А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Русский Лондон" (страница 7)

   Александр II

   Как и многие другие великие князья, сын Николая I, наследник престола Александр Николаевич, также посетил Великобританию. В первый раз он побывал там, когда ему был 21 год (он родился 18 апреля 1818 г.). Приезд в Лондон наследника русского престола, занимаемого тогда его отцом императором Николаем I, так ненавидимым всеми европейскими демократами, вызвал брожение среди множества политических изгнанников, которым Британия, страна свободы, дала убежище.
   У русского посла в Великобритании существовало подозрение о возможном покушении на наследника русского престола, о чем он донес в Петербург. Сопровождавший Александра в этом визите граф А. Ф. Орлов отнюдь не был уверен в невозможности покушения; Николай сам позднее рассказывал, получив сообщение о предполагаемом покушении: «Я дважды прочитал эту депешу и мое первое движение было отменить поездку в Англию, хотя я и считал ее крайне полезной. Но поразмыслив, я вознес мысль мою к Богу и тайный голос мне сказал: "Александру не грозит опасность; я возвращу тебе его здравым и невредимым". Тогда я перестал колебаться и показал депешу Орлову. Тот был крайне встревожен ею, но я успокоил его своею верою в судьбу, сказав ему: "Полагаюсь на тебя и на провидение. Наследник поедет в Англию и проведет в ней то время, что предначертано моей инструкцией"».
   Что сыграло большую роль – провидение или заменявший его Орлов, не ясно, но поездка оказалась благополучной.
   Александр 21 апреля 1839 г. переправился из Нидерландов в Британию на голландском пароходе «Цербер», прибывшем в город Грейвзенд. В. А. Жуковский, сопровождавший своего воспитанника, записал в дневнике: «21 апреля (3 мая), пятница. Проснулся уже в устье Темзы. Беспрерывный прилив кораблей и пароходов. Искал место Гревзендского монастыря. Помню место, где читал это в детстве… Переезд в Лондон. Мы живем близ Grosvenor Square, Brook Street, Hotel Mivards. У меня три горницы. Это лучший или один из лучших трактиров в Лондоне. Но я не замечаю этой разительной чистоты и этой точности»[43].
   Наследника русского престола непрерывно приглашали на балы, обеды, концерты. На приеме Русской компанией, происходившем в Лондонской таверне* (London Tavern), он выступил с речью на английском языке, сказав: «С удовольствием пользуюсь настоящим случаем, чтобы открыто заявить, как тронут я приемом, оказанным мне в этой благородной стране, не только королевой и министрами ее величества, но также, – смею сказать без аффектации, но с гордостью, – каждым англичанином в отдельности. Никогда, никогда это не изгладится из моей памяти».
   Он побывал в парламенте, совершил обзор обычных достопримечательностей – собора святого Павла*, Тауэра*, Вестминстерского аббатства*, тюрем, доков, туннеля под Темзой, Колизея в Риджентс-парке*, где показывалась диорама Лондона, представленная с верхушки купола собора св. Павла, посетил Ричмонд и Оксфорд, где ему поднесли диплом доктора права. Он также был и на скачках в Эпсоме и Аскоте. Конечно же, среди светских удовольствий не обошлось и без парада, который принимал наследник в центре Лондона, в Сент-Джеймском парке, и посещения арсенала в Вуличе.
   Королева Виктория принимала Александра в Виндзорском замке, и их знакомство быстро переросло во взаимное чувство симпатии. Вот строки из опубликованных писем королевы Виктории. Двадцатилетняя девушка пишет: «Я видела князя… мы обедали в Георгиевском зале, который был великолепен. Великий князь вел меня в зал… Я прямо влюбилась в великого князя; он милый и очаровательный молодой человек. После 12 мы проследовали в столовую к ужину, а потом мы полчаса танцевали мазурку. Великий князь пригласил меня на тур и я согласилась (никогда не танцевала этого танца раньше), и это было очень приятно; великий князь так силен, что, кружась в танце, нужно быстро следовать за ним, как в вальсе, что было очень хорошо… Все было очень весело; я пошла спать без четверти три, но не могла заснуть до пяти часов».
   На следующий день, 28 мая 1834 г., Александр прощался с королевой Викторией: «…лорд Пальмерстон привел великого князя, собиравшегося уходить. Великий князь выглядел бледным и голос его срывался, когда он произнес: "Слова не могут выразить всего, что я чувствую", он сказал, как глубоко признателен он за ту доброту, которую встретил, что он надеется вернуться опять и что он верит в то, что все это приведет к укреплению уз дружбы между Англией и Россией. Затем он пожал и поцеловал мою руку и я поцеловала его в щеку; он поцеловал мою щеку очень тепло и нежно… Я почувствовала большое огорчение из-за ухода такого милого и дружелюбного молодого человека, в которого, думаю, я была немного влюблена»[44].
   Александр покинул Британию 29 мая 1830 г.
   Второй раз он побывал здесь уже как император.
   Мария, единственная и горячо любимая дочь Александра II, вышла замуж за второго сына королевы Виктории Альфреда, герцога Эдинбургского. Она родилась в 1853 г., через четыре года после смерти своей старшей сестры, и стала баловнем отца, не чаявшего в ней души. Нянюшками ее были, как обычно в императорской семье, англичанки, она получила хорошее образование, а ее воспитательницами были А. Ф. Тютчева, дочь поэта, и графиня А. А. Толстая, двоюродная сестра писателя Л. Н. Толстого. О Марии Александровне отзывались как об образованной, умной и милой девушке.
   В 1872 г. она встретила Альфреда – ему тогда было 28 лет, а ей 19; они понравились друг другу.
   Альфред родился в 1844 г., мальчиком он мечтал о море и посвятил себя морской службе, пройдя все ступени ее и достигнув чина адмирала флота, командуя флотом Пролива (Channel Fleet), потом Средиземноморским флотом (Mediterranean Fleet) и Девонпортской военной гаванью.
   Ни мать – королева Виктория, ни отец – император Александр не были в восторге от предполагаемого брака. Надо сказать, что Романовы имели разветвленные матримониальные связи со многими династиями европейских владетельных домов, но с королевской династией первой мировой державы – Великобритании – их не было, хотя первые предложения поступали довольно давно, еще со времени Ивана IV в XV столетии. Королева Виктория не стремилась к установлению родственных связей с Романовыми, которых она считала неискренними и заносчивыми, да и вообще она предпочитала не смешивать родственные отношения с межгосударственными.
   С российской стороны родители постоянно говорили о том, что они не настаивают на замужестве Марии, что она вольна делать так, как хочет. Однако принц Альфред настаивал на своем предложении, и Мария, а с нею и родители, в конце концов согласились. В июне 1873 г. состоялась помолвка в замке Югендгейм недалеко от Дармштадта, столицы герцогства Гессен (Альфред был наследным принцем герцогства).
   Для русской стороны было обязательным сохранение православного исповедания и проведение обряда в Петербурге, и, таким образом, Альфред был единственным из детей Виктории, который женился не в Британии, а его свадьба была единственной, на которой королева не присутствовала.
   Под Рождество, 23 декабря 1873 г., Альфред прибыл в Петербург, встречали его сам император, великие князья, дипломатический корпус и множество сановников. Церемонию назначили на 11 января, а до того гости знакомились в городом и окрестностями. Особенно поразил их праздник Богоявления на Неве, с выходом духовенства, с блистающими мундирам придворных, с тысячами народа, столпившегося на речных берегах. Отправляли невесту за море с богатым приданым: за три дня до свадьбы во дворце выставили приданое, в котором обращали на себя внимание четыре шубы, а в особенности одна – из черного, как смоль, соболя, а также семьдесят платьев, драгоценности и серебряный сервиз на сорок персон в русском стиле. Для того чтобы пресечь толки о каком-то огромном денежном приданом, в журнале «Гражданин» написали, что оно составляет только миллион рублей из казны и полагающуюся ей часть из доходов удельных имений (т. е. принадлежащих императорской семье) в 120 тысяч рублей.
   Бракосочетание по православному обряду происходило в церкви Зимнего дворца, а по англиканскому, на котором настояла королева Виктория, в Александровской зале, где устроили алтарь.
   Как записал в дневнике министр государственных имуществ П. А. Валуев, «я никогда еще не видел Зимнего дворца так полным и переполненным. Из известнейших лиц присутствовали, кроме Государя и Императрицы, Цесаревича и Цесаревны, десять Великих Князей, четыре Великих Княгини, кронпринцы прусский и датский, принц Валлийский, принцесса Валлийская, кронпринцесса прусская, принцесса М. М. Баденская, принцесса Ольденбургская, принц Артур Великобританский, герцог Кобургский, три принца Ольденбургских и принц Александр Гессенский. Иностранцев разных свит до 50. Многочисленность наших придворных чинов со дня на день становится неудобнее. От них нигде нет места. Я должен был выйти из церкви и потому не присутствовал при бракосочетании по нашему обряду, но хорошо видел и слышал английский обряд… Великая Княжна, несмотря на бремя бриллиантового венца, бархатной мантии и пр., выдержала оба обряда без изнеможения. В пять часов был обед на 700 кувертов и действительно обедало 690, тогда как до сих пор не случалось, чтобы обедавших за один раз бывало более 500. Во время обеда г-жа Патти превзошла самую себя и покрыла своим голосом не только оркестр, но и шум 600 тарелок с вилками и ножами и движение 400 официантов».
   В этот же день в Лондоне все русское посольство во главе с графом Ф. И. Бруновым присутствовало на торжественном молебне в церкви на Уэлбек-стрит (Welbeck Street).
   Альфред и Мария отбыли в Великобританию 16 (28 н. ст.) февраля 1874 г., там по прибытии их встречали весьма торжественно: общественные здания были иллюминированы, украшены флагами, во многих церквах раздавался колокольный звон, в Тауэре и Сент-Джемском дворце произвели салют 41 пушечным выстрелом, а при встрече в Виндзоре устроили фейерверк, на который пошло 30 пудов горючих материалов, и в заключение развели костер, который, как сообщали газеты, был высотой 50 футов и состоял из нескольких тысяч связок хвороста и множества бочек с парафином и смолой.
   Как отметила тогда газета «Таймс», «мы все должны радоваться, если отныне Англия и Россия будут соединены союзом мира, но народное чувство преисполнено тою простою радостью, что сын королевы Виктории вступил в брак, согласно избранию своего сердца».
   В Лондоне Альфред и Мария поселились во дворце Кларенс-хауз* (Clarence House), где для супруги построили православную церковь, куда назначили особого священника[45].
   О любимой и единственной дочери (у него было шесть сыновей и одна дочь) Александр II очень скучал и в мае 1874 г. решил увидеть ее. Он прибыл в Дувр на яхте «Держава» 13 мая 1874 г. и был встречен там дочерью с мужем, вместе с «несметными толпами», и в сопровождении принца и принцессы Уэльских отправился в Виндзор.
   Королева Виктория была поражена тем, как изменился Александр с тех пор как они последний раз встречались: вместо «очаровательного и милого юноши» она увидела его «ужасно изменившегося, такого худого, с таким постаревшим, таким печальным, таким обеспокоенным лицом».
   После приема в Виндзоре Александр вернулся в Лондон. Он, конечно, присутствовал на службе в русской церкви, на концерте в Альберт-холле, на балу в Букингемском дворце, присутствовал на празднике, данном в его честь 17 мая в Хрустальном дворце, построенном к Всемирной выставке 1852 г. и перенесенном к тому времени из Гайд-парка в лондонский пригород Сиднэм*. Праздник оказался грандиозным, и газеты были полны описаний его. Вот один из таких отчетов: залы огромного дворца «…были изукрашены в этот вечер всевозможными флагами, среди коих естественно преобладали знамена и штандарты России, также целою пирамидою самых роскошных роз, часть коих расположена была шпалерами вокруг королевской ложи. Сия последняя, равно как и расположенные насупротив ее амфитеатром галлереи для хора музыкантов и певцов, были украшены в главных пунктах российскими императорскими гербами и королевскими великобританскими. В галлереях для музыкантов расположились хор певцов и певиц до 2.500 человек и несколько хоров музыкантов из Дрюриленскаго оперного ее величества театра и военных. Концерт начался за два почти часа до приезда Его Величества, и публика, которой, мимоходом будь сказано, набралось в этот вечер свыше ста тысяч человек, видимо, осталась довольна русскими народными мелодиями незабвенного Глинки… Наконец, по данному сигналу, в громадном здании воцарилась благоговейная тишина, оркестр соединенных музыкантов заиграл Преображенский марш, и чрез несколько мгновений во дворец взошел Государь Император, ведя под руку Принцессу Вельсскую. Это был самый величественный момент всего праздника. Стотысячная публика устремила все свои взоры на шествие Августейшего Повелителя восьмидесятимиллионного народа, при звуках русского марша, и благосклонно отвечавшего на безмолвные изъявления почтения зрителей…
   Вторая часть концерта продолжалась до семи часов вечера, и Государь, видимо, остался доволен грандиозным эффектом, производимым голосами хора из 2.500 артистов обоего пола. Концерт заключился английским королевским гимном… Государь Император изволил выйти на балкон переднего фасада здания, насупротив которого был зажжен великолепный фейерверк. Выход Государя был встречен еще более торжественными кликами «ура», в особенности, когда публика увидела горевшим разноцветными огнями главный щит, на котором красовалась следующая надпись на английском языке: "Александру II, Освободителю Русских крестьян"»[46].
   В его честь 18 мая был дан завтрак в Гилдхолле, на котором присутствовали 3000 гостей, а в имении Чизуик* (Chiswick), там, где встречали его отца Николая I, состоялся ужин, данный принцем Уэльским. Везде в городе, где появлялся Александр II, народ приветствовал его криками «Царь-Освободитель!». Александр покинул Британию 21 мая 1874 г.
   В откликах британской прессы подчеркивалось, что как бы не разрешились сомнения о будущей внешней политике России, невозможно не воздать хвалы русскому государю за его внутреннюю политику (имелись в виду освобождение крестьян от крепостной зависимости и реформы в России).
   Однако тесные дружественные отношения между двумя странами установились много позже – в то время существовало много нерешенных проблем в Средней Азии, где активно осуществлялась русская экспансия.
   Новая невестка казалась Виктории «непосредственной и воспитанной», но не более того, и никак, по ее мнению, не могла сравниться с Александрой, супругой наследника престола принца Уэльского Эдуарда, одной из самых красивых принцесс Европы. Отношения со свекровью были натянутые, обе они не поладили друг с другом; Марии совсем не нравился Лондон, в особенности его климат, да и английская пища.
   Виктория была резко настроена против русской экспансии на Ближнем Востоке, выступала вдохновительницей антирусских выступлений во время русско-турецкой войны 1877–1878 гг. Когда дело дошло до мобилизации английского средиземноморского флота, то она настояла на том, чтобы ее сын и зять русского императора принц Альфред был послан на театр возможных военных действий против России…
   Альфред в 1893 г. стал владетельным герцогом Саксен-Кобург и покинул вместе с супругой и детьми Лондон. В возрасте 49 лет он унаследовал престол герцогства Саксен-Кобург-Гота, в связи с чем семья переехала в столицу его город Кобург. Альфред умер молодым – в 1900 г. ему было всего 56 лет.
   У него и Марии Александровны был единственный сын, названный также Альфредом, который стрелялся 25 января 1899 г. из-за скандала с любовницей. Случилось это как раз во время празднования 25-летия совместной жизни родителей. Сын выжил и его отправили в больницу, но через две недели он скончался.
   Кроме него у Альфреда и Марии было четыре дочери: Мария (1875–1938) вышла замуж за принца Фердинанда, вступившего на королевский престол Румынии в 1914 г. (их внук король Михай был последним румынским королем, которого Сталин наградил орденом Победы и свергнул с престола); вторая дочь Александра (1878–1942) была замужем за великим герцогом маленького германского государства Хессе; третья дочь, родившаяся на острове Мальта и названная Мелитой (Викторией-Мелитой) (1875–1938), вышла замуж за брата русской императрицы Александры Федоровны, но через семь лет развелась и вскоре стала супругой великого князя Кирилла Владимировича, племянника Николая II; четвертая дочь Беатриса (1884–1966) вышла замуж за дон Альфонсо, инфанта Испании.
   О Марии Александровне оставил воспоминания князь С. М. Волконский, видевший ее в Ницце, где она часто жила после кончины мужа: «Марию Александровну всегда вспоминаю с удовольствием. Человек с ясным взглядом на вещи. Оставшись совершенно русской, она вместе с тем приобрела от долгой жизни в Англии и Германии, как бы сказать, более свободный угол зрения на наши русские условия и обстоятельства. Помню, был у нее в Ницце, в ее вилле Favron. Долго беседовали о том, что делалось в России, в частности о полосе официального ханжества, которое тогда выразилось в московском всенародном говении: "Всегда государи говели; никогда не считали нужным об этом кричать на перекрестках". И помню, как она тут же сокрушалась о том, до какой степени в России в этом отношении отуманены умы. С братом своим Сергеем она о некоторых вопросах уже не может говорить…»[47]
   Она, последний ребенок Александра II, скончалась в Цюрихе 22 октября 1920 г. на 68-м году жизни.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация