А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сокол против кречета" (страница 20)

   – Благодарствую, конечно, царь-батюшка, – поднялся во весь богатырский рост новоявленный сотник. – Но лучше бы ты бы меня иным одарил, что тоже в твоей воле. А уж я отслужил бы на славу.
   – Чего же ты хочешь? – ровным голосом спросил Константин.
   – Дозволь мне в твоем головном полку быть, когда сечу с басурманами учнешь. С их дозором у меня не сказка, а так – присказка получилась. Уж больно мне за Яик спрос учинить с них охота, – пробасил Живич. – А там хоть сотню поведу, хошь, как и прежде, – десяток. Тут мне все едино.
   – Хорошо, – кивнул Константин. – Будешь ты в сече в первом ряду. Обещаю. А теперь иди. Да про Святозара там…
   – Нешто я дите какое? – даже обиделся Живич. – Чай на плечах кака-никака глава имеется. Потому и просил тебя воеводу удалить. Я-то, знамо дело, промолчу, а за кого иного ручаться не стану, – и он с подозрением покосился на Вячеслава.
   Тот неодобрительно засопел, но вслух выражать свое негодование не стал – уж очень нелепым было это обвинение в возможной болтливости. Вместо этого произнес:
   – Как выйдешь, сверни налево и по тропке прямиком. Спросишь, где воеводу Пелея найти, – сумрачно добавив: – Рязанского полка больше нет, Ряжский ушел, значит, Ольговский первым встанет. В нем ты и будешь.
   Живич давно ушел, но Константин продолжал сохранять мрачный вид и по-прежнему молчал, сосредоточенно размышляя о чем-то своем. Воевода прошелся по комнате раз, затем другой, но друг так и не разжал рта. Пришлось брать инициативу на себя.
   – Я так думаю, – начал он размышлять вслух. – Про пушки я неправильно считал. Если Свято… Гм. Короче, если монголы возьмут все крепости, то получается, что у них будет не восемьдесят, а двести тридцать стволов. В Уфу мы, конечно, людей пошлем, чтобы предупредить, но, скорее всего, не успеем, потому что, как говаривала моя мамочка Клавдия Гавриловна, при наличии двух зол всегда произойдет большее, а из всех возможных вариантов развития событий сбывается самый плохой. Значит, пушек у Батыя будет как грязи, – и сам же присвистнул. – Однако, как говорили чукчи и незабвенный Киса Воробьяни-нов. Да плюс к ним еще и башковитые китайцы, которые, скорее всего, уже разобрались в принципе действия. Вот заразы! – Он не выдержал и выругался. – Им ведь даже не надо думать, сколько пороха под заряд отмерять, – мы сами все по мешочкам разложили. Берите, господа хорошие, и пользуйтесь. Так что Рязань не просто осада ждет, но еще и пушечный обстрел. Ты, кстати, не помнишь, государь, сколько там у нас на каждое орудие пороху и ядер заготовлено, а то я что-то запамятовал? – спросил он как бы между прочим и выжидающе покосился на Константина.
   Разумеется, Вячеслав в подсказке не нуждался. Как-никак сам прикидывал и сам же составлял указ на подпись царю. Но должен же он как-то разговорить друга, а с чего начинать?
   – Нет, – коротко ответил тот и пояснил: – Это я про Рязань. Не даст Бату Гуюку пушки. Себе возьмет. И сил у Гуюка поэтому меньше, чем у Бату. Не ладят они друг с другом. Еще с Китая у них неприязнь. Да и мои люди для этого тоже постарались. Короче говоря, Бату будет дожидаться, пока тот себе обломает все зубы о рязанские стены.
   – Ты уверен? – усомнился Вячеслав.
   – Ну, разумеется, не просто дожидаться, – пояснил свою мысль Константин. – Он пока займется булгарскими городами. И еще одно. Простой объезд всех крепостей для сбора пушек займет слишком много времени. Скорее всего, Бату пойдет прямиком на хана Абдуллу, повелев, чтобы пушки ему привезли сразу же, как только… если только Святозар поможет взять крепости. Значит, время у нас есть.
   – А пока он будет безуспешно штурмовать булгарские города, мы двинем войска на Гуюка, – подхватил воевода. – Слушай, а мне нравится ход твоих мыслей.
   – Нельзя, – вздохнул Константин. – У нас с Булгарией договор. Мы же тебе не англичане какие-нибудь, у которых нет друзей, а только интересы. И не американцы. Если Русь дает слово, то должна его держать, и никуда от этого не денешься. Поэтому дуй к Рязани, а по пути перехватывай все полки, которые спешат сейчас в Нижний, и направляй их туда. Только не торопись, и все согласуй с ясами и половцами. Нужно создать такое кольцо, чтобы обратно в степь ни один монгол не ушел.
   – А зачем так сурово? – усмехнулся Вячеслав.
   – Только так, – подтвердил Константин. – Пойми, Слава, что наши победы сами по себе исход этого противостояния не определят. Они лишь растянут его во времени. А решит его именно то, что я сказал, то есть беспощадность, возведенная в куб. Они пришли на нашу землю с оружием, значит, уйти не должен никто. Только такая звериная жестокость сломает монголам хребет. Пленных отдай всех полностью ясам и половцам. Пусть сделают с ними все что хотят, но к лету чтоб я ни одного монгольского рыла у них не видел. Рабов на Руси быть не должно, а свободными я их видеть на своей земле не желаю. Хотят – пусть перережут, нет – в Корчеве продадут. Причем всех поголовно. Хотя есть и исключение. Надо сохранить жизнь, во всяком случае постараться это сделать, царевичам-чингизидам. Особенно Гуюку и Кулькану.
   – Они что – такие хорошие? Или такие умные, что могут пойти на мировую?
   – Не думаю, что они хорошие, и навряд ли – умные. Но Гуюк очень властолюбив, так что, несмотря на отцовское завещание, он все равно будет лезть после его смерти в верховные правители, а мы ему поможем. И из плена вовремя освободим, и даже людей дадим. Пусть заваривает кашу. У него есть два важных преимущества по сравнению со всеми остальными. Во-первых, он христианин, хотя и несторианского толка[101].
   – А это как?
   – Долго объяснять, – отмахнулся Константин. – Короче, отличия от православия в нем есть, но, в конце концов, я же не патриарх и не священник, так что запросто могу посмотреть на все эти нюансы сквозь пальцы. Все равно, раз он христианин, то нам будет легче с ним договориться.
   – А во-вторых?
   – Об этом я уже говорил. Он жутко завидует Батыю и ненавидит его. Кстати, с ним идут сыновья Угедея и Чагатая, и все они – сторонники Гуюка. Поэтому и надо оставить их в живых, а в плену держать со всевозможными удобствами и почтением, чтобы подружиться.
   – А не получится так, что от этого ты только проиграешь? – усомнился воевода. – Ведь если Бату узнает об этом, то остервенеет еще больше.
   – Но у нас будет подписан мирный договор с Гуюком. Став верховным правителем, он повелит Бату оставить нас в покое.
   – Уверен?
   – На девяносто пять процентов, – кивнул Константин.
   – Лучше бы на сто, – проворчал воевода, а его друг улыбнулся и спросил:
   – А твоя мамочка Клавдия Гавриловна случайно не говорила тебе, что сто процентов гарантии дает только страховое агентство, да и то лишь при заключении договора, а не при его выполнении?
   – И еще господь бог, – добавил Вячеслав, на что Константин лишь развел руками:
   – Я ни то, ни другое. Пользуйся тем, что даю хоть столько. А уверен я в этом, потому что исхожу из психологии. Поступить надо так, чтобы досадить главному врагу.
   – И ты считаешь, что из желания напакостить Бату Гуюк согласится оставить в покое такого опасного соседа, как Русь, которая когда-нибудь сама может напасть на него?
   – Так ведь мы – не его соседи, – усмехнулся Константин. – В первую очередь мы сидим занозой в боку у его врага, и Гуюк будет только рад этому. И даже если Батый двинет на Русь все свои силы, то они будут очень невелики, потому что он получит помощь людьми только от родных братьев. Сыновья Угедея его терпеть не могут, а у Менгу, с которым он дружен, хватает своих проблем. К тому же пойти против своего верховного каана он ни за что не решится. Да и сам Бату не осмелится нарушить его приказ. Ты пойми, что Гуюк только и будет ждать ослушания. Любого, пускай самого маленького. Тогда у него появится повод двинуть против него не только свои войска, но и повелеть то же самое остальным чингизидам.
   – А этот, как его, Кулькан. Он-то чей внук, что ты так упорно его в живых оставить хочешь?
   – О-о-о, – протянул Константин. – Это вообще очень важная птица. Он – внук самого Есугея.
   – А это еще что за орел?
   – Скорее кречет. Между прочим, папа Чингисхана.
   – Так твой Кулькан…
   – Последний, пятый сын этого гада, – подхватил Константин. – Он нам нужен живым, чтобы мы могли, удерживая его в плену, шантажировать всех его племяшей – Бату, Гуюка, Менгу и прочую шелупонь.
   – Навряд ли оно у тебя получится, – усомнился воевода. – Ты же сам говорил, что они косо глядят друг на дружку. Так что плевать они хотели на твоего Кулькана.
   – Ты не понял, Слава. Мы будем их шантажировать не тем, что убьем его, а тем, что выпустим. Прикинь, какой это могучий конкурент в борьбе за верховную власть? Думаю, любой, кто бы там ни сел в Каракоруме, многим пожертвует, лишь бы мы продолжали держать его у себя.
   – Голова, – уважительно протянул Вячеслав. – Ну, будем считать, что ты меня уговорил. – И вдруг встрепенулся. – Погоди-погоди. А как же ты сам? Здесь у тебя под рукой всего двадцать полков. Остальные в пути. Ты сам велел мне их перехватывать и забирать к себе.
   – И еще конная дружина, – напомнил Константин.
   – Пять тысяч и еще двадцать. Итого – двадцать пять. А против будет не меньше шестидесяти, причем сплошная конница. Да еще пускай не две с половиной сотни, но уж сотня пушек наверняка. И ты рассчитываешь продержаться, пока я не вернусь? Да тебя сомнут в первый же день.
   – Есть еще булгары, – напомнил Константин. – Бату идет на них прямым ходом, значит, ему не до башкирских кочевий. Тех, кто окажется в стороне от его дороги, он не тронет. Выходит, есть кому спеть: «Вставай, страна огромная…»
   – И все равно риск, причем огромный, – не согласился воевода. – А может, я здесь, а ты – туда? – неуверенно предложил он.
   – Там нужен тонкий маневр и согласование. Для этого ты больше моего подходишь. К тому же у тебя за плечами военное училище. Как говорится, тебе и карты в руки, – ответил Константин. – А мне тут намного проще – стой да отбивайся. И еще одно. Если Батый узнает, что против него дерется сам русский царь со своим войском, он уверится, что стоит разбить меня и вся Русь падет к его ногам. Ему же и в голову не придет, что мы точно так же разделим свои полки. Совсем другое, если он узнает, что против него всего-навсего какой-то там воевода. Тогда он вполне может обойти тебя, прямиком ломанувшись на наши города, а я из них вывел все боеспособные полки. Вот они уж точно осады не выдержат – ни каменных стен, ни пушек. Так что иного выхода я не вижу. Кроме того, ты оставил мне половину своего спецназа. Работенку я для них сыщу, не сомневайся. Только вначале ты…
   – Что? – быстро спросил Вячеслав, видя, как друг застыл в нерешительности, не отваживаясь произнести свою мысль вслух.
   – Я… – протянул Константин и вновь умолк.
   Воевода терпеливо ждал продолжения.
   – Отбери вначале десяток самых лучших. Может быть, уже поздно, но попытаться помешать этому надо. И опять же… Святозар. Пусть они постараются отбить у монголов его и Николая.
   – Одно дело – убить человека. При умении – а оно у них есть – это секундное дело, – медленно произнес Вячеслав, – И совсем другое – выкрасть. Это гораздо тяжелее. Особенно если этот человек сам не изъявляет особого желания уйти с ними, что не исключено. Значит, надо тащить его на себе. А второй изранен. Получается, что надо тащить двоих. Я, конечно, не страховое агентство, но могу дать гарантию, что провал обеспечен на все сто. В самом лучшем случае они все-таки украдут их, но убежать не сумеют, будут сразу настигнуты погоней. Что им тогда делать и как поступить?
   – А ты сам что думаешь? – побледнел Константин.
   – Тут случай особый. Один – твой сын, а другой – твой внук. Поэтому решать тебе и только тебе, – безжалостно отрезал воевода.
   – Но вина Святозара еще не доказана! – отчаянно выкрикнул Константин. – Неизвестно, как он оказался в Яике и почему открылись ворота! Может, его как раз и хотели освободить! А Николай?! Он-то вообще безвинный! – И осекся, замолчал.
   Когда через пару минут он заговорил вновь, перед Вячеславом стоял другой человек. Да и голос был совсем иной – сухой и ломкий, как опавшая листва, напрочь лишенный эмоций.
   Он и речь свою больше адресовал не другу, а самому себе:
   – Святозар не должен оставаться в плену, даже если этот плен добровольный. Мой сын – это знамя. Сейчас оно в чужих руках. Если враг придет сюда с моим знаменем, то народ может растеряться. На нем могут быть написаны заманчивые призывы, и у меня нет уверенности в том, что… Словом, дай людям команду вырвать это знамя из чужих рук. Любой ценой.
   – А если они при этом сломают древко? – тихо переспросил воевода.
   – Любой ценой, – стиснув зубы, еще раз повторил Константин. – Если оно сломается – значит, судьба.
   – И Николай – судьба?
   – С ним пусть зря не рискуют. Крупный отряд туда не прорвется, так что пусть едут к Эрторгулу и требуют всех людей в помощь.
   – Не боишься, что будет поздно и они не успеют?
   – Значит, и тут судьба, – обреченно посмотрел на воеводу Константин.
   – Ну да, – вздохнул Вячеслав, молча кивнул и тут же вышел.
   Медленно ступая по хрусткому упругому снегу в сторону барака, где разместились спецназовцы, он размышлял о том, что они с Костей уже больше двадцати лет вместе, столько прошли и пережили, что иному хватило бы на две, а то и на три жизни. Но, пожалуй, все это бледнело перед сегодняшним испытанием, которое уготовила Константину безжалостная судьба.
   И еще одно пришло ему в голову. Он даже на секунду остановился, когда понял это. Каждый из них был готов друг для друга на многое, вплоть до того, что если бы для спасения Константина надо было отдать свою жизнь, то Вячеслав не колебался бы ни минуты.
   Но встать сегодня на его место воевода не согласился бы.
   Ни за что.
   Ни за какие коврижки!
   Уж очень оно…
   Порой легче умереть самому, чем послать на смерть другого. А сегодня его друг умер бы и десять раз.
   С радостью.
   Потому что бывают решения, пусть и правильные, которые убивают душу, и это гораздо страшнее, да и больнее тоже.
   Во сто крат.

   Конечно, если бы Пестерь знал, что для государя все это уже не новость, то ему было бы понятно это загадочное хладнокровие. Удивленный и несколько раздосадованный, он приступил к изложению тех условий, которые выдвинул Бату в обмен на жизнь княжича.
   Когда его рассказ закончился, Константин по-прежнему молчал, не говоря ни слова, устремившись взглядом в какую-то точку, видимую лишь ему одному. Казалось, он не видел и не слышал никого из присутствующих.
   – И что теперь делать, государь? – еще раз тихонечко повторил свой вопрос Пестерь. – С каким ответом нам к нехристю ехать? Может, поторговаться получится, да он, глядишь, скостит цену? А бул-гарского хана и попросить можно. Пусть братцу свому уступит малость. Не больно-то обеднеет.
   – Нешто хан Абдулла не человек, – поддержал его Ожиг Станятович. – Тоже, чай, отец, и сыны у него растут. Должон понимать, что надобно выручать Николая Святославича.
   О Святозаре, будто сговорившись, никто и словом не обмолвился.
   И тут царь, все так же сидя на походном кресле-троне с высокой резной спинкой, на подголовнике которой была искусно, один в один к настоящей, вырезана царская корона, произнес загадочную фразу, смысл которой так и остался темным для послов:
   – Я не Сталин, но солдат на генералов тоже менять не стану.
   «Заговаривается государь!» – перепугался Пестерь и переглянулся с насторожившимся Ожигом.
   – Чего? – робко переспросил Яромир.
   Константин поднял голову и внимательно обвел взглядом стоящую перед ним семерку.
   – С дороги и сразу ко мне? – уточнил он. – Не обедали поди?
   Вопрос был несколько неожиданным и далеко не по теме, поэтому мгновенного ответа не последовало.
   – Не до обедов ныне, царь-батюшка, – первым подал голос Кроп, привыкший за долгие годы службы в спецназе обходиться самым малым, если оно вообще имелось.
   – Голодный посол – злой посол, – несколько натужно улыбнулся Константин. – А злой посол – это уже не посол. Ни на улыбку ласковую, ни на слово доброе у него сил нет, а того, кто перед ним, он разглядывает только с одной стороны – вкусный или нет. Так что сейчас мы с вами потрапезничаем, денек передохнем – все равно в сторону хана едем – а уж потом, ближе к завтрашнему вечеру, и решим, какой ответ вы ему от меня повезете.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация