А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Провинциальный детектив" (страница 1)

   Фридрих Незнанский
   Провинциальный детектив

   © ООО «Агентство «КРПА Олимп», 2009
   © Оформление. ООО «Издательство Астрель», 2009

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

   © Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
   В основе книги – подлинные материалы как из собственной практики автора, бывшего российского следователя и адвоката, так и из практики других российских юристов. Однако совпадения имен и названий с именами и названиями реально существующих лиц и мест могут быть только случайными.

   Глава 1

   Тусовка удалась. Ничего не скажешь. Бутылки «Медока» никто и не считал. Пострадали два пузыря с портвейном десятилетней выдержки. Вика добралась до «Вдовы Клико». Хорошо еще, что до папашиного виски ничьи шаловливые ручонки не дотянулись. Весело, значит, но без эксцессов. Траву здесь не курят, у меня такие правила. Кому не нравится, не приходите. Вот так. Но хотят прийти все. Не всех, правда, зовем. Лохам вход воспрещен. Это тоже часть моих правил.
   В доме уже почти никого. Расходиться начали потихоньку еще час назад. Уносить никого не пришлось – и на том спасибо. Впрочем, все знают, что размазней здесь не любят. Если у кого голова слабая – пусть дома сидит, мультики смотрит. Эта тусовка не для них. Дурацкое слово «тусовка». Хотя, как это еще назвать? Вечеринка для друзей? Но здесь практически нет друзей. Пожалуй, только Дэн. Все остальные… Как бы это определить? Есть ведь подходящее слово! Да, точно – свита. Именно так. Тогда кто я? Ладно, так можно черт знает до чего договориться. «Дуровоз» скоро вызывать надо будет. С другой стороны, как может человек быть виноватым в своем очевидном превосходстве? Тем более, что все это признают. Без лишних разговоров.
   Да, все разошлись уже. Ниночка во флигеле. Родители вернутся не раньше завтрашнего утра. Пусто. Пусто, да не совсем – в холле, прислонившись к стене, сидит Вика. На полу. Этому столику «Вдову Клико» больше не наливать. А на коленях у нее – голова Киры. Вика подозрительно нежно гладит ее по волосам, периодически наклоняется, чтобы что-то сказать. Кира почти не двигается. Можно только предполагать, что имеет место диалог. Впрочем, движения губ с этого ракурса не видно. Весело. Совсем надрались, дуры.
   Что за нелепая манера у девиц нежничать друг с другом по поводу и без повода! Сигарету стрельнуть нельзя без сюсюканья и накручивания чужих волос на палец. Если бы парни так между собой общались, диагноз был бы ясный и четкий. А тут сплошная муть. Они что, так тренируются? Но Вика как раз другая. На нее это не похоже. Может, у них случилось что-нибудь? Наверное, Кира сейчас поверяет ей по пьяни какую-нибудь страшную тайну. Ну, прямо очень страшную! Про несчастную любовь, точно, какие еще могут быть варианты? Хотя с Кирой как раз могло произойти и что-нибудь более замысловатое. Троечница. Книжки читает. В голове держит табун больших черных тараканов.

   Мальчик вышел на крыльцо. Ночь была темная и теплая. Он достал сигарету. Ему пятнадцать лет. И он начал курить два года назад.

   – Ладно, ты хорошо сделала, что хоть мне об этом рассказала. Такое в себе держать нельзя, – голос у девочки, сидящей у стены, был низкий, хрипловатый.
   Вторая ответила едва слышно:
   – Ты понимаешь, что никому… Никому. Не потому, что это может ему как-то навредить. Мне, в общем, плевать. Просто я не хочу, чтобы кто-то еще знал, что…
   – Да ясно. Кому ж такое приятно. Ты, главное, матери не проболтайся. С нее и так хватит.
   – Что ты хочешь сказать? Ты что-то еще знаешь?
   – Да забей, кто ж здесь чего-то не знает?! Все, всё и про всех. Ну, там родители между собой говорили, не знаю даже. Я уверена, и про моих какие-нибудь сплетни ходят. Не бери в голову. Но матери все равно не говори ни в коем случае.
   – Так о чем речь? Если бы я могла ей сказать, стала бы я тут перед тобой…
   – Все, закрыли тему. Успокоились. – Будто стараясь смягчить жесткость тона, Вика еще раз провела рукой по волосам подруги. – Давай ты здесь сегодня останешься! Как ты сейчас домой поедешь? Все уже ушли. Можем, конечно, такси вызвать, но лучше ты здесь оставайся. Спальных мест много.
   – А что Илья скажет?
   – Да ему все равно. Пошли. Ты как, сама подняться сможешь?
   У Киры кружилась голова, но встала она довольно бодро, внезапно почувствовав себя лучше, легче, ощутив огромное желание убраться подальше из этого огромного, наполовину стеклянного дома.
   – Знаешь, я все-таки к себе поеду. Я маме не говорила, что ночевать останусь.
   – Так пошли эсэмэску. – Последние слова звучали уже вдогонку. Кира накинула куртку и пошла к дверям. Не глядя, прошла мимо Ильи, стоявшего на крыльце с сигаретой.
   – Эй, ты чего, уходить надумала? Как ты домой добираться будешь?
   Кира оглянулась и, прищурившись, посмотрела на лицо, освещенное единственным включенным фонарем. Он нравился бы ей, этот мальчик. Нравился, если бы она набралась смелости. А так, зачем давать себе позволение, если все и так ясно. Без шансов.
   – Не волнуйся. Что-нибудь поймаю.
   Удерживать он ее не стал.

   Вика в гостиной сводила счеты с «Вдовой». В общем, она была не такая уж пьяная. Сейчас даже взбодрилась немного. Что такого «антипохмельного» могла ей рассказать эта психованная с последней парты?
   – Ты ее не остановил?
   – Да, нет. Она вроде нормальная. В порядке. Не волнуйся ты, нормально доедет. Действительно, поймает кого-нибудь. Сколько раз так делали – ни у кого никаких проблем. А что ты так оживилась? Она тебе про несчастную любовь рассказала? Ты боишься, что она в ближайшей луже утопится?
   – Да.
   – Не понял? – Мальчик смеялся.
   – Чего ты не понял? Не в себе она, разнервничалась. Я волнуюсь, как домой доедет. На улице темно…
   – Ага. Ходят маньяки и охотятся за школьницами. Так?
   – Ну, приблизительно.
   – Слушай, не надо мне втирать. Ты так «часто» за кого-нибудь волнуешься, что мне кажется, будто она рассказала тебе что-то действительно интересное. Колись давай! Поделись улыбкою своей!..
   – Отстань. Это секрет.
   – Это что тут еще за секреты? От меня?
   – Да. От тебя. Представь себе. И вообще, меня бесит эта мания контроля. Контролируй тех, кто перед тобой выслуживается. А от меня отстань! Моя подруга – наши секреты!
   Он подошел к ней близко-близко. Ничего не сказал. Просто посмотрел и обезоруживающе улыбнулся.
   – Ладно. Не смотри на меня так. Ничего интригующего. Так, очередная сплетня про ее злосчастного папашу.
   – Всего лишь!.. – Мальчик засмеялся еще раз.

   Глава 2

   Поезд на Рыбинск отправляется в четыре. Можно, конечно, вызвать такси и, постояв в московских пробках, лишний час «покрутить» в голове то немногое, что удалось вытащить из клиента. Точнее, клиентки. Турецкий выбрал метро.
   Странная женщина. За бешеные деньги нанимает частного сыщика, чтобы расследовать убийство собственного мужа, и при этом информацию из нее нужно буквально клещами вытягивать. Ладно, спишем это на стресс, неадекватное состояние – все-таки ей досталось. Хотя на убитую горем вдову она не похожа.
   Народу в метро на удивление мало. Человек десять в вагоне, можно сесть, сохранив личное пространство, да и чемодан, хоть и немаленький, «пристроить» легко. В этот раз Турецкий собрался основательно – было стойкое ощущение, что командировка предстоит долгая. Парой дней тут не обойдешься. Слишком мало вводных.
   Хотел немного отвлечься, но даже посмотреть не на кого. Угрюмый гастарбайтер дремлет напротив, тетка без возраста кроссворд разгадывает… Бритоголовый парень читает книгу, обложка скрыта папиросной бумагой. Остается надеяться, что это не «Майн Кампф».
   Зачем он вообще на это согласился? То есть, понятно зачем – деньги. Она сама предложила достаточно большую сумму. Больше, чем по прейскуранту. Спорить было бесполезно, аргументы «мне лишнего не надо» не действовали. Стало ее немного жалко, такую холеную, со столетними глазами на гладком лице, со всеми этими ее деньгами, убитым мужем и напускной жесткостью. На самом деле ключ был в одной-единственной фразе: «Я хочу знать, кто убил моего мужа, и главное, за что». Не «почему», а именно «за что». Это зацепило. Там все не так просто, может даже оказаться интересно. Говорим «почему» – подразумеваем «мотив». Происки врагов, передел собственности, грязная и жестокая война, к которой все уже в той или иной мере привыкли. Говорим «за что» – подразумеваем «причину». «За что убили моего мужа?» Было, наверное, за что. И она об этом знает. Дама очевидно не склонна канонизировать своего усопшего. За что, за что, за что?..
   На «Баррикадной» вагон резко наполнился громкими голосами. Вошли мальчики – лет пятнадцать-шестнадцать. Трое. Хорошие лица – несовременные. Неиспорченные косыми челками и пирсингом. Как из старых фильмов. Раньше могли быть комсомольцы, будущие строители БАМа. Типаж такой. Но этих ждет другая судьба. О чем говорят – не разобрать. Громко, эмоционально, жестикулируют вовсю. Но слова заглушаются стуком колес.
   Итак, что у нас есть? Женщина эта позвонила позавчера в агентство «Глория» и договорилась о встрече. На следующий день пришла, представилась Смородской Анной Федоровной. Просидели долго, пили крепкий Алькин кофе. Точнее, Турецкий пил крепкий, она же предпочла без кофеина. Это новая мода – беречь здоровье, не изменяя старым привычкам. На самом деле, Турецкому врачи давно намекали, что с кофе пора завязывать. Но уж он если откажется от бодрящей черной «отравы», то насовсем. Никаких суррогатов и компромиссов. Однако «продвинутая» Алевтина сказала, что нынче многие клиенты предпочитают без кофеина, и с тех пор в офисе всегда была альтернативная пачка, на всякий случай. Вот и пригодилась. Все-таки от Альки есть толк. Иногда.
   Наконец, «Белорусская». Направляясь к дверям, Турецкий прошел в полуметре от несостоявшихся комсомольцев. То, что он услышал, шокировало. Не мат, не подростковый «новояз» – этим уже сложно кого-то удивить. «Я тебе говорю, прочитай эту книгу, там четкий и ясный алгоритм – как совершить государственный переворот», – обращался к приятелю один из троицы. Ответ услышать не довелось – парни остались в вагоне. Электричка с грохотом проехала дальше. Серьезные подростки нынче пошли. Смешно. И страшно немного. Вообще-то, в этом возрасте одноклассниц положено обсуждать. Впрочем, кем положено?
   Эскалатор медленно шел наверх. Они тогда говорили долго, но в сухом остатке оказалось мало. Мужа Смородской месяц назад застрелили в их загородном доме. Было открыто уголовное дело, но продвинулись не сильно. Не дождавшись результатов, вдова обратилась в «Глорию». Она слышала про Турецкого от одного общего знакомого, которого тот, еще в бытность следователем, буквально спас от ложного обвинения. Но сколько таких случаев было. Всего не упомнишь. Осторожно придерживая тяжелую стеклянную дверь, Турецкий вышел на привокзальную площадь. Поезд отходил через пятнадцать минут.

   – Анна Федоровна, дело еще не закрыто. Полагаю, его и не думают закрывать. Ваши доблестные рыбинские «сыскари» убийцу рано или поздно найдут. У вас есть какие-то объективные причины не доверять официальному следствию?
   – Да нет, я доверяю нашей милиции, я просто не слишком в нее верю.
   Она еще иронизирует. Хорошо держится.
   – Александр Борисович, вы только не думайте, будто я смеюсь над вашими бывшими коллегами. Ни в коем случае. Просто мне кажется, что со стороны будет виднее. Там у нас все слишком повязаны между собой. Ничего плохого этим, кстати, сказать не хочу. Они слишком долго друг на друга смотрят – вот и все. А тут нужен взгляд свежий, не «замыленный».
   Вот в таком духе и шел разговор. В общем, все более или менее ясно. Город маленький. Людей у власти или у «кормушки» – по пальцам пересчитать. Все, что можно, они уже поделили лет десять назад. Кто-то сел, кто-то лег – в смысле, на кладбище, а те, кто выжил – наслаждаются относительным спокойствием и абсолютным благополучием. Конечно, многие таят зло друг на друга – чай, не крестом все эти годы вышивали, а серьезными делами занимались. Дорогу часто друг другу перебегали, но, кто старое помянет, тому… Да, именно так и случилось с мужем Смородской. Впрочем, где гарантия, что искать нужно именно в «старье»? Это всего лишь один из вариантов. Хотя сейчас-то чего там делить? Ладно, посмотрим, куда успел впутаться перед смертью лысый пузатый мальчик в «Brioni»… Турецкий вспомнил фотографию, которую показала ему Смородская. Они там втроем где-то на море. В Италии, наверное. А может, на Лазурном Берегу. Это так, предположения, где сделано это фото, женщина не сказала. С ними девочка лет двенадцати-тринадцати. Счастливая семья. Видимо, покойный Смородский был способным человеком – он очень ловко приладил на свое лицо бойцовой собаки личину респектабельности. Вот, уже Пищалкино проехали, проводница говорит, меньше полпути осталось.

   Когда она вошла, Алевтина растеклась в своей фирменной улыбке в тридцать два зуба с винирами – на мужчин это обычно действует безотказно. Аля так улыбается всем, говорит, что в этом и заключается «искусство коммуникации». Этому ее точно научили не на юрфаке. Девушка с самого начала пытается прорваться к вожделенной оперативной работе, но уж больно лихо она решает административные вопросы и слишком уж органично смотрится за столиком в приемной. К тому же на зарплате это не отражается. У себя в прокуратуре, куда она сразу после диплома попала на должность мелкого клерка, платили гораздо меньше. В своем жанре она прекрасна – в кофеварках разбирается, в компьютерах нет ей равных. При этом ни приведи Господь назвать ее секретаршей. И даже «секретарем» нельзя. В ход идет обтекаемое «сотрудник агентства», а уж чем он там занимается, этот сотрудник, уточнять не обязательно. Беззастенчиво воспользовавшись слабостью, которую питал к ней старый ловелас Турецкий, Алевтина настояла, чтобы ей сделали стильные визитки, на которых гордо красуется «Дудкина Алевтина Григорьевна. Детективное агентство «Глория». И номер телефона. Ничего лишнего. Алькины амбиции более или менее удовлетворены. Кофе с каждым разом все вкуснее. Нет, у него определенно слабость к этой барышне. Что до оперативной работы, то для этого у нас есть другие кадры.
   Так вот, когда Смородская переступила порог приемной, Алька дежурно – в смысле, дежурно-лучезарно – улыбнулась. Женщины в «Глорию» периодически обращались. Как правило, это были довольно банальные заказы на слежку за неверными мужьями, за непутевыми сыновьями и дочерьми, попавшими в секту или связавшимися с так называемой «дурной компанией». Расследование «заказух» в принципе в последнее время стало редкостью. Это, наверное, хорошо. Успокоились люди. Научились решать проблемы более или менее цивилизованно. Да-а… Алевтина, острая на язык, всегда за глаза давала клиенткам меткие характеристики или отпускала что-нибудь едкое, обсуждая ход расследования. Естественно, она меру знала, и если речь шла о чем-нибудь действительно трагичном, вела себя адекватно. Но все же, никак не могла отказать себе в удовольствии проехаться по какой-нибудь «накачавшейся ботоксом старой курице, которая зачем-то хочет убедиться, что муж ей изменяет. Ей что, собственного отражения в зеркале мало? Очень убедительно!» или «завернуть» что-нибудь вроде: «Да что она волнуется? Он никуда и ни к кому от нее не уйдет. Из жалости. На такую без слез не глянешь». И это были далеко не самые яркие примеры Алькиных «перлов».
   Смородской, разумеется, тоже досталось. Едва Анна Федоровна, попрощавшись, закрыла за собой дверь, Алевтина скроила рожицу:
   – Не похоже, чтобы эта дамочка сильно переживала из-за смерти супруга.
   – Аля, имей совесть. Чем она тебе не нравится? Одета в черное. Хочет знать, кто его убил. Говорит тихо, – разговаривая с ней, он сам становился более ироничным. Ловил волну, наверное.
   – Не так уж тихо, если я услышала…
   – Ах, ты что-то услышала! Надо же. Это говорит не о громком голосе э… – Турецкий глянул на оставленную визитку, – Анны Федоровны, а о том, что у тебя, как всегда, ушки на макушке. И что же ты такое услышала?
   – Да ничего особенного. Просто одна фраза напрягает: «Я хочу знать, кто убил моего мужа, и главное, за что?»
   Турецкий замер. Оказывается, эта «фигура речи» не только ему показалась странной. Так-так. Уж чего-чего, а интуиции у Алевтины в избытке. Он дал ей договорить, не перебивая.
   – Странно как-то. Обычно у «свеженьких» вдов даже по Фрейду не бывает оговорок относительно возможного несовершенства недавно преставившихся. Что бы мужик вчера ни вытворял, только его подстрелили, так жена сразу начинает идеал лепить. И такой он был, и эдакий. Светило науки, купивший «диссер» не задорого. А отец какой! Ничего, что никогда не интересовался, в каком классе сын учится. А муж! А товарищ! Честный, неподкупный, миллионы свои праведным трудом заработал! А эта сразу намекает – муженек был не без греха.
   – Хватит. Я и так знаю, что ты язва циничная. Просто женщины, как правило, любят своих мужей такими, какие они есть. Женщины – они вообще хорошие. Одна ты, Алевтина Григорьевна, позор ходячий. Так что тебе там почудилось?
   – Александр Борисович, если серьезно, без иронии, я не знаю, как это объяснить. Вроде все нормально, заказчица как заказчица. Но есть какая-то нестыковка. Я чувствую, но сформулировать не могу!
   – А ты учись формулировать, Алечка. В оперативной работе пригодится.
   – Не надо издеваться, давить на больную мозоль!..
   – А-а, значит, тебе можно вербально терзать ближних, а другим…
   – Так ведь ближние этого не слышат. И потом, не такие уж это ближние, и вообще, вы же знаете, что я не со зла, это у меня естественные процессы в организме. Как дыхание.
   – Хорошо, что как дыхание, а не что-нибудь другое. Ты не обижайся. Кто тебе еще правду скажет, кто печется о твоем самосовершенствовании?! Ладно, шутки в строну. Я завтра хочу выехать в Рыбинск. Ты закажешь билет, а после постараешься разобраться и адекватно, простым русским языком сказать, что там тебе показалось подозрительным. Считай, что это оперативное задание. Это важно: я хочу сличить показания. Внутренние. Твои и мои.

   Алька так ничего толком не смогла объяснить, все было «странно», «непонятно», «нехарактерно» и так далее. Может, просто ей лично не понравилась эта женщина. Ей, конечно, никакие женщины не нравились, но, может, эта особенно? В любом случае, Аля подтверждала его собственное смутное ощущение относительно этого дела. В порядке рабочего бреда: может, она его сама «заказала», а теперь подозрения отводит? На это Алевтина намекала? Нет, вряд ли. Усложнять не надо. Рабочий бред – он иногда бред и есть. Для начала примем вариант, что все так, как она говорит. Мужа убили, в душе – пустота, ее надо заполнить. Для этого нужно поскорее узнать, кто это сделал, а рыбинские коллеги вполне могут «подтормаживать на поворотах». И, скорее всего, здесь важен не результат, а именно процесс. Сейчас она собранная, кажется, будто для нее речь идет о решении некой серьезной деловой задачи. Узнает она, кто его убил – и что, станет ей от этого легче?
   Поезд со скрипом затормозил. Последняя остановка перед конечной. На ночь глядя, в голову лезут мысли, прямо скажем, мало связанные с сутью предстоящего дела. Копаться в психологии заказчика – занятие неблагодарное, а главное, чаще всего совершенно бесполезное. Приедем на место – будем выяснять, кому было выгодна смерть Смородского. Надо абстрагироваться от этого навязчивого намека на «преступление и наказание». «За что убили моего мужа?» Думается, все-таки, не «за что», а «почему». Такие радикальные способы решения проблем сейчас (и особенно сейчас) выбирают, только когда на кону большие деньги. Чего ради кто-то – потенциальный убийца или заказчик – будет рисковать своим спокойствием? Версию мести, конечно, окончательно отбрасывать не надо, будем держать ее «на периферии сознания», так сказать, про запас, но ориентироваться все же нужно на предметную, логичную мотивацию. С «шекспировскими страстями» нынче туго, народ пошел практичный. Нет, случаются, конечно, убийства из ревности или из мести, но чаще всего это «бытовуха» в состоянии аффекта. Пришел, увидел, придушил… В первую очередь, надо разобраться, в каком состоянии бизнес. Много ли долгов, какова рентабельность. Кто компаньоны? Какие были планы…
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация