А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "XX век ВВС. Война авиаконструкторов" (страница 25)

   Всего в операции «Бодеиплатте» были задействованы 1035 самолетов из состава истребительных, бомбардировочных и штурмовых эскадр, из них примерно 900 были истребителями и истребителями-бомбардировщиками. Немцам противостояли части американских 8-й и 9-й Воздушных Армий, а также 2-й Тактической Воздушной Армии, основу которой составляли английские подразделения.
   Всего немецкие самолеты атаковали 17 различных аэродромов союзников, но столкнулись с неожиданно сильным сопротивлением, хотя в большинстве случаев и добились тактической внезапности. В результате часть аэродромов вышла из строя на срок до двух недель.
   Каковы же были результаты операции? Как ни странно, на этот вопрос даже сегодня не существует точного ответа, причем потому, что отсутствуют нужные документы союзников. Немецкие потери задокументированы гораздо точнее.
   Итак, по заявлениям немецких пилотов, просуммированным в докладе штаба Люфтваффе, на атакованных аэродромах были уничтожены 414 самолетов, и еще 65 самолетов были сбиты в воздушных боях. Повреждения получили еще 114 самолетов союзников, а штаб II истребительного корпуса сообщил об уничтожении некоторого количества боевой техники. То есть на первый взгляд операция завершилась довольно успешно. Но когда начинается анализ документов трех воздушных армий союзников, оказывается, что эти потери гораздо ниже. Больше всего осложняет дело, что нет точных данных по 8-й Воздушной Армии, но если просуммировать имеющиеся цифры и на всякий случай увеличить их на 15 процентов, то выйдет, что немцам удалось уничтожить чуть более 300 самолетов и 190 повредить. Особенно завышенными – в три раза – оказались данные по воздушным боям.
   Как мы говорили, потери немцев известны точно: они составили 280 сбитых самолетов и 69 поврежденных. То есть в отношении погибших самолетов разница оказалась такой незначительной, что операцию вообще не стоило затевать. Гораздо более страшными для немцев оказались потери в летчиках – 143 пилота погибли, а еще 70 попали в плен. В их число вошли 3 командира эскадр, 5 командиров групп, 14 командиров эскадрилий и примерно 45 опытных пилотов. Остальных командованию Люфтваффе не было жалко – эти 140 летчиков имели на своем счету по 5—10 боевых вылетов. То есть вывод М. Солонина на первый взгляд подтверждается, но мы еще вернемся к этому вопросу.
   Более детальный анализ потерь открывает нам любопытную картину. 47 процентов немецких самолетов были уничтожены зенитками, и только 23 процента – истребителями союзников! Самым неожиданным оказалось то, что всего лишь 5 процентов были сбиты немецкими зенитками, то есть, хотя потери и были, они далеко не так велики, как принято изображать в популярных изданиях.
   И какие же причины привели к провалу операции «Боденплатте»? Они прекрасно известны и предельно конкретны, но не имеют совершенно никакого отношения к рассуждениям Солонина об ошибочности бомбежки аэродромов.
   Первая. По каким-то неизвестным причинам было выбрано слишком позднее время атаки – 09.20 даже в зимнее время непозволительно поздно, тем более что аэродромы не нужно было искать. В результате союзники успели подготовиться к обычным дневным полетам, и хотя сам удар был внезапным, отреагировали они очень быстро.
   Вторая. Некоторые маршруты были проложены над участками фронта, где шли ожесточенные бои. Поэтому там было сосредоточено большое количество зенитных орудий союзников, что опять-таки привело к неприятным последствиям еще до начала самой атаки.
   Третья. Часть ударных групп опоздала из-за неверного расчета маршрутов. Случай, ранее просто неслыханный для немецких штабов, славящихся своей аккуратностью. В результате JG 1 и JG 26 влетели в настоящее осиное гнездо.
   Четвертая. Большинство немецких пилотов к этому времени были необученными новичками, они просто не умели обстреливать цели с бреющего полета. Ставший свидетелем такой атаки лучший английский ас Джонни Джонсон назвал огонь немцев беспорядочным и неприцельным.
   Пятая. Грубейшей ошибкой плана следует считать приказ совершить несколько заходов для обстрела аэродромов. Если первый заход чаще всего оказывался внезапным, то во время последующих немцев встречал плотный огонь. Похоже, в штабе Люфтваффе плохо представляли степень насыщенности войск союзников зенитными орудиями и ориентировались на свои собственные показатели. Но если самая многочисленная немецкая ЗСУ Sd.Kfz. 10/4 была изготовлена в количестве всего лишь 610 штук, то у американцев одних только М16 MGMC – счетверенный тяжелый пулемет – на базе БТР насчитывалось около 3000 штук.
   Но главным было то, что, даже если бы немцам и удалось уничтожить до 700 самолетов союзников, это решительно ничего не изменило бы в общей ситуации на Западном фронте, так как подобные потери были бы восполнены самое большее в течение месяца.

   А дальше мы несколько нарушим хронологический ход повествования, потому что события арабо-израильских войн 1956 и 1967 годов очень сильно напоминают операцию «Боденплатте», хотя результат был совершенно иным. Поэтому для наглядности войну в Корее мы рассмотрим несколько позднее, тем более что кое-какие особенности этой войны делают ее нетипичной.
   Итак, совершенно эталонным примером борьбы за господство в воздухе являются две войны на Ближнем Востоке – Суэцкий кризис 1956 года и Шестидневная война 1967 года. Причем в обоих случаях противники арабских стран добивались своих целей с помощью ударов по аэродромам, и оба раза египетские ВВС ничего не могли им противопоставить. Во время войны Йом-Киппур картина резко изменилась, но не потому, что египтяне вдруг начали воевать гораздо лучше, положение изменили советские зенитные ракеты, к борьбе с которыми в начале 1970-х годов Запад оказался совершенно не готов.
   Предыстория Суэцкого кризиса 1956 года настолько сложна и запутанна, что разобраться в ней вряд ли будет возможно даже при наличии всех документов, а все документы для открытого изучения не появятся никогда. Внешне схема выглядит очень простой – англофранцузские империалисты, разозленные потерей контроля над Суэцким каналом, вторглись в Египет при поддержке своей марионетки Израиля, но под давлением всего прогрессивного человечества с позором убрались оттуда.
   На самом деле конфликт интересов был гораздо сложнее. Лучший друг Советского Союза убежденный фашист Гамаль Абдель Насер показал себя вдобавок истинным коммунистом, когда под лозунгом «Грабь награбленное!» национализировал в свою личную пользу Суэцкий канал, принадлежавший английским компаниям. Это тот самый эпизод, документы по которому, похоже, никогда не будут открыты. Я ни секунды не верю, что Насер позволил себе такую выходку, не получив одобрения Москвы. Пойти на прямой конфликт с крупнейшими военными державами, способными раздавить египетскую армию за считаные часы (так оно и произошло позднее), можно, только заручившись поддержкой еще более сильной державы. Но какие цели преследовал в этом случае Хрущев – не очень понятно.
   Израиль, предвидя вмешательство европейских держав, под шумок решил в очередной раз поквитаться с арабскими соседями, не ставя при этом, однако, серьезных задач. Просто вялотекущая непрерывная арабо-израильская война в какой-то момент превратилась в краткосрочную горячую. Зато совершенно неожиданную активность проявили французы, которые потеряли все права на канал еще полвека назад. Вообще поведение Франции после Второй Мировой войны вполне можно назвать непрерывной военной истерикой. Похоже, французы не забыли позорной капитуляции летом 1940 года, пусть даже ее и называют деликатно перемирием, и изо всех сил старались стереть из памяти этот эпизод, ввязываясь буквально во все военные стычки и авантюры, происходившие по всему земному шару.
   Вообще военный конфликт 1956 года во многом оказался нетипичным. Все началось в ночь на 28 октября 1956 года, когда израильский истребитель перехватил над Средиземным морем египетский пассажирский самолет Ил-14. По предположениям израильтян, на нем должны были лететь министр обороны Египта маршал Амер и несколько других высокопоставленных офицеров, но на борту находились только невинные журналисты. Военные действия Израиль открыл утром 29 октября вторжением своих войск на Синайский полуостров под предлогом борьбы с федаинами – тогдашний эквивалент «Хезболлах». Как ни странно, авиация Израиля и в первые дни конфликта, и в последующем вела себя более чем пассивно. Не активничали и египетские летчики. Как смешной анекдот можно упомянуть попытку израильтян нарушить линии проводной связи с помощью крюков, подвешенных на тросах к старым истребителям «мустанг».
   Израиль мог попытаться действовать более активно, так как помимо собственной авиации располагал двумя эскадрильями французских самолетов, прилетевших буквально накануне начала военных действий, – F-84 «Тандерстрик» американского производства и «Мистэр IVA», которые пилотировали французские летчики. Египтяне имели МиГ-17 и МиГ-17 советского производства, в стране находились советские и чешские военные советники. Однако в результате все свелось к случайным стычкам отдельных самолетов, причем потери обеих сторон можно было пересчитать по пальцам одной руки.
   Темп событий заметно ускорился 30 октября, когда Англия и Франция предъявили ультиматум обеим сторонам, требуя отвести свои войска от Суэцкого канала. Израиль охотно согласился, Египет охотно отказался. После этого 31 октября английские реактивные бомбардировщики с Мальты и Кипра совершили ночной налет на египетские аэродромы. Есть предположение, что англичане всерьез опасались атаки истребителей, в кабинах которых будут сидеть советские инструкторы. Более того, можно найти источники, которые утверждают, будто такие случаи действительно имели место, но это представляется очень маловероятным. В Корее советские летчики воевали, почти наверняка (но только почти!) они воевали во Вьетнаме. Кстати, а кто помнит, что в 1949-м советские летчики бомбили Тайвань, сидя в кабинах якобы китайских самолетов?
   Опасения англичан оказались напрасными, и на следующий день они перешли к полномасштабным воздушным налетам, в которых участвовали самолеты с Кипра, но главную роль сыграла авианосная авиация. Если бы египтяне сохранили хоть каплю желания сражаться, англичане могли дорого заплатить за это, потому что «Си Веном» и «Си Хок» по своим летным характеристикам заметно уступали МиГ-15, не говоря уже о МиГ-17, но арабы предпочитали сидеть в укрытиях, дожидаясь, пока придет «большой русский брат». В результате 31 октября было уничтожено около 100 египетских самолетов, после чего авиация коалиции получила полную свободу действий. В обстрелах берега и штурмовках принимали участие даже ископаемые поршневые самолеты. Кстати, совершенно хрестоматийный пример – авиация противника уничтожена прямо на аэродромах.
   Кстати, англо-французская операция «Мушкетер», кроме всего прочего, является хорошим примером того, как придурковатые, но жадные политиканы губят десятки и сотни солдат. Разумеется, в этом случае гибнут чужие сыновья, вы можете назвать мне сыночка хоть одного российского пудель-тата, который служил в армии и уж тем более побывал, скажем, в Чечне?! Про «погиб» я и не говорю, у наших, депутатских, особенная гордость, имеющая точную оценку в долларовом эквиваленте. Но мы отвлеклись, дело в том, что какого-то придурка в британском парламенте осенила гениальная идея: а может, получится договориться с Насером? В результате военным приказали не использовать бомбы весом более 250 фн, а морякам запретили стрелять из орудий среднего калибра, про тяжелый мы и не вспоминаем. В 1938 году именно такие «государственные мужи» пытались договориться с «достопочтенным мистером Гитлером», чем это кончилось, мы все прекрасно помним. Слава богу, французы, впавшие в очередной припадок воинственности, подобным кретинизмом не страдали. Их самолеты сбрасывали те бомбы, которые требовала военная ситуация, а линкор «Жан Бар» вел огонь по берегу снарядами весом почти 900 кг, которые гораздо лучше прочищают мозги моджахедам, чем слюнявые «декларации о намерениях» и денежные подачки «на восстановление хозяйства».
   Собственно, после этого война в воздухе и закончилась. Англичане и французы не потеряли ни одного самолета в воздушных боях, израильтяне потеряли 2 или 3. Самое смешное, что и потери египтян в воздушных боях ограничились 3 или 4 самолетами, все остальные погибли на земле. В свое время летописец Рашид ад-Дин Хамадани про каких-то противников Чингисхана написал: «У них не хватило мужества ни для боя, ни даже для бегства». Исключительно точное замечание.
   Гораздо более поучительна Шестидневная война, не сомневаюсь, что действия израильской авиации в этом конфликте изучают буквально во всех военно-воздушных академиях, включая российскую.
   Причины этой войны тоже сокрыты во мраке, точно ясно одно – в данном случае Израиль вовсе не был злобным агрессором, он отреагировал на выдвижение египетских войск на Синай, сделанное в начале мая в нарушение всех предыдущих дипломатических договоренностей, в обход резолюций и миротворцев ООН, и очередное закрытие Тиранского пролива. Да, реакция была неоправданно жесткой, как в предыдущем случае Израиль охотно ухватился за повод, данный ему Египтом. Но не надо было давать этот повод. Кстати, за двое суток до указанных событий спикер национального собрания Египта Анвар Садат вернулся из Москвы. Случайное совпадение?
   Боевые действия начались 5 июня в 07.10, когда 16 израильских учебных самолетов «фуга» поднялись с аэродрома Хацор. Они сделали все, чтобы только арабы заметили их и приняли за эскадрилью «миражей», поднятую для обычного патрулирования. А вот через две минуты с того же аэродрома взлетели настоящие боевые самолеты – истребители-бомбардировщики «Ураган», вслед за ними взлетели истребители «мираж» и штурмовики «вотур». Обратите внимание, что в первых войнах Израиль пользовался в основном самолетами французского производства. К 07.30 практически все боевые самолеты Израиля – около 200 машин – находились в воздухе. Их сопровождало пышное напутствие командующего ВВС генерала Хода: «Дух героев Израиля будет сопровождать вас в битве… У Ешуа Бин-Нуна, царя Давида, Маккавеев, бойцов 1948 и 1956 годов мы возьмем силу и отвагу, чтобы атаковать египтян, которые угрожают нашей безопасности, нашей независимости и нашему будущему. Летите, атакуйте врага, уничтожьте его и рассейте по пустыне».
   Самолеты летели на малой высоте, всего лишь около 15 м, чтобы избежать обнаружения египетскими РЛС. Советский Союз поставил режиму Насера 82 установки, однако египтяне не сумели ими воспользоваться. Большинство самолетов взяли курс на запад, прямо в Средиземное море, и лишь потом повернули в направлении египетского берега. Другие самолеты полетели на юг, чтобы, повернув на запад, выйти к целям на юге Египта. Летчики имели приказ соблюдать строжайшее радиомолчание, а в случае необходимости объясняться жестами. Странно читать такое в эпоху сверхзвуковой авиации, но что было, то было. Если самолет терпел аварию, пилот не имел права вызывать помощь. Но израильтяне не боялись этого, так как их пилоты получили великолепную подготовку.
   Советская пропаганда сразу после этих событий запустила тухлую утку, будто в кабинах сидели американцы, англичане и даже шведы. Непонятно только, когда они успели переучиться на французскую технику со своих «фантомов», «лайтнингов» и «дракенов».
   Израильтяне располагали почти исчерпывающей информацией о дислокации египетских ВВС, полученной с помощью электронной разведки и, как ни странно, обычных шпионов, внедренных в самые высокие слои египетского военного и политического руководства. Поэтому они прекрасно знали, где и что следует бомбить.
   Интересно, что за пару дней до начала военных действий командующий египетской авиацией генерал Сидки Махмуд, видя угрожающее развитие событий, предложил президенту Насеру самому нанести упреждающий удар. Насер отказался. Тогда Махмуд предложил другое – отвести силы ВВС на юг к суданской границе, чтобы израильтяне не могли их достать. Этого разрешения он тоже не получил. Когда Насер спросил его, какие потери можно ожидать в случае внезапного удара Израиля, Махмуд ответил, что около 30 процентов. Он оказался слишком большим оптимистом.
   В результате, когда израильские самолеты оказались над египетскими аэродромами, они увидели выстроенные как по линейке «миги», «ту», «илы». Знакомые названия и знакомая картина, не правда ли? В свое время египтяне обсуждали предложение построить бетонные капониры для авиации, однако против этого выступило командование ВВС, поэтому самолеты стояли совершенно открыто. Генерал Ход заметил: «Реактивный истребитель – это смертоносное оружие в небе, но на земле он совершенно беспомощен». При этом ни одна из 100 египетских зенитных батарей и 27 установок ЗУРС не выстрелила, так как маршал Амер запретил это, опасаясь, что собьют его собственный самолет.
   Дело в том, что в момент атаки почти вся египетская авиация находилась на земле. Да, египтяне учитывали возможность внезапной утренней атаки и на рассвете поднимали дежурные звенья, однако египетское время на час опережает израильское, и к 08.15 все самолеты вернулись на базы. По какой-то злой иронии судьбы в воздухе находились 2 транспортных Ил-14. На одном из них на авиабазу Бир аль-Тамада летели главнокомандующий маршал Амер и генерал Махмуд, на другом в Абу Сувейр направлялись начальник контрразведки аль-Шафи, премьер-министр Ирака и старший советский военный советник. Вот почему маршал боялся за свою шкуру! Майор Ахмад Раби, командир одной из батарей, вспоминал: «Мы находились в полной готовности, имели массу боеприпасов, но не получили приказа стрелять. Наконец я сам приказал открыть огонь, полагая, что потом меня отдадут под трибунал. Но вместо этого я получил медаль за отвагу». Впрочем, израильские пилоты имели совершенно иные приказы, а потому не обратили на старенькие транспортники никакого внимания, хотя перед прошлой войной специально охотились за Амером.
   Однако нельзя сказать, что арабы не получили никаких предупреждений. Построенная англичанами в Иордании РЛС Аджлун в 08.15 засекла израильские самолеты, и штаб иорданских ВВС в Аммане получил предупреждение. Оттуда в Каир была спешно послана радиограмма, которую египтяне не приняли. Буквально вчера они изменили частоты связи и не предупредили об этом иорданцев. Вот от каких мелких случайностей иногда зависит судьба больших операций!
   Операция «Фокус» началась. Ее тщательно готовили целых 5 лет, и сейчас наступил момент истины. Сумеют ли израильские ВВС реализовать задумки штаба? Во многом «Фокус» напоминал «Боденплатте», и немцам в свое время такая операция не слишком удалась. Предполагалось, что десятки самолетов, взлетевших с различных баз, в четко установленное время атакуют 11 различных аэродромов, время подлета к которым заметно различалось. Впрочем, израильский план гораздо больше напоминал «Большой удар» Галланда, ведь для защиты собственно Израиля оставалось всего 12 самолетов.
   Израильские военные и политики с напряжением ждали, чем же кончится атака. В 07.30 самолеты оказались над первыми авиабазами Фаид и Кибрит, которые египтяне по неизвестным причинам полагали находящимися на безопасном удалении от Израиля. Израильтяне же вдобавок подошли к ним с неожиданного направления – с запада. Небо было совершенно безоблачным, погода исключительно тихой. На самом подходе к аэродромам израильские самолеты резко набрали высоту около 2,5 км и появились на экранах египетских радаров. На земле началась паника.
   Пилоты ударных групп получили приказ атаковать цели в следующей последовательности: взлетные полосы, дальние бомбардировщики и лишь в последнюю очередь истребители. РЛС, ангары и склады предполагалось бомбить только после уничтожения основных целей. После сброса бомб пилоты должны были совершить несколько заходов, обстреливая цели, что было страшным риском. Но либо израильтяне не знали о печальных результатах подобных действий во время «Боденплатте», либо откровенно презирали противника.
   Во время этой атаки было использовано новое оружие – поставленные все теми же французами бетонобойные бомбы «Дюрандаль». Они создавались для уничтожения подземных хранилищ горючего, созданных Советской Армией на территории ГДР, которые располагались глубоко под землей. Бомба сбрасывалась с высоты 50—500 м. Ее полет тормозился двумя парашютами, раскрывающимися автоматически. На заданной высоте включался ракетный ускоритель, в результате этого бомба приобретала скорость 200 м/с. «Дюрандаль» мог пробить бетонированную взлетно-посадочную полосу толщиной до 0,7 м и взорваться на глубине до 2 м, а после взрыва оставалась воронка диаметром около 5 метров и глубиной 1,5 м. На некоторые бомбы ставили взрыватели с часовым механизмом, поэтому взрывы продолжались даже после того, как атакующие улетели. На одну лишь базу Абу-Сувейр израильтяне сбросили более 100 таких бомб. Один из пилотов вспоминал: «Мы уничтожили 16 из 40 «мигов», стоящих на летном поле, а по пути назад уничтожили батарею ЗУРС. Мы видели, как пылают остальные египетские аэродромы».
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация