А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Двойник Декстера" (страница 17)

   Глава 16

   Неудивительно, конечно, но я почти не спал ночью. С открытыми или закрытыми глазами я думал только об одном – о теле в маленьком доме, о том, что было сделано почти по-декстеровски правильно, и о самом Декстере, который стоял над столом и, разинув рот, смотрел в зеркало. Мы оба, как идиоты, тормозили, в то время как сирена звучала все ближе и ближе…
   Свидетель заранее подготовил и расставил безупречную ловушку, чтобы поймать не кого-нибудь, а меня, и капкан почти защелкнулся. Идеальная наживка. Привлечь, потом ошеломить до беспамятства видом тела, обработанного именно так, как сделал бы я сам… Я видел много тел в таком виде, и они неизменно доставляли мне радость, поэтому казалось нечестным, что кто-то украл мою мечту, вселил в меня страх, привнес в мысли почти человеческий ужас. Может быть, это и есть совесть? Метаться всю ночь в постели, думая о том, что ты совершил нечто ужасное и в любую минуту тьма восстанет и сокрушит тебя… Ощущение мне совершенно не понравилось, а еще неприятнее оказалось сознавать, что Тень так аккуратно подставила Декстера и чуть не «достала».
   Но что я мог сделать? Что придумать, как найти и положить конец этой чудовищной нависающей опасности? Выследить «хонду» – лучший (и единственный) вариант, и я прошел по этому пути, обнаружив в итоге Свидетеля, опередившего меня на три шага. Теперь он оглядывается с торжествующей ухмылкой. Что осталось? Разве только ждать следующего хода. Свидетель его готовит, я ни на минуту в этом не сомневался. Мне негде узнать, каким он будет и откуда обрушится удар. Мне известно лишь о первой попытке, оказавшейся успешной, а следующая неизбежно будет еще лучше.
   Поэтому я до утра вертелся в постели, нервничая и скрипя зубами в беспомощной, мучительной тревоге, и наконец заснул без сновидений, примерно в половине шестого, чтобы в семь прыжком вернуться в реальность по звонку будильника. Я провел несколько напряженных и бессмысленных минут, пытаясь уверить себя, будто всего-навсего видел плохой сон, но оказался недостаточно убедителен. Это произошло. Случилось на самом деле, и я не имел ни малейшего представления, что теперь делать.
   Шатаясь, я побрел в душ, оделся и каким-то образом добрался до завтрака, надеясь обрести хоть какое-то облегчение. И Рита оправдала мои надежды. На столе была приятная теснота из блинов с черникой и бекона. Я плюхнулся на стул, а Рита подала мне дымящуюся кружку с кофе и постояла рядом со странным, слегка неодобрительным выражением лица. Я поднял глаза.
   – Ты вернулся поздно, – сказала она немного мрачнее, чем обычно, и я задумался почему.
   – Да, прости, – ответил я. – Мне нужно было провести несколько… тестов. В лаборатории.
   – Тестов, – повторила она. – В лаборатории.
   Вошла Эстор и с грохотом придвинула стул.
   – Почему мы должны есть блины? – поинтересовалась она.
   – Потому что тебе от них будет плохо, а я хочу, чтобы ты страдала! – огрызнулась Рита и отвернулась к плите. Эстор посмотрела на мать с почти комической гримасой удивления, которое испарилось почти сразу же, как только она перехватила мой взгляд.
   – Черника застревает в скобках! – ворчливо пожаловалась она, а потом появился Коди, и ложка, запущенная Лили-Энн, описав изящную дугу, стукнула Эстор по затылку. Та ойкнула, Коди засмеялся, и все претензии по поводу спокойного и приличного поведения вылетели в трубу: Эстор вскочила, опрокинув тарелку с едой на пол, и та разбилась на три большие части. Не обращая внимания на беспорядок, Эстор взорвалась в припадке гнева и жалости к самой себе. Рита прибралась, вручила ей другую тарелку и отругала. Лили-Энн начала реветь, а Коди просто сидел и улыбался. Он стянул кусочек бекона с тарелки сестры, когда решил, будто никто на него не смотрит.
   Я взял Лили-Энн со стульчика, отчасти чтобы успокоить, а отчасти защитить от Эстор, и, придерживая одной рукой на коленях, допил кофе. Прошло несколько минут, прежде чем Эстор перестала грозить младшим, а уровень шума понизился до обычного. Я доел блины и выпил вторую кружку кофе; мозг не стал работать лучше, но, покончив с завтраком, я по крайней мере достаточно приободрился и стал способен вести машину. Поскольку никаких иных вариантов, кроме следования привычной утренней рутине, не предвиделось, я поставил кружку в раковину и тупо поехал на работу.
   По пути я слегка расслабился. Не потому что я выработал Гениальный План или понял, будто на самом деле все не так плохо. Нет, все было плохо, а может быть, даже хуже. Но, как всегда, убийственная нервотрепка майамского шоссе меня успокоила, более того, я всегда обретаю утешение в заведенном порядке. Приехав на работу, я уже не поднимал плечи до ушей, а добравшись до стола, перестал судорожно стискивать зубы, хотя какой толк? Видимо, бессознательно я считал работу чем-то вроде убежища. В конце концов, мой маленький кабинет находился в полицейском участке, в окружении сотен суровых и хорошо вооруженных мужчин и женщин, которые поклялись служить и защищать. Но тем утром, когда мне так хотелось обрести уютную и безопасную гавань, я получил очередной гвоздь в крышку гроба Декстера.
   Это нужно было предвидеть. Конечно, я хорошо знал: моя работа предполагает выезд на место преступления. Мне также было хорошо известно о совершенном прошлой ночью преступлении. Очень простое уравнение – причина и следствие. Так отчего я впал в неприятный шок, оказавшись в той самой маленькой комнате, которую так недавно в спешке покинул, и глядя на груду частей тела, сложенную абсолютно по-декстеровски?
   Но, так или иначе, шок меня настиг и еще усилился с течением времени, по мере того как проходили привычные следственные процедуры. Каждая стандартная стадия процесса увеличивала мою панику. Когда Эйнджел Батиста начал искать отпечатки пальцев, я несколько минут обливался потом, лихорадочно пытаясь вспомнить, не снимал ли перчатки. Я решил – несомненно, нет, но в этот момент Камилла Фигг пошла с фотоаппаратом во двор и начала снимать следы – мои следы! Еще пять ужасных минут я провел, бесцельно убеждая себя, что сегодня на мне другие ботинки и я избавлюсь от тех, которые надевал вчера вечером, как только вернусь домой. А потом, словно в подтверждение собственного идиотизма, я несколько минут размышлял, стоит ли выбрасывать хорошие дорогие ботинки и входить в непредвиденные расходы.
   Свои обязанности я выполнил довольно быстро; на столе оказалось немного крови, и еще меньше – на полу. Я обрызгал «Блюстаром» пару вероятных мест, чтобы не выглядеть бездельником, но находился в таком раздрае, что не заметил бы и лужу в два ведра. Все внимание поглощали действия коллег. От каждой процедуры, которую они производили, мое существо охватывал новый пароксизм ужаса, и по спине скатывались струйки пота, поэтому в конце концов я совершенно вымотался и рубашка прилипла к телу.
   Раньше у меня еще никогда не было столь недвусмысленных поводов для тревоги, но, несмотря на повышенную потливость и нервозность, происходящее казалось мне слегка нереальным: всего несколько часов назад я стоял здесь, в этой самой замызганной комнате, и созерцал одно из жутчайших зрелищ в своей долгой, исполненной зла жизни. И вот я снова тут, в составе команды, пытающейся найти преступника, в то время как моя вторая ипостась с лихорадочным трепетом наблюдает за процессом. Это сюрреалистическое столкновение Темного Декстера с Декстером при Исполнении. И впервые я усомнился, смогу ли удержать обе половины от слияния.
   В какой-то момент я увидел собственное отражение в зеркале, почти в том же самом положении, что и вчера ночью, но на сей раз я держал в руке не нож, а бутылку с «Блюстаром», и две разобщенные реальности с грохотом столкнулись. На несколько минут звуки следственной суеты совершенно затихли, и я оказался наедине с самим собой. Не могу сказать, будто мне было приятно; я разглядывал свое отражение, пытаясь осмыслить картину, в которой не находил никакого смысла.
   Кто я такой? Что я здесь делаю? А главное, отчего не бегу со всех ног? Идиотские, бессмысленные вопросы проносились в моем мозгу, описывая круги, и в конце концов даже простейшие слова стали казаться незнакомыми. Я стоял и смотрел на лицо, которое внезапно сделалось совершенно чужим.
   Наверное, я бы застыл там навеки, если бы Винс не вывел меня из транса.
   – Очень красиво, – сказал он, – и очень мужественно. А теперь очухайся.
   Его лицо появилось в зеркале рядом с моим, и до меня донесся шум окружающей действительности. Я вспомнил, где нахожусь, хотя и не понял слов Винса. Я быстро отвернулся от зеркала, взглянул на него и переспросил:
   – Что-что?
   Он ухмыльнулся.
   – Ты смотришься в зеркало уже минут пять, – пояснил он.
   – Э… я задумался, – слабо выговорил я.
   Винс покачал головой и вдруг посерьезнел.
   – Не засоряй себе мозги, юный Скайуокер, – посоветовал он и отошел.
   Я встряхнулся и вновь притворился занятым работой. До полудня я отчужденно витал в клубах адреналина и все время чувствовал, как вот-вот разойдусь по швам.
   Но я не развалился на куски и не самовозгорелся, а каким-то чудом выжил. Я прекрасно знаю, насколько хрупко человеческое тело, но Декстер, должно быть, создан из крайне прочного материала, поскольку он пережил кошмарное утро, не пал жертвой инфаркта и даже не выскочил в помрачении ума на улицу, выкрикивая признания и умоляя о милосердии. Несмотря на прилежный, упорный, профессиональный труд, эксперты так и не нашли ни единого признака моего пребывания тут накануне. Декстер выжил вопреки неравенству сил и вернулся в офис целым и невредимым, хотя и изрядно расстроенным.
   Я с неподдельным облегчением плюхнулся на стул и некоторое время, сосредоточившись, пытался восстановить дыхание. Кажется, помогло. Я понимаю, это не делает чести моему рассудку, но даже при очевидных свидетельствах, гласящих о прямо противоположном, я чувствовал себя в безопасности, сидя за столом. Я закрыл глаза, пытаясь немного расслабиться и поразмыслить спокойно и рационально. Допустим, меня вынудили искать самого себя. Я чуть не попался, но все же вывернулся. Малоприятно оказалось возвращаться на сцену ночного кошмара в роли Дневного Декстера, но я пережил и это, и, похоже, никто не сумел провести параллель между мной и трупом на столе.
   Я постепенно начал внушать себе, будто ситуация не так плоха, как кажется, и благодаря откровенно безмозглому упорству почти уверился. А потом совершил серьезную ошибку – сделал последний глубокий вдох, налепил на лицо ужасающе фальшивую улыбку и вновь принялся, как и положено, проверять входящие.
   Тщательно созданное искусственное спокойствие улетучилось, точно никогда и не существовало, едва я увидел анонимное письмо с коротким заголовком: «Все ближе».
   Я не знал, что это означает, но немедленно понял, кто автор и отправитель. Бесконечно перечитывая заголовок, я вновь ощутил приступ страшной паники – волна вздымалась выше и выше, и мне показалось, что сейчас я закричу.
   Вздохнув, я постарался унять страх, но он положил меня на обе лопатки, и моя рука тряслась, когда я щелкнул мышкой, открывая письмо. Пока я его читал, в душе, все возрастая, звучало жуткое шипение. Безмятежность покинула мир.
   Как и предыдущие, это письмо украшала надпись «Блог Тени».
   Но на сей раз я обнаружил пугающую разницу. Тень от букв, которая раньше была бледно-красного цвета, разрослась до размеров огромной лужи, несомненно кровавой. Небольшая дорожка алых следов вела от «шапки» вниз, к короткому заголовку: «Все ближе». С тошнотворным ощущением ужаса, я посмотрел ниже и начал читать.

   Я многое узнаю о себе – и еще больше о тебе. Например, я и не знал, как быстро ты бегаешь. Ведь ты удрал. То-то, ну и картинка была, когда ты несся в темноте, поджав хвост. Жаль, меня там не было с камерой.
   Я узнал про тебя и много чего другого. Я наблюдал за тобой, даже когда ты об этом не подозревал, – например, когда ты шел с пакетами из магазина, или сидел в машине, или возился со своей дурацкой бутылкой на работе и делал вид, будто ты такой же, как все. Ты неплохо притворяешься, уж я-то могу оценить. Я и сам притворялся всю жизнь. Когда я сказал, что многое узнаю о себе… угадай, что я теперь могу сделать?
   Я знаю, ты читаешь мой блог. Нетрудно выяснить, кто заходит на мою страничку. Вынужден тебя огорчить, я неплохо разбираюсь в компьютерах. Ты это постепенно поймешь. Ты читаешь блог и знаешь, что я недавно развелся и мне это неприятно. Я воспитан в том духе, что развод – никудышный вариант, но моя жена так не думала… да она вообще не думала. Я пытался помириться, хотел доказать, что развод – это неправильно, но она становилась все стервознее, а главное, я начал понимать – дело не просто в стервозности и лени. Она безнравственна и зла ничуть не меньше какого-нибудь убийцы. И исправить ее нельзя, поскольку она – психопатка, которая высасывает жизнь из других людей и ничего не привносит в этот мир, кроме боли и страданий. Если она не может измениться, значит, нужно ее остановить.
   У некоторых просто нет ощущения Добра и Зла. Они такими родились. Например, ты. И моя бывшая жена. Когда она заорала на меня, приказывая убираться и никогда больше не приходить, а проклятые чеки присылать по почте… я вышел и увидел во дворе тебя.
   Знаешь, я тоже быстро бегаю. Ты видел только мою спину. Я вернулся в дом, посмотрел, как она разевает рот, и подумал о тебе, стоящем там, во дворе. Я знал: ты намерен вернуться и достать меня. Надо сказать, тут уж я сложил два и два и понял, кем теперь должен стать и что сделать. Прежний – я убежал бы со всех ног. Новый – я увидел, как это прекрасно, поскольку главное – принять ответственность, и внезапно я впервые понял, насколько далеко все зашло и как теперь быть, а именно… избавиться от нее и одновременно от тебя. Убрать двух Плохих Людей одним ударом. Теперь все ясно. Вот кто я такой. Я послан сюда, чтобы расправиться с нарушителями правил, с теми, кто зашел слишком далеко и не в силах вернуться. Ты. Моя бывшая. И бог весть кто еще. Их много. Я таких каждый день вижу.
   Следовательно, в чем-то я похож на тебя, правда? Но разница есть: я это делаю, чтобы остановить таких, как ты. Во имя Добра. Спасибо, что позволил взять с тебя пример. Может быть, я даже скажу тебе спасибо за мою новую подружку, хотя сомневаюсь, что она у меня надолго.
   Надеюсь, ты не считаешь себя в безопасности и не думаешь, будто все кончено. Я знаю, кто ты и где ты, а ты ничего обо мне не знаешь. И вот о чем подумай: я учусь у тебя. Учусь делать именно то, что делаешь ты, и собираюсь расправиться с тобой. Но ты не узнаешь когда и где.
   Тебе лишь известно, что я где-то рядом и приближаюсь.
   Ты не слышишь шум за спиной?
   Это я.
   Ближе, чем ты думаешь.

   Не знаю, сколько времени я сидел без движения, ни о чем не думая и даже не дыша. Возможно, не так долго, как мне показалось, поскольку здание не рассыпалось в прах, а солнце не остыло и не свалилось с неба. Но всетаки прошла не одна минута, прежде чем в холодную пустоту моего черепа проникла одна-единственная болезненная мысль, и даже когда она наконец дошла до меня в полном объеме, я по-прежнему не мог сделать ничего, не считая глубокого резкого вдоха, от которого в голове зазвучало эхо.
   Ближе?..
   Я перечитал проклятое письмо, отчаянно пытаясь отыскать какую-нибудь маленькую подсказку, красноречивое словечко или фразу, возможно, пропущенную с первого раза, которая должна была подтвердить, что я чего-то не понял и это дурная шутка. Но сколько бы раз я ни перечитывал неуклюжее самовлюбленное послание, оно оставалось неизменным. Я не нашел ни скрытого смысла, ни надписи невидимыми чернилами, содержащей номер телефона и адрес странички на фейсбуке. Все те же напыщенные, раздражающие фразы, приводившие меня к смутному и зловещему выводу.
   Он приближался и полагал, будто похож на меня, а я прекрасно понимал, что это значит и как он попытается действовать. Он описывал сужающиеся круги, точил клыки и сливался с окружающим пейзажем. В любую минуту – сейчас, завтра, через неделю – Свидетель мог напасть из ниоткуда, и у меня не было возможности противостоять ему. Я сражался с тенью в темной комнате. Но у тени имелись настоящие руки, а в них – реальное оружие. Он видел в темноте, а я нет, и он подкрадывался то ли спереди, то ли сзади, сверху или снизу. Я всего лишь знал: он хочет сделать то же, что и я, так же, как и я. Свидетель намеревался уничтожить меня – и подбирался все ближе…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация