А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Наши павшие нас не оставят в беде. Со Второй Мировой – на Первую Звездную!" (страница 21)

   – Саня, давай! – ору я во всю глотку, пытаясь перекричать грохот. – Твой черед!
   В ушах звенит, и я не слышу ответа Вонючки. Остается надеяться, что парень выполнит свою часть работы. Главное, что оставшиеся твари отвлеклись на меня, дав возможность Вонючке садануть по ним из гранатомета и накрыть всех одним разом.
   Чужаки некоторое время долбят по моему укрытию, вынуждая вжиматься в каменный пол, а потом вдруг наступает тишина. Дым потихоньку рассеивается, звон в ушах постепенно проходит. Я поднимаюсь, но выходить из своего убежища не тороплюсь. Вдруг какая хитрость, и твари пошли на уловку, хотя раньше за ними этого не водилось. К тому же торопиться мне некуда. Вызываю напарника:
   – Вонючка!
   В ответ тишина.
   Я начинаю всерьез волноваться. Вдруг твари все же накрыли моего наводчика, а сами затаились. Медленно ступая, подбираюсь к одному из окон, улицу мне пока не видно. В наушниках неожиданно звучит встревоженный голос командира Дронова:
   – Леша, что у вас там происходит?!
   – Сам не пойму, – отвечаю я.
   – Помощь нужна?
   – Нет пока.
   – Ладно, разберешься – доложишь. – Дронов отключается.
   Выглядываю наружу и вижу Вонючку. Наводчик стоит на краю воронки, где еще недавно укрывались пехотинцы чужаков. Он замечает меня и машет рукой:
   – Да не боись, выходи.
   Голос у Вонючки довольный. Забрало его шлема откинуто, рожа растянута в ехидной улыбке. С великим трудом подавляю жгучее желание вскинуть винтовку и всадить этой сволочи между глаз пару пуль.
   – Все до одного готовы, – радостно сообщает он мне, когда я, наконец, выбираюсь на улицу. – Наш с тобой счет – шесть против четырех.
   Я подхожу к нему и обкладываю его отборным матом. Другой бы на его месте обиделся, оскорбился, но Вонючке хоть бы что, только хитро щурит озорные глаза и лыбится в ответ.
   – Почему долго молчал? – продолжаю я спокойнее. – Уже подумал, что тебе каюк.
   – Не-е, – склабится Вонючка. – Я выжидал, как ты меня учил.
   – Уходить надо, а то Дрын волнуется.
   – Сейчас, минутку.
   Вонючка спрыгивает в воронку и достает нож, оглядывая мертвых чужаков.
   – Опять?! – я едва сдерживаюсь, чтобы не завыть от злости. – Сдурел, что ли?!
   – А что такого? – наводчик наклоняется над трупом одного из пехотинцев, резким взмахом ножа отсекает у него палец с длинным стальным когтем, больше похожим на лезвие.
   Уговаривать его остановиться бесполезно. За эту привычку он и получил погоняло «Вонючка». Вообще-то его зовут Сашкой Петровым. Отличный парень, способный. Но вот имеет страстишку отрезать пальцы у убитых им чудищ, естественно, когда выдается такая возможность. Трофеи собирает и сушит их потом на веревочке, как воблу. По большому счету, нам всем на это наплевать, если бы не запах, источаемый «трофеями». Отсюда и прозвище.
   Как-то я его спросил:
   – Ты фрицам тоже так пальцы резал?
   На что он ответил невозмутимо:
   – Нет. Немчура хоть и враг, но человек. А это – нелюди. Совсем другой коленкор, понимаешь? Мне батя, он у меня профессором был, рассказывал, что так индейцы делали. Собирали трофеи с убитого врага и потом наполнялись его энергией, становились сильнее.
   – Ты суеверным стал? – засмеялся я тогда.
   – Станешь тут… – он многозначительно пожал плечами, и оба мы замолчали. О чем тут спорить? Насмотревшись на инопланетян, любой мог поверить и в черта, и в дьявола.
   Управляется Вонючка быстро.
   – Взял шесть, – горделиво хвалится он, вылезая из воронки. – Сколько и укокошил.
   – Пошли скорее, – я с тревогой наблюдаю по сторонам. На радар уже не надеюсь.
   До нашей группы добираемся через пару часов. По пути заметили еще один вражеский патруль, но без труда обошли его. И снова радар молчал. На пластине по-прежнему четко синими точками высвечивалось местоположение наших ребят, а чужаков, которые обычно отображались красным, будто и вовсе нет в этом секторе. Остается надеяться, что у нас с Вонючкой разом поломались радары, но верится с трудом.
   По прибытии сразу докладываю Дронову обо всем, начиная с убийства «лейтенанта» чужаков. Делюсь странностями в поведении тварей и отсутствием их на радаре.
   – Думаешь, новая защита? – Дронов задумчиво чешет гладковыбритый затылок.
   – А что еще? У Вонючки тоже приборы ничего не показали.
   – Да и мы удивились, что тут так тихо. Придется менять тактику. Ладно, сейчас летим на базу, позже разберемся, что к чему.
   Катер уже «под парами», все ребята, кроме нас с Дроновым, внутри. Я забираюсь на борт последним. Корабль медленно поднимается над городом, и я закрываю глаза. Не нравится мне ситуация, ох как не нравится.

   Глава 2

   Меня зовут Алексей Чагин. Я старший сержант Красной Армии, 2-й Белорусский фронт, 3-я раз-ведрота. В сорок первом пошел по призыву на фронт, воевал снайпером, успешно уничтожая врага, а спустя два года получил смертельное ранение и очутился здесь. Попал с одной войны на другую, еще более страшную. Страшную настолько, что вначале она казалась за гранью моего понимания. Это даже не война, а кровавая бойня, тотальное истребление человечества.
   Как оказался здесь, для меня загадка. Нам вкратце объясняли что-то о временных потоках, петлях и прочей научной зауми, но большую часть сказанного не поняли даже самые образованные из нас. Однако главное до нас донесли. Ученые будущего разработали некую машину, способную вытаскивать людей из прошлого за миг до их физической смерти. Помню, как нам пытались объяснить процесс: «Аппаратура «захвата» настроена таким образом, что обеспечивает попадание в мерцающий поток некой субстанции, – вероятно, именно той, которую богословы называют душой, – в момент ее сильного волнового всплеска, то есть за мгновение до гибели человека». Знаю лишь, что, несмотря на смертельное ранение в голову, я жив и здоров и нахожусь в суровой реальности далекого будущего. Настолько суровой, что порой берет оторопь. А в прошлом я считаюсь погибшим.
   Всем этим процессом руководит профессор Олег Левин. Именно он разработал идею перемещения во времени, открыл возможность вытаскивать людей из прошлого и поставил ее на поток.
   К XXII веку человечество, наконец, объединилось. Удалось создать гармоничный мир, без национальных и территориальных распрей. Не сразу, но со временем была принята совсем иная система управления планетой. Человек смог спокойно жить, приносить пользу и радость своим собратьям. Впервые за все существование человечества агрессия и жестокость были побеждены. Наступил Золотой век человеческой цивилизации, продлившийся целых 68 лет.
   Люди будущего добились мира на всей Земле. Не было никаких войн, даже локальных конфликтов. Сбылась мечта всего человечества. Сбылась, чтобы тут же рухнуть. Избалованное мирной и сытой жизнью, человечество постепенно разучилось воевать. Небольшая гвардия, конечно, была, но она лишь изредка выполняла полицейские функции и существовала для поддержания порядка, а не ведения боевых действий. В любом обществе есть преступные элементы, не избежали их и здесь, хотя не в таких масштабах, как это было в прежние века. Но в основном гвардейцы использовались при природных катаклизмах. Даже министерство, к которому они были приписаны, называлось Службой Спасения на Земле и в колониях. Они не были солдатами. Некоторые из них участвовали в редких перестрелках с преступниками, но никто никогда не воевал. У них не было никакого понятия о тактике и стратегии войны.
   Когда орды инопланетян ринулись на Землю с небес и принялись безжалостно уничтожать беззащитных людей, гвардия оказалась не в состоянии сдержать натиск. Чужаки ударили одновременно в разных местах. Ударили неожиданно, не пытаясь перед этим войти с людьми в контакт. Люди были не готовы к нападению и, как следствие, стали легкой добычей инопланетных тварей. Чужаки не шли ни на какие переговоры, их обуревала только жажда убивать. Проведенная на Земле мобилизация тоже большого успеха не принесла. Вооружение землян было великолепным, люди обладали поражающей воображение военной техникой, но умение воевать ими было давно утрачено. А потому чужаки побеждали на всей территории нашей планеты.
   Землянам не хватало настоящих бойцов, и тогда, чтобы сражаться с инопланетными захватчиками, было принято решение воспользоваться открытием профессора Левина и перемещать в будущее солдат прошлых войн. Так здесь, в две тысячи сто двенадцатом году, появились мы – солдаты из тысяча девятьсот сорок третьего года. Мы на вводной лекции задавали Левину вопрос, почему именно этот год, и он, снова погружаясь в научную терминологию, попытался разъяснить что-то о луче, пока захватывающем только временной промежуток лета сорок третьего года двадцатого столетия.
   На самом деле и этого оказалось достаточно. В тот год смерть собирала богатый урожай, солдаты гибли тысячами. Мы увязли в жарких боях за родную землю, и недостатка в новобранцах у Левина не было. К слову, профессор без разбору вытаскивал бойцов с обеих сторон фронта. Миру нужны были все солдаты, и его не интересовали наши политические убеждения. Так что теперь мы сражаемся плечом к плечу с немцами.
   Один из них сейчас сидит в катере напротив меня – Курт Брюннер, в прошлом обер-ефрейтор вермахта, а ныне отличный снайпер из нашей диверсионно-разведывательной группы и неплохой, как оказалось, парень. Вместе с ним мы проходили обучение. Для него прошлая война закончилась примерно в то же время, что и для меня. Может, мы даже пересекались на фронте, стреляли друг в друга, но говорить о той войне у нас здесь не принято, существуют более насущные темы для бесед.
   Первое время я не мог найти себе места, ведь должен был теперь доверять тому, кто еще недавно топтал мою землю и убивал моих друзей. Но осознание пришло достаточно быстро. У нас одна цель и очень мало времени – чужаки расползаются по планете, их нужно остановить и уничтожить. Тут уж не до наших прежних распрей.
   – Леша, – окликает меня Курт, – вы по новому маршруту сегодня ходили?
   – Нет. В следующий раз пойдем. Сегодня мы с Вонючкой на «лейтенанта» охотились.
   – И как? – вскидывает бровь Брюннер.
   – Порядок! – вклинивается в разговор Вонючка. Ему, как всегда, до всего есть дело. – Сняли.
   И еще десяток рядовых.
   Чтобы подкрепить свои слова, Вонючка трясет перед Куртом связкой отрубленных пальцев. Немец брезгливо морщится, но на меня смотрит с уважением и некоторой завистью. Обычное дело – мы все ревностно следим за успехами других. Ненависти к бывшим врагам я уже не испытываю, но дух соревновательности сидит в нас крепко.
   – А как ваши успехи? – спрашиваю я.
   – Мы почти к Садовому кольцу подобрались. – Брюннер тянется к левому уху. У него оторвана мочка, и он в минуты сосредоточенности постоянно поглаживает это место. Как он был ранен, Брюннер не рассказывал, а я не спрашивал. – Там прорва чужаков, такое ощущение, что они что-то затевают в самом центре города.
   Курт говорит по-немецки, а я, естественно, по-русски, но мы отлично понимаем друг друга. После «прибытия» в будущее ассистенты профессора Левина каждому вставляют в ухо небольшую хреновину размером с таблетку, с помощью которой можно свободно понимать чужую речь, как свою. Так что мы легко общаемся, и проблемы языкового барьера между нами не существует. Однажды я на базе ради интереса вынул «таблетку» и прислушался. Больше половины моих новых знакомых говорило на непонятных языках, а уж немецкий лай вообще резал слух.
   – У тебя есть какие-нибудь соображения? – спрашиваю Курта.
   – Пока не знаю. Слишком мало разведданных. Надо будет еще понаблюдать. Я доложил Дронову, так он аж засиял. Рад, что мы новую тропку нащупали.
   – Еще бы! – снова влезает в разговор Вонючка. – Чем ближе мы к ним, тем быстрее войну закончим. Заложим бомбу, и привет!
   – Мне бы твой оптимизм, – сетую я, после чего рассказываю Брюннеру о сегодняшних наблюдениях.
   – Да, – подтверждает он, – у нас тоже радар ничего не показывал. Чуть на отряд чужаков не напоролись.
   – То-то и оно.
   На первых инструктажах нам объясняли тактику ведения боя чужаками, да мы и сами потом видели, как они воюют. Они, словно крысы, стараются покрыть как можно большую территорию, расползаясь по Земле. А в бою бросаются на нас, как обезумевшие, смерть их не пугает.
   Но тут в Москве все в одночасье стало по-другому. Никто уже не сомневается, что инопланетяне готовят в самом центре разрушенного города нечто грандиозное. Чужаки копошатся, ведут какую-то активную деятельность и при этом осторожны, не бегут сломя голову на врага, как было раньше, а отсиживаются в воронках, выжидая. Да еще и эти радары, черт их раздери!
   У каждого из нас к рукаву прикреплена небольшая тонкая пластина. Она прозрачная, будто сделана из стекла, но на самом деле это какой-то сверхпрочный материал. Однажды, спасаясь от чужаков, я со всего маху налетел пластиной на острый камень, так она даже не поцарапалась и не погнулась.
   Пластина – многофункциональное устройство. Потрясающая вещь! Достаточно прикоснуться к ней, и она включается. В этой маленькой тонкой штуковине хранится огромнейшее количество различной информации. Тут и радар, и карта местности, и передатчик, и куча всякой всячины. Хоть кинокартину по ней смотри в цвете, хоть общайся с тем же Вонючкой, видя на экране его физиономию. Нас обучали управляться пластиной, посвятив этому три занятия, но я думаю, чтобы полностью изучить все ее возможности, нужны годы. Мы освоили только базовые функции, но и то хорошо. Между собой мы называем ее просто «пластиной» или «радаром».
   Я откидываюсь на спинку кресла и снова закрываю глаза. Давно так не выматывался. Ничего, скоро прилетим на базу и отоспимся. База сокрыта от чужаков в Уральских горах, но современный катер пролетает расстояние от Москвы до нее за полчаса. Это даже не база, а огромный подземный город. Как нам объяснили, построен он был во время последней и самой кровопролитной в истории человечества войны и, к счастью, не подвергся разрушению. Теперь он стал пристанищем бойцов, сражающихся с инопланетными захватчиками. Мы тоже входим в их число. База полностью автономна, напичкана современной аппаратурой, и работа внутри нее не затихает ни на минуту.
   Многое я узнал за время, проведенное здесь. Таких баз на Земле осталось несколько. Теперь это настоящие очаги сопротивления, последние рубежи человечества. Поэтому охраняют их особенно тщательно. Каждой базой руководит Советник, что-то сродни коменданта, и все в ней подчиняются ему беспрекословно. Советник имеет исключительные полномочия и подчиняется только Командору, наивысшему начальству на Земле. Командор вроде товарища Сталина, только в масштабе всей планеты. Мне приятно было узнать, что Командор – наш соотечественник. Невысокий, крепкий, слегка полноватый, он похож на этакого добряка, только цепкие пронзительные глаза выдают в нем решительного, сурового человека. Мы видели его один раз, когда Командор лично приезжал посмотреть на первых «новоприбывших».
   «Новоприбывшими» нас окрестил профессор Левин, и он был в чем-то прав. Там, откуда он нас выдернул, мы умерли, перестали существовать. Мы сполна выплатили Родине свой долг, геройски погибнув.
   Я открываю глаза и смотрю на простирающиеся внизу долины и нити рек. Нам пока сопутствует удача, и мы минуем места скоплений вражеских «крабов». Где-то сейчас идут страшные воздушные бои, и летчики сражаются с чужаками за наше небо, но в этом секторе тихо.
   Серый и безликий пейзаж за окном навевает тоску. Сколько я ни летал к чужакам в тыл, все время испытывал гнетущее чувство. Наши разгромленные города не могут вызывать иных эмоций, кроме дикого желания стереть с лица земли поганую инопланетную нечисть. Люди будущего достигли совершенства в проектировании. В городах было зелено, их пересекали широкие проспекты и пешеходные улицы. Все строилось на радость человеку. Редкие, чудом оставшиеся целыми после бомбежек высотные здания поражают своей красотой, видно, что архитекторы будущего достигли небывалого умения. Я таких высоких домов прежде никогда и не видывал. Иногда, когда мы низко пролетали над очередным городом, я опасался, что сядем брюхом катера на какой-нибудь из торчащих ввысь шпилей, так высоки они.
   Мы минуем небольшой полуразрушенный город, и пилот резко забирает вправо. Необходимо сделать крюк, чтобы чужаки не нашли местоположение нашей базы. Пилот у нас из людей будущего и отлично управляется с летательным аппаратом. Я пытался с ним пообщаться, но путного из этого ничего не вышло – пилот засыпал меня современными словечками и терминами так, что голова вспухла. Парень настоящий профессионал своего дела, а остальное его не интересует. Но это неважно. Главное, что пилот он отменный.
   Недели две назад во время очередной вылазки за нами увязалась четверка «крабов», и стряхнуть их оказалось непросто. Мы всегда выдвигаемся на задание без прикрытия, и помощи ждать неоткуда. Остается надеяться на этого худенького паренька за штурвалом катера да на наши пушки. В тот день пилот не подкачал, оторвался от преследователей. Когда мы сели, на катере не было живого места. Весь корпус был испещрен следами попаданий, но мы дотянули, и никто не пострадал. Мы, как сумасшедшие улюлюкали и обнимали нашего спасителя, а он только скромно улыбался…
   – Приближаемся к дому, – сообщает Дронов.
   Новость приятная. Нам предстоят сутки отдыха, а именно этого нам сейчас не хватает. Несколько дней, проведенных в тылу врага, превращают нас в параноиков, ведь каждую секунду ты в ожидании нападения и готов молниеносно отреагировать. Во время вылазок в тыл чужаков нервы у всех натянуты словно струны. Поэтому возвращение на базу всегда воспринимается как праздник. Подумать только – сутки без войны!
   Мы трудимся на износ, но командование понимает, как важна наша работа. Данные, которые мы передаем, тут же уходят в аналитический центр и потом рассматриваются на уровне Советников. Поэтому к нам особое отношение, и даже в условиях тотальной войны, когда каждый боец не знает сна и отдыха, нам дают сутки передышки.
   Мы летим над лесом. Сверху кажется, что это бескрайнее зеленое море, а выступающие горы напоминают торчащие из-под воды рифы. В прошлой жизни я никогда не летал, и первый свой полет совершил, оказавшись в будущем. Было немного не по себе, но я переборол страх. Представил, что если мы вдруг упадем, то смерть будет мгновенной, я даже не успею по-настоящему испугаться. А если учесть, что я уже один раз умирал, то волноваться совсем глупо.
   – Ну, что? – Вонючка оглядывает наш маленький отряд. – Отоспимся на славу?
   – С тобой, балабол, отоспишься, – бурчит из угла Кузя. Оказывается, он весь полет проспал, и только сейчас его разбудил громкий голос Вонючки. В войну Кузя был неплохим подрывником, часто ходил за линию фронта. Его военная специализация здесь тоже пришлась ко двору. С помощью мин-растяжек он отправил на тот свет десятки чужаков.
   – Грубый ты! – фыркает Вонючка. – Тебе бы хороших манер у фрицев перенять.
   – Я тебе перейму промеж ребер, – басит здоровяк Кузя, в миру Степан Иванцов. «Кузей» его прозвали за то, что до войны он был кузнецом.
   – Ты сперва подковку погни, – язвит в ответ Вонючка. – Трындеть мы все мастера.
   Кузя обладает недюжинной силой, имея при этом добродушный и меланхоличный характер, если его, конечно, не задевать. Его главное сожаление заключается в том, что здесь, в будущем, он никак не может найти подкову, чтобы доказать, что с легкостью ее погнет. Вонючка этим с удовольствием пользуется, подзуживая его.
   – Прекратить базар! – резко обрывает их словесную дуэль Дронов, и ребята тут же благоразумно смолкают.
   У Дронова непререкаемый авторитет, и не только потому, что он наш командир. Характер у него жесткий, но при этом обостренное чувство справедливости и искренняя отеческая любовь к своим бойцам. Правда, за различные провинности спуску он не дает, за что и получил прозвище «Дрын». Но называем мы его так исключительно за глаза. Советник нашей базы Дейв Броуди очень хорошо относится к Дронову и всегда прислушивается к его мнению, ибо тот практически всегда оказывается прав.
   – Мы на подходе.
   Катер проносится между двух скал и направляется к густо поросшей деревьями низине. Там находится укрытый от чужих глаз вход на базу. Мы пикируем вниз, и лес вдруг раздвигается, в земле открывается, словно диафрагма, огромный люк. Пилот уверенно направляет катер во тьму открывшегося отверстия.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация