А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дамы любят погорячее" (страница 7)

   Глава 6

   Утром, как всегда проводив мужа, я сразу принялась за сборы. Уже в начале десятого я вышла из дома и прямиком направилась в наш ЖЭК, чтобы узнать, а была ли плановая проверка газовых труб в нашем доме в пятницу. Насколько я знала, там о таких вещах должны знать. И потом, всегда существовала возможность пообщаться с сотрудниками и чиновниками из самого Газэнерго.
   Контора нашего жилищно-экономического хозяйства находилась за два квартала от моего дома, и я решила пройтись пешком, благо погода стояла самая подходящая для пеших прогулок – было еще не жарко, ласковый, теплый ветерок то и дело овевал мое лицо, солнышко грело, травка зеленела, птички. Народу, несмотря на начало рабочего дня, на улицах было немного – начало июля, самый дачный сезон, да и отпускной. А те, кто еще трудится, сидят на своих рабочих местах. Наш район словно бы вымер. Я с удовольствием шла по улице, засаженной тополями, и чувствовала себя очень даже хорошо. Должно быть, сказывалось ощущение, что ты в отпуске, что не надо спешить на работу, толкаться в транспорте, бежать, опаздывая, по лестнице вверх, потому что лифт только что ушел, а через три минуты тебе нужно быть в редакции; что не надо ломать голову над тем, о ком делать передачу на следующей неделе, нервничать перед эфиром, пытаться полюбить свою героиню хотя бы на время передачи, проводить на работе всю неделю, задерживаться, вникать в массу тонкостей и обстоятельств, чувствовать ответственность и отчитываться перед начальством, суетиться, пытаться разобраться в каких-то проблемах и с проблемами, словом – просто можно отдыхать, ни о чем не думая, идя летним утром по улице и любоваться зеленой листвой, травой и сияющим солнцем. Да, отпуск – это замечательная вещь! Особенно когда позади напряженный и тяжелый год работы. Отпуск, лето – разве могут быть слова, более восхитительные для рабочего человека?!
   Я так разблаженствовалась, что чуть было не проскочила мимо конторы, расположенной в одном из жилых домов, со скромной табличкой у подъезда: ЖЭК номер такой-то. Я толкнула дверь и поднялась на несколько ступеней, оказавшись на первом, нежилом, этаже, оккупированном этой самой конторой, толкнула ее единственную дверь. Войдя в помещение, которое на самом деле было не чем иным, как длинным и сырым коридором, я прошла вперед и оказалась перед очередной дверью. Открыв ее, я наконец увидела первого человека, служащего в этой самой конторе. Этим человеком оказалась крепкого сложения среднестатистической внешности и возраста женщина, посмотревшая на меня внимательно и сурово из-под очков в пластмассовой оправе.
   – Здравствуйте, – вежливо поклонилась я.
   – Здрасьте, – ответила женщина не так вежливо и села за один из трех столов, заваленных бумагами и папками. – Вам кого?
   – У меня такой вопрос… – начала было я, но женщина меня перебила, заметив:
   – Со всеми вопросами обращайтесь к Семену Михайловичу Карабуму в приемные часы.
   – А когда у него приемные часы? – осторожно поинтересовалась я, не желая драконить мою строгую визави.
   Женщина выразительно поджала губы и взглядом указала на доску на стене, увешанную разными объявлениями и бумагами с какими-то приказами и распоряжениями.
   – Спасибо, – на всякий случай проговорила я, зная по опыту, что с такими среднестатистическими женщинами лучше быть крайне вежливой и внимательной, а не то, как говорится, себе дороже.
   Я подошла к доске объявлений и вычитала, что Семен Михайлович принимает каждую среду и пятницу с девяти до двенадцати в кабинете номер семь. Про себя обрадовавшись, что попала в нужный день и в нужное время, я удивилась, что тут, оказывается, столько кабинетов, а я-то полагала, что ЖЭК – это один большой кабинет, и все. Видимо, ошиблась. Я осмотрелась в поисках двери отсюда, но не нашла, обнаружив у одной из стен, на которой и висела доска объявлений, большой шкаф с открытой дверцей, заваленный бумагами, у другой – окно с традесканциями и геранью, у третьей – два пустых стола. У четвертой, рядом с дверью, ведущей в длинный пустой коридор, еще за одним столом сидела женщина. Правда, шкаф стоял как-то косо, но я не придала этому значения. Пришлось снова обращаться за помощью к женщине. Она что-то проверяла в тетради, кончиком карандаша водя по ровным колонам цифр.
   – Извините, – произнесла я. – Извините, что отвлекаю, – повторила я, когда женщина подняла на меня среднестатистические глаза. – А вы не подскажете, как попасть в кабинет номер семь?
   – За шкафом дверь, – ответила она мне и снова уткнулась в колонки цифр.
   – За шкафом? – Я не удержалась от удивления. Первый раз вижу, чтобы дверь находилась за шкафом.
   – У нас перестановка, – вяло просветила меня женщина.
   – Понятно, – кивнула я и шмыгнула за шкаф, за которым и правда обнаружилась дверь. Я открыла ее и оказалась в другом, более просторном и даже с одним окном, коридоре. Из него шли еще четыре или пять дверей. Я внимательно рассмотрела каждую из них, не обнаружила искомой под номером семь и толкнула первую справа. Это оказался еще более просторный коридор с ровным рядком стульев по левой стороне, даже двумя посетителями, расположившимися на этих самых стульях, и вожделенной табличкой на двери в конце коридора. «Вот он, заветный кабинет номер семь», – подумала я и смело шагнула в коридор.
   Двумя посетителями передо мной, как и следовало ожидать, оказалась одна бабулечка, по возрасту, скорее всего, ветеран ВОВ, а также более молодой, по сравнению со своей соседкой, дедочек. Ей было лет под восемьдесят, а ему, должно быть, около семидесяти.
   – Здравствуйте, – подошла и поздоровалась я. – Вы к Карабуму?
   – К нему, к нему, дочка, – прошамкала бабулечка.
   Я кивнула, улыбнулась и села неподалеку от них. «Что за фамилия такая, – праздно ожидая, думала я, – Карабум. Это уж ни с чем не сообразно, так, должно быть, сказали бы раньше». Через несколько минут дверь кабинета открылась и из него вышла довольно привлекательная женщина лет тридцати пяти. Вошла бабулечка. «Да уж, – подумала я, – ведь это, должно быть, надолго, а у меня сегодня были и другие планы. И зачем я здесь сижу, ведь даже толком не знаю, сможет ли этот Карабум ответить на мой вопрос. И чего я вообще пришла, разве нельзя было попробовать навести справки об этом сотруднике по телефону?» Я вздохнула, подумав, у кого бы можно узнать, сможет ли этот Карабум мне помочь? Покосилась на дверь, обитую коричневым дерматином, на дедулечку, снова вздохнула, решив выйти в коридор, чтобы тщательно изучить таблички на соседних кабинетах: а вдруг там отыщется то, что мне нужно. Ну, например, какой-нибудь еще Карабум, ведающий только газом?
   – Я сейчас подойду, – сказала я дедулечке, он кивнул мне в ответ, и я вышла из коридора.
   И не поверите, но иногда такое случается, и даже называется «на ловца и зверь бежит», я буквально столкнулась со своим соседом по дому, с Виталей Твердолюбовым, живущим рядом со мной, на одном этаже, но только в соседнем подъезде. Насколько я знала, Виталий занимал какой-то пост, по-моему, не очень даже значительный, в администрации, и я никак не ожидала его встретить здесь. Мы познакомились прошлым летом, отдыхая у наших общих знакомых на даче.
   – Привет! – воскликнул он, узнав меня. – Ира, ты что здесь?
   – Привет, Виталя, – ответила я. – Да вот, пришла кое-что узнать. Слушай, а у вас в пятницу не было проверки?
   – Какой проверки? – вскинул черные брови мой собеседник.
   – Плановой проверки из Газэнерго? Примерно в одиннадцать часов дня?
   – В пятницу? Нет, Маришка была дома, она бы сказала, – ответил Виталя. Маришка – это его жена. – А что?
   – Да вот хочу узнать, была ли вообще эта проверка, потому что у нас в подъезде какой-то дяденька обходил квартиры.
   – Ну, это тебе не сюда, – благодушно заметил молодой чиновник. – А что, так важно, что ли?
   – Да, – ответила я, – боюсь, что даже не смогу описать, как важно для меня узнать, а был ли мальчик.
   – Ладно, не беда, сейчас выясним, подожди минутку, – он нырнул в первую попавшуюся дверь, а я осталась ждать.
   Минут через десять Виталя вышел и сообщил:
   – Никакой проверки не было и быть не должно было!
   – Ты уверен? – уточнила я.
   – Более чем, – просто ответил Виталя.
   – Спасибо, – поблагодарила я, правда, без особого энтузиазма.
   – А что? Что, по-твоему, должна была быть проверка?
   – Знаешь, лучше бы она была, наверное… а может, и нет. Сама не знаю, но ты мне здорово помог. А, кстати, я правда не думала здесь тебя встретить, ты что, переквалифицировался?
   – Да нет, это я так, с частным визитом, – ухмыльнулся Виталий.
   – Ну, не стану отвлекать, – улыбнулась я. – Привет Маришке.
   – Спасибо, ты тоже Володьке кланяйся, – откликнулся он. – Да, кстати, на следующие выходные мы собираемся поехать к Чернышевым на дачу, вы как, присоединитесь?
   – Ну, если нас пригласят, обязательно, – заверила я.
   – Полагаю, пригласят, – заметил Виталя.
   На этом мы и расстались. Я выбралась из ЖЭКа, радуясь, что все-таки не зря пошла сюда и что очень вовремя решила выйти в коридор, а то могла бы провести здесь чуть ли не целый день и так ничего и не узнать. Что ж, результат был, а служащего Газэнерго не было. Я решила сразу же, как вернусь домой, позвонить Степану Антонову и сообщить об этом: пусть милиция тоже проверит. Во всяком случае, это было уже кое-что.
   Вернувшись домой, я приняла душ, переоделась и буквально в начале первого позвонила Антонову. Он оказался на работе.
   – Здравствуйте, – поздоровалась я, – это Ирина Лебедева.
   – О, здравствуйте, Ирина Анатольевна, – произнес адвокат.
   – Я хочу вам сообщить, что я узнала почти доподлинно, что никакой проверки Газэнерго в пятницу в нашем доме не было.
   – Это точная информация?
   – Ну, насколько я полагаю, да. Так что можете теперь заставить милиционеров подсуетиться.
   – Хорошо, так и сделаю, сейчас же поеду к следователю и стану настаивать. Что-нибудь еще?
   – Да нет, – ответила я, – позвоните вечером, скажите, как Марина и когда ее отпустят.
   – В обязательном порядке, – заверил Антонов, и мы простились.
   Затем я позвонила Валерке Гурьеву в надежде услышать что-то полезное и от него.
   – Ира? – спросил Валерка, подойдя к телефону.
   – Как ты узнал? – в свою очередь, спросила я.
   – Просто, когда мне сказали, что зовут к телефону женским голосом, я сразу подумал о тебе, – ответил Валерка.
   – Так я тебе и поверила, что никто, кроме меня, не может звать тебя к телефону женским голосом, – добродушно проворчала я. – Есть новости?
   – Есть, и еще какие! – с энтузиазмом выпалил мой коллега. – Но лучше не по телефону. Давай встретимся через полчасика.
   – Давай, – согласилась я. – А где?
   – Что за вопрос, Ира, – возмутился Валерка, – конечно, у тебя.
   – Ну, если ты только обещаешь, что новости действительно захватывающие, – произнесла я.
   – Обещаю, – проговорил Валерка.
   – Тогда приезжай, у меня, кстати, тоже есть что сообщить тебе.
   – Ну, тогда я приеду так быстро, как только смогу, – сказал Валерка и положил трубку.
   Я тоже положила свою и пошла на кухню, поставить чайник и приготовить хотя бы салатик: наверняка он будет голодным.
   Валерка приехал без четверти час, я к этому времени уже успела постругать овощи и сообразить нехитрый обедик.
   – Привет, – сказала я, открыв дверь, – давай заходи.
   – Привет, привет. – Валерка зашел. – Куда?
   – На кухню, разумеется, – улыбнулась я немного язвительно и пошла впереди него.
   – Ну, Ирина Батьковна, – произнес Валерка, увидев накрытый стол, – я всегда считал, что твоему мужу с тобой в высшей степени повезло. – Он сел на табурет. – Ты редкая женщина, умеющая понимать, что и в какие минуты нужно мужчине…
   – Перестань, – беззлобно огрызнулась я, – а то я сейчас возомню о себе невесть что. Ешь лучше!
   – Ира, – сказал Валерка, жуя салатик и бутербродик с колбаской, – я давно хотел у тебя спросить, почему ты не моя жена?
   – Потому что ты много болтаешь глупостей, – ответила я с улыбкой. – Дожевывай и приступай к рассказу.
   – Но ты ведь говорила, что тебе тоже есть что сказать мне? – Валерка хитро подмигнул.
   – Да, кстати. – Я налила нам чаю и села напротив за стол. – Мне вчера звонил Маринин адвокат, мы с ним довольно мило побеседовали, и, знаешь, на какую мысль он меня натолкнул? – Валерка, скорчив умильную рожу, отрицательно покачал головой. – Он сказал, что Марина всегда вела себя в компании так, будто Игорь был единственным мужчиной на Земле, что у многих его друзей из-за этого, возможно, к Марине была своего рода неприязнь, порожденная именно тем, что им самим хотелось быть на месте Игоря…
   – Проще говоря, зависть, – подсказал Валерка.
   – Ну да, – немного рассеянно произнесла я. – Так вот, Степан, это адвокат и друг Игоря и Марины, он считает, что то, что сейчас большинство их общих друзей отвернулись от женщины, произошло именно потому, что это своего рода месть ей…
   – За что? – спросил Валерка. – За то, что она хранила верность своему другу?
   – Получается так, – вздохнула я. – А может, и из-за того еще, что она такая красивая, что им бы и самим хотелось иметь такую.
   – Понимаю, куда ты клонишь, – произнес Валерка, – ну да ладно, договаривай сама.
   – Да, я вот тут и подумала: а что, если целью была Марина, поэтому все так, поэтому ей подкинули пузырек из-под яда… Да, кстати, о пузырьке. Я ведь узнала, никакой плановой проверки не было…
   – Значит, твоя Марина оказалась права и это дело рук того невзрачного дядечки? – Значит, – вздохнула я. – Но его найти вовсе не представляется возможным.
   Мы помолчали, Валерка уже поел и теперь потягивал чай.
   – Выйдем на балкон, – предложил он, дожевав печенье, – я покурю и расскажу тебе то, что удалось узнать о компаньоне Смеловского. Там тоже есть кое-что интересное. А с твоей версией насчет мести Марине… – Валерка выразительно цыкнул и покачал головой. – Как-то не верится. Но если у нас не будет ничего другого, то есть если не останется другого, мы возьмемся и за эту версию, а пока… – Он поднялся из-за стола, я тоже, мы прошли через гостиную и вышли на балкон.
   Валерка сел в одно из плетеных кресел, я в другое, и он, закурив, начал свой рассказ:
   – Значит, так, Ирина Анатольевна, сначала мне представляется правильным рассказать вам немного о самой фирме и сфере бизнеса, в которой промышлял покойный. Как тебе, наверное, известно, занимается фирма «Арист» торговлей пищевыми добавками. Это, конечно же, сначала была просто посредническая контора, которая пару лет назад открыла первый свой фирменный магазин, а теперь имеет их уже три. Продают они там любые пищевые добавки, начиная от тех, какими подкармливают младенчиков, до тех, какие нужны всем нам в возрасте за пятьдесят. Товар у них качественный, в основном отечественного производителя, ну, это сейчас, само собой, раньше-то небось какой лабудой только не торговали. Впрочем, все это в прошлом. Теперь фирма чистая и вполне респектабельная. Это что касается прошлого и настоящего.
   – По данным разведки, – продолжил Валерка с легкой улыбкой, закурив еще одну сигарету, едва успев потушить первую, – компаньоном покойника была и есть некто Лейла Таирова. Каким таким макаром они оказались в одной лодке, разведке, увы, неизвестно. Работают они вместе уже шестой год, и вроде все у них в деловом смысле всегда было нормально, да только вот три месяца назад Смеловский загорелся идеей отпочкования. Захотел выйти из общего бизнеса и открыть свой собственный, практикуясь исключительно на добавках для спортсменов. В то время, как госпожа Таирова, по тем же агентурным сведениям, наоборот, хотела фирму расширить. Понимаешь, к чему я клоню? – спросил Валерка.
   – Ты хочешь сказать, что между компаньонами пробежала черная кошка? – осторожно поинтересовалась я.
   – Вот именно, – подхватил Валерка. – Не думаю, что госпожу Таирову порадовало желание компаньона отсоединиться. Ты, надеюсь, понимаешь, что это означало: из общего дела будет изъята половина капитала, да к тому же какая-то часть клиентов непременно уйдет, особенно крупных клиентов.
   – И что? – спросила я. – А твоя разведка случайно не знает, почему это вдруг он решил уйти от этой самой Лейлы?
   – Нет, об этом разведка молчит, предоставляя прекрасную возможность тебе самой разобраться в этой запутанной истории, – произнес Валерка.
   – Спасибо, я весьма польщена, – хмыкнула я. – Ну а ты-то сам что думаешь?
   – Ну, что я могу думать, – пожал плечами Гурьев, – надо тебе отправляться на свидание с этой самой Лейлой Таировой.
   – Ну и? Приду и что скажу ей? Здравствуйте, мне, мол, хотелось бы узнать, не вы ли отравили своего компаньона Игоря Смеловского? Так, что ли? Или спрошу: не было ли у нее мотива его травить и при этом подставлять Марину?
   – А хоть бы и так, – выразительно посмотрел на меня Гурьев. – В конце концов, может, тут не только месть и зависть, но еще и ревность? А? Ты вот знаешь, какие у нее были отношения со Смеловским?
   – Будто ты знаешь! – Ядовито ответила я.
   – Нет, – согласился Валерка, – но надеюсь узнать после того, как ты пообщаешься с этой дамой.
   – А если я не хочу? – спросила я. Мне и правда почему-то очень не хотелось с ней видеться, не знаю, то ли предчувствие, что ничего путного из этой встречи не выйдет, то ли неуверенность: а что, мол, если она со мной и разговаривать не захочет? Кто я такая, почему она должна отвечать на мои вопросы о своих отношениях со Смеловским?
   – Что ж, – пожал плечами Валерка с самым беззаботным видом, – тогда твою подружку посадят лет этак на пятнадцать.
   – Это запрещенный прием, – сердито ответила я.
   – Вот уж ничуть не бывало, – проговорил Валерка. – Это просто констатация факта. Ты сама хотела помочь ей, влезла в это дело сама и меня втянула, а теперь вдруг передумала. Неужели стало скучно?
   – Нет, – вздохнула я. – Сама не знаю, что со мной. Конечно, я поеду на встречу с этой теткой, постараюсь вызвать у нее доверие, но очень сомневаюсь, что у меня из этого получится что-то путное.
   – Ты, значит, не веришь, что возможна версия убийства на деловой основе?
   – Как это, на деловой основе? – переспросила я Валерку. – Ты бы хоть формулировки поточнее выбирал, – язвительно посоветовала я.
   – Неважно, ты ведь поняла, что я хотел сказать, – отмахнулся Валерка. – Так что давай не ной, иди собирайся, я тебя к ее офису подброшу.
   – И потом, Валера, – я все еще не спешила собираться, – ты уверен, что в случае смерти Смеловского все переходит Таировой? А что, если он переоформил завещание и оставил свою долю в бизнесе кому-нибудь другому?
   – Вот, и об этом ты тоже постараешься узнать у Лейлы, – подхватил Валерка, – а также еще и о том, мог ли быть у этой женщины такой мотив, как месть, ревность или зависть, была ли она знакома с Мариной и что думает по поводу ее персоны, замужем ли и кто ее муж, как она относилась к тому, что Смеловский собирался выходить из общего дела…
   – Помедленней, пожалуйста, я записываю, – проворчала я, бросила на Валерку негодующий взгляд и, встав из кресла, пошла собираться.
   – Кстати, – крикнул мне вслед Валерка, – тебе и придумывать легенду не надо, скажешь, что мы собираем материал для передачи!
   – А мы его собираем? – Я вернулась и посмотрела ему в глаза.
   – О! А разве нет?! – воскликнул Гурьев.
   Я вздохнула, покачала головой и все-таки пошла собираться. Через сорок минут, то есть около половины третьего дня, мы подъехали к одной из высоток в так называемой деловой части города, принадлежавшей некогда полностью какому-то институту, а теперь предлагающему свой кров за наличность различного рода организациям.
   – Ну, давай, удачи тебе, – произнес Валерка. – После обеда она должна уже быть здесь, точно знаю. Поднимешься на седьмой этаж и увидишь вывеску. Вечером созвонимся. Пока.
   – Пока, – ответила я и вышла из машины.
   Что ж, компаньон Лейла, значит, компаньон Лейла. Я вздохнула и вошла в высотку.
   Охранник встретил меня довольно хмуро, поинтересовался, куда я направляюсь, кто я такая, велел показать документы и подозрительно осмотрел меня, пожелав узнать, назначено ли мне, затем спросил, зачем мне в «Арист», потом, услышав, что я с телевидения и хотела бы взять небольшое интервью, по крайней мере, договориться о большом, буквально приказал мне записаться в большом толстом журнале посещений и отнял у меня паспорт, заявив, что вернет, когда я буду уходить. Я было хотела запротестовать, но он выглядел так внушительно в своем камуфляже, так решительно запер мой паспорт в ящик своего стола, что я не стала тратить время впустую. Только после всех этих многочисленно-унизительно-подозрительно-дотошных процедур и расспросов он наконец разрешил мне пройти.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация