А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Блудница" (страница 23)

   – Терпение, Грегор. Вы замечательно подготовили меня, и очень скоро я доберусь до всех секретов хозяина.
   Потрясенный ее красотой, Грегор не мог оторвать от нее глаз. Отчаянное, неодолимое желание овладело им, и он поддался. Прильнув к ее губам, он проник меж ними языком и ощутил вожделенное влажное тепло ее рта. Он не мог больше сопротивляться. Жар вместе с кровью заструился по сосудам, и он почувствовал, как член наполнился желанием и напряжением.
   Джесси мгновенно отозвалась на поцелуй и, обняв за плечи, прижалась к нему, согревая манящим теплом. Жажда проникнуть меж ее бедрами еще сильнее охватила его, когда он ощутил трепет ее тела в своих руках. Внезапно Джесси потянула его за руку, заставляя опуститься на землю, где она сама лежала на спине среди зарослей кустарника и жестом подзывала его к себе.
   Он опустился рядом на колени, полный желания соединиться с ней. Увидев ее, такую прекрасную, распростертой на земле, вдохнув пряные ароматы летних цветов, он ощутил что-то необыкновенное. Таким гармоничным и правильным казалось ему все происходящее. Они были далеко от того места, где он нашел ее, и буквально на пороге дома его злейшего ненавистного врага, и все же Грегор не мог не заметить, как безупречно соответствовало ей все вокруг, словно она сливалась с природой.
   – Позволь мне посмотреть на тебя. – Ему хотелось разглядеть ее новую, как будто ему незнакомую. Он поднял ее ночную сорочку, скользя ладонями по ногам, и ласкал пальцами нежную внутреннюю поверхность бедер, ощущая, как член твердеет, отзываясь на эти прикосновения.
   Джесси схватила край хлопковой сорочки. Приподнявшись, она выдернула из-под себя ее подол и быстрым движением сняла через голову и снова легла на траву. Вытянув руки над головой и еще держа в них смятое белое одеяние, она была подобна богине в золотых лучах лунного света. Ее кожа сияла, а белая ткань была словно факел в ее руках.
   Грегор склонился над ней, одной рукой опираясь о землю. Другой рукой он скользил по ее телу, любуясь ею. Она была восхитительной и уникальной представительницей своего пола. Он купил ее ради жестокой цели, но теперь понимал, как необыкновенно ему повезло, что он нашел именно ее. Вожделение заполнило Грегора, и обуз дать его было уже невозможно. Его член был полон силы и рвался на свободу, и, сейчас ощутив близость горячей плоти, он вздрогнул от желания проникнуть в нее. Никогда еще Грегор не был разрываем жаждой войти в женщину.
   – О, Грегор, твои руки… – Ее голова металась.
   Ему не нужно было больше слов, он все чувствовал.
   – Да, милая, я знаю.
   Ее нежные упругие груди чутко реагировали на его прикосновения, соски стали твердыми в его пальцах.
   Блуждая ладонями по ее телу, он целовал шею и губы, которые податливо приоткрылись, впуская его язык в тепло, и нежность, и влагу ее рта. Чувство благодарности охватило его. Джесси хотела его, хотела так же страстно и непреодолимо, как он хотел ее.
   – Да! Как хорошо, – прошептала она и выпустила из рук сорочку. Издав вздох, полный блаженства, она свела свои груди вместе и сжала их.
   Это было предложение, от которого он не мог отказаться. Вдохнув уже знакомый пряный аромат ее кожи, он наклонился и лизнул ее сосок. Он медленно крутил его, сжав в пальцах, и, когда у нее вырвался стон, он принялся за второй сосок, лаская языком его твердую вершину. Когда она подалась бедрами ему навстречу, он подвинулся вперед. Подхватив руками колени, он развел ее ноги и ворвался между ними.
   Он едва чувствовал под коленями мягкую землю. Он не видел, не сознавал ничего вокруг, кроме нее одной. Наконец он снова был здесь, в этом райском месте. Он целовал мягкие линии ее живота и спускался все ниже и улыбнулся про себя, когда она обхватила его голову и громко, сладострастно вздохнула.
   Его дыхание касалось холмика у нее между ног, волнистых волос, обрамляющих столь желанное место. Ее тело металось, не зная покоя, она приподнималась с земли, прогибая спину. Ее запах пьянил, сводил его с ума, на мгновение он закрыл глаза и только вдыхал ее, поражаясь тому, как ее аромат, словно кружась, смешивался с листвой и землей. Большими пальцами обеих рук он развел ее пухлые шелковистые половые губы, ладонью касаясь бедер. Проклиная темноту, не позволявшую рассмотреть ее, он опустил голову и стал вместо этого исследовать ее языком.
   – Грегор! О Грегор! – Ее ладони снова сжали его голову.
   Ее страстные вздохи и стоны обостряли его ощущения. Его член уже болел от напряжения, яички сжались, по спине бежали мурашки. «Не сейчас», – сказал он себе. Как раз об этом он мечтал прошлой ночью, мечтал поднять ее, обхватив за ягодицы, и держать ее открытой, так чтобы можно было пить ее. И теперь он готов был сделать это, даже если это убило бы его.
   Прижав язык к ее жарким губам, он скользил между ними туда, откуда сочился ее вожделенный нектар. Он проникал внутрь и жадно пил ее. В беспамятстве она с силой сжимала его волосы, ее ступни отрывались от земли. Не отпуская ее, Грегор сменил положение. Он закинул ее ноги себе на плечи и, обхватив ягодицы, приподнял ее, и снова порхал языком вверх и вниз и внутрь этого сладостного места, поглощая ее соки, до тех пор, пока она не оказалась близка к наивысшему наслаждению. Тогда кончиком языка он поднялся выше, к ее набухшему клитору, и стал кружить вокруг него.
   И вдруг Грегор заметил, что видит ее отчетливее, так как ее тело излучало необыкновенный свет. Это выглядело не совсем нормально, она светилась, словно насекомое, что он однажды видел в тропиках, его называли светлячком. Возможно, это была лишь причудливая игра света или отражение лунных лучей в ближайшем водоеме. Что бы ни было причиной, теперь он мог видеть блаженство на ее лице. Вне всякого сомнения, это доставляло ей удовольствие, и осознание того, что он доставляет ей такое наслаждение, приятно жгло в груди и пробуждало чувство гордости и приумножало его желание и страсть.
   И снова он коснулся языком ее клитора. Она вздрогнула и закричала в порыве оргазма. Он поднял голову. Схватившись за брюки, он освободил свой член и встал между ее бедрами, готовый овладеть ею.
   Но в это мгновение зрелище, что предстало перед ним, заставило его остановиться.
   Отстранившись резким движением, он смотрел на нее и не мог поверить собственным глазам.
   Все ее тело светилось. А когда он повернула голову и подняла веки, в глазах ее вспыхнул пурпурный свет, точно такой же, как тогда, в гостинице, когда она безупречно, не падая, скакала верхом, несмотря на свой странный страх перед лошадьми. Грегор был напуган и в то же время покорен произошедшими в ней переменами.
   Было ли это ее истинное естество? Если так, то все, что о ней говорили, было правдой. Он схватил ее за подбородок и стал трясти ее голову, проверяя, все ли с ней в порядке.
   Их взгляды встретились, и в ее глаза вернулось осознание происходящего. Она торопливо отвела глаза и отвернулась от него. Веки ее опустились, и она издала странный тонкий звук, в котором слышалось сожаление. Она не хотела, чтобы он знал.
   Стиснув зубы, Грегор молча проклинал себя за то, что со дня их первой встречи отрицал очевидные факты, которые говорили сами за себя. Тут он почувствовал, что она отталкивает его от себя, и понял, что должен что-то сделать. Взяв за подбородок, Грегор заставил ее посмотреть на него:
   – Взгляни на меня, Джесси.
   Она покачала головой.
   – Это правда, все то, что говорили о тебе, не так ли? Ты владеешь магией.
   Она распахнула глаза.
   – Я не сделала ничего дурного, Грегор, честное слово! Я знаю лишь несколько заклинаний и никогда не причиняла никому вреда.
   Она крепко обняла его, словно боялась, что он навсегда от нее отвернется.
   Хотя на самом деле бояться стоило скорее ему, и он это понимал. Он отвергал все это, принимая за чепуху и уловки, и теперь ему предстояло столкнуться с последствиями своего легкомыслия. Грегор Рэмзи должен был признать, что впервые за много лет испытывал страх. Кроме того, предмет его страхов был также предметом его страсти и вожделения.
   – Грегор, пожалуйста! Прошу, не оставляй меня.
   Зловещий крик совы легко разносился в прозрачном ночном воздухе. «Я должен. Я должен положить этому конец прямо сейчас», – думал он. Холодок пробежал по его спине.
   Джесси издавала жалобные звуки, а свечение, что окружало ее, начинало бледнеть. Голова ее снова металась, а тело устремлялось к нему.
   Все его мысли спутались, и все же многое из того, что с ними происходило, теперь прояснялось. Ему не стоило так легко отвергать все эти предположения. Следовало бы прислушаться к тому, что о ней говорили, но он был заворожен ее внешностью. Сейчас, после всего, что было между ними, он не мог более отрицать того, что похоть сделала его совершенно слепым и глухим. Стоило ему увидеть ее, и желание мгновенно вспыхивало в нем. Это была истинная правда. Здравый рассудок покидал его, как только перед глазами всплывали образы тех дней и ночей, что они провели вместе. Он понял это в тот самый день и все же пришел сюда, вожделея ее, Джесси Таскилл.
   – Ты применяла ко мне свои способности? – Он настаивал на ответе.
   – Нет, никогда. – Убежденный тон Джесси вселял уверенность, но она торопилась продолжить, пылко оправдываясь и защищаясь: – Я использовала их, чтобы способствовать вашему делу, там, в доме, но никогда для того, чтобы навредить вам или повлиять на вашу волю. Я никогда не поступила бы так. – Она замолчала, и он почувствовал, что она собирается с духом. – Я благодарна за все, что вы для меня сделали. Вы спасли меня от бальи. И я хочу помочь вам в вашем деле. Я никогда не сделаю вам ничего плохого.
   Она вцепилась в воротник его сюртука и притянула Грегора к себе.
   – Грегор, пожалуйста, вы нужны мне. Когда мы занимаемся любовью, это делает меня сильнее. Это помогает мне справиться с заданием.
   Ощущение ее ладоней, скользящих по спине, пленило, влекло его. Она была так соблазнительна, так притягательна, лежа под ним на траве, прижимаясь к нему бедрами. Соблазн был так велик, а твердый член, в ответ на ее желание, наполнился еще большей мощью. Он снова начал двигать бедрами, желая изведать ее сладкой сочной плоти, и никакие последствия не имели сейчас значения.
   Грегор почувствовал, как земля уходит из-под ног и весь мир меняет очертания, как будто все, что он когда-либо знал, не могло даже сравниться с этим мгновением, когда он сходил с ума от желания проникнуть в эту женщину, женщину, которая была одновременно шлюхой и ведьмой, беглой ведьмой, приговоренной к смерти. Лишь только эта мысль пришла ему в голову, и он вспомнил ревущую толпу, готовую разорвать ее прямо там, на постоялом дворе в Данди, как в тот же миг его пронзило острое чувство несправедливости и жажда вызова этим устоям. «Я не позволю этому случиться».
   – Господи! Я не могу больше держаться. – Он направил пальцами член в ее жаркое лоно. Он жаждал ее до безумия.
   Когда он надавил на нее своим весом и тело ее поддалось, головка проникла внутрь. У него перехватило дыхание, едва его напряженный член попал в сладостное объятие ее вагины. Ему пришлось остановиться на мгновение, чтобы набрать в легкие воздуха. Он ощутил плавное движение ее тела и проник еще глубже, скользя внутри ее нежной плоти. Стенки влагалища обволакивали член, сжимая его. Это были несравненные ощущения, и долгие мгновения он упивался пленом ее тела. Затем он отдался своему желанию и вонзил член до самого основания.
   Джесси. Ее имя затмило все его мысли, когда головка уперлась в мягкую преграду.
   Стон наслаждения вырвался из ее уст, а пальцы впились в его спину, заставляя его продолжать. Но его не нужно было просить об этом. Она выгнула спину под его напором, и он, вонзаясь, целовал ее бледную шею. Она была горячей и влажной, и он провел по коже языком, пробуя ее на вкус.
   – О, Грегор! – кричала она. – Ты словно даришь мне энергию, вселяешь в меня еще больше жизни, делаешь меня сильнее.
   Он снова повторял про себя проклятия. Все было как в безумном сне, как в наваждении. «Сумасшествие, все это чистейшее сумасшествие».
   И все же единственное, о чем он думал, была Джесси; и сама ночь вокруг них, казалось, сияла от ее свечения, и даже воздух, которым они дышали, был пропитан ею. Он не мог отрицать того, что видел и чувствовал сам. Казалось, все вокруг существовало для нее и было ею самой. Он ощущал, как ее тепло распространяется по траве и подлеску, она была как будто созвучна с дикими обитателями этих мест. Глаза ее горели, волосы разметались по траве, и прямо на его глазах прекрасные пряди словно врастали в землю, как корни могучих деревьев.
   Пальцы ее тоже сливались с землей, впиваясь в почву с каждым его толчком.
   Он приподнялся, опираясь на руки, и стал вталкивать член еще глубже в ее влажный и нежный жар. Если бы это были последние мгновения в его жизни, он не стал бы ничего менять. Ее ноги плотно обвились вокруг его бедер, ступни ударялись о его ягодицы при каждом движении. В таком положении он проникал еще глубже, и член его изогнулся внутри ее. Стенки влагалища сдавили член. Яички напряглись и готовы были излить его семя.
   – В такие моменты ты не боишься меня, ведь так? – Она задала вопрос, но в голосе ее звучала такая уверенность, как будто она и сама не сомневалась в ответе.
   Она была необыкновенной женщиной, и он едва не попал в плен ее чар. И если даже он не осознавал этого прежде, то точно знал теперь. Но как это случилось?
   – Нет, я боюсь, – проговорился он, вонзаясь в ее тело с неутолимой жаждой ее самой и их взаимного наслаждения. – Ты вся горишь. Мне кажется, я проникаю в самое прекрасное место на земле, ничто не может доставить большего блаженства.
   Его слова были приятны ей. Она выгнула спину, и огонь, что горел в ее глазах, разлился по всему телу и осветил землю там, где они лежали.
   Ее жаркая плоть обволакивала член, голова ее металась, сама Джесси шепотом повторяла его имя. Этот пылкий шепот все сильнее разжигал в нем желание. Резким движением головы он смахнул каплю пота, что стекала с его лба.
   Она убрала со лба его волосы и провела пальцем между бровями. Этот жест зажег в ее глазах какой-то необыкновенный огонь, и он ощутил внутри ее бешеную пульсацию. Он преодолел препятствие.
   – Джесси, милая, ты великолепна!
   Она ответила, но он не разобрал слов и лишь узнал в них гэльское наречие. Все тело Грегора била дрожь, член утопал в ее вагине, в плену ее теплой, влажной и нежной плоти.
   В мгновения наивысшего блаженства она сияла, будто сама луна спустилась на землю. Когда он излил в нее свое семя и ее бедра плотно сомкнулись вокруг него, ему не нужно было больше ничего на свете – лишь только быть сейчас здесь и наслаждаться этими минутами и видеть ее излучающей волшебный свет, такой восхитительной и счастливой в этот момент их сладостного единения.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация