А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сталин и заговор в НКВД" (страница 8)

   Вот о чем я хотел сказать! Давайте эти элементы ведомственности отбросим. Я за такую ведомственность, когда чекист гордится своим постом, гордится всяким успехом в борьбе с контрреволюцией; когда он с достоинством и гордостью говорит: я чекист, меня партия поставила на этот участок работы, я веду борьбу с контрреволюцией и буду ее вести, пока хватит сил.
   Такая ведомственность поднимает человека. Но я против такой ведомственности, которая пытается самовлюбленностью чекиста прикрыть наши отдельные промахи и недостатки. Так перестроить наш аппарат и разведку мы не сможем. Деловая критика и деловые предложения должны найти у нас свое место.
   Я абсолютно убежден в том, что при помощи нашей партии мы перестроимся, еще более остро будем вести борьбу с контрреволюцией и превратимся в такой орган разведки и розыска, что ни одна сволочь не сумеет посягнуть на устои нашего Советского государства».

   Заговор Ягоды
   (из доклада Н. И. Ежова перед пленумом ЦК ВКП(б), 23 июня 1937 г.)

   «На предыдущем пленуме ЦК ВКП(б) я уже указывал, что чудовищное запоздание НКВД с разоблачением антисоветской деятельности троцкистских бандитов и правых предателей минимум на 4 года объясняется не только общими недостатками работы органов государственной безопасности, но и конкретной, преступной и предательской деятельностью отдельных работников ЧК.
   Однако в то время причины, лежащие в основе этих фактов, не могли еще быть вскрыты с достаточной полнотой. Теперь мы имеем возможность рассказать пленуму ЦК о подлинных корнях и источниках указанных явлений.
   В настоящее время дальнейшим следствием совершенно точно установлено, что предательская контрреволюционная деятельность троцкистско-зиновьевской и правой сволочи, в течение ряда лет безнаказанно проводившей вредительство, диверсии, шпионаж, террор, злодейское убийство тов. Кирова, имевшие целью свержение советской власти и реставрацию капитализма в нашей стране, объяснялась тем, что в самом государственном органе, призванном к борьбе с контрреволюцией, в течение долгого времени существовал фашистский заговор, возглавлявшийся бывшим руководителем этого органа, омерзительным предателем родины, уголовным преступником и немецким шпионом – Ягодой и его ближайшими сотрудниками по НКВД.
   Заговор внутри НКВД отнюдь не был изолированным действием группы людей, работавших в НКВД. Он являлся частью более обширного заговора троцкистов и правых предателей. Именно поэтому заговор внутри НКВД был теснейшим образом связан как с объединенным троцкистско-правым центром, так и с военно-шпионской шайкой Тухачевского, Уборевича, Корка и других, и с иностранными разведками, на службе у которых издавна состояли все участники и руководители заговора.
   Предательство Ягоды относится еще к 1925 г., когда он во время борьбы партии с троцкистами и зиновьевцами втайне от партии стоял на позициях троцкизма и проводил двурушническую тактику.
   В 1928 г., когда в партии оформлялась правая оппозиция, Ягода, будучи тесно связан с ее руководителями – Рыковым, Бухариным, Томским и другими, вошел в подпольную организацию правых, став одним из ее главных руководителей.
   «…Когда правые готовились к выступлению против партии, я имел по этому поводу несколько бесед с Рыковым. Рыков изложил мне программу правых, говорил о том, что они выступят с открытой борьбой против ЦК ВКП(б) и прямо задал мне вопрос: «с кем я?». Я сказал Рыкову следующее: «Я с вами, я за вас, но вследствие того, что я занимаю положение зам. председателя ОГПУ, открыто вступить на вашу сторону не могу и не буду. О том, что я с вами, пусть никто не знает, а я всем возможным с моей стороны, со стороны ОГПУ помогу вам в вашей борьбе против ЦК ВКП(б)». (Из показаний Ягоды.)
   Ввиду огромного политического значения Наркомвнудела, как органа борьбы пролетарской диктатуры с контрреволюцией, наличие во главе НКВД участника правого центра якобы представляло для правых, троцкистов и прочей контрреволюции исключительную ценность.
   Будучи членом центра правых, Ягода с 1928 г. регулярно участвовал в совещаниях центра, снабжал правых секретными материалами ОГПУ, которые они использовали в своей борьбе против партии, информировал их о мероприятиях ЦК партии, словом, активно участвовал во всей подрывной деятельности, проводившейся правыми предателями, в их борьбе против партии и советской власти.
   После того, как партия разгромила правых в 1928–1929 гг., центр правых поручает Ягоде добиться ограждения организации правых от полного провала. В случае частичного провала всячески замазывать и тормозить разоблачение организации и прикрывать ее центр. Сущность задачи, возложенной правым центром на Ягоду, заключалась в том, чтобы Ягода, как руководитель ОГПУ, используя аппарат ОГПУ, обеспечил полную возможность дальнейшего развертывания подрывной деятельности правых. Это задание Ягода, как он сам показал на следствии, и выполнял.
   «…На меня центром правых была возложена задача ограждения организации от полного провала. В разговоре с Рыковым на эту тему я так определил свое положение: «Вы действуйте, я вас трогать не буду, но если где-нибудь прорвется, если я вынужден буду пойти на репрессию, я буду стараться дело по правым сводить к локальным группам, не буду вскрывать организацию в целом, тем более не буду трогать центр организации». (Из показаний Ягоды.)
   Потерпев полное банкротство в открытой борьбе против партии, правые после XVI съезда ставят своей задачей – свержение советской власти путем насильственного переворота и террора против руководителей партии и правительства, поражение Советского Союза в войне против капиталистических государств, распродажу СССР иностранным государствам и реставрацию капитализма в нашей стране. Благодаря прямой помощи Ягоды контрреволюционная деятельность троцкистов и правых остается неизвестной партии и поэтому безнаказанной.
   Действуя по заданиям объединенного троцкистско-правого центра, Ягода создает внутри НКВД заговор, являющийся частью общего антисоветского фашистского заговора правых и троцкистов.
   В состав заговора входили завербованные Ягодой руководящие работники ОГПУ:
   1. Прокофьев – зам. наркома внутренних дел СССР, бывший троцкист, по признанию самого Ягоды, глубоко антипартийный человек.
   2. Молчанов – начальник Секретно-политического отдела НКВД, в прошлом уголовный тип, неоднократно судившийся и осужденный за уголовные преступления, подделавший свои партийный стаж, член организации правых в Иванове.
   3. Паукер – начальник Оперативного отдела НКВД, непосредственно ведавший охраной членов правительства, старый германский шпион, наиболее близкий и преданный Ягоде человек.
   4. Гай – начальник Особого отдела НКВД, немецкий и японский шпион, окончательно разложившийся и преступный человек, сифилитик.
   5. Шанин – начальник Транспортного отдела НКВД.
   6. Артузов – бывший начальник Иностранного отдела НКВД и заместитель начальника Разведывательного Управления РККА, шпион, почти с 30-летним шпионским стажем, одновременно работавший на службе у немецкой, английской, польской и французской разведок.
   7. Островский – начальник Административно-хозяйственного управления НКВД, немецкий шпион, вконец разложившийся тип.
   8. Волович – зам. начальника Оперативного отдела НКВД, резидент немецкой разведки, преступно присвоивший себе орден Красного Знамени.
   9. Лурье – начальник Инженерно-строительного отдела НКВД, немецкий шпион, выполнявший самые подлые поручения Ягоды по доставке ему контрабандных товаров, по продаже за границей бриллиантов, по переводу валюты и т. д.
   10. Фирин – зам. нач. ГУЛАГа НКВД, немецкий шпион.
   11. Буланов – секретарь Коллегии НКВД, наиболее приближенный к Ягоде человек, выполнявший самые гнусные поручения Ягоды чисто уголовного характера.
   12. Винецкий – сотрудник Оперативного отдела НКВД, немецкий шпион, взяточник.
   13. Черток – пом. начальника Экономического отдела НКВД, немецкий шпион.
   14. Бокий – начальник Спецотдела НКВД, давнишний франкмассон, английский шпион, человек, скатившийся в клоаку самого отвратительного извращения, садист.
   15. Маркарьян – зам. начальника Главного Управления милиции, разложившийся человек.
   Помимо вербовки заговорщиков в Центральном аппарате, Ягода насаждает свою сеть и на периферии, завербовав в состав заговорщиков Погребинского – начальника УНКВД Горьковского края, приближенного к нему человека и тесно связанного с уголовным миром; Пиляра – начальника УНКВД по Саратовскому краю, старого польского шпиона, бывшего прибалтийского барона Пиляра фон Пилхау; Запорожца – зам. ПП ОГПУ по Ленинграду, бывшего украинского эсера и немецкого шпиона, и других.
   Совершенно точно установлено признаниями Ягоды и его сообщников, что Ягода знал о службе указанных лиц в иностранных разведках в качестве шпионов, о скрываемых ими преступлениях, об их моральном разложении и уголовном прошлом.
   Ягода использовал свою осведомленность о преступлениях и пороках указанных людей для того, чтобы успешнее вербовать их в состав участников заговора. Сами вербуемые тем охотнее шли на вербовку, что имели прямое задание иностранных разведок – участвовать в контрреволюционной деятельности, направленной к свержению советской власти.
   Вербуя участников заговора, Ягода широко использовал подкуп людей, для чего им был создан огромнейший валютный фонд, методы шантажа, обещания продвижения по службе и дальнейшей карьеры, угрозы убийством не соглашающихся с ним и т. д.
   Для прикрытия заговорщической деятельности и более успешной вербовки участников заговора Ягода широко использовал созданную им «теорию» о самостоятельной якобы роли разведки в государстве, совершенно независимой от Советского правительства и ВКП(б).
   В своих показаниях Ягода признал, что линия на изоляцию НКВД от партии и воспитание кастового духа среди чекистов проводилась им совершенно сознательно в заговорщических целях.
   «…Я внушал людям отчужденность от партии, выращивал в их сознании идею, что государственная разведка должна быть политикой крайне самостоятельной от партии и правительства в особенности. Я ссылался при этом на опыт буржуазных государств и доказывал, что правительства этих стран меняются, разведка же остается всегда неизменной».
   Ягода принимает все меры к тому, чтобы насадить заговорщические гнезда на всех важнейших участках системы НКВД и обеспечить эти участки своими людьми.
   Мы уже указывали, что руководство почти всех без исключения отделов и оперативных пунктов НКВД находилось в руках заговорщиков. Даже в спортивном обществе «Динамо» существовала шпионская террористическая организация, участники которой входили в заговор и готовили покушение на руководителей партии и правительства, как по заданиям Ягоды, так и по прямому поручению германской разведки.
   Необходимо указать, что заговорщики, занимавшие посты руководителей основных отделов НКВД, старались, и в ряде случаев не без успеха, завербовать сообщников среди своих ближайших сотрудников.
   Таким образом, благодаря заговору, организованному Ягодой внутри НКВД, немецкая, английская, польская, японская и другие разведки сумели глубоко внедриться в самое сердце органов государственной безопасности, получить доступ ко всем секретным материалам, особо государственной важности, полностью раскрыть нашу агентуру за рубежом и организовать систематическую дезинформацию нашей разведки.
   Созданная Ягодой заговорщическая организация внутри НКВД подготовляла поражение Советского Союза в войне с враждебными нам государствами.
   Заговорщическая организация внутри НКВД действовала по заранее выработанному Ягодой и другими участниками центра правых плану. Так, начальником Секретно-политического отдела по прямому решению центра правых был назначен Молчанов.
   «…На совещании у Томского был поднят вопрос о необходимости принятия мер к тому, чтобы не провалить работу правых, чтобы обеспечить им со стороны ОГПУ полную возможность развертывания их деятельности на новой, значительно расширенной и активизирующейся основе. Стал вопрос о том, смогу ли я это сделать. Я ответил, что мне одному это трудно, что лучше всего было бы посадить на Секретный отдел своего человека. Томский сказал, что начальник Ивановского губотдела ОГПУ Молчанов известен им как правый и его именно не мешало бы посадить начальником Секретного отдела. Это предположение я принял, и Молчанов был назначен начальником Секретно-Политического отдела ОГПУ. Еще в 1927 году ко мне поступил материал, компрометирующий Молчанова. Речь шла о его уголовном преступлении где-то на Кавказе. Я вызвал его из Иванова и сказал ему об этих материалах. Молчанов тогда же признал за собой этот грех в прошлом и уже в порядке исповеди рассказал еще об одном своем грехе, о приписке себе партстажа.
   Я сказал, что нуждаюсь в лично преданных мне людях, что судьба его отныне в моих руках, но если он будет выполнять всякие мои указания, то я материалу о нем ходу не дам. Молчанов охотно принял мое предложение». (Из показания Ягоды).
   Вот что по этому вопросу показывает Молчанов:
   «…Ягода сказал, что мое назначение на пост начальника Секретно-политического отдела ОГПУ было проведено с одобрением центра правых. Что я таким образом стал политическим деятелем».
   Ягода говорил Молчанову:
   «…При Сталине вы спокойной жизни не увидите. При правых же положение будет совершенно иным. Вы будете жить, как министры живут в Англии, и у вас будет больше власти».
   Вся работа заговорщиков проходила по прямым заданиям иностранных разведок.
   Допрошенные участники заговора на следствии показали, что они выполняли все указания своих хозяев – иностранных разведок, добиваясь полного паралича разведывательной работы советских органов. Так, например, Артузов по заданию руководителя германской разведки фон Бредова глушил нашу антинемецкую работу. Кроме того, Артузов передавал немцам секретные материалы особой государственной важности. Артузов показал:
   «…Материалов было передано немало. Передавалось все более или менее ценное. В первую очередь относящиеся к работе по немцам. Передавались все сводки 8-го отделения о разных наблюдаемых нами немцах. Передавалось все представляющее ценность для немецкой разведки».
   Артузов проводил активную работу по выдаче немцам наших секретных агентов. Им была скрыта информация о военно-шпионской банде Тухачевского и устранен источник этой информации. Артузов показал:
   «…По данным агента 270-го, в 1932 г. выяснилось, что в СССР существует широкая военная организация, связанная с рейхсвером и работающая в пользу немцев. Эта организация была связана с оппозиционными кругами внутри коммунистической партии в СССР. Один из представителей этой организации, по сообщению 270-го, являлся советский генерал Тургуев (под этой фамилией ездил в Германию Тухачевский). Развитие работы 270-го могло бы многое раскрыть органам НКВД. Я и Штейнбрюк (немецкий шпион, также работник НКВД) решили выдать агента немцам. 270-й был ликвидирован. Он был убит».
   Другой участник заговора Ягоды – Лурье о своей шпионской деятельности показал:
   «…К работе германской разведки я был привлечен германским подданным Ульрихом, который завербовал меня в 1927 г. в Берлине, где я в то время находился в служебной командировке. Ульрих мне сказал, что я должен буду давать материалы о структуре органов ОГПУ, о личном составе, ответственных работниках ОГПУ и особенно о тех, кто от ОГПУ работает за границей.
   В последующие встречи с Ульрихом он мне каждый раз давал поручения, которые я выполнял. На протяжении всего времени моей связи с германской разведкой я передавал материалы о структуре ОГПУ, руководящем составе работников ОГПУ-НКВД, рассказывал, кто чем занимается, назвал известных мне работников ОГПУ за границей, регулярно передавал материалы по пограничному строительству, дислокации и численном составе пограничных войск. Часть материалов я передавал лично Ульриху при моих встречах с ним, как в письменном, так и в устном виде. Позже же, когда Ульриху был запрещен въезд в СССР, а я также прекратил свои поездки за границу, я передавал материалы для германской разведки в письменном виде, в запечатанных пакетах через Воловича, который в 1935 году со мной связался от имени германской разведки. Я передавал через Воловича данные о пограничном строительстве Украинского, Белорусского, Дальневосточного и Ленинградского округов, о структуре и численном составе этих округов. Каждый раз дня за три Волович предупреждал меня о том, что нужно собрать материалы, а я заносил их ему в его служебный кабинет в здание НКВД».
   Участник заговора НКВД Лапин, бывший штабс-капитан царской армии, бывший генеральный секретарь спортивного общества «Динамо», зав. Всесоюзным обществом по делам физкультуры и спорта, показал:
   «…Я сообщил Иосту (представитель германской разведки) о стрелковом вооружении и боевой подготовке РККА, а также о разработке вопроса производства боевого стрелкового снайперского оружия. Иост спросил меня, часто ли посещают стадион «Динамо» члены правительства и можно ли там организовать террористический акт. Я согласился взять на себя организацию теракта над членами правительства на стадионе «Динамо».
   Участник заговора НКВД Фирин, зам. нач. ГУЛАГа, показал:
   «…С 1926 года я был связан с польской разведкой и работал по заданиям 2-го отдела польского генерального штаба. Во время встреч с Домбровским (представителем польской разведки) я выдал польской разведке связи Ильинича в Варшаве. Кроме того, еще двух агентов Разведупра, т. е. фактически все, чем располагал в Варшаве Разведупр. При моей помощи был завербован 1-й секретарь полпредства Аркадьев. Сосновский (крупнейший резидент польской разведки в СССР) поручил мне подготовить ему обстоятельную информацию по ДВК. Кроме того, я проводил торможение дел в интересах польской разведки и отвод оперативного удара ОГПУ в сторону от созданной 2-м отделом шпионской базы в Союзе».
   Член заговорщической организации в НКВД начальник Особого отдела Гай был завербован в германскую разведку в 1931 году, будучи в командировке за границей. Гай систематически передавал германской разведке сведения о военной промышленности, материалы, всесторонне характеризующие состояние Красной Армии, материалы по авиации, по танкам, по артиллерии, о состоянии артиллерийского снарядного хозяйства, о подводных лодках и т. д.
   В 1934 году в беседе с Ягодой Гай признался, что он состоит шпионом на службе германской разведки.
   «…Ягода, выслушав меня, сначала набросился на меня с обычными для него ругательствами. Ругал он меня главным образом за то, что я столько времени от него все это скрывал. Когда я спросил у Ягоды, когда я буду арестован, кому сдавать дела, Ягода мне ответил: «Подождите сдавать дела. Расстрелять вас всегда успеется. Вы должны принести пользу большому делу». Он сразу перешел к тому, что мне придется кое-что сделать для германской разведки, что иного выхода нет. Ягода прямо подчеркнул мне, что он мне дарует жизнь, потребовал от меня беспрекословного исполнения любых его распоряжений». (Из показаний Гая).
   Будучи связанным сам и связывая своих сообщников с германской и польской разведками, Ягода привлек участников заговора на службу также и в японскую разведку.
   По этому вопросу Гай на следствии показал:
   «…Ягода как руководитель заговора создавал условия для работы японской разведки и в аппарате НКВД. В конечном итоге, говорил он, не все ли равно, оказываем ли мы, в интересах заговора, услуги японцам непосредственно или через их ближайшего союзника – немцев. Ведь между ними существует полнейший контакт, заявил Ягода. Ягода поручил мне прикрывать и тормозить вскрытие серьезных линий работы японской разведки».
   Осуществляя задания правого центра, Ягода активно готовил антисоветский фашистский переворот с целью свержения советской власти, убийства руководителей партии и правительства и реставрации капитализма. В этих целях Ягода поручил Молчанову, как начальнику Секретно-Политического отдела, проводить прямую поддержку контрреволюционной деятельности правых и троцкистов, путем неправильного ведения следствия по разоблаченным правым и троцкистам, смазывания и замораживания этих дел, а также организации убийства тех сотрудников, которые могли явиться разоблачителями преступления Ягоды и его сообщников. Ягода на следствии показал:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация