А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алкаш в борделе (сборник)" (страница 18)

   Вечером, в районе шести часов, домой вернулся сам Бауэр.
   Следующие пять дней были похожи один на другой. За исключением времени прибытия и убытия в дом на Вольфгангштрассе, 35 его хозяина и домработницы. Иногда Бауэр уезжал из дома в одиннадцать и приезжал в два. Домработница, как правило, начинала работать в девять и закруглялась в двенадцать, если она в этот день не делала покупок. Четвертый и пятый день мы с Анатолием занялись слежкой. Анатолий попробовал последить за Бауэром на машине, я же отправился за домработницей. Бауэр на своем «БМВ» каждый день уезжал из города во Франкфурт, и Костенко не решался преследовать его до конца, потому что слабо знал город и не имел опыта автомобильной слежки. Моя же пешеходная слежка дала результаты – я выяснил, где живет домработница-турчанка. Она жила в пяти кварталах от дома Бауэра в переулке Фишергассе, в небольшом домишке. В основном переулок был населен турками-гастарбайтерами.
   Через пять дней наблюдений я пришел к выводу, что пора действовать, о чем и сообщил Быстрякову. Тот сразу же приехал в Оффенбах, и первый вопрос, который он задал, звучал следующим образом:
   – Вы уверены, что объект вашего поиска находится в этом доме?
   Первым заговорил мой горячий напарник, нервная система которого за пять дней подверглась тяжелым испытаниям. Он заявил, что несколько раз видел в доме Бауэра мелькающие силуэты за занавеской, когда хозяин и домработница отсутствовали. Анатолий не мог утверждать, что это на самом деле Наталья, но шестое чувство подсказывало ему, что это его бывшая супруга. Решающий аргумент изложил я. На шестой день слежки я проследовал за домработницей, которая в большом бауле относила в прачечную грязное белье. Я специально испачкал соусом свой летний пиджак.
   Я поспел в прачечную со своим пиджаком в тот момент, когда турчанка распаковывала свой баул. Я совершенно четко видел, что среди мужских вещей в бауле присутствовали женские. Изящное нижнее белье, короткий домашний халатик, который вряд ли бы стала носить домработница.
   – Таким образом, – подвел итог беседы Быстряков, – вы считаете необходимым проникнуть в дом?
   – Да.
   – Но это противозаконно. Германская полиция очень строга к такого рода самодеятельности. Нужны железные доказательства, иначе может быть большой скандал.
   – В таком случае, у нас есть только один шанс, – сказал я.
   – Какой?
   – Раскрутить турчанку.
   – Каким образом?
   – Для этого, возможно, нам понадобитесь вы, – я пристально посмотрел на Быстрякова.
   – Что я должен делать?
   – Вы, представившись полицейским, показываете домработнице фотографию. Лучше вас этого никто не сделает, так как нужен человек, хорошо говорящий по-немецки.
   – Это совершенно исключено, – отрезал Быстряков. – Если потом выяснится, что я нарушал закон, у меня будут неприятности, и я вынужден буду покинуть Германию.
   Быстряков встал из-за стола и нервно заходил по комнате.
   – Есть еще более простой способ, – вступил в разговор Костенко. – Я заметил, что замок в двери электронный. Всовывается карточка, и он открывается. Мне кажется, я могу попробовать вскрыть его.
   – Да вы с ума сошли! – вскричал Быстряков. – Это же взлом! В чужой стране! Если вас поймают, то вам грозит тюремное заключение!
   – Ты в этом уверен? – спросил я Анатолия.
   – Я все-таки электронщик, программист…
   – Ну что ж, придется идти на риск, – медленно произнес я.
   В комнате воцарилась тишина.
   – Ну, господа! – покачал головой Быстряков. – Я умываю руки. Меня с вами не было, и все ваши передвижения по Германии являются вашей личной инициативой.
   – Да. Мы и только мы будем за это отвечать, – твердо заявил я.
   – Вы смелые люди. Могу даже сказать больше, я вас уважаю. Если я чем-нибудь смогу помочь вам в случае вашего провала, я сделаю это. У меня есть кое-какие связи в полиции.
   Быстряков пожал нам руки, попросил вырвать из моей записной книжки страницу с его телефоном и просто запомнить этот номер. После этого он нас покинул.
   Почти всю ночь мы с Анатолием не спали, обдумывая план дальнейших действий.

   Глава 6

   Мы выехали из отеля в семь утра и, остановившись недалеко от дома Бауэра, принялись ждать утреннего отъезда хозяина. Однако, как назло, в это утро Бауэр все не уезжал…
   Вдруг меня осенило, и я спросил Анатолия:
   – А какой сегодня день?
   Костенко подумал и ответил:
   – Суббота.
   Мы оба поняли, что Бауэр сегодня наверняка останется дома. Тем не менее в атмосфере нервного напряжения мы продолжали сидеть и ждать. Около десяти утра мы заметили, что к дому Бауэра приближается турчанка-домработница. И ко мне внезапно пришло решение. Я толкнул Анатолия в плечо и быстро сказал:
   – Давай рискнем. Мы из русской полиции. Объясни этой старухе как-нибудь, что эта девушка на фотографии разыскивается русской полицией и Интерполом.
   Анатолий сразу же утвердительно кивнул, и мы, выйдя из машины, преградили путь турчанке. Она непонимающе уставилась на нас своими большими черными глазами.
   Костенко старался как мог и в трех-четырех фразах по-немецки объяснил:
   – Я из Интерпола. Этот господин, – он указал на меня, – из русской полиции.
   Глаза турчанки сделались испуганными. Я вынул из бокового кармана пиджака фотографию Натальи и сунул ее в лицо домохозяйке.
   – Вам знакома эта женщина? – спросил Костенко. – Она разыскивается Интерполом. Есть подозрение, что она нелегально живет в доме господина Бауэра. Если это так, то вы являетесь соучастницей преступления и вас ждет тюрьма, – коряво, но категорично заявил Анатолий.
   Турчанка смотрела то на фотографию, то на сурового «интерполовца» Костенко, то на меня… Затем она испуганно взглянула на дом, где работала.
   – Эта женщина живет в этом доме? Да или нет? – голос Костенко становился все более жестким.
   Женщина проглотила слюну и тихо прошептала:
   – Ja, ja…
   Анатолий вздохнул с облегчением. Я убрал фотографию.
   – Скажи ей, чтобы она шла домой, – сказал я Анатолию.
   – Идите домой. Сегодня у вас выходной, – заявил Костенко домработнице.
   Турчанка попятилась сначала спиной, потом повернулась и быстро пошла в сторону, противоположную дому Бауэра, периодически оглядываясь на нас.
   – Так, а что теперь? – спросил Костенко.
   – Теперь, похоже, нам надо идти в полицию. Это будет самым разумным.
   – Какая полиция? Мы все узнали, она там! И наверняка не по своей воле!
   – Вот это полиция и установит. В противном случае мы действительно серьезно рискуем.
   – К черту риск! Там находится моя жена, и я имею право знать, что она там делает.
   – Она бывшая жена! – сказал я ему в ответ, но эти слова прозвучали вдогонку Анатолию, который рванулся с места и почти побежал к дому Бауэра.
   Я понял, что встречи с Бауэром не избежать и, если я сейчас не возьму дело в свои руки, последствия могут быть непредсказуемыми. Я догнал Анатолия уже у дома, когда он, проскочив калитку, позвонил в звонок у двери. Когда я подошел к двери, она уже открывалась. Я оттеснил Костенко и сказал:
   – Я сам.
   Перед нами на пороге возник хозяин дома. Он был одет в длинный темно-синий халат, из-под которого виднелась волосатая грудь, на ногах у него были домашние шлепанцы. Его седые волосы были тщательно уложены так же, как и в рабочие дни. Я улыбнулся ему и сказал по-русски:
   – Добрый день, господин Бауэр.
   Он, услышав русскую речь, несколько удивленно посмотрел на нас, и в его глазах на секунду мелькнуло беспокойство. Но он ответил также по-русски, со слабым акцентом:
   – Здравствуйте, господа. Что вам угодно?
   Я решил, что успех будет сопутствовать нам только в том случае, если мы будем действовать напористо и жестко. Нельзя дать этому прагматичному немцу опомниться. Я вынул фотографию из кармана и жестким тоном спросил:
   – Вам знакома эта девушка? Ее зовут Наталья Костенко. Два месяца назад она бесследно исчезла из дома. Она находится во всероссийском розыске. Теперь к ее поискам подключен Интерпол. Кроме этого, ею серьезно интересуется русская мафия.
   Немец удивленно захлопал белесыми ресницами.
   – Я не понимаю.
   – Все вы понимаете. Я уверен, что вы давно боялись этого момента. Но он наконец настал.
   Немец посмотрел на нас уже с подлинным испугом.
   – Герр Бауэр, я вам совершенно ответственно заявляю, что вы серьезно влипли, так как нелегально вывезли девушку из России и скрываете ее у себя дома.
   Видя, что его замешательство продолжает нарастать, я навалился на него всей своей тушей и заорал:
   – Прочь с дороги!
   На удивление мои методы дали результаты. Сработала немецкая натура, – будучи в состоянии нервного напряжения, немец предпочел выполнять команды. Мы прошли в прихожую, и Костенко закрыл за нами дверь. Прихожая была достаточно просторной. Сразу напротив входа была видна лестница, она вела на второй этаж. Слева была дверь в апартаменты первого этажа.
   Когда входная дверь захлопнулась, Бауэр понял, что первую ошибку он уже совершил. И попытался перейти в контратаку.
   – Господа, господа! Что вы хотите? Что вам здесь надо? Это частная собственность!
   – Где девушка?! – заорал я в ответ. – Говори быстро, пень трухлявый!
   – Вы не имеете права, – вновь заговорил Бауэр. – Это частная собственность, я живу здесь один, здесь нет никаких девушек.
   Однако чем больше он говорил, тем яснее становилось, что девушка здесь есть. Он был в явном смятении и несколько раз бросал взгляд в сторону лестницы.
   – Где она? – спросил Анатолий. – На втором этаже?
   – Нет, нет… Я сейчас вызову полицию… Вы не имеете права… Это частная собственность.
   – Вызывайте. Немедленно. Она-то уж точно отыщет ее в вашем доме, а заодно и установит, каким путем девушка сюда попала.
   Это была игра ва-банк. Я шел на риск, однако игра стоила свеч. Несколько секунд было проведено нами в томительном ожидании, после чего немец сдался. Рука его было потянулась к трубке телефона, который стоял в прихожей. Он поднял ее, но тут же опустил. Я понял, что мы хозяева положения.
   – Анатолий, быстро наверх! Она там.
   – Нет, нет! – вцепился Бауэр в руку Костенко.
   Однако Анатолий с такой силой оттолкнул старика, что тот отлетел к противоположной стене, ударившись спиной о настенную вешалку. Но все же бежать наверх необходимости не было. Мы увидели, как к нам по лестнице спускалась полуобнаженная девушка.
   На ней были белые, в кружевах, трусики и такая же кружевная кофта-накидка, сквозь которую просвечивали груди и плоский живот. Я видел Наталью Костенко только на фотографии, но, несмотря на это, сразу же узнал ее.
   Она спускалась по ступенькам, слегка держась за перила. На ее лице блуждала какая-то удивленная и рассеянная улыбка.
   – Наташа… – тихо проговорил стоявший рядом со мной Анатолий.
   Девушка спустилась на нижнюю ступеньку и тихим голосом произнесла, обращаясь к Бауэру:
   – Саша, мне показалось, ты звал меня… Тебя так долго не было, а сказал, что уйдешь всего на минутку.
   Она обвела нас взглядом и спросила:
   – У нас гости? Кто эти люди? Мне кажется, я уже видела их, но не помню где. У меня вообще очень плохая память… Но мне все же кажется, что я видела их.
   – Натали, – произнес Бауэр слегка хриплым голосом. – Иди к себе в комнату.
   Но девушка продолжала приближаться к нам, она подошла к Анатолию и сказала:
   – Мы поднимемся вместе. Это же твои гости. Они хорошие люди, к тому же я их знаю.
   Она положила руки Анатолию на плечи и обвила его шею.
   – Сначала мы попьем чаю, а потом все вместе займемся сексом. Ты же знаешь, я долго не могу без этого…
   Наталья положила голову на грудь Анатолия и, прижавшись к нему, стала гладить рукой по спине и ягодицам. Я ожидал, что Бауэр бросится отрывать девушку от Анатолия, но он смотрел на все это с каким-то опущенным видом. Куда-то исчезла его подтянутость и респектабельность. Он превращался на глазах в банального старика. Его челюсть отвисла, глаза потухли, прядь седых волос упала ему на лоб. Волосатая грудь, проступавшая сквозь отвороты халата, придавала ему вид животного.
   Наталья отпрянула от Анатолия, взяла за руку и потянула его в сторону лестницы.
   – Пойдем. Нам будет очень хорошо.
   Анатолий, до этого молчавший, смотрел на свою бывшую супругу с непонимающим и обескураженным видом.
   – Наташа, что с тобой случилось? Ты пьяна?
   Для меня же было совершенно ясно, что она не пьяна, а скорее находится в состоянии наркотического транса. Движения ее были четкими и скоординированными. Я подошел к ней и, взяв ее руку, посмотрел на сгиб локтя. Следов уколов там не было. Я кинул взгляд на предплечье. Там также ничего не было. Тогда я решительно приспустил ей трусики. В верхней части ягодиц я заметил несколько точек, которые свидетельствовали о том, что инъекции явно делаются в мягкую часть.
   Наталья восприняла это как начало эротических ласк и нежно погладила меня по лицу.
   – Чем вы ее обкололи? – сурово спросил я Бауэра. – Что вы вообще с ней сделали?
   Бауэр молчал и лишь исподлобья, по-звериному смотрел на нас. Анатолий вырвался из рук Натальи и схватил немца за лацканы халата:
   – Что ты с ней сделал, старая обезьяна? Я сейчас из тебя кишки выпущу…
   Анатолий отпустил Бауэра и снова подбежал к Наталье.
   – Наташа, ты слышишь меня? Ты узнаешь меня? Это я, Анатолий, твой муж…
   – Анатолий?.. Муж?.. – рассеянно проговорила Наталья. – У меня что-то с памятью… Я плохо помню…
   В свою очередь я подошел к немцу и спросил:
   – Что случилось с девушкой? У вас только один шанс уменьшить свои проблемы – рассказать нам всю правду… Так что с ней случилось?
   Бауэр поднял глаза на меня и сказал:
   – Не ваше дело. Идите к черту!
   – Ну, хорошо, – вздохнул я. – Пусть это будет делом полиции.
   Я сделал шаг к телефонному аппарату и поднял трубку. Я уже поднес палец к кнопкам, как немец ударил рукой по рычагу.
   – Подождите. Давайте сначала поговорим. Я надеюсь, что мы сможем договориться.
   Я ничего не ответил.
   – Пойдемте в гостиную, – сказал он и первым направился в апартаменты первого этажа.
   Гостиная оказалась довольно просторной комнатой, с камином, старинной громоздкой мебелью.
   Бауэр жестом пригласил нас садиться, а сам же остался стоять. Анатолий с Натальей уселись на диван, при этом девушка постоянно ласкала и целовала своего бывшего супруга. Тот же просто обнял ее и крепко прижал к себе. Мне показалось, что девушка даже успокоилась, почувствовав себя в знакомых руках.
   – Итак, мы вас слушаем, – сказал я.
   – Хорошо. Я расскажу вам все, – сказал Бауэр, плотно сцепив пальцы в замок. – И как она попала сюда, и что с ней происходит. В ответ вы должны гарантировать мне невмешательство полиции и то, что дело мы уладим без лишнего шума.
   – Ничего не могу вам обещать, – ответил я. – Потому что не знаю подробностей этого дела. Могу вам гарантировать только одно – если вы не расскажете мне правду сейчас, то в ближайшем будущем у вас будет масса проблем, начиная от немецкой полиции и кончая полукриминальными структурами из России, после вмешательства которых ваша жизнь станет невыносимой.
   Бауэр подошел к камину, уперся обоими руками в каминную доску, повернулся и произнес:
   – Хорошо. Два года назад, будучи по делам в Москве, я случайно в ресторане «Прага» познакомился с человеком, который поначалу представился мне бизнесменом. Мои тогдашние партнеры по бизнесу в России ничего не знали о нем, но позже, наведя справки, выяснили, что этот человек занимался разными темными делами и имел связи как во властных, так и в криминальных структурах. Воспользовавшись рекомендациями партнеров, я не стал вести с ним дела, но и не порвал знакомство. Это я сделал потому, что бизнес в России имеет свои специфические черты, и порой без связи с криминальными структурами сложно решить тот или иной вопрос. К тому же мы были близкими по возрасту и духу людьми. Мы проводили много времени в различных увеселительных заведениях. Позже, во время своих поездок в Москву, я встречался с этим человеком, каждый раз получал от него какие-то предложения. Одно из них меня заинтересовало.
   – Какова его суть?
   – Он предложил мне прибыльный, хоть и незаконный бизнес. Речь шла о переправке за границу русских девушек-проституток для продажи их богатым одиноким мужчинам на Западе. Я не собирался заниматься этим бизнесом, но ради интереса решил уточнить детали. На самом деле любой преуспевающий западный бизнесмен, пусть и пожилого возраста, может при желании найти себе в России девушку, которая с удовольствием уедет вместе с ним на Запад. Однако человек пояснил, что речь идет не просто о девушках, – Бауэр помедлил, – а о… я бы сказал, об особой породе девушек. Он объяснил, что один человек открыл химический препарат, имеющий двойное действие – повышает сексуальную активность и оптимизирует их психическую натуру.
   – Что вы подразумеваете под словом «оптимизировать»?
   – У девушек становится более мягким характер, они делаются более доброжелательными, искренними и непосредственными. При этом практически не проявляют никакой агрессивности. Да, такая девушка вряд ли стала бы хорошим бизнес-партнером и спутником жизни, на которого можно было положиться в тяжелую минуту. Но это для контингента, на который мы рассчитывали, было и не нужно. Это люди, которые знают, как жить. Они добились успеха в жизни, в материальном смысле у них не существует проблем. Единственное, чего им не хватает, – это доброты, искренней заботы и сексуальной привязанности. Мой знакомый был абсолютно убежден в том, что такой товар будет пользоваться спросом на западном рынке. Для этого нужно было подобрать клиента и представить ему на выбор несколько кандидатур. После этого выбранную девушку подвергали обработке новым препаратом в течение двух недель и переправляли заказчику.
   – Почему девушек подбирали из проституток?
   – С ними меньше проблем. Общепринято, что это дно общества, и их мало кто будет разыскивать. К тому же у них богатый сексуальный опыт, они искусны в постели, что немаловажно для клиентов.
   – Девушкам было необходимо постоянно делать инъекции?
   – Нет. Интенсивному лечению, – от этого слова меня как бывшего медика покоробило, – девушки подвергались первые две недели. В этот период им кололи два раза в день внутривенно. Далее, когда они поступали в распоряжение клиентов, еще в течение трех месяцев их кололи внутримышечно, в мягкую часть. Далее, до года, можно было обходиться, принимая специальные капсулы.
   – Девушки добровольно шли на эту обработку?
   – Первые две недели, насколько я знаю, – нет. Исполнители пользовались, видимо, различными методами, вплоть до насильственных. Многих обманывали, говоря, что это наркотик.
   – Таким образом, вы занялись переправкой девушек из России на Запад?
   – Нет, нет, – ходивший до этого по комнате, засунув руки в карманы халата, Бауэр остановился и замахал ими передо мной. – Я отказался, причем отказался категорически, несмотря на то, что мне рассказали все детали. Я никогда не занимался криминальным бизнесом, это мой принцип. Все дело, однако, в том, что я одинок. Моя жена вместе с дочерью погибли много лет назад. Новой семьей я обзавестись не смог. И сама мысль, что рядом со мной будет искренний и добрый человек, который сможет удовлетворять меня сексуально и подлинно заботиться обо мне не потому, что я богат, а потому что я есть… Так вот, эта мысль не давала мне покоя после разговора в Москве. И я задумался: почему бы мне не стать клиентом.
   – Как зовут того человека, который предложил вам этот бизнес?
   – Фамилия этого человека вам ничего не даст, – сказал Бауэр, снова засовывая руки в карманы халата. – Дело в том, что через две недели после нашего разговора этот человек был убит. Я не знаю, из-за чего это произошло, но, однако, факт остается фактом – киллер расстрелял его у подъезда дома в тот момент, когда он выходил из автомашины. Тогда у меня наступил период серьезных психологических мучений и переживаний. Идея глубоко запала мне в душу. Желание заиметь возле себя близкого человека не давало мне покоя. И когда через несколько месяцев во время моего очередного приезда в Москву со мной связался по телефону молодой человек и, сославшись на мой разговор с убитым, спросил, готов ли я к осуществлению своей идеи, я посчитал это знаком судьбы и сразу же попросил его о встрече. При личной встрече я снова заявил, что не собираюсь участвовать в этом проекте, но вполне мог бы стать клиентом. Он принял это к сведению и через некоторое время встретился со мной. В течение последующей недели этот парень назначал мне встречу в ресторане, куда он и еще двое молодых людей приводили разных девушек. Наталья была четвертой, с кем меня познакомили. После первых же минут разговора я понял, что она мне очень нравится. Она была великолепна в общении и в постели. Я был очарован ею… И сразу же сообщил об этом Андрею – так звали того человека.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация