А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Тайна Черной горы" (страница 56)

   Глава двадцать первая

   1

   Вадим Николаевич, обхватив голову руками, неподвижно сидел и смотрел на стол, на распечатанный конверт, из которого выглядывал край письма. Старая душевная боль, что занозой сидела в его сердце, которая за годы энергичной жизни в Солнечном как-то притупилась, зарубцевалась, вдруг обнажилась во всей своей откровенной остроте.
   Письмо ненароком напомнило ему о том, что он уже начал было забывать. Нет, не то чтобы он по-настоящему начал забывать, а как-то старался не вспоминать, не думать, не переживать, отодвигая куда-то подальше, в глубь себя, те неприятные воспоминания, стремясь находиться в гуще событий, дышать насыщенной атмосферой буден и жить бурными темпами разведки уникального месторождения, определяя направления дальнейших поисков, радуясь новым успехам. Чужим успехам. Чужим открытиям.
   А письмо вернуло его к тем дням, к тем самым первым дням, когда здесь еще ничего не было – ни этого поселка, ни этой мощной геологоразведочной экспедиции, ни дороги, ни штолен, ни буровых… Вообще здесь ничего не было. Глухо шумела тайга да мрачно высились горы – Вадим Николаевич хорошо помнит те времена, ставшие уже историей.
   Анихимов угрюмо смотрел на конверт, на чужие красочные заграничные марки, на чужие иностранные штемпеля, и только один ровный почерк, знакомый ему почерк, буквы адреса, выведенные рукой Олега Табакова, первооткрывателя Солнечного, напомнили ему о многом…
   Олег Табаков прислал письмо из далекого Вьетнама. Он пишет, что уже второй год работает с вьетнамскими товарищами по касситериту, облазил многие горные районы, жарился под тропическим солнцем, мок под тропическими ливнями, что здешние джунгли стоят сплошной зеленой стеной, густым переплетением веток и побегов, что они много хуже, чем дальневосточные кедровые стланики, однако всё же геологи, советские и вьетнамские, работают не без успеха, обнаружили многие перспективные площади и открыли два месторождения, что они, те месторождения, солидные, с приличным запасом, однако ни в какое сравнение не идут с близким его сердцу Солнечным. Олег писал еще о том, что недавно совершенно случайно прочитал в газете, в «Правде», доставленной в горы вьетнамскими вертолетчиками, короткую заметку о жизни и успехах Мяочанской геологоразведочной экспедиции, которая наращивает приросты промышленных запасов подземных богатств, и о новом поселке Солнечном, который вырос в таежной глуши. Олег Табаков писал, что ни начальника экспедиции, ни геологов, ни горняков и буровиков, чьи фамилии упоминались в заметке, он, к сожалению, не знает, однако порадовался тому, что среди них живет и трудится, возглавляет геологическую службу Вадим Николаевич, и поэтому он, Олег, решил написать ему письмо, поздравить его с завидными успехами и попутно рассказать о своей заграничной жизни вдалеке от родины, по которой он очень и очень скучает.
   Вадим Николаевич смотрел на конверт, на письмо, а в голове у него почему-то назойливо вертелась старая старательская присказка о том, что «ежели фортуна повернется лицом к человеку, то счастливые удачи будут ему сопутствовать по всей жизни». Так оно и есть! Олегу Табакову повезло, нет, не повезло, а прямо в руки выпало счастье – стать первооткрывателем Солнечного здесь, в Мяочане, ему везет и там, в далеком Вьетнаме… А ему, Анихимову, почему-то не очень… Не очень! Прожита большая половина жизни, да только все хорошее почему-то проходит как-то мимо. Он старается, – как он старается, на горбу своем тянет основной груз! А главное – не получается, живет отраженным светом чужой славы, чужих открытий, хотя и много сделав для тех самых открытий…
   За окном темнел зимний вечер, крепчал мороз, и на душе у него было холодно и пасмурно. Письмо как письмо, вежливое, уважительное. А всколыхнуло забытую боль, растревожило старую рану души.
   А он-то сам куда смотрел?
   Этот больной для своей души вопрос Вадим Николаевич задавал сам себе несчетное множество раз. И вслух, и мысленно, и шепотом, чуть шевеля губами. И днем и ночью. Особенно ночью, когда мучила бессонница и прошлое, как старое и хорошо знакомое кино, проходило перед его глазами. Особенно те кадры, те дни полевого сезона, когда и было открыто месторождение. Его местонахождение. Выстраданное им десятилетиями неустанного геологического поиска. Тяжелой жизнью в тайге. Предугаданной им чутьем и интуицией. Доказанное им теоретически, не имея на руках никаких, даже самых малых оснований. И именно он настоял и убедил начальство направить в Мяочан поисковые партии.
   Одну из них возглавил сам. Первый полевой сезон подтвердил правильность выбранного направления – в намытых шлихах, в этих пробах, добытых изнурительным трудом, при детальном исследовании обнаружили повышенное содержание касситерита. Были даже вскрыты кварц-турмалиновые зоны, правда, с ничтожным содержанием руды. Но особого эффекта они не произвели.
   Зимой Вадим Николаевич яростно спорил по поводу этих самых пород. Ему доказывали, что они, в общем, ничего серьезного из себя не представляют, что такие «следы» можно намыть и в других местах, кстати, более перспективных. И еще находились такие, которые весьма убедительно называли их всего-навсего турмалиновыми роговиками и обычными обманками. Одним словом, «следами» мелкими и случайными, не стоящими внимания и тем более затрат средств на дальнейший поиск. А Вадим Николаевич стоял на своем, доказывая обратное и фантастически нереальное: они, эти «следы», из самой зоны минерализации, они, как каменные письмена, посланы людям матерью-природой из рудного месторождения!.. На совещании у Ермолова, когда определялись планы будущего летнего полевого сезона, Вадим Николаевич смог-таки убедить начальство и настоять на своем и добиться, чтобы в Мяочан снова направили поисковую партию, хотя бы, как он говорил, с обычной рабочей целью «произвести рекогносцировку района для общей перспективной оценки». И он сам снова пошел в горы, в непроходимые таежные дебри Мяочана.
   Полевой сезон выдался трудным, но в самом конце ослепительной молнией сверкнула удача: наконец было обнаружено то, к чему Вадим Николаевич стремился всю свою жизнь, особенно последние годы, – открыли крупное рудное месторождение! Но открыл это самое месторождение, нашел выход руды не он. А другой. Мальчишка! Сопляк в геологии! Студент-дипломник! Тот самый, которого он не хотел брать в отряд. Но самым обидным было то, что открыл он его на том самом месте, где в прошлом летнем сезоне стояла его, Вадима Николаевича, палатка, где жил не один день, где спал не одну ночь, где стоял, как говорится, на своем собственном счастье, а взять его – не взял. Не увидел! Проглядел! Прошел мимо… И с тех пор не знает покоя. Куда же он смотрел?!.

   2

   Сезон начинался трудно. Выход в горы затягивался. То недоставало оборудования, то никак не могли укомплектовать поисковые группы, разбить их по маршрутам, то не хватало транспорта, лошадей, то никак не могли подобрать, нанять нужное количество рабочих. К тому же еще в отряд влили много неопытной молодежи, студентов-дипломников, многие из которых чуть ли не в первый раз выходили в тайгу на самостоятельный поиск. От одного, Олега Табакова, он даже отказался. Не хотел включать в отряд. Не понравился он с первого взгляда. Какой-то несерьезный, как бы внутренне размагниченный. И к тому же, как с удивлением обнаружил Вадим Николаевич при первой же беседе, этот ленинградский горе-дипломник приехал на Дальний Восток с большой неохотой, потому как его дипломную практику сначала планировали на материале Средней Азии, но в самое последнее время руководство факультета поездку в Узбекистан заменило на командировку в Хабаровск, и парень откровенно выражал свое недовольство.
   – А что вас так тянет в Среднюю Азию? – спросил Вадим Николаевич, готовясь хоть как-то переубедить и незаметно настроить Табакова на то, что и здесь, на Дальнем Востоке, для настоящего геолога есть много захватывающе интересного. – Вы там практику проходили?
   – Проходил здесь, на Дальнем Востоке, – вяло ответил Олег. – Но дело совсем не в том…
   – Понимаю, – мягко сказал Анихимов. – Друзей-товарищей направили в Среднюю Азию, а вас именно к нам…
   – Нет-нет… Ничего подобного…
   – Тогда девушка? – доверительно спросил Вадим Николаевич.
   – Нет-нет, – ответил Олег и замялся, как бы раздумывая: говорить или не говорить. – Тут совсем другое… Даже не знаю, с чего начать.
   – А с главного, – сказал Вадим Николаевич тем же доверительным тоном, проникаясь к парню сочувствием.
   Олег как-то сразу ободрился, что встретил со стороны начальника понимание и даже сочувствие. Он как-то быстро на глазах изменился, сосредоточился, подобрался, словно вот-вот его должны вызвать на линию старта решающего забега. И, придвинувшись к Вадиму Николаевичу, произнес тихо и восторженно:
   – Так ведь там такие жуки!
   Вадим Николаевич опешил. Он готов был услышать все что угодно, но только не такое признание. На какое-то мгновение даже растерялся. Подумал, что ослышался. Не поверил. Подумал, что тот его разыгрывает. Какие еще такие жуки могут привлекать дипломника в геологическом поиске? Но в глазах Олега он видел искренность, наивную и простодушную. В молодости люди еще не умеют скрывать и маскировать ни свои мысли, ни чувства. И понял, что Олег сказал вполне серьезно, доверившись ему, как старшему, открыл свою душу. И Анихимов переспросил:
   – Жуки?
   – Жуки! Да какие!
   Вадим Николаевич, пытаясь не порвать неосторожным словом или тоном голоса доверительную нить их беседы, спешно рылся в памяти, выискивая из глубины давних школьных познаний полузабытые термины из области зоологии и естествознания, но, как на грех, они, эти термины и названия видов семейств, уплывали и таяли в смутном тумане неясности. И он, боясь что-нибудь «ляпнуть», лишь тихо произнес:
   – Конечно, понимаю… Там такие редкие виды.
   – Вот именно! – вдохновенно и откровенно обрадованно оживился Табаков и стал сыпать терминами и латинскими названиями жуков, подробно характеризуя каждый из них, отмечая особенности самцов и самок, периоды размножения, места обитания…
   Вадим Николаевич молча слушал, и где-то внутри медленно и тяжело росло и подымалось странное противоречивое чувство, смешанное из откровенной неприязни и недоумения. Хотелось оборвать парня, этого крепкотелого и ладно сбитого здоровяка, увлекающегося черт знает чем, и спросить напрямую: а при чем здесь, скажите на милость, геология? Но Вадим Николаевич, обычно вспыльчивый и нетерпеливый, на сей раз проявил большую выдержку. Он лишь сочувственно спросил:
   – И давно вы ими увлекаетесь? – слово «жуки» он не хотел произносить.
   – Давно. Еще с седьмого класса, – признался Олег и добавил: – Я собрал интересную коллекцию жуков. Если будете у нас в Ленинграде, я вам ее обязательно покажу. Там есть редкие экземпляры! Особенно рогатые и изумрудные.
   – Очень интересно! – произнес Вадим Николаевич, принимая решение. – Вам, дорогой мой, следовало бы изучать энтомологию, а не геологию.
   – Конечно, следовало бы… Только на естественно-испытательский я не прошел по конкурсу…
   – А разве на геологический поступить проще? – Вадим Николаевич уже не сдерживал себя, обидевшись на то, что в далеком славном городе Ленинграде, оказывается, на геологический принимают кого попало, лишь бы сколотить группы первокурсников. Он так и подумал: «лишь бы сколотить группы первокурсников».
   – Да, поступить было проще… Тем более зимой, когда еще учился в восьмом, закончил коллекторские курсы ВСЕГЕИ… Геология тоже наука интересная. На летние каникулы выезжали в экспедицию… Был и здесь, на Дальнем Востоке, бродил по горам Сихотэ-Алиня…
   И Олег Табаков стал скупо рассказывать о себе, о трудной и типичной для Ленинграда судьбе мальчишки, пережившего блокаду, видавшего смерть в глаза и чудом оставшегося в живых. Но Вадим Николаевич слушал его небрежно, вполуха. Он размышлял о том, как бы поделикатнее и побыстрее избавиться от такого практиканта. Анихимов ни при каких обстоятельствах не желал его брать с собой. Самостоятельный маршрут доверить такому опасно – просмотрит самое главное, пройдет мимо, гоняясь за жучками-бабочками… Намыкаешься с ним, намучаешься…
   Вадим Николаевич хорошо знал, испытав на собственной шкуре, что для успешного проведения поисковых работ необходимо не только органическое слияние добротной научнообоснованной гипотезы с хорошей организацией и продуманностью самих поисковых маршрутов, но и правильная расстановка людей, вера в добросовестность и трудолюбие всех без исключения исполнителей. В поиске, несомненно, особую роль играет и профессиональная этика, и профессиональное доверие. Самоконтроль и честность. Потому что геолог, как никто другой, не имеет права на ошибки. Ошибка здесь просто недопустима. Ошибка может дорого обойтись. Не увидел, не обратил внимания на рудный обломок, отобрал некачественную и непредставительную пробу, поверхностно проанализировал структуру рудного поля и – на целые десятилетия, а может быть, и навсегда, «потеряны» запасы полезных ископаемых.
   Ошибки в геологии, некачественная, недобросовестная работа – страшны своими последствиями. Лучше пусть не будет проведено в районе вообще никаких геологоразведочных работ, пусть останется белое пятно на карте, чем плохо проведенный поиск, недоброкачественная разведка. Даже отрицательное заключение о перспективах участка еще не так страшно, это лишь полбеды, но недобросовестно поверхностная оценка – это настоящая беда. К белому пятну еще можно вернуться, отрицательные заключения могут вызвать сомнения. Именно для этого и проводятся специальные ревизионные геологические работы. А поверхностное и недобросовестное заключение может завековать, остаться навсегда.
   Геологоразведка ведется с одной главной целью – обнаружить признаки, пусть слабые, косвенные, по ним определить направление дальнейшего поиска, и по мелким крупицам, зернам, обломочкам, по таким верным «следам» выйти на месторождение рудных пород. А дальше – начинается детальная разведка рудной зоны: копаются шурфы, прорываются канавы, буровые установки просверливают скважины, горняки пробивают штольни… Надо точно оконтурить, определить рудное тело. Установить его состав, сложность, протяженность по горизонтали и вертикали. Определить содержание полезных и вредных компонентов, их минералогию, способность к дроблению и к извлечению. А также и горнотехнические и гидрогеологические условия – устойчивость окружающих пород, водопритоки и другие важные факторы.
   На основании полученных геологами данных проектировщики выбирают способы добычи и обогащения руд, намечают подъездные пути, места карьеров, шахт, фабрик, рабочих поселков. По данным геологической разведки рассчитываются затраты на освоение месторождения – а эти затраты составляют кругленькие суммы в десятки и сотни миллионов рублей – и, естественно, ожидаемая прибыль. Так что ошибки геологоразведчиков могут принести государству весьма ощутимые убытки на многие миллионы рублей.
   Да и сама разведка обходится недешево. Она длится не один год, а в среднем лет десять – пятнадцать, и затраты на нее также исчисляются миллионами рублей. Так что цена ошибок в геологоразведке определяется не только в трате огромных средств. Цена их – гораздо ощутимее, она социальная. Неправильная гипотеза, некачественная разведка, ошибочное представление о рудном поле, поверхностные расчеты могут привести к заложению города, поселка, фабрик совсем не там, где надо. Под ними может оказаться руда, а снос сооружений – дело сложное, дорогостоящее и драматическое. Ошибочные гипотезы, некачественные оценки могут на десятки лет отдалить постановку разведывательных работ в перспективных районах, а следовательно, значительно ослабить минерально-сырьевую базу государства.
   А в геологоразведке, как считал Вадим Николаевич, и не без основания считал, поиск – всему голова. Маршрутчик-поисковик делает первый шаг в трудном розыске рудного тела, говорит первое слово, дает первую оценку. Провести качественно геологический поисковый маршрут – это целое искусство! Здесь знания и опыт должны быть помножены на повышенное внимание и физическую выносливость. Находиться в течение всего рабочего дня в тайге одному и в постоянном напряжении, сосредоточенно внимательным – дело, скажем прямо, довольно трудное, однообразно нудное и далеко не каждому по силам. Надо уметь наблюдать шаг за шагом, утром и вечером, в сухую и дождливую погоду. Все внимание – поиску! Преграды преодолевать автоматически. У геолога-поисковика с годами практически вырабатывается особая постановка зрения и концентрация внимания. Здесь самое главное – умение не отвлекаться на второстепенные детали – на сучья, валежник, заросли, корни, красоту или убогость окружающей природы. И тем более на всяких там жуков-бабочек и птичек-синичек… Увлекающихся надо исключать!
   Вадим Николаевич по рации связался с Хабаровском, с начальником управления. Доказать свою правоту Виктору Андреевичу не составило большого труда. Но надо же было случиться такому, что в кабинете Ермолова в это же самое время находился известный профессор Краснов, крупный ученый, тот самый, который еще до войны, определяя в Приамурье районы россыпной золотоносности, у сопки Тади, что нависла над излучиной таежной реки Бичи, в кустах кедрового стланика в обломках горных пород одним из первых обнаружил крохотные бурые многогранники касситерита и, привезя их в Хабаровск, под раскаленной паяльной трубкой добыл малюсенький королек, капельку чистого олова, первого металлического олова из природных руд Хабаровского края.
   Профессор, узнав, в чем дело, тут же заступился за Олега Табакова, которого он хорошо знал лично.
   – Ну и что такого, что он увлекается сбором жуков? – сказал профессор и веско добавил: – К вашему сведению, это только лишний раз показывает, что Олег Табаков разносторонний естествоиспытатель и наблюдатель. Я полагаю, что геолог с такими качествами не может быть посредственным специалистом.
   – Слышал? – в свою очередь спросил Виктор Андреевич. – Так что радуйся, что именно тебе достался такой парень.
   И отключил рацию. Вопрос был решен. Вадим Николаевич грустно развел руками: начальство не любит, когда с ним спорят и тем более возражают.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 [56] 57 58 59 60 61 62

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация