
   – Не сейчас, милый. Свет в доме горит, а значит, на нас может смотреть мама.
   Адам сделал глаза котика из «Шрека».
   – Любовь моя, однажды тебе станет все равно, что думают окружающие.
   Она последний раз поцеловала его в щеку и побежала в дом, боясь передумать.
* * *
   Мама сидела за массивным столом из красного дерева. Комнату заливал мягкий желтый свет; Кэсси не уставала благодарить покойного деда, сделавшего в доме такое чудесное освещение. Золотистые стены поблекли и потеряли бы половину своего шарма, окажись они под безжалостными лучами современных галогеновых ламп.
   Мама подняла голову и улыбнулась. Видимо, она все же не наблюдала за ними из окна.
   – А я и не ждала тебя так рано. Ты мне поможешь?
   На столе валялись скрученные полоски разноцветной бумаги.
   – Что это у тебя?
   – Это цветочки. Украшение для весеннего фестиваля. Вызвалась их делать, сама не знаю почему. Теперь вот, смотри, конца и края этому не видно.
   После маминой долгой болезни, после бесконечных целебных отваров и притирок от тети Констанс, было приятно видеть маму, окунувшуюся с головой в такую непосильную работу, как изготовление бумажных цветочков. А еще лучше было то, что она потихоньку вливалась в жизнь городка. Кэсси хотелось, чтобы мама чувствовала себя здесь как дома, чтобы у нее появились друзья, особенно теперь, когда бабушки не стало.
   – С чего начинать? – Кэсси подсела за стол и принялась мастерить нарциссы из желтой и зеленой бумаги. Монотонно повторяя одни и те же действия, она вдруг подумала: а ведь должен же быть магический способ сделать все это гораздо быстрее. Впрочем, такое счастье, что мама опять рядом! На радостях героиня готова была делать эти несчастные цветы хоть всю ночь.
   – Ну а как у нас с Адамом? – лукаво поинтересовалась мама.
   Кэсси почувствовала, что краснеет.
   – Ничего, нормально.
   – А друзья твои как?
   – Тоже неплохо.
   Мама отложила цветочек из серебристой бумаги и заглянула Кэсси в лицо.
   – Ты знаешь, я так тобой горжусь! Ты так быстро оправилась от…
   – От потрясения?
   – Да, от потрясения, – мама попыталась улыбнуться.
   Кэсси колебалась лишь мгновение, но это не ускользнуло от материнского ока.
   – Что-то ведь не так. Что случилось?
   У Кэсси засосало под ложечкой. Вообще-то она наслаждалась тихим вечером и не хотела ничего менять, но мама, казалось, впервые за все время настроилась на откровенный разговор. Наверно, с этого разговора в их отношениях с мамой начнется новый этап. Должно быть, это они и празднуют сегодня. Вот для чего все это бумажное великолепие.
   Кэсси глубоко вздохнула и посмотрела матери в глаза:
   – Я думала об отце, – сказала она.
   Маму словно ударили. На лице ее заиграли желваки, и, чтобы успокоиться, она сделала большой глоток чая. Чашка в ее руках дрожала, и опечаленная героиня немедленно пожалела о том, что подняла эту тему. Однако, когда мама отставила кружку, казалось, она уже справилась с потрясением. Ну или притворилась, что справилась.
   – С радостью расскажу тебе все, что знаю, – ее голос звучал мягко и терпеливо. – Спрашивай.
   Кэсси мигом расслабилась; только сейчас она поняла, как долго и мучительно сдерживала рвущиеся наружу вопросы.
   – Я знаю, что он – в смысле Черный Джон – был плохим. Но он – часть меня, та часть, которую мне обязательно надо понять. Есть ли что-то, что мне необходимо о нем знать?
   Ну вот она и сказала это.
   Мама скомкала очередной бумажный цветочек.
   – Ты абсолютно права, – обронила она, не ответив при этом на вопрос и не посмотрев на дочь.
   А та, наоборот, долго не могла оторвать от матери глаз и лишь усилием воли перевела взгляд на серебристый бутон в маминых руках.
   – Бумагу стали делать слишком тонкой. Форму не держит. – Мама, казалось, совсем не хотела продолжать разговор, но Кэсси не собиралась отступать, и мать наконец не выдержала ее пристального взгляда. – Ты хочешь что-то узнать прямо сейчас? – неохотно спросила она.
   В маминых глазах снова был тот самый страх, что жил там во времена ее болезни. Она страшно побледнела и разом постарела лет на двадцать. Пальцы сами собой вцепились в серебряную бумажку: так утопающий хватается за соломинку.
   Кэсси не могла выдержать такого. Мама только стала поправляться, проявлять интерес к жизни. Нельзя все портить своими вопросами. Кэсси боялась за маму в десять раз сильнее, чем за себя.
   – Забудь. Потом поговорим. У нас еще вон сколько цветов не сделано.
   Кэсси давно свыклась с тем, что они с мамой вечно менялись ролями, и тогда ей приходилось быть взрослее и умнее. И еще – держать при себе свои вопросы, потому что ответы слишком сильно ранили мать. Правда часто бывает болезненной.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация