А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Здравствуй, Мурка, и прощай!" (страница 16)

   Глава 16

   Обычно порядком подгнившие трупы находят в лесу по весне, когда сходит снег. А этот нашли осенью. Еще до первого снега... Может, оно и правильно. Трупы-то по осени считают, перед годовым отчетом.
   Холодно. Ветер швыряет в лицо слетающую с деревьев листву. Но Игнату что – он отмахнется. А покойнику тем более все равно. Он уже давно не чувствует ни боли, ни холода. Лежит себе под покрывалом из опавших листьев, как в саване. И воняет себе – отнюдь не на здоровье. Видок у него такой, что фильмы ужасов рядом не лежат.
   Эксперты приступили к работе. Бедные люди. Им сейчас не позавидуешь... Себе Игнат тоже не завидовал. Тошно. Но в стороне стоять совесть не позволяла.
   – Ух ты ж, да у него здесь железяка! – Коля Звонов аккуратно отобрал у покойника пистолет с глушителем, опустил его в прозрачный пакетик, передал Игнату.
   Пистолет системы «ТТ» калибра семь шестьдесят два. Занятная вещица. Самодельный глушитель многоразового использования. Доморощенные оружейники уже давно поставили производство этих штучек на поток. Да и пистолетов сейчас на черном рынке пруд пруди. «ТТ» у бандитов сейчас в большом ходу. Похоже, и сам покойник из этой когорты. Бритая голова, мощная комплекция, кожаная куртка, спортивный костюм, тяжелые ботинки с рифленой подошвой и бронебойными носками.
   – Судя по всему, ножевое ранение, – сообщил эксперт. – В область сердца. Точное попадание.
   – Да, попал братишка, – криво усмехнулся Игнат.
   – Орудия преступления нет. Видать, с собой забрали.
   – Забрали. Вопрос – кто?
   – Ищи, капитан, ищи, это твоя работа.
   – Легко сказать... Сколько он здесь пролежал?
   – Да недели три, не меньше.
   – Заметно. Сколько ж воды за это время утекло.
   Скорее всего, братка приговорил кто-то из своих. Вывезли в лес да пришили за какие-то грехи. Может, с ментами спутался. Или по своей воле. Или невольно – как в случае с Муркой.
   Мурка. Игнат вспомнил о ней, и стало еще холодней. Предал он Марину. Пусть и по долгу службы, но предал. Где она сейчас? В Лукарске она после зоны точно не появлялась. Родственники почили в бозе, а к Игнату она не пришла. Видно, не может простить ему предательства. А может, объявится еще. Если до того снова за решетку не угодит.
   Игнат нутром чувствовал, что дело дохлое. Очередной «глухарь». И прокурорский следователь Валера Извольский не излучал оптимизма.
   – Всю отчетность нам этот жмур испортит, – посетовал он.
   – Да уж ладно, – усмехнулся Игнат. – Одним висяком больше, одним меньше...
   Последние годы были на редкость урожайными на трупы. Братва совсем от рук отбилась. И своих мочат, и чужих, и просто тех, кто под горячую руку попался. Только в одном Лукарском районе за этот год восемнадцать нераскрытых убийств. Братки стараются работать профессионально, так, чтобы никаких улик после себя не оставлять. А бывает и такое – знаешь, кто убийца, а сделать ничего не можешь. Свидетели вдруг показания менять начинают или вовсе исчезают бесследно. И адвокаты как с цепи сорвались.
   А в данном случае свидетелей вообще нет. И мотив убийства неизвестен. Хорошо, еще личность убитого установить удалось. Помимо пистолета, у покойника нашлись водительские права. Желябов Павел Дмитриевич, одна тысяча девятьсот семьдесят первого года рождения.
   – В Москве права выдавались, – заметил Извольский. – Не наш клиент. Может, московские им займутся?
   Все правильно, менты живут по принципу «баба с возу – кобыле легче». И не только лукарские менты так живут, но и московские тоже.
   – Мечтать невредно, – хмыкнул Игнат.
   – Вредно не мечтать... – буркнул следак.
   У него еще оставалась надежда на то, что дело поручат другому следователю из его же прокуратуры. Ну не нравился ему этот жмур. Игнату он тоже не нравился. Но что делать? Сам он точно знал, что этот труп повесят на него. И самому Извольскому отвертеться не удастся.
   Так и оказалось. Расследовать убийство поручили Извольскому. А в оперативное сопровождение выделили Игната и его напарника старшего лейтенанта Соболя.
   Пистолет отправили на баллистическую экспертизу. Пока суд да дело, Игнат навел справки по Желябову. Информацию получил неутешительную. Активный член северо-западной московской криминальной группировки, действовавшей под эгидой крупного бандитского авторитета с помпезной кличкой Пахан.
   С информацией в зубах прибыл на доклад к Извольскому. Но тот уже был в курсе, кто такой Желябов. И даже имел более подробные о нем сведения.
   – Желябов еще тот фрукт, – с кислой миной на лице сообщил следователь. – Я через шестой отдел ГУВД пробивал. Узнал, что он вместе с неким Жорой работал. Фамилия у него дурацкая. Тык. Но человек серьезный. Кассиром у Пахана был. Ответственная, так сказать, должность.
   – И где сейчас этот Тык?
   – На аллее бандитской славы, – злорадно усмехнулся Извольский. – Похоронили Жору. А с ним еще одного товарища, который никакой нам не товарищ. Бахарев его фамилия. Их обоих убили. На квартире, где-то в Капотне. В тот же день еще четыре трупа. Гости из Калининграда. Весело, да?
   – Обхохочешься.
   – Так вот, баллистическая экспертиза установила, что эти гости были убиты из оружия, обнаруженного у Тыка и Бахарева. Был еще один пистолет, но на квартире в Капотне он обнаружен не был. Улавливаешь суть?
   – Возможно, этот пистолет мы обнаружили у покойного Желябова.
   – Именно. Я был у баллистиков. Результат пока что предварительный, но не утешительный. Да, это тот самый пистолет. Желябов принимал участие в убийстве калининградских товарищей, которые опять же никакие нам не товарищи. Члены криминальной группировки под предводительством некоего Архитектора. Лично с ним не знаком, но, по слухам, человек достаточно авторитетный... Что там Пахан с ним не поделил, не знаю. Но факт есть факт, выяснение отношений началось с четырех трупов. Началось. А закончилось убийством Тыка, Бахарева, а затем и Желябова. Калининградская братва этих ребят приговорила. Как они на них вышли – вопрос. Но то, что с ними свели счеты, – факт.
   – Веселенькое дельце.
   – Веселенькое. Но лично мне совсем не смешно. Я думал, шестой отдел это дело у нас заберет. Это же их епархия. Как уж бы! Нам расхлебывать придется. А дело, сам понимаешь, безнадежное. Убийцы сейчас в Калининграде, а руки у нас коротки – не дотянуться до них. Но есть вариант.
   – Какой?
   – Узнать нужно, что там Пахан с Архитектором не поделили. Есть у меня подозрение, что убийство произошло на почве больших денег. Есть информация, что Пахан, помимо рэкета, наркотиками и алмазами занимается. Возможно, калининградских делегатов убили в момент передачи денег за полученный товар. Вопрос в том, какой это был товар. Наркотики или алмазы. Если так, то пусть убийством Желябова Московская прокуратура занимается.
   Голова у Извольского варила неплохо, в этом ему не откажешь. Плохо, что в данный момент его сыскной талант работал не на поиск преступника, а на поиск козла отпущения, на которого можно было скинуть бесперспективное дело. И надо сказать, Игнат его отлично понимал. Ему и самому «глухари» не нужны.
   Действительно, Калининград далеко, а до Москвы рукой подать. Значит, надо работать не с Архитектором, а с Паханом. Дело сложное и опасное. Но Игнат готов работать в этом направлении. И Юра Соболь тоже не робкого десятка. К тому же в Москве, в том же МУРе, у них есть хорошие друзья, на которых можно положиться.
* * *
   Жизнь хороша. А жить хорошо – еще лучше. Митя Малый всегда хотел жить хорошо. Поэтому сейчас у него все на мази. Малый он только по фамилии, а так он большой человек. Хоть и под Паханом ходит, но у него своя бригада. Рэкет, наркота, девочки. На этих делах он хорошо поднялся. Квартира у него своя – у алкаша одного отбил. Мужика на свалку, а хату себе. Ремонт сделал, обстановка фильдеперсовая. Тачка улетная. «БМВ» даже покруче, чем у покойного Жоры Тыка...
   Жора сейчас от чертовок в аду бегает. А Митьку ни от кого бегать не надо. Он сам за земными девками бегает. А может, уже и отбегался, потому как такую биксу снял – аж самому себе завидно. Хотел просто заарканить ее, чтобы затем в свой панельный гарем сплавить. А ни фига. Любка упрямой оказалась. Не хочет она на жизнь своим телом зарабатывать. И если можно заставить ее на панель выйти, то лишь силой. А силу Митя применять не захотел. Потому что конкретно запал на эту красотку. Влюбился, можно сказать.
   Целый месяц ходил за ней. От кабаков и ночных клубов она воротила нос, а дешевые кафешки обожала. Может, потому так долго ломалась. Но сегодня Митек добился своего... Трудно в это поверить, но Любка целкой оказалась. Он был первопроходцем... Теперь уж точно в бордель он ее не потащит. А может, даже женится на ней...
   Он хотел, чтобы Любка осталась у него до утра. Но у нее распорядок. Гульки-гулянки только до половины двенадцатого. Папашка у нее строгий. Так что пришлось отвезти ее домой.
   Обратно Митек возвращался как на крыльях. Поставил машину в гараж возле дома, бросил кости в сторону подъезда. Но не дошел. Два мужика на пути вдруг образовались.
   Митек сразу понял, что дело пахнет керосином. И с ходу сунул руку под куртку. Но «волыну» достать не успел. Один из мужиков первым взял его на прицел.
   – Пушку брось! – командным голосом потребовал один.
   Митек подчинился. Неохота помирать в расцвете сил.
   Только пистолет оказался на земле, как мужики набросились на него. Митек попробовал взять одного на прием, но куда там. Его заломали как дешевого пацана, ткнули мордой в асфальт... Хорошо, Любки рядом нет, не видит его позора.
   – Э-э, мужики, вы кто такие? – взвыл он.
   – Московский уголовный розыск... А ты что, не понял?
   На душе сразу полегчало. С ментами уладить проблему легче, чем с враждебной братвой. А врагов у Митька хватало...
   – Менты, вы чо, совсем оборзели? – заревел он.
   И тут же острая боль в области почек избавила его от всякого желания переть буром на ментов. Пивка, что называется, хлебнул...
   Менты заломали руки за спину, защелкнули на них наручники. Оторвали Митька от земли. Один из них поднял с земли ствол, сунул его в полиэтиленовый пакет.
   – Это не мое! – замотал головой Митек.
   – А чье? – нагло ухмыльнулся мент.
   – Да я его только что возле гаража его нашел... Вам хотел отнести...
   – Нес, да не донес...
   – Так вы же как петухи налетели...
   И снова острая боль в почке. Ноги непроизвольно подкосились, и Митек опустился на колени.
   – Это тебе за петухов!
   – Да это я так, к слову... А ствол правда не мой... К вам шел... У меня же заявление в кармане. Возьмите, прочитайте. Там все указано...
   – Пистолет только что нашел, и уже заявление написал. Быстрый ты... А заявление себе оставь. Подотрешься, когда обделаешься...
   Его затащили в какую-то машину, сунули на заднее сиденье. Менты по всем правилам сжали его с двух сторон своими телами.
   Машина тронулась с места. Митек облегченно вздохнул. Мент справа это заметил.
   – Ты что, чему-то радуешься? – насмешливо спросил он.
   – Ну, не то чтобы радуюсь... Ствол-то вы без понятых взяли. И протокола нет...
   – А мы без протокола сегодня работаем. По личному плану.
   – Это как?
   – А узнаешь...
   Зловещий голос внушал панику.
   – Это, а может, вы не из ментовки? – ужаснулся Митек.
   – Не из ментовки. Из милиции. Капитан Щукин, Московский уголовный розыск.
   Мент сунул ему под нос распахнутые настежь «корочки». Да, действительно, капитан Щукин, старший оперуполномоченный... Фотография, печать, все дела...
   – А что вам от меня нужно?
   – Нам? Нам ничего...
   Машина остановилась возле закрытого на ночь продмага. Знакомое место, Митек однажды здесь уже был. Перед магазином асфальтированный пятачок размером в футбольное поле, а сразу за ним начинаются гущи лесопарковой зоны. Безлюдное в этот час место. Неподалеку жилые дома, но хоть волком вой, все равно никто не услышит.
   На другой стороне пятачка, возле леса, стояла машина с зажженными фарами. Митек своими глазами видел, как из нее вышли какие-то люди в кожанках. На фоне галогенных фар они казались монстрами из гангстерских боевиков.
   Один мент вышел из машины. Подошел к парням. О чем-то с ними переговорил. Минут через пять вернулся. Чем-то очень недовольный.
   – Что такое? – напряженно спросил Щукин.
   – Да совсем за лохов нас держат. Договорились же за три штуки, а у них всего две.
   – Две штуки мало, на троих не делится, – покачал головой водитель.
   – Не делится, – подтвердил муровский опер. – Обратно, что ли, повезем? – спросил он и кивнул на Митька.
   – Ну да, обратно. Зря мы, что ли, за ним гонялись.
   – Эй, командир, а в чем проблема? – спросил Митек.
   Страшное предчувствие холодило его изнутри.
   – В тебе проблема. Твою голову всего в две штуки баксов оценивают, – зловеще усмехнулся Щукин.
   – Мою голову?! Кто?
   – Архитектора знаешь?
   – Архитектора?! – запаниковал Митек. – Так это что, его пацаны?!
   – Догадливый. Знаешь, видать, чье мясо съел...
   – Это... Это не я... Я вообще не при делах... Это Жора... Жора калининградских пацанов завалил...
   – Не знаю, – равнодушно пожал плечами Щукин. – Мне на тебя показали, я тебя и взял... Сам с Архитектором объясняться будешь?
   – Э-э, так нельзя... Вы же милиция... А они бандиты... Они же меня убьют...
   Митек чувствовал, что скоро придется воспользоваться заявлением, которое до сих пор лежало у него в кармане. Только как со скованными руками подтереться?
   – Пусть убивают. Одним уродом на земле будет меньше, – зевая, сказал мент.
   – Вы... Вы чего? Нельзя так... Ну, если я в чем-то виноват, то меня в Бутырку везти надо, судить, в конце концов...
   – А в чем ты виноват?
   – Ну... Я не знаю... Вам видней...
   – Нам сейчас деньги нужны, а не галочка в отчетности.
   – Так это, я вам заплачу... У меня есть деньги... Сколько они вам торчат? Три штуки! Я пять дам...
   Щукин нехотя достал из своего кармана отобранный у Митька бумажник, вытащил оттуда все деньги. Пересчитал.
   – Здесь штука триста...
   – Остальное потом.
   – Не надо нам потом... Боря, может, возьмем две штуки? К этой добавим, будет три.
   – Не пойдет, – покачал головой мент Боря. – Не люблю, когда меня кидают...
   – Я в общем-то тоже...
   Калининградские братки пришли в движение. Двинулись к ментовской машине. Боря вышел из машины, о чем-то заговорил со старшаком. Но, видимо, разговор не удался. Браток подошел к машине, открыл заднюю дверь и просунул в салон руку с пистолетом. Ствол уперся Митьку в голову.
   – Пушку убери! – грозно потребовал Щукин.
   – А чо, боишься, что мозгами заляпает? – злобно ощерился старшак.
   – Может, и боюсь.
   – Тогда давай сюда этого урода, и разъезжаемся!
   – Давай три штуки, и забирай...
   – Три штуки завтра будут.
   – Вот завтра и поговорим! – Мент Боря взял братка за плечи и оторвал от жертвы.
   Видимо, его решительность подействовала на братка отрезвляюще.
   – Хорошо, давай завтра, на этом месте.
   – Давай. Только не три, а четыре штуки.
   – Ты чо, мент, на счетчик меня ставишь?
   – А если так, то что? Ты не забывай, здесь Москва, а не Калининград. Там качай права, а здесь мы все решаем...
   Боря сел в машину и велел водителю жать на газ.
   Митьку казалось, что он уже побывал в аду, и сейчас возвращается к жизни.
   – Куда мы едем? – дрожащим голосом спросил он.
   – Да есть одно место. До завтра перекантуешься. А потом на заклание...
   – За... За меня спросят...
   – Кто, Пахан? – презрительно скривился Щукин. – Чтоб ты знал, твоего Пахана грохнули сегодня вечером... Угадай, кто?
   – Калининградские?!
   – Угадал...
   У Митька не было никакой возможности проверить, правду говорит мент или на пушку его берет. Уж больно убедительно говорил мент. Да и Архитектор человек достаточно серьезный для того, чтобы наказать Пахана. А вместе с ним и его бригадиров, начиная с Митька. Или заканчивая им...
   – Да вы поймите, я здесь ни при чем! – забился в истерике бандит. – Это Пахан дал отмашку на калининградских...
   – Чем они ему не угодили?
   – Да дурака свалял Пахан. Архитектор с ним насчет камушков договорился.
   – Что за камушки?
   – Алмазы... Ну, левые алмазы, с якутских приисков... Короче, калининградские бабки привезли. Триста штук, что ли... А Жора их всех завалил...
   – А потом его самого завалили, так?
   – Завалили... Мы сначала думали, что это Ушастик его завалил. Ну, чтобы бабки хапнуть... Жора при бабках был, а Ушастик мог скрысятничать...
   – Кто такой Ушастик?
   – Ну, Желябов его фамилия... Его на позапрошлой неделе под Лукарском нашли. Ну, в смысле труп его, да...
   – В курсе. Труп нашли, а деньги – нет...
   – Так в том-то и дело... Я так думаю, что калининградские Жору на хате уработали. А Ушастика в лес вывезли, там и положили. Ну, бабки свои отбили, само собой. И камушки забрали...
   – А что Пахан по этому поводу думает?
   – Так это, терка у него с Архитектором была. Ну, на прошлом месяце... Воры там были, да... Короче, рамсы разводили... Архитектор божился, что не давал отмашку на Жору. Ну, ему поверили, да. А Пахана на бабки поставили. Он Архитектору четыреста штук торчит. Вот я и думаю, зачем Архитектор Пахана заказал? Так хоть бы на бабки наварился.
   – Значит, не хочет Пахан отстегивать.
   – Да вроде собирался. Там воры серьезные были, с ними лучше не шутить. А может, и забил на Архитектора. Да я бы тоже забил. Архитектор и без того свои бабки отбил. Так еще с Пахана сорвать хочет.
   – Значит, Пахан считает, что Желябова калининградские завалили?
   – Ну да, есть такая мысль. Архитектор божится, что он не при делах, но кто ему верит... Да, был еще один вариант, – вспомнил Митек.
   – Ну.
   – Там это, летом еще, Жора девку одну разлохматил. Ну, с пацанами на речку поехали, да. Смотрят, девка из воды выходит, ну голышом. Бамбук рассказывал. Короче, они втроем эту девку по кругу пустили. А потом эту девку еще и менты хотели дернуть. Так у них ничего не вышло. Девка ствол у одного забрала, обоих чуть не завалила... А эти менты потом пробили, кто эта девка.
   – Кто?
   – Да я не знаю, в курсах вы или нет. Я и сам мало что знаю. Но Бамбук говорил, что это правда. Баба одна была, Мурка звали. Нет, не в Одессе, у нас, в Москве. Барыг с братвой бомбила. Потом там рамсы какие-то были... Короче, думали, что Мурку завалили, а она жива оказалась. Срок отмотала. В Москву вернулась. Короче, Жора ее разлохматил. По мусалам настучал и в партер. Ну и Бамбук с Ушастиком заодно. Менты документы ее смотрели. Климова фамилия. Зовут Марина... Короче, Мурка... Так вот, Бамбук говорил, что Мурка мстить им будет. Мы еще грешным делом думали, что Мурка Жору с пацанами сделала.
   – А ты ничего не путаешь? – непонятно почему разволновался Боря.
   – Да запросто. Может, и не было никакой Мурки. Пахан пробивал. Ничего про нее не слышно. Хотя...
   – Что, хотя...
   – Да говорят, была баба. Сначала под нищенку работала, затем под клофелинщицу. Витек есть такой, Бурый погремуха. Так вроде бы нищенка у него лопатник с баблом слямзила. Ну, еще случаи были. Правда, с братвой Мурка больше не связывалась. Коммерсов бомбила. У кого лопатник стащит, у кого хаты выставит.
   – Ты уверен, что это Мурка?
   – Да никто в этом не уверен. Просто слухи. Но после того, как Жору завалили, как отрезало. Ну, клофелинщицы-то остались. Но те тупо работают. Клиента усыпили, бабло сняли и деру. А чтобы схроны потрошить... А Мурка схроны потрошила. У нее на это дело нюх. Еще с тех времен, когда она с братвой барыг бомбила.
   – Может, Мурка здесь и вовсе ни при чем?
   – Да все может быть. Пахан и сам в нее не очень-то верит. Хотя слышал про нее. Он когда-то с Лоцманом конкретно кентовался. А Лоцман Мурку лично знал. Лоцман сейчас в законе. В Бутырях парится. Так Пахан маляву ему загнал. Спрашивал, могла ли Мурка Жору завалить. Так Лоцман ответил, что могла. Еще и добавил, что правильно сделала. Лоцман Мурку уважает. Говорят, она с каким-то ментом спуталась, типа братву сдала. Так Лоцман в это не очень верит. Не могла, говорит, Мурка малину спалить. А то, что с ментом спуталась, так, может, не знала, что это мент.
   – Не знала, – эхом отозвался Боря.
   И тут же спохватился:
   – Ну, может быть, не знала...
   – А ты что, начальник, знал ее? – подозрительно покосился на него Митек.
   – Не твое дело... Твое дело шкуру свою спасать.
   Митек догадался, что этот мент знал Мурку не понаслышке. Но мысль свою развивать не стал. Сейчас его больше всего волновала собственная шкура.
   – А что я должен для этого делать?
   – Тебя сейчас может спасти только правда, – сказал Щукин. – Едем сейчас на Петровку. Пистолет свой на себя возьмешь. И еще раз расскажешь, как и за что Жора Тык калининградских братков пострелял. Под протокол расскажешь...
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация