А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Бег впереди паровоза" (страница 11)

   – Вы ко мне? – спросил он удивленно. – По какому делу?
   Я заметила в его руках мой конверт и ответила:
   – Да, это я прислала вам эту записку. Нам нужно поговорить.
   – Вы? – еще больше удивился он и, подумав, обошел стол и сел на свое кресло. Там он, очевидно, чувствовал себя увереннее.
   – О чем же, молодые люди, вы хотите говорить? – повысив голос и придав ему начальственные нотки, произнес Борис Петрович.
   Я показала ему кассету, которую принесла в сумке.
   – Давайте посмотрим, что здесь записано, – миролюбиво проговорила я, – а потом вы и поймете, о чем будет разговор.
   Борис Петрович насторожился и, как мне показалось, испугался.
   – Вы кто? – резко спросил он.
   – Послушайте, – раздраженно сказал Фима, – мы потеряли так много времени, прорываясь к вам, что нет смысла теперь выяснять, кто мы, откуда мы. Посмотрим запись, и вы все сразу и поймете. О'кей?
   Борис Петрович встал с тяжелым вздохом и улыбнулся:
   – Ох, отрываете вы меня от работы, но что с вами поделаешь, ребятки… Хорошо, что вы хоть на киллеров не похожи…
   Он вышел из-за стола и показал нам рукой на комнату отдыха, через которую мы вошли:
   – Прошу вас, гости дорогие…
   Мы с Фимой переглянулись и направились, куда он показал. Не знаю, что подумал Фима, а я была уверена, что дедушка Борис сильно трусит. И вовсе не от того, что мы можем оказаться киллерами.
   Мы вернулись в комнату отдыха. Я передала Фиме кассету, а сама прошла и встала у окна, так, чтобы не видеть экран телевизора. Все-таки порнография, даже любительская – это мужские игры.
   Фима сделал с аппаратурой все, как нужно, и картинка пошла. Борис Петрович не вошел в комнату, а остался стоять в дверях, посматривая быстрыми глазами на нас и на телевизор. После нескольких минут просмотра он заулыбался и замахал руками:
   – Хватит, хватит, молодые люди. Я все понял.
   Фима выключил видеомагнитофон. Борис Петрович, продолжая стоять в дверях, обратился ко мне:
   – Я все понял, – повторил он, – поделом мне, старому дураку, – он вытащил из кармана платочек и протер вспотевшую лысину, – сколько я буду должен отдать за этот… мгм… шедевр? – спросил он.
   А вот этого я не ожидала. Я почему-то нафантазировала себе, что он должен будет растеряться, и мы его быстренько расколем на убийство Инги и Лены.
   – Нам нужна правда, – важно сказала я, – и еще вам привет от Лены.
   Против ожидания, Борис Петрович не испугался и переспросил:
   – А кто это? Впрочем, сейчас не важно. Сколько с меня за эту копию и за оригинал записи? Давайте побыстрее решим этот вопрос, пожалуйста. Ко мне скоро люди придут.
   Я посмотрела на Фиму. Фима пожал плечами и тихо сказал:
   – Не получается, Оль. Быстро разряжай атмосферу.
   Я вздохнула, подошла к видику и, вынув из него кассету, протянула ее Борису Петровичу. Тот подозрительно посмотрел на меня, но кассету взял.
   – Давайте поговорим, – предложила я, – присаживайтесь.
   Он подумал, снова улыбнулся, прошел наконец в комнату и сел рядом со мной.
   – Борис Петрович, – медленно начала я, – в минувший вторник Инга Кумарцева была убита в своей квартире…
   После того как я все рассказала, Борис Петрович долго молчал, пряча глаза и о чем-то усиленно размышляя.
   – Вы хоть понимаете, в какое тухлое дело залезли, ребятки? – спросил он наконец, поднимая взгляд, и я невольно поежилась от его остроты.
   – Выхода нет, Борис Петрович, – просто ответила я, – так хорошо постарались подставить мою подругу, что оставаться и спокойно ждать, когда ее арестуют и осудят за то, чего она не совершала, я не могла.
   – Знаете, ребята, за то, что вы не поддались искушению и не попытались облегчить меня на какую-то сумму баксов, мы с вами расстанемся друзьями. Я не хочу вмешиваться в это дело, но и препятствовать вам не буду. Это все, что я вам скажу.
   Борис Петрович встал, давая понять, что аудиенция закончена. Не знаю, как Фима, а я себя чувствовала маленькой и глупой. «И поделом мне», – повторила я про себя слова Бориса Петровича.
   – Один вопрос, если можно, – неожиданно подал голос молчавший до сих пор Фима. Он вынул из кармана ключ, который нашел в сливном бачке интересной квартиры, и показал его, – как вы думаете, откуда это?
   Борис Петрович прищурился, рассматривая.
   – Не знаю, – ответил он, – похож на депозит…
   Мы попрощались, и ждавший за дверью начальник охраны проводил нас на улицу к «Ауди».
   Настроение у меня было паршивым. У Фимы, похоже, тоже.
   – Сейчас куда? – хмуро спросил он, заводя двигатель своей машины. – Поехали ко мне на дачу, а? Там и пруд есть…
   – Отвези меня в «Салют-банк», к Бугаевскому, – попросила я Фиму.
   Он кашлянул, но ничего не ответил, и мы поехали. Я вертела в руках ключик и соображала. То, что я подумала, было логично, но не хватало нескольких деталей. Может быть, Бугаевский поможет их найти? Наперекор всему во мне зарождалась какая-то мощная уверенность в себе. И сомнениям места не оставалось.
   Здание «Салют-банка» стояло на том же месте, где я его оставила в прошлый раз. И охранники были все те же. Однако вошла в него уже совсем другая Ольга Юрьевна, а не та, что была здесь в среду. По крайней мере, чувствовала я себя очень уверенно и даже не опасалась ошибиться.
   Провели меня в знакомый кабинет почти сразу. Одного прошлого раза хватило для понятливого персонала банка, чтобы не задавать мне никчемных вопросов, а просто пойти и доложить Петру Аркадьевичу о моем визите.
   Бугаевский встретил меня с осторожной улыбкой.
   – Здравствуйте, Ольга Юрьевна, – поприветствовал он меня, – у вас есть новости?
   – Возможно, – ответила я и протянула ему ключик. Бугаевский взял его и вопросительно посмотрел на меня.
   – Петр Аркадьевич, – начала я, – не знаком ли вам серо-стальной «Фольксваген-Гольф»?

   Глава 10

   Честно скажу: я вышла… нет, я выпорхнула из «Салют-банка» почти счастливая. До полного счастья мне очень не хватало только сознания того, что все наконец кончилось. Оно еще не кончилось, но финиш на горизонте замаячил. Я подбежала к одинокой «Ауди», стоящей немного в стороне от общего автомобильного стада на стоянке перед банком, распахнула дверцу и плюхнулась на правое переднее сиденье.
   Фима как-то странно посмотрел на меня, вздохнул и поднял глаза вверх.
   В жизни все-таки действует некий закон компенсации. На бочку меда она всегда припасает ложку какой-нибудь гадости. Чтобы мед слаще показался, не иначе. Я наконец-то через зеркало увидела приподнявшегося на заднем сиденье Сергея – шофера синей «БМВ». В руке Сергей держал пистолет.
   – Привет, подруга, – сказал он.
   – Сам привет, – кивнула я, – к Матросу, что ли, хочешь прокатиться?
   – Ну! – подтвердил он и прищурился.
   – Диктуй адрес. Кстати, как там Сырок? Бюллетенит, наверное?
   – Кончай базар, – не поддержал разговора Сергей и ткнул стволом пистолета в затылок Фиме, – угол Мичурина и Пушкинской, гони, водила.
   Фима молча погнал. А что было делать?
   Подъехав к нужному месту, мы свернули в арку и через старинные литые ворота въехали во двор. Около единственного подъезда нас уже поджидал все тот же Сырок. Его правая рука была спрятана под олимпийкой. Не выказав радости от нашей исторической встречи, Сырок пропустил нас с Фимой вперед в подъезд, а сам тяжело зашагал следом.
   Двор был старым и грязноватым, дверь деревянная и потертая, а лестница внутри оказалась мраморной и с ясеневыми перилами. На втором этаже, куда нас провели по великолепному паркету, нас уже ждали. Без стука открыв последнюю дверь в коридоре, Сырок впустил нас в небольшой кабинет.
   В нем было даже тесно. Стол, два кресла, диван, журнальный столик и шкаф для бумаг занимали почти все пространство. На диване сидел высокий чернявый мужчина приблизительно сорока лет и ел банан. На серебряном блюде, стоящем на журнальном столике, ждали своей очереди еще две большие связки. Там же лежала открытая пачка сигарет «Парламент».
   – О! – мужчина откинулся назад и посмотрел на нас с Фимой. – Ну наконец-то, а то я заждался. Сколько дней она от нас бегает, а, Сырок?
   Не дожидаясь ответа, мужчина громко засмеялся. Кинув банановую кожуру на стол, он вытер рот пальцами и, продолжая смеяться, достал сигарету и прикурил ее.
   – Колян, ну что… – пробурчал Сырок.
   – Иди, иди, братишка, – махнул тот и пригласил нас: – Присаживайтесь, кому куда удобно. Или даже нет, – Колян уже не засмеялся, а откровенно заржал, прикрывая рот ладонью, – ты, Юрьевна, со мной рядом садись. Познакомиться хочу поближе.
   Я присела на диван, Фима – в кресло. Хлопнула дверь – это вышел обиженный Сырок.
   – Вам, пацаны, повезло, как утопленникам, – сразу же обрадовал нас Матрос, – в натуре, без базара. Когда мне Петрович позвонил и сказал, что пришли двое на пробивку и сейчас будут на бабки его разводить за Ингу, я решил, что все, на хер. Будете платить за все, короче… А потом он дал отбой и развел рамсы, типа ты за подругу так лохово впряглась. Я чуть с дивана не рухнул от смеха!
   Матрос выпустил изо рта струю дыма и засмеялся на этот раз беззвучно.
   Я не все поняла из его слов, но, видя его невраждебное отношение, немного расслабилась.
   – Ты, Юрьевна, была мне нужна для разговора, – наклонился ко мне Матрос, внезапно посерьезнев, – ты же в курсах, что какие-то звери Ленку мою прирезали… У нее твою визитку нашли. Ты мне сейчас расскажешь, о чем вы базарили. Мне это очень нужно…
   Он замолчал, не сводя с меня пристального взгляда.
   Слова Бориса Петровича о том, что мы с ним расстанемся друзьями, обрели свое подлинное значение. А я-то думала, что он это сказал просто так, из вежливости.
   – Ну, ты чего молчишь-то? – Матрос положил мне руку на плечо и слегка потрепал: – Что она говорила тебе про бабки?
   – Какие бабки? – спросила я.
   – Которые мне Инга была должна! – с нажимом уточнил Матрос. – Ингу тоже по-зверски разделали, а бабки пропали. Эти две шалавы всегда были суками… Поганки неблагодарные! Но в натуре получается, что меня на эти бабки кинули, а это быть не должно! – взгляд Матроса стал страшным, и я невольно поежилась и опустила глаза.
   – Лена сама не знала, где деньги, – тихо ответила я, – она не знала, и что Ингу убили. Она пыталась ей позвонить на ту квартиру, но, конечно, никто и не ответил… Вот, собственно, и все…
   – А сами вы что нашли в той хате? – совсем уже тихо спросил Матрос, не спуская с меня глаз. Мне от этого голоса стало просто жутко. Я закрыла глаза и в свою очередь сказала:
   – Николай, ведь Лена была вашей женой…
   – И что теперь?
   – Если деньги найдутся, может быть, вы захотите и убийцу найти?
* * *
   Через два часа, сделав два телефонных звонка, я бродила в одиночестве по квартире, где Инга делала свой бизнес.
   В дверь позвонили. Я вздохнула и пошла открывать. Это наконец-то приехала Лиза.
   – Привет, – обрадовалась я, – а я уж думала, что ты не появишься.
   – На работе не хотели сразу отпускать, – пожаловалась она и прошла в квартиру.
   Я закурила и, вернувшись в комнату, присела на кровать. Вошла Лиза. Выглядела она не самым лучшим образом, хотя и костюм был хорош, и сумка у нее замечательная. Лиза ее не оставила в коридоре, а принесла с собой.
   – Ты уставшая какая-то, – посочувствовала я ей, – спишь плохо?
   – Тебя бы так мордой об асфальт, – сказала Лиза, опускаясь со мною рядом, – что случилось-то? У тебя был такой странный голос по телефону…
   – Станешь тут странной… – ответила я и потянулась за своей сумкой, которую еще раньше я тоже положила на кровать, – мы, когда искали здесь кассеты, почему-то не посмотрели под шкафами…
   Лиза вздрогнула и бросила взгляд на шкаф, стоящий перед нами.
   – Нет, не под этим, – сказала я, догадавшись, о чем она подумала, – ты знаешь, я все не могла смириться с поражением, все размышляла, где еще можно спрятать, а потом взяла и приехала сюда…
   Лиза щелкнула замком своей сумки и, пошарив там, вытащила оттуда сигареты.
   – Ты куришь? – удивилась я.
   – Иногда, – призналась она, – после всех этих событий любой закурит, кто и не курил никогда. А у меня опыт уже был. Так о чем ты говорила?
   Я поднесла ей зажигалку, Лиза прикурила и тихо закашлялась.
   – Ну так вот, – продолжила я, – я приехала сюда и начала все по новой, и ты знаешь, под тем вон шкафом я нашла пакет…
   – Кассеты? – с надеждой спросила Лиза, и ее рука, держащая сигарету, дрогнула.
   – Нет, – я покачала головой, – если бы…
   – А что же ты нашла? – недоуменно спросила Лиза и стряхнула пепел на пол.
   Я расстегнула «молнию» на своей сумке и достала из нее пакет с пачками долларов. Лиза, приоткрыв рот, смотрела на пакет, и казалось, что она не верит глазам своим.
   – Почти семьдесят тысяч, – сказала я и бросила пакет на кровать между нами, – что делать-то будем?
   Лиза курила и смотрела на пакет. Потом она достала несколько пачек, подержала их в руке, как бы взвешивая, и аккуратно положила обратно.
   – Семьдесят, говоришь? – повторила она. – А где же Фимочка? – вдруг спросила Лиза и оглянулась: – В туалете, что ли?
   – Он на работе. – Моя сигарета закончилась, и я положила окурок в пепельницу, которую заранее поставила на полу. – Ты мне так и не ответила, что делать с этими деньгами, Михаилу отдать? Он как муж вроде теперь и наследник…
   – Что делать… – повторила Лиза и снова сунула руку в свою сумку, – что делать… а все то же, Оля, все то же… – проговорила она и встала. В ее руке заблестел пистолет.
   – Зачем это… – удивилась я и даже приоткрыла рот от неожиданности, – Лиза, ты что?
   – Дай пакет, – холодно сказала она мне.
   Я подтолкнула пакет к ней поближе, и она взяла его.
   – Лиза, неужели это ты убила Лену? – догадалась я, с испугом косясь на ствол ее пистолета.
   Она мне не ответила и продолжала молчать.
   – И Ингу тоже, – добавила я, и при этих словах Лиза усмехнулась, и взгляд ее стал совсем холодным.
   – Сама догадалась? – иронично спросила она.
   – Да, – призналась я, – только непонятно, почему тебя не интересуют кассеты, ведь ты же искала их…
   – Без Инги они мне не нужны, – наконец ответила Лиза, – все ее клиенты прекрасно знают меня, это я их к ней подводила, а прибыль потом должны были делить поровну. А она начала крысить, стерва. Я только на Петьке узнала, как она меня кидала. Петька сказал мне про двадцать штук, а она – про десять. Лихо, да? Вместо половины я получала четверть! При всем при том, что и идея моя, и клиенты почти все – тоже. Эта стерва без меня опустилась бы до ларька, я ей карьеру делала, а она меня решила кинуть!
   Лиза взвела курок и подняла ствол пистолета.
   – А при чем же здесь Лена? – не унималась я, стараясь протянуть время до последнего предела. – Она тоже была в вашем бизнесе?
   – Еще чего! – презрительно фыркнула Лиза. – Ни рожи ни кожи… она знала, что мы с Ингой компаньонки, поэтому, когда прошел бы слух про Ингу, она бы первая сдала меня своему бандиту. Тот же деньгами ссудил на раскрутку. К тому же они были любовниками…
   – Инга с Матросом? – я просто потряслась от этой информации.
   – Инга с Ленкой, – скривилась Лиза, – Инге ее лох был нужен только для выезда, у него родственники где-то в Латинской Америке. Кроме как для выгоды, ей мужики были и не нужны. Правильно вообще-то. Ну, хватит трепаться! – Лиза нажала на спусковой крючок, а выстрела не последовало. Она растерянно взглянула на пистолет и щелкнула еще раз. Потом еще и еще…
   – Вы наигрались? – послышался мягкий голос у Лизы за спиной.
   Лиза вздрогнула и оглянулась. В дверях комнаты стоял симпатичный старший лейтенант Смирнов, за ним двое его сотрудников. Потеснив их, в комнату вошел Фима и сразу же, подставив табурет, полез на шкаф.
   – Что? Что? – Лиза посмотрела по сторонам и, встретившись со мной взглядом, прокричала: – Сука!
   – Не по адресу! – не согласилась я с таким определением, и мне кажется, что я была права.
   – Должна получиться запись, – сказал Фима, слезая с табурета, – хотя она и не нужна, – толпа свидетелей…
* * *
   Маринка вернулась через день. По мо-ей просьбе ее привез Виктор. Опять ему пришлось гонять в Ивантеевку.
   Поздно вечером я, Маринка и Фима засели на кухне и начали болтать. Я Маринке высказала все, что думала, и все, что хотела. И я была права: в такие переживания она меня втянула, что не дай бог никому!
   – А как получилось, что ты все поняла? – не унималась Маринка, постоянно меня перебивая и допытываясь до каких-то несуществующих тайн.
   – Все получилось само собой, – честно отвечала я, – сначала я удивилась, что Лиза не обратила внимания на кассету, которую нашел Фима в видеокамере. Но это как-то забылось в суматохе с бандитами. Потом, когда мы удирали от бандитов, Фима напомнил мне, что по номеру машины можно вычислить хозяина. После его слов я вспомнила эти три четкие цифры 222 того «Фольксвагена». А когда Борис Петрович сказал, что ключ похож на депозитный, я и поняла, что означает надпись на брелоке: АКБ СБ – акционерный коммерческий банк «Салют-банк»! Все просто. Бугаевский открыл этот сейф, потому что второй ключ хранился в банке, и там мы с ним нашли и деньги, и кассеты. Причем помимо видеокассет, там была интересная подборочка и аудиокассет, что совершенно неожиданно. Инга хранила все вместе. Бугаевский и не знал, что она арендовала сейф в его банке. Инга была очень предусмотрительной. А на одной аудиокассете был записан ее разговор с Лизой. Бугаевский чуть с ума не сошел, когда узнал, что по сути дела его шантажировала и Лиза тоже! Он забрал все кассеты и поклялся, что уничтожит их. Деньги из сейфа и кассету, раскрывающую подлинное лицо Лизы, я взяла себе. Как ни противен мне Миша Кумарцев, а все-таки мы с Бугаевским решили, что деньги после смерти Инги принадлежат ему. Я и вызвалась их отвезти. Потом нас захватили все-таки бандиты Матроса, а деньги в это время уже лежали в моей сумке. Матрос деньги забрал, но согласился помочь. Его спецы сделали несколько «кукол», как будто это пачки долларов. Настоящими деньгами Матрос рисковать не решился…
   – И был прав! – рассмеялся Фима. – Они бы пошли как вещественные доказательства, а потом иди доказывай, что заработал их честным бандитизмом!
   – А как же она, стерва, меня подставила, а? – не унималась Маринка.
   – Как только Лиза поняла, что ее обсчитывают, она начала следить за всей семьей. Сперва она думала, что Инга в сговоре со своим Мишей. Так она узнала про Маринку, так ее и подставила, подбросив записку, на которой Инга записала Маринкины данные, потому что Михаил и не скрывал своих отношений. Для своей жены он был малоинтересен. После убийства Лиза следила за мной. Она была в парике, но на своей машине, вот почему она потом нам говорила, что рулить не умеет. Чтобы не заподозрили.
   – Смирнов мне сказал, – подал голос Фима, – что Лиза в один день сумела стать любовницей Миши и обыскать всю его квартиру, а потом, не найдя денег, просто исчезла – и все. Вот как вам, девки, верить после таких фокусов, а?
   – Что-то слишком он быстро поддался первой встречной женщине, – засомневалась я в милицейской информации.
   – Перестань, – Маринка раздраженно махнула на меня рукой, – ты вообще ничего не понимаешь в этих кобелях. Проблема, между прочим, как раз обратная: как их убедить, что с первого раза они хрен чего получат. Они же почему-то думают, что именно так и должно быть…
   Маринка вдруг остановилась на полуфразе и внимательно посмотрела на нас с Фимой. Не сдерживаясь больше, мы с Фимой рассмеялись, а Маринка надула губы и пробормотала:
   – Идите к черту, дураки…
   – Я, кстати, придумала для тебя наказание, которое поможет тебе осмыслить все твои глупости, – угрожающе сказала я Маринке.
   Она испуганно посмотрела на меня.
   – Срок тебе определяю в три дня. За это время ты напишешь мне статью на весь подвал, рассказывающую без указания имен и фамилий про этот случай. Пора, пора тебе вылезать из секретарей, иначе ты от скуки еще какую-нибудь глупость сотворишь…
   Я замолчала и подняла палец вверх. Маринка внимательно на него посмотрела.
   – Зараза! – сказала я ей.
   Маринка вздохнула и кивнула.
   – Я так из-за тебя перенервничала!.. Но все равно я тебя люблю! Только, пожалуйста, не называй себя больше никогда Джульеттой, договорились?
   – Ладно! – улыбнулась Маринка. – Буду называться Беатриче.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11]

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация