А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "К колдунье не ходи" (страница 18)

   Глава 12

   Несмотря на эти печальные мысли, спала Инга крепко и спокойно. И хорошо, что ей удалось всласть выспаться и проснуться бодрой и полной сил, потому что следующий день принес сыщикам массу новых известий и хлопот.
   Первой объявилась «Дианочка». Не было похоже, чтобы ночь в лапах сотрудников «Кометы» как-то повредила девушке. Возникшая на пороге квартиры Инги горничная держалась в своей обычной бодрой и слегка хамоватой манере:
   – Хозяйка сказала, чтобы я у вас побыла. За мной сейчас Ваня заедет. Кофейком угостите?
   – Доброе утро. Заходи, – пригласила ее Инга, кутаясь в голубой махровый халат и чувствуя себя крайне неловко перед этой девицей.
   Черт бы побрал Алену! Зачем она прислала эту нахалку к ней? Это ее горничная, пусть бы к себе ее и вызывала.
   – Алена Михална сказала, что Василь Петровичу плохо. Он приболел малость. Она не хочет, чтобы я от него заразилась, вот к вам меня и прислала.
   Заразилась! Как же! Алена просто не хочет, чтобы горничная видела хозяина в том состоянии, в каком обычно пребывал Василий Петрович наутро после хорошего дружеского кутежа. Ну, что же… если Алена считает нужным прислать свою горничную к подруге, тогда Инга снимет с ситуации все пенки. И внезапно раздражение ее уступило место какому-то задору.
   – Проходи на кухню, приготовь кофе, – тоном очень важной дамы произнесла Инга. – Когда все будет готово, сообщишь! А я иду в ванну. Мне не мешать!
   Вероника слегка прибалдела от такого тона. И извиняющимся голосом произнесла:
   – Я не знаю, где у вас кофе и сахар.
   – Разберешься. И чтобы к приезду Алены Михайловны и Вани у тебя все уже было готово. Алена Михайловна не такая добрая, как я, она ждать не любит.
   Присмиревшая Вероника побежала в кухню, а Инга скрылась в дверях ванной комнаты. Она занялась собой по полной программе. Сначала умягчающая ингаляция горячим солевым раствором, потом очищающая маска, антивозрастная сыворотка вокруг глаз и легкий питательный крем по окончании процедуры.
   Волосам Инга также уделила особое внимание. Она их расчесала, помассировала кожу головы, обработала волосы экстрактом хвоща, репейника и ромашки и, почувствовав, как новые молодые волоски буквально начали рваться наружу, со скрипом пробивая себе путь сквозь кожу, с удовлетворением тряхнула головой.
   С косметическими процедурами она закончила. Инга выглядела прекрасно, чувствовала себя ухоженной, молодой и прекрасной, но вот аромата сваренного кофе она так и не дождалась. Потянув носом в очередной раз и убедившись, что кофе нет и не предвидится, Инга вышла на кухню.
   – И что с кофе? – требовательно спросила она у Вероники.
   – Я не знаю, как включается у вас плита. Или она у вас сломалась? Вроде бы газ должен идти, а спичку подносишь, он не загорается. У всех моих хозяев давно уже «керамика» в кухне стояла. Да и это – вчерашний день, у некоторых вообще какие-то такие плиты стоят, что названий и не выговоришь.
   – А у твоих родителей тоже такая? – съехидничала Инга.
   Но Вероника издевки не поняла и на полном серьезе ответила:
   – У нас дома плита дровяная. На газовые баллоны у бати денег не хватает. Зато халявных дров в лесу всегда полно. Бери пилу и топор, да и готово! Закидаешь в топку – и хорошо.
   Инге стало стыдно. Бедная девочка, из грязного хлева – и угодить прямиком в боярские хоромы. Вероника еще молодцом держится, у самой Инги от такого стремительного взлета давно бы голова закружилась.
   – Вот так включается плита, – показала Инга. – Что слышно об этих, из «Кометы»?
   – Сейчас наши подтянутся, и я все расскажу, – неожиданно миролюбиво ответила Вероника. – Всю ночь не спала. Если сейчас кофейку не глотну – усну и Алены Михалны не дождусь!
   Вероника выпила две большие чашки кофе, прежде чем появилась Алена со своим неизменным телохранителем. Вид у подруги был немного бледный. А на вопрос, как здоровье Василия Петровича, она лишь отмахнулась:
   – Могло быть и лучше. Лежит, стонет. А чем я могу ему помочь? Лекарство Ваня ему еще вчера купил – три бутылки, пусть теперь пьет и отлеживается после вчерашнего.
   Но увидев свою горничную, сидящую за столом с чашкой в руках, Алена повеселела:
   – Ну, как дела?
   – Что смогла, то разузнала.
   – Рассказывай все по порядку и не усни при этом!
   Вероника послушно поморгала глазами, прогоняя подступающий сон, а потом виновато объяснила:
   – Всю ночь от домогательств Валерки отбивалась!
   – Кого?
   – Валерка – сотрудник ихнего центра. Классный парень! Иномарка у него, квартира, прикинут круто. Ихний центр все это ему дал.
   – Правильно говорить – «их центр», – занудливым тоном старой училки поправила девушку Инга.
   – Ой, я вас умоляю! – скривилась Вероника. – Не маленькая! И кадры на меня такие клюют, что ой-ё-ёй! Один Валерка чего стоит!
   Инга видела, что про Валерку горничная упомянула несколько раз, специально для того, чтобы увидеть, какую реакцию вызовет упоминание имени соперника у Вани. Но телохранитель и глазом не моргнул, что опечалило Веронику и обрадовало Ингу. Почему ей так неприятно, что Ваня обратит внимание на Веронику? Может быть, потому, что в свое время он обратил внимание также и на нее, на Ингу? И таким образом это как бы ставит ее и Веронику в один ряд. А вставать с Вероникой в один ряд Инга не собиралась ни при каких обстоятельствах.
   Между тем Алена уже приступила к допросу прислуги:
   – И что за Валерка? Как его полное имя?
   – Валерий Аполлонович Платов.
   Инга про себя усмехнулась. Одна – Эвридика Ивановна, другой – Валерий Аполлонович. Что, у них там по степени причастности сотрудников к древнегреческим мифам отбирают? Но эти двое – нижнее звено, кто же тогда стоит во главе этого центра? Зевс Гомерович Меркурьев? Или Вакханалия Геркулесовна Медузогоргонская?
   Но остальные ее веселья не разделили. Ваня и Алена не увидели ничего смешного в отчестве Валерия, они пристально смотрели на Веронику, ожидая продолжения рассказа.
   – Помутили они меня хорошо, скажу я вам. Только к одиннадцати часам вечера ночлег для меня нашелся. Я так поняла – из того, о чем Валерий с этой мымрой белесой беседовал, – что сначала они хотели меня к кому-то другому отправить, а тот, другой, не смог или не захотел меня у себя приютить. Потом они еще кого-то нашли, а там снова сорвалось. В общем, когда одиннадцать часов пробило, я этой Евредике позвонила и твердо сказала: либо она меня на ночлег устраивает, либо я в другой центр пойду. Ночевать мне где-то надо, я не бродяжка какая-нибудь, чтобы на вокзале сидеть!
   – И что?
   – Тогда она про этого Валерия и вспомнила. И очень удачно получилось. Потому что Валерка – из себя маленький такой, плюгавенький, и сразу видно, что бабы ему не дают, несмотря на все его бабки. В общем, он как меня у себя на пороге увидел, прямо весь затрясся, гоголем передо мной заходил и начал пальцы веером распускать.
   – Строил из себя очень важную персону?
   – Не то слово, – кивнула головой Вероника. – Слушайте, тетя Инга, а почему у вас никаких печенюшек к кофе нету? Если честно, я после ночи здорово голодная.
   – Печенья не держу, это для фигуры плохо, – ответила Инга, немного ошеломленная тем, с какой легкостью она перекочевала в разряд «теть». – Могу сделать тебе сэндвич с ржаным хлебом и огурцом.
   – А колбаски к этому вашему сэндвичу не найдется?
   – Есть буженина.
   – Вообще-то, я докторскую колбасу очень люблю, – совершенно по-детски призналась ей Вероника. – Но пусть уж будет эта ваша буженина. А что это хоть такое?
   – Мясо. Копченое мясо.
   – Мясо – это хорошо, – одобрила Вероника. – А то я уж испугалась, чего вы мне там суете. Вы – богатые – всякую дрянь жрать привыкли. К примеру, у нас в поселке хоть люди и бедно живут, а нипочем улиток хавать не станут. А у вас в ресторанах, я видела, за бешеные бабки эту гадость подают!
   – Давай вернемся к твоему Валерию.
   Вероника в этот момент с интересом следила за манипуляциями Инги у кухонной панели, но ослушаться приказа хозяйки не осмелилась:
   – Так вот, Валерий, как меня увидел, сразу же охмурять начал. И шампанское для меня открыл, и в ванну – джакузи с пузырьками – меня пригласил. И, главное дело, галантно так держался. Пока я ванну не приняла и шампанское не выпила, он даже целоваться не полез!
   Да уж, галантный кавалер, через час после знакомства уже с поцелуями лезет. Будь на месте Вероники невинная девушка, она в страхе бы убежала от такого кавалера. Но Веронике, судя по всему, и такое обхождение было в диковинку. Наверное, у них в поселке парни ухаживали за девушками гораздо проще. Роль джакузи выполняло ближайшее озеро, а вместо шампанского, в лучшем случае, они могли предложить пиво.
   – Шампанское мы выпили, и этот Валера даже начал мне нравиться. Но я помнила, зачем вы меня к нему подослали. И поэтому держалась изо всех сил.
   – Молодец.
   – Конечно, разок поцеловать мне его все же пришлось. Очень уж он этого хотел. Но потом я твердо сказала, что я девушка порядочная, хочу других развлечений. И когда Валера спросил, каких именно, я сказала, что хочу в компьютерные игрушки поиграть. Дескать, мне мама к компьютеру даже близко приближаться не разрешала, дома у нас тоже компьютера не было, мама считала, что у меня глаза от него ослепнут.
   – И он тебе поверил?
   – Наверное. Я же как полная идиотка выглядела. А Валерка – парень добрый. Он очень сочувственно сказал, что с мамами лучше не спорить. А я сказала, что мама моя все равно уже умерла. А он в ответ сказал… Ой, тетя Инга, вы потолще эту вашу бужепопу режьте, пожалуйста. И по два куска ее на бутер кладите, я повкуснее люблю. Так вот, Валера мне и говорит…
   Алена не выдержала и железным голосом перебила разболтавшуюся горничную:
   – Вероника, что ты нашла у него в компьютере?
   – А… а в компьютере у него много всякого закачано. Только я же понимаю, вас имена тех, кто, как я, в центр обращался, интересовали. Ну, я немного за Валеркиным компом в шарики и другую ерунду поиграла, он все время возле меня терся, хвалил, как у меня хорошо получается, а я и не старалась вовсе, потому что…
   – Вероника, говори исключительно по делу!
   – Ну, а я как говорю? Поиграла я, а потом и говорю: глупости это все, мне надо реально с компьютером познакомиться. Как и что у него включается, какие окошки. Парочку дурацких вопросов ему подкинула, ну, типа, что такое файл и как его вложить. Валерка прямо охреневал от моей компьютерной дремучести. Он так и сказал.
   – И его не насторожило, что ты такой интерес к его компьютеру проявила?
   – Не говоря уж о том, что ты о себе никаких документов им не предоставила!
   – Это твоего Валеру не заставило встревожиться?
   – Не-а, – покачала головой Вероника, с благодарностью принимая свой бутерброд из рук Инги и с наслаждением откусывая от него большой кусок. – Валерка весь из себя спокойный был, как удав. Только меня хотел очень. А так – никаких подозрений у него не зародилось. Я так поняла, у них там с этой Евредикой накладка произошла. Она ему чего-то не так сказала, и он решил, что я уже полностью прошла проверку. Они ведь в свой центр далеко не всех принимают, вы это знали?
   – Конечно! Что там в компьютере было?
   – Мы с Валеркой принялись разные программы осваивать. Я под его руководством здорово вперед продвинулась. Прежде-то я компьютер трогала только на уроках информатики, а тут прямо даже кой в чем разбираться стала.
   – Хорошо, молодец.
   Инга понимала, что девушку надо похвалить. По-своему она очень старалась. И ждала награды за свое усердие.
   – Значит, так, мы с Валеркой по разным программам лазали, он мне все очень старательно показывал, а потом я как бы случайно в окошко с надписью «документы» ткнула. И там целая таблица выпала. Ну, я быстренько, пока Валерка мух ловил, фамилию Филипчук нашла и на нее ткнула. Она там два раза шла, но я только один раз ткнуть успела. И прочитала: Елена Филипчук, мальчик Коля и еще разная лабуда.
   – Какая лабуда?
   – Ну, фамилии разные. Буквы какие-то, цифры. Шифр, наверное.
   – Что за буквы?
   Вероника зажмурилась и быстро выпалила:
   – РД18011212. Не знаю, что это означало.
   – Ты точно запомнила?
   – А то! И там еще три циферки на конце стояли, три пятерки.
   – Точно?
   – Ну да! Точно! У меня память знаете какая? Как у слона! Моя учительница всегда надо мной офигевала, мол, какая я из себя – никакая, а память у меня – офигенная.
   Инга не выдержала и сунула Веронике в руки еще один бутерброд. Пусть ест и молчит! Но Алена все же потребовала у горничной, чтобы та еще раз продиктовала ей буквы и цифры и записала их на отдельном листочке. А потом уставилась на него, озабоченно нахмурившись.
   – А про вторую сестру Филипчук тебе удалось узнать что-нибудь?
   – Нет. Валерка разозлился, что я в эту таблицу влезла. Свернул все, сказал, что на один вечер хватит занятий, пора и поразвлечься немножко.
   – И как же вы развлекались?
   – В клуб поехали. Сначала в один, потом в другой. И везде Валерка меня поил. Наверное, думал, дурачок, что я от спиртного окосею и ему отдамся. Не обломилось ему! Меня бухло не берет. Я секрет знаю.
   – И какой?
   – Кусок сливочного масла съедаешь – и порядок! Хоть литр спирта выпьешь – не окосеешь. Я у Валерки в холодильник сразу же залезла, пачку масла нашла и целиком ее сожрала.
   – Без хлеба?! – ужаснулась Инга.
   – Ага. Мутило меня потом немножко, но чего для правого дела не сделаешь!
   И Вероника горделиво оглядела всех. Она явно ожидала, что на нее дождем польются похвалы, но Алена не торопилась с этим. И спросила:
   – А еще что тебе удалось узнать? Имена и фамилии других сотрудников центра? Кто у них во главе стоит? Как долго они существуют?
   – Ага! – фыркнула Вероника. – Еще бы номера счетов, где они свои бабки держат, спросили. Вы чего, Алена Михална? Если бы я такие вопросы Валерке задавать начала, он бы меня точно раскусил. А так, мы с ним всю ночь катались, утром он по делам поехал, а я к вам подалась. Сказала, что будто к себе домой за документами отправляюсь, а сама – к вам.
   – С пустыми руками!
   Вероника съежилась. Она-то ожидала похвалы, а тут… Ване и Инге стало жаль девушку, и они дружно кинулись на ее защиту:
   – Что вы, Алена Михайловна, такая строгая! Девочка и так сделала все, что могла.
   – Валера этот – тертый калач, нам повезло, что он вообще Веронику не обидел.
   – Да, а насчет ваших вопросов я сегодня вечером опять к Валере поеду, – приободрилась Вероника. – Могу его еще кой о чем спросить.
   Но у Алены в этот момент зазвонил телефон, и она просто отмахнулась от горничной. Звонил ее дорогой Василий Петрович, и все другие дела отошли для Алены на задний план.
   – Да, дорогой, – нежно проворковала она. – Как ты себя чувствуешь? Да, мы у Инги. Есть новости? И какие? – Какое-то время Алена молча слушала, а потом произнесла: – Ой, как жалко девчонку! Такая молодая. А насчет того, что ты мне сказал, ты уверен? Ах, Володька узнал… по своим каналам… Ну, тогда, конечно… – И, убрав трубку в карман, Алена посмотрела на своих друзей:
   – Лена умерла.
   – О!
   – Да, у нее сердце отказало. Не выдержало нагрузки.
   – А ей не могли в этом?..
   – Не могли ли ей помочь умереть?
   – Да!
   – Вряд ли. Врачи и так удивлялись, что она вообще живой до больницы доехала. Но я не об этом хотела вам рассказать! Коля так и пропал! Ни в одной из детских городских больниц появления мальчика не зафиксировано. На месте аварии была только одна машина «Скорой помощи», и эта машина забрала одну только Лену.
   – А Коля?
   – Мальчик куда-то делся. О случившемся узнала мать потерпевшей…
   – Лариса Львовна!
   – Верно, Лариса Львовна примчалась в больницу к дочери, она тоже очень встревожена исчезновением внука. Первое, что она спросила, когда увидела врачей: в какой больнице находится ребенок? Ей никто не мог сказать, где Коля, и бабушка кинулась в полицию.
   – Значит, Колю наконец-то ищут? – обрадовались девушки.
   – Да. И, будем надеяться, скоро найдут.
   – Тем лучше для малыша.
   Все молча с этим согласились. Если мальчик и жив, все равно неизвестно, в каком состоянии сейчас маленький Коля. Его похититель, возможно, совсем не обучен обращению с младенцами. Ребенка могут забыть вовремя накормить, вообще не покормить, не дадут воды или дадут, но с густо замешанным в ней снотворным. Несчастный малыш в состоянии сонного дурмана, а никто этого и не заметит. Ну, спит себе ребеночек, как хорошо! Умилятся еще!
   – Лично мне всегда подозрительно, когда взрослые несут на руках спящего младенца. Так и хочется их остановить, спросить документы и с пристрастием допросить: кто они такие, откуда у них этот малыш, да и степень их родства с ним тоже не мешает установить.
   – Будем надеяться на лучшее, – пробормотала Алена, а потом внезапно хлопнула себя по лбу: – Да, вот еще что! Знаете, что самое странное в этой истории?
   – Что?
   – Сначала мы думали, что маленький Коля – это сын Ульяны. Верно?
   – Да.
   – А потом думали, что он – ребенок Лены. Да?
   – Точно.
   – Ну, так вот… – произнесла Алена тоном фокусника, собирающегося вытащить из своего цилиндра здоровенного белого кролика, или даже не кролика, а целого взрослого поросенка. – Так вот… этот ребенок – вовсе не ее сын!
   Все ошеломленно молчали, глядя на Алену. Никто не мог произнести ни слова.
   – Коля не сын Ульяны – это ясно, – пробормотала Инга. – Но ты хочешь сказать… что и Лена – не его мать?!
   – Именно!
   – А как это установили?
   – У Лены точно такие же, если можно выразиться, нерожавшие женские органы, как у ее сестры. Обе женщины ни разу не беременели и не рожали. Коля не мог быть сыном ни одной из них!
   – Но где же тогда девицы взяли младенца?!
   – Вот в этом и вопрос! И знаете, что мне кажется?
   Алена так торжественно подняла вверх указательный палец, что остальные невольно заинтересовались:
   – Что?
   – Ответ на этот вопрос очень многое может выявить во всей этой истории!
   Все молча пытались осмыслить услышанную от Алены новость и сделать из нее выводы. Если ребенок – не сын Лены, то как же ей удалось внушить своему олигарху Филимону, что ребенок от него? Если у нее вообще никакого ребенка не было? Но ведь олигарх подарил Лене квартиру и давал ей деньги на содержание сына. Во всяком случае, Лена так говорила соседке.
   – Или ничего не было? И ни олигарха, ни его денег? А была какая-то мутная афера с центром «Комета»? Недаром ведь там имена обеих сестер Филипчук.
   – Да, «Комету» надо прощупать поосновательнее, – согласилась Инга. – И знаешь… этот шифр, который Вероника запомнила в компьютере Валерия… Знаете, что я подумала? Ведь если сестры Филипчук раздобыли как-то новорожденного ребенка, то где они его взяли? Дети из ниоткуда не возникают. Они должны где-то и когда-то родиться.
   – К чему ты это говоришь?
   – Помните цифры из компьютера Валерия, которые мы приняли за шифр?
   – Да.
   – Что это, по-вашему?
   – А по-твоему?
   – Место и дата рождения Коли! РД18 – номер родительного дома. А 011212 – это дата рождения. Первое декабря 2012 года! Коле как раз примерно полгода, насколько я разбираюсь в малышах. Эти цифры вполне могут быть датой его рождения.
   – Да, интересная версия.
   – Это не просто версия. Я мельком глянула на документы Коли, когда Лена трясла ими перед нами. И невольно обратила внимание на странную дату рождения: сплошные единицы, двойки и нули. А когда Вероника выговорила этот номер, у меня в голове будто бы что-то щелкнуло! Если мы узнаем номер родильного дома, в котором появился на свет Коля, то, я уверена, это будет восемнадцатый родильный дом!
   – Но тогда… тогда в деле замешана х…ва туча медиков! Тут и патронажная сестра, и акушерка в родильном доме, и участковый врач-гинеколог. Не могла же биологическая мать Коли все девять месяцев проходить беременной, а потом родить где-то в кустах и отнести ребенка к Лене!
   – Которая все эти девять месяцев также усиленно изображала перед всеми беременную!
   – Ну, допустим, только последние три. Как сказала Лариса Львовна, дочка до шестого месяца скрывала свою беременность. Даже она ничего не замечала. А потом вдруг Лена резко пополнела. Стала набирать вес, отрастила огромный живот.
   – Но все равно, афера с подменой младенца была задумана не в один день. И она требовала крупных денежных вложений. Кто их сделал? Уж не Лена и не Ульяна, у тех с деньгами всегда было напряженно.
   – Кто же платил?
   Так как никто не смог сразу же ответить на этот вопрос, Инга продолжила нить своих рассуждений. И Алена ей подсказала:
   – Кстати, если уж говорить о свидетельстве о рождении Коли… Там в графе отец стоит имя какого-то Филимона Шемякина.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация