А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "В поисках неприятностей" (страница 17)

   Глава 11

   Уинчестер стал для меня полной неожиданностью. Я никак не думала, что городок окажется таким оживленным. Хотя чему удивляться? Сюда стекаются целые толпы туристов. На тротуарах некуда было ступить, на улицах сплошные пробки. В центре я увидела множество дорогих бутиков, ресторанов и питейных заведений. Я поняла, что разыскать один определенный бар будет не так просто, как мне представлялось!
   Получив еще больше оснований не доверять Джейми, я решила на всякий случай убедиться, что он за мной не следит. В такой плотной толпе нетрудно незаметно следить за человеком. Я принялась лавировать в потоке пешеходов, несколько раз перебегала улицу, с риском для жизни кидаясь прямо под колеса машин. Мне пришлось выслушать множество оскорблений в свой адрес. Наконец, я решила, что, должно быть, оторвалась от Джейми, если он, конечно, в самом деле следил за мной. Если он ухитрится найти меня после всех моих маневров, значит, мне крупно не повезет.
   К тому же я забыла, как назывался тот бар с упаковки спичек. Помнила одно: название имело какое-то отношение к церковной архитектуре. Не то «Крипта», не то «Склеп», не то «Монастырь». Кроме того, на этикетке изображалась миниатюрная готическая арка. Я решила, что нужный мне бар находится где-нибудь в центре, где больше всего туристов. Но найти его оказалось нелегко (нелишним будет упомянуть, что все, кого я спрашивала, где находится бар, оказывались не местными). Наконец, я случайно наткнулась на то, что искала, в одном узком переулке. Сомнений у меня почти не осталось – и не только потому, что я ужасно устала и пришла к логическому выводу, что количество питейных заведений в Уинчестере все же ограничено. И название у него оказалось соответствующее – «Под арками». Так что память меня почти не подвела.
   Я вошла. Зал выглядел старым, и арки в нем, безусловно, имелись. Близилось время обеда, поэтому народу в баре прибывало. Я протиснулась в уголок и заказала бокал красного вина и сэндвич с сыром, самое дешевое, что было в меню. На столике стояла пепельница, а в ней лежала точно такая же упаковка спичек, как та, которую так гордо показывала мне Эдна. Вздохнув с облегчением, я сунула спички в карман. Я попала куда надо.
   Что дальше? Мне принесли сэндвич и вино. За едой я вспоминала все, что узнала до сих пор. У меня последовательно появилось несколько версий; каждую из них я обдумывала со всех сторон. Вначале мне казалось, что именно так все и должно было быть, но через несколько минут с той или иной версией приходилось расстаться.
   Расплатившись, я направилась в дамскую комнату. Как я и надеялась, рядом с туалетами располагался телефон-автомат, и, слава богу, такой, который принимал монеты, а не карточки. Я набрала номер магазина Пателов.
   К сожалению, по закону подлости трубку снял мистер Пател, и, хотя я просила его позвать Ганеша, он сам начал разговаривать со мной. Мне не хотелось его обижать; и все же я деликатно намекнула, что телефоны-автоматы пожирают монеты, а у меня осталось совсем немного мелочи.
   Наконец, он позвал Ганеша – к тому времени монеты у меня почти закончились.
   – Слушай! – приказала я Ганешу, не дав ему и слова сказать. – У меня почти закончились деньги, поэтому не будем терять времени. Я в Уинчестере, в том самом баре, где выпускают спички, которые нашла Эдна.
   – При чем здесь спички? – не понял Ганеш. – Ты говорила, у нее были сигареты.
   Я услышала на том конце линии грохот падающих ящиков и спор на повышенных тонах где-то за спиной у Ганеша. Я надеялась, что он все же расслышит меня.
   – Спички тоже были! Ган, прошу тебя, не перебивай! Говорю тебе, у меня кончаются деньги. По-моему, человек, которого ты тогда видел на улице, находится здесь, и его зовут Джейми Монктон. Кроме того, он – тот самый, кто обронил пачку сигарет. Я в этом уверена. И еще… Ган, Джейми знает, что ты его видел, так что будь осторожен! Он отвратный тип. Я нашла кое-что еще, письмо. По-моему, все дело как-то связано с завещанием.
   Кто-то на том конце линии начал бить по какому-то металлическому предмету молотком.
   – Чего? – закричал Ганеш.
   – С завещанием! – прокричала я. – С последней волей! Где написано, кому достанется движимое и недвижимое имущество!
   – Теперь, когда ты все выяснила, возвращайся! – Похоже, мои открытия не произвели на него особого впечатления.
   – Не могу. Сегодня познакомилась с одним местным фермером. По-моему, он хорошо знает Монктонов. Мне надо с ним поговорить!
   – С кем?
   – С фермером… – Услышав предупредительный гудок, я крикнула: – У меня больше нет денег!
   – Фран…
   Связь оборвалась.

   Чтобы разменять деньги, пришлось заказать еще чашку кофе. Во второй раз я позвонила в полицейский участок и попросила позвать Дженис. Вначале меня попытались отфутболить; долго выясняли, кто я такая и что у меня за дело. Но я отрезала, что буду говорить только с инспектором Морган, а больше ни с кем. Если ее нет, я перезвоню туда, где она есть.
   Наконец, меня соединили с Дженис.
   – Фран! – От неожиданно громкого голоса Дженис у меня чуть не лопнула барабанная перепонка. – Вы что вытворяете? Вы не имели права уезжать из Лондона, не сообщив мне о своих намерениях и не дав свой новый адрес! Где вы?
   Звонок Ганешу кое-чему научил меня. Я объяснила Дженис, что у меня мало денег, и попросила мне перезвонить, после чего продиктовала ей номер телефона-автомата.
   Телефон зазвонил почти сразу же после того, как я повесила трубку. Без всяких предисловий я сказала:
   – Дженис, выслушайте меня, только не кричите. Сэкономьте силы до тех пор, пока я вернусь.
   Я повторила ей все, что уже поведала Гану, и объяснила, почему я разыскивала в Уинчестере один определенный бар. Сказала, что Эдна показывала мне спички и, возможно, видела того же самого человека, что и Ганеш.
   – Когда мы в тот вечер вернулись в сквот, в прихожей пахло мужским одеколоном. Помните, я вам говорила? Так вот, Джейми Монктон пользуется очень похожим одеколоном.
   Дженис перестала кричать, заговорила тихо и деловито:
   – Фран, из-за вас у меня целая куча неприятностей. Вы достаточно умны и наверняка понимаете, что не имеете права мешать следствию. Ну а письмо… выносить что-либо из дома Монктонов вы тоже не имеете права, а если вынесете, ваши действия будут квалифицированы как кража.
   – Внутренний голос подсказывает мне, что письмо – ключ ко всему! – Я начала сердиться. Неужели она в самом деле такая глупая? Может быть, наш разговор слушает кто-нибудь по параллельной линии? Да, скорее всего… полицейские всегда так поступают.
   – Франческа, вашего внутреннего голоса недостаточно. У меня уже есть немало оснований, чтобы обвинить вас в препятствии работы полиции. Ну а что касается Джейми Монктона… Я не могу ничего ему предъявить на основании ваших шатких улик. Показаниям бездомной верить нельзя. Она определенно умственно неполноценная. А что касается запаха одеколона или лосьона после бритья… вся мужская парфюмерия пахнет более-менее одинаково. И у Тома похожий лосьон; запах от него довольно сильный.
   – Но не такой, как этот! Кстати, как поживает ваш старичок Том? – язвительно спросила я. Инспектор Дженис оказалась неподатливой, и я решила ее поддеть.
   – Такой же гад, как и раньше. Просится обратно.
   – И вы его пустите?
   – Он хочет начать все сначала. Даже записал нас на консультацию к психотерапевту по семейным отношениям. – Голос Дженис изменился. – Однако это не имеет никакого отношения к нашим делам! Я не могу обвинять человека в серьезном преступлении из-за запаха, который вы, как вам кажется, узнали! Это не шуточки. Ну а таинственный незнакомец, которого видел ваш приятель, Ганеш Пател… Вы сами ведь не видели того таинственного незнакомца на улице! Вы не знаете, что им был Джейми Монктон. Фран, вы только гадаете. Вот и все!
   Ее слова посеяли в моей душе зерно сомнения. А если я в самом деле ошибаюсь?
   – А как же мелок? – спросила я, хватаясь за соломинку.
   – Выпал из кармана вашей куртки вместе с монетами.
   – Нет! Я точно знаю, в моих карманах мела не было!
   – А вы докажите, попробуйте! Слушайте, я, между прочим, занимаюсь важным делом! Если хотите поиграть в сыщика, купите себе настольную игру «Улика».
   – Из-за меня Ганешу, может быть, грозит опасность! – заорала я в трубку.
   Две женщины, идущие в туалет, бросили на меня встревоженные взгляды.
   – Куда большая опасность сейчас грозит вам, – вкрадчиво возразила Дженис. – Причем с моей стороны! Немедленно возвращайтесь в Лондон, слышите? И чтобы без глупостей. Если еще попробуете играть в сыщика, я уж позабочусь, чтобы вам в самом деле предъявили обвинение в том, что вы мешаете работе полиции!
   – Засуньте свою работу знаете куда? – ответила я. Ее неблагодарность задела меня до глубины души. Не дожидаясь ответа, я повесила трубку.
   В бар я вернулась не помня себя от ярости, что едва не погубило меня.
   В зале я увидела Джейми. Он сидел за столиком, жадно поедал нечто похожее на стейк, пирог с почками и беседовал с мертвенно-бледным человеком в деловом костюме. Собеседник Джейми пил бульон; похоже, он больше ничего на обед не заказал. У его бокала стояла бутылка минералки. Я решила, что у него язва – об этом говорил и цвет лица, и унылое выражение. Правда, если бы меня заставили сидеть в тесном зале, полном туристов, и смотреть, как Джейми поглощает пирог, жареную картошку и одним глотком выпивает полбутылки дешевого вина, я бы тоже затосковала. Должно быть, они пришли сюда, пока я звонила по телефону. Мне немного повезло; если бы я осталась за столиком, они почти наверняка увидели бы меня. С другой стороны, если бы я не пошла искать телефон и если бы мистер Пател меня не задержал, я могла бы уйти отсюда раньше и разминуться с ними. А я встретила здесь Джейми собственной персоной. Должно быть, здесь одно из его любимых заведений.
   Я пожалела, что мне не хватит мужества вернуться и снова позвонить Дженис. Еще одно совпадение – и даже ей придется признать, что совпадений что-то слишком много. Если те спички обронил не Джейми, их обронил какой-то другой завсегдатай этого уинчестерского бара. Даже Дженис придется признать, что вероятность последнего близка к нулю.
   Кстати, я не спросила у Джейми, зачем ему сегодня понадобилось в Уинчестер; да и если бы спросила, он бы вряд ли мне ответил. Сейчас у него явно был деловой обед. Я от всей души пожалела, что не могу подслушать их беседу. Говорил в основном Джейми; его бледный визави возил ложкой в бульонной чашке и молча, с мрачным видом, катал шарик из хлебного мякиша. Я надеялась, что Джейми в пылу разговора ничего вокруг не замечает. Чтобы выбраться на улицу, мне нужно было непременно пройти мимо их столика.
   Я осторожно зашагала через зал, стараясь не смотреть на них. Если кто-то на тебя смотрит, ты это чувствуешь. Я подошла к двери – никто меня не окликнул – и, обернувшись, увидела, что Джейми по-прежнему что-то горячо втолковывает своему собеседнику, подливая себе вина. Даже со спины вид у его визави был унылый.
   Вздохнув с облегчением, я вышла на улицу и зашагала прочь. Мне нужно было кое-что купить.

   В ближайшей аптеке я купила новую пленку для фотоаппарата. Мне нужно было как можно быстрее вернуться на конный завод «Астар». Автобус наверняка тащится слишком медленно. Ничего не поделаешь, придется голосовать!
   Мне повезло. За рулем остановившейся машины сидела пожилая женщина; она с озабоченным видом смотрела на меня из-за стекла.
   – Дорогая моя, не советую вам этим заниматься! Голосовать на дороге очень опасно. Кто угодно может предложить подвезти вас, буквально кто угодно!
   – А я к кому угодно в машину не сяду, – ответила я. – Если честно, я бы ни за что не подняла руку, если бы не крайняя необходимость. Меня здесь бросил приятель. Мы с ним поругались, он вытолкал меня из машины и уехал, а меня оставил. Я даже не знаю, где я. Мне нужно попасть в одно место неподалеку от Бейсингстоука. Абботсфилд!
   Пожилая дама была потрясена.
   – Какое бессердечие! Какой безответственный молодой человек! В самом деле, для его поступка нет оправдания! – Она нерешительно нахмурилась. – Обычно я не подвожу тех, кто голосует на дороге. Никогда не знаешь…
   Она снова пытливо посмотрела на меня; я напустила на себя невинный вид, стараясь казаться безобидной и усталой. Наконец, она вынесла вердикт:
   – Что ж, думаю, вы для меня опасности не представляете. Я как раз еду в окрестности Бейсингстоука. Могу довезти вас до главной дороги.
   Я поскорее села в машину, боясь, как бы она не передумала, и принялась горячо благодарить ее.
   – Из-за чего у вас вышла ссора с вашим молодым человеком? – спросила моя спасительница.
   Вопрос был с подвохом. Но я вовремя заметила эмблему, свисающую с брелока ключей зажигания, – маленькую пластмассовую гончую.
   – Он заставил меня избавиться от собаки, – сказала я. – Не хочет, чтобы я ее держала.
   – Что?!
   Машина дернулась, и я поняла, что попала в яблочко.
   – И что же вы… он… сделал с вашей собакой? – резко осведомилась она.
   Надо было ответить правильно.
   – Ее забрала подруга. Она попала в хороший дом, не сомневаюсь. За городом и все такое. Нет, с моей собакой не произошло ничего плохого. Просто… мне пришлось отдать ее. Я ее очень любила. Она спала в моей кровати. Вот что ему не нравилось. Он уверял, что у него аллергия на собачью шерсть. А по-моему, он врал. Просто ему не терпелось от нее избавиться.
   Моя спасительница фыркнула:
   – А вы не могли пойти на компромисс? Например, купить для собаки корзину?
   – Он не шел ни на какие компромиссы, – решительно ответила я. – Говорил: «Или она, или я».
   – Какой она породы?
   Боясь переусердствовать, я отвела глаза от пластмассовой гончей, болтающейся на брелоке.
   – Наполовину ретривер, наполовину немецкая овчарка.
   – Боже… Не слишком ли она велика, чтобы спать в вашей постели? Должна признать, дорогая, я отчасти понимаю доводы вашего молодого человека!
   – Но ведь она спала со мной с тех пор, как была щенком, – театрально возразила я. Я уже сама начинала верить в свою выдумку. И даже готова была неподдельно всплакнуть.
   Моя спасительница вздохнула:
   – Знаю-знаю, домашних любимцев ничего не стоит избаловать. Щенята такие славные, их нельзя не обожать. У них появляются дурные привычки. И если собака вырастает по-настоящему большой… Вы поступили неразумно, дорогая.
   – Да, теперь-то я понимаю, – кротко согласилась я. – И больше такой ошибки не повторю.
   – Вы собираетесь завести другую собаку?
   – Да. И другого приятеля.
   – Может, вам стоит выбрать поменьше размером, – задумчиво заметила моя спасительница.
   – Да, этот занимался бодибилдингом, и спорить с ним было бесполезно.
   – Нет, дорогая. Я имею в виду – собаку поменьше! – Она нахмурилась. – Занимался бодибилдингом? И ему приходилось делить постель не только с вами, но и с метисом немецкой овчарки и ретривера? Не думаю, чтобы ему было очень уютно.
   Ей нужно было повернуть на въезде в Бейсингстоук, но, видя мое затруднительное положение, как она выразилась, и огорчение, какое я, несомненно, испытываю из-за расставания с любимой собакой, она довезла меня до центра и высадила на автобусной остановке.
   – Дорогая моя, у вас точно хватит денег на билет?
   Я заверила ее, что денег хватит. Я чувствовала себя ужасно виноватой, но внушала себе, что лгала во спасение. К тому же пожилая дама уехала с довольным видом, радуясь, что совершила доброе дело.

   Я села в автобус на Абботсфилд, рассчитывая, что окажусь дома раньше Джейми. Я знала, что он собирался уехать из Уинчестера в четыре, и сколько времени занимает дорога туда, тоже знала. Несложные арифметические подсчеты подсказали мне, когда Джейми можно ждать дома. Как я и думала, приехав, я не увидела его машины. На всякий случай заглянула в гараж. Пусто. Я успела в последнюю минуту, но все же успела.
   Мне нужно было выяснить, кто еще есть поблизости. Очень не хотелось, чтобы меня засекли, когда Джейми вернется. Я отправилась на конный двор. Там никого не было; все замерло в сонном ожидании. Интересно, где Келли? Пока я стояла у входа и осматривалась, в деннике совсем рядом заржала лошадь, потом я услышала, как мужской голос выругался. Через минуту вышел Ланди.
   Увидев меня, он замер и осведомился:
   – Чем я могу вам помочь?
   Вежливые слова не вязались с интонацией. Судя по всему, главный конюх с радостью дал бы мне пинок под зад, чтобы помочь убраться отсюда поскорее.
   Я ответила, что ищу Келли. Мне не особенно хотелось ее найти и вступать в разговор, потому что я не должна была пропустить возвращение Джейми, но надо было назвать Ланди причину, по которой я здесь оказалась.
   – Ее здесь нет. – Главный конюх подошел ближе, и я инстинктивно отступила.
   Я совершила тактическую ошибку, потому что он вообразил, что поставил меня в невыгодное положение.
   – Хочу с вами переговорить, – зловеще продолжал он.
   – О чем? – не сдавалась я, хотя внутренний голос требовал: «Беги!» Я внушала себе, что конюх не может причинить мне вреда. Я – гостья Аластера.
   – Что вы здесь делаете?
   – Ищу Келли, – с невинным видом повторила я.
   – Не пудри мне мозги! – Он придвинул ко мне свою уродливую физиономию. – Я имею в виду – не здесь, не на конюшне, будь она неладна. Здесь, на конном заводе «Астар». Что у тебя на уме, а?
   – Я приехала в гости! – величественно ответила я.
   В ответ Ланди презрительно сплюнул себе под ноги.
   – Спросите мистера Аластера, если сомневаетесь, – добавила я.
   Его глаза-камешки злобно сверлили меня.
   – Думаешь, ты самая умная? Да уж, сразу видно. Тогда имей в виду: будь осторожна. Я с тебя глаз не спущу!
   Я понимала, что он не спустит с меня глаз – ни одного, ни другого. Но предпочла не отвечать, главным образом, потому, что ничего не сумела придумать. Мне показалось, Ланди очень доволен нашим разговором. Он сделал шаг в сторону, явно намереваясь вернуться в денник и снова осыпать проклятиями несчастную лошадь.
   Я поспешила прочь, спряталась в зарослях буддлеи у гаража и вдохнула сладкий, медовый аромат цветов. Над розовато-лиловыми цветками вились бабочки; иногда они садились на цветы. Незнакомая птичка (я в птицах не разбираюсь, знаю только воробьев) носилась над кустами, ловя бабочек и пожирая их. Мне было жалко бабочек, но я восхищалась проворством птички.
   Птичка охотилась. Я вспомнила о том, что тоже охочусь, и приготовила фотоаппарат.

   Джейми не оправдал моих ожиданий: вернулся минут на десять позже, чем я рассчитывала. Может быть, прождал меня в Уинчестере на стоянке несколько лишних минут – хотел проверить, поеду ли я с ним домой. Загнав машину в гараж, он вышел. Я сфотографировала, как он захлопывает дверцу машины. Потом он обошел ее кругом, оглядывая грязные пятна, оставленные после встречи с крупным рогатым скотом. Я успела сделать еще пару снимков. Потом он оглянулся на дорожку, и у меня вышел красивый снимок в профиль.
   К тому времени я утратила бдительность и, должно быть, шевельнулась, потому что кусты зашелестели, и Джейми резко повернул голову. Я затаила дыхание. Но моя маленькая подружка, охотничья птичка, выбрала именно этот миг, чтобы улететь. Джейми успокоился и, насвистывая, зашагал к дому.
   Я выждала несколько минут и последовала за ним. В дом я вошла через кухню. Я увидела там Руби, которая сбивала жидкое тесто. Другая женщина, которой я раньше не видела, гладила кучу белья в углу.
   – Здравствуйте, моя дорогая! – сказала Руби. – Значит, вы вернулись с мистером Джейми?
   – Нет, я приехала раньше. Закончила в городе все дела. – Я осторожно покосилась на незнакомку в углу. Та не отрывалась от работы и не показывала виду, что заметила меня.
   Она была бесформенной, как будто вылепленной из куска теста. Ее прямые седые волосы были разделены на прямой пробор и заколоты сзади парой заколок-невидимок. На ней был огромный фартук, закрывающий платье; я таких уже сто лет ни на ком не видела.
   Руби кивнула в ее сторону:
   – Миссис Ланди. Пару раз в неделю она приходит сюда мне помочь.
   Решив, что с миссис Ланди лучше не ссориться, я вежливо поздоровалась. Но она продолжала гладить, как будто и не слышала, хотя Руби говорила не понижая голоса.
   – Она… то есть… что же…
   – Жена Джоуи Ланди, – перебила меня Руби. – Они живут в домике за гаражом.
   Руби по-прежнему говорила в полный голос; миссис Ланди не могла не слышать ее, но вела себя так, будто ничего не происходит. Лишь на миг прервалась, чтобы побрызгать на белье воду из мисочки, и продолжала работу. Я сообразила, что она, должно быть, глухая.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация