А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Без тормозов" (страница 22)

   9

   14 часов 07 минут
   Били ее так, как никто и никогда не бил. Вика летала по комнате, как мячик. В драках она участвовала часто, большинство из них затевала сама. Но чтобы мужик колошматил ее по морде, такого она не помнит. Даже Алешка с его нетерпимостью и вспышками гнева ни разу не позволял себе такого. Боли Вика не боялась, но от обиды и бессилия готова была зарыдать.
   Когда Кирилл с дружком, наконец, устали и отошли, она, собрав силы, поднялась с пола и села на стул.
   – Может, все же объясните, по какому поводу из меня душу вытряхивали?
   – Сегодня я по твоей сучьей милости едва не погорел, – начал разъяренный Гаврила. – Мы остались без гроша. Бабки, которые ты приволокла от Храпова, фальшивые, а я их смешал с настоящими, полученными от Батона. Поняла, безмозглая курица, что ты натворила?
   Вика поняла. Очень хорошо поняла. Какое счастье, что она не повезла сегодня деньги в банк. Она им отдала триста тысяч, а себе оставила полтора миллиона и тоже свалила все деньги в один чемодан. Мало того, взяв пример с этого шибздика, перевязала пачки резиночкой. Когда они не вместились в чемодан, высыпала все на пол и начала укладывать стопочками, окончательно смешав подделки с подлинниками. Разобраться в своей каше ей будет труднее.
   – Как определили фальшивки?
   – В секунду. Фиолетовым фонариком осветила и сразу все поняла, – пробасил Кирилл. – Надо взять эту шавку из обменника вместе с фонариками и встряхнуть. Пусть разделит наши деньги на две кучи. Фальшак бросим в костер.
   – Сделаем, – согласился Гаврила. – Она работает без сменщицы, заканчивает в восемь. Переулок глухой.
   Вика вытерла скатертью кровь с губ.
   – Вам бы только резней заниматься. Любая кассирша отличит настоящие от фантиков. Надо взять бабу с улицы, а не связываться с той, которая уже засветилась. И заплатить за работу, а не подвешивать на петле. Только все это не понадобится, деньги уйдут охранникам Лазаря. Думаю, овчинка стоит выделки. Лазарь работает с наличными, у него фальшивок нет.
   Мужчины переглянулись.
   – А шалава права, – хихикнул Гаврик.
   Вика едва могла скрыть ненависть к обоим. Сама бы их повесила, да силенок не хватит.

   10

   16 часов ровно, тот же день. Город Дубна
   Машина поджидала Полину возле дома. Когда взволнованная женщина вышла за калитку, ее остановил молодой человек.
   – Вы хотите идти в полицию? Не надо. Сначала стоит посоветоваться с нами, а потом идите куда угодно. Ваша дочь у нас.
   Полина вздрогнула. Молодой человек отпустил ее руку и открыл заднюю дверцу богатой иномарки.
   – Присаживайтесь. Обсудим общие проблемы.
   Полина недолго думая села в салон автомобиля, вежливый молодой человек сел рядом. За рулем скучал парень лет тридцати пяти. Оба вовсе не походили на похитителей детей.
   – Ваша девочка в полном порядке и находится в хороших условиях. Ей ничто не угрожает, если вы будете себя правильно вести.
   – Дурак, ты безмозглый! – возмутилась Полина. – Моя дочь перенесла серьезную операцию. Ей надо трижды в день делать уколы и давать лекарства. У вас она и суток не проживет! Чего вы от меня хотите?
   Парень достал конверт, который Полина дала Рубеко, это была ксерокопия чистосердечного признания ее отца.
   – Мы уже в подробностях знаем, как ограбили кассу НИИ, кто участвовал в деле, кому какая доля принадлежит. До того момента, как мы нашли эту бумажку, деталей нам никто не сообщал.
   – Я вообще-то догадливая. Вас послали козлы из прокуратуры, чтобы хлопнуть Егора и заткнуть ему пасть. Но вы опоздали, теперь вам его не достать.
   – А он нас не очень-то интересует. Речь идет о деньгах. Если Рубеко приговорен, то рано или поздно он свою пулю схлопочет, – продолжал улыбающейся блондин ровным тоном. – Твой отец умер. Все деньги получил Рубеко. Некий Аркадий Витепаж повесился в московском отеле. С его долей ничего не понятно. Мы видели, как ты приходила к Рубеко и принесла это письмо. Вопрос. Почему он не отдал тебе твою долю и сбежал? На что рассчитывает? Мы же его везде достанем.
   Полина поняла, киллеры не местные, их вызвали из другого города и, похоже, за очень небольшую плату.
   Собравшись, она заговорила:
   – Отец ничего не написал о четвертом участнике грабежа. Думаю, это главное лицо. У Егора нет денег, босс его тоже обокрал. Мы все остались на бобах. Да, я пыталась пугнуть Егора заявлением моего отца. Но он не испугался и ни от кого не удирал. Ни от меня, ни от вас. Ждал сигнала из Москвы, куда отправил разведчиков. Просто так совпало – мой приход и его отъезд. Он не собирается присваивать долю моего отца, обязательно вернется и отдаст мне деньги. А ваших прокуроров он не боится, потому что тоже написал чистосердечное признание, где указал имена тех, кто получил проценты с ограбления. Если Рубеко шлепнут, их тут же возьмут, а они сдадут вас как исполнителей. Молитесь богу, что его не застали. Если он вернется с деньгами, отдам вам половину своей доли. Я предупредила полковника: через две недели не появится, заявление моего отца получат в Генеральной прокуратуре и в Следственном комитете. Хотите поиграть в салочки, езжайте в Москву. Только где и кого вы там найдете? Егор Рубеко – опытный сыскарь. Деньги я вам отдам, но чтобы моя дочь сегодня же была дома.
   Полина вышла из машины и направилась назад, к калитке. У нее тряслись руки и ноги. Она сама себе удивлялась, как ей удалось выдержать такое.
   Зайдя в дом, она упала на кровать и разрыдалась.

   Глава V

   1

   16 июня, 08 часов 12 минут
   План нападения на Курбахина пришлось пересматривать. Встреча с охранником состоялась в лесу ночью. Последовали следующие изменения. Во-первых, Кирилл пообещал каждому из четырех сидящих в машине с Лазарем Курбахиным не по сто, а по двести тысяч долларов. Но и требования повысились. Одному из налетчиков надо проникнуть на территорию дачи заранее, так как после сигнала о выезде хозяина, сторож включает сигнализацию. Ворота и весь забор перекрывают лазерными лучами. Тут фокус с шестом не сработает, обогнуть луч невозможно. Нарушитель никакой сирены не услышит и вряд ли поймет, что он обнаружен. Вот почему сторож остается один, пока хозяин отсутствует. Ему некого бояться. Сигнализацию может отключить только он, когда первая машина возвращается для проверки территории и обстановки.
   Охранники не понимали, зачем налетчикам нужно знать такие подробности. Все же очень просто. Первая машина уходит вперед. Вторая, тяжелый бронированный «хаммер», взрывается на мосту и тут же тонет в реке. Любой террорист сочтет покушение удачным. Никому и в голову не придет, будто цель может ехать в последней, третьей машине без брони. Но Кирилл и Гаврила не собирались менять свой план.
   Телохранитель, поразмыслив, сказал:
   – Пройти туда сможет только женщина.
   Вика на встрече не присутствовала. Кирилл уже вроде бы решил от нее избавиться, но все еще колебался.
   – Почему женщина? – спросил Гаврила.
   – Потому, что повара все знают, он один. Курбахин гурман, других не признает. А подавальщицы меняются. Тут он предпочитает разнообразие попок, по которым можно пошлепать. После завтрака повар и девушка уходят, остаются только сторож и человек в подвале. Его никто из нас не видел, и вы не увидите. Проникнуть к нему невозможно. Если пошлете бабу, не давайте ей оружие. Все равно обыщут и переоденут в униформу.
   – Что ты знаешь о подавальщицах?
   – Куколки. В большинстве случаев официантки из фирменных ресторанов. Выбирают и хорошо платят за обслуживание, включая постель. Они приезжают в восемь утра. На воротах проверяют имя, пароль, на правой груди должна быть брошь. Деталь вроде пароля. Паспортов не спрашивают, но обыскивают тщательно. Можно иметь сумочку для косметики и коротенькое платьице. Больше ничего. Многие приезжают на машинах и оставляют их у моста, через груду гнилых досок переезжать не рискуют.
   – Где находится пульт отключения сигнализации? – спросил Гаврила.
   – Это знает только сторож. Зачем вам такие сложности? – не понимал телохранитель.
   – Бабу мы найдем, – резко оборвал их диалог Кирилл, – но ей надо где-то оставить пистолет с полной обоймой.
   – Это можно. В коридорчике возле кухни есть тумба с телефоном. По нему вызывают подавальщицу. В верхнем ящике будет лежать пистолет с глушителем. Пусть подойдет ответить на звонок, тогда сумеет незаметно его взять.
   – Договорились.
   Таки для Вики нашлась работа. Гаврила протестовал, спорил, но последнее слово, как всегда, осталось за Кириллом.
   Наступило утро.
   К воротам Вика приближалась медленно, чтобы хорошенько осмотреться. Три видеокамеры заметила, но тут их было гораздо больше, хотя для обзора хватило бы и одной. Огромная площадка перед въездом заасфальтирована. Ближе чем на десять метров к ограде не росло даже кустика. Вика подошла к воротам дачи и нажала на звонок.
   – Кто вы? – раздался голос из динамика.
   – Подавальщица.
   – Пароль?
   – Витязь.
   – Имя?
   – Лиза.
   Замок щелкнул, открылась калитка.
   Служащий Курбахина, хорошо знающий вкус хозяина, предлагал девочкам подработать. Никто не отказывался. Избранница получала деньги, значок, похожий на брошь, адрес и точную инструкцию. Очередная официантка доехала до моста на машине, а дальше пошла пешком. Когда ее перехватили, она была так напугана, что тут же выложила все детали. Никому и ничему не верящий Гаврила приставил нож к горлу девчонки, та вспомнила и о значке. Потом разделась, отдала все свои вещи, и тут произошло неожиданное. Она резко рванула вперед и прыгнула в воду. На что бедняга рассчитывала? Тело так и не всплыло на поверхность. Вероятно, девчонка ударилась головой о камень и пошла ко дну.
   Вика подумала, что ее конец может быть ничуть не лучше. Влияние Гаврика на Кирилла росло с каждым днем, а он ненавидел Вику, как и всех женщин. Теперь, после провала с Храповым, и Кирилл считал ее обузой. Но главным врагом Вики оставалась Марта. Она была уверена, что колдунья специально завлекла ее в больницу и навела на палату Храпова. Спас пистолет. Гадюка имеет нюх и находит соперницу в многомиллионном мегаполисе. Тут уж ничего не поделаешь, ведьма есть ведьма. Возьмет ее пуля или потребуется осиновый кол, не известно. Ясно одно: Марта должна умереть или несчастья Вики не кончатся никогда.
   Ступив за калитку, она очутилась перед огромным зеленым ковром газона. Метрах в тридцати стояла «дачка», особняк в три этажа, метров на сто растянулись флигели.
   Одного из охранников она узнала, с ним велись переговоры. Он и вызвался проводить ее в дом.
   Подъездная аллея шла вокруг клумбы. У мраморных ступеней стояли три машины. Особенно выделялся среди них черный «хаммер».
   Вика шла первой, сопровождающий на шаг отставал.
   Сзади послышалось:
   – Пистолет с глушителем в тумбочке возле кухни. Сторож находится в правом флигеле второго этажа. Комната не известна, их там восемь. Но она должна быть с правой стороны, где окна выходят к воротам. Выбирайте одну из четырех. Осторожней. Сторож хитрый мужик.
   В ответственные моменты Вика забывала о страхе, она никогда не паниковала. Страх парализует мозг, а паника толкает человека в пропасть. Эти истины были усвоены давно.
   Охранник проводил ее до дверей и передал другому, находившемуся в доме. Девушку обыскали повторно, затем ей пришлось переодеться на глазах у двух мужиков, истекающих слюной. В кухне подавальщицу сдали с рук на руки повару. Он выглядел так, как и должен был выглядеть. Толстый, из-под колпака торчат короткие седые волосы, похожие на цыплячий пух, красная физиономия, нос картошкой.
   Оглядев новенькую, он словно пробу снял с готовых щей.
   – Ты ему понравишься, хотя сегодня я ждал Лизу. Костя говорил, будто ее пришлет.
   – Костя передумал. Он не любит платить из своего кармана, сказал, что заплатит хозяин.
   Повар рассмеялся, и его живот начал сотрясаться, как желе, упавшее на пол.
   – Вот подлец! Жучара! Правильно! Лазаря теперь все обирают. Видела, сколько у него охраны? И каждый свой кусок урвать хочет. Разорят бедолагу. Правда, такой ловкач не пропадет. Я-то на него уже десять лет вкалываю. Ушлый мужик. Тебя как зовут?
   – Вика.
   – Победа значит, Виктория!
   – Побеждать-то некого. Никто со мной не воюет, – засмеялась подавальщица.
   Повар ставил на столик с колесиками тарелки с едой, достаточно скромной, для гурмана.
   – А хозяин не привередлив, – заметила Вика.
   – Это не ему. Вывезешь тележку в холл. Наш лифт для обслуги первый с правой стороны. Сядешь в кабину и нажми на кнопку с буквой «П». Спустишься вниз, увидишь длинный коридор. Постучи в третью комнату с правой стороны. Там живет гость хозяина. Это еда для него. Тарелки оставь, а тележку привези назад.
   – Гость? А почему они не завтракают вместе? – удивилась Вика.
   – Понятия не имею. Никто, кроме подавальщиц, его не видел. Нас с тобой это не касается.
   – Как скажете.
   – Семен меня зовут. И без всяких отчеств. Если Ласе понравишься, значит, еще не раз сюда придешь.
   – Ласе?
   – Так Лазаря его мама называла.
   Вика выкатила тележку в коридор. Увидела тумбочку с телефоном, но проехала мимо. Ее история повторилась, она снова в роли горничной из офиса Храпова. Тот же чепчик, фартук, вот только платьице бежевого цвета, да и черных чулок ей не предлагали. Ноги голые, платье слишком короткое, очень большой вырез на груди… Пистолет с глушителем спрятать негде. Можно положить на столик и накрыть салфеткой, но зачем? Вика никого не собиралась убивать.
   Коридор, холл с лифтами, деревянная лестница были огромные. Работают кондиционеры, никаких вентиляционных шахт нет. Вика обратила внимание на то, что во многих местах скопилась пыль и даже тополиный пух. Значит, уборщицы нет. В лучшем случае вызывают раз в неделю бригаду уборщиков. Одному человеку такой дом не осилить. Похоже, тут есть где спрятаться. Это хорошо. Но кого-то найти очень трудно. Это плохо.
   В холле Вика насчитала пятерых охранников. У ворот – двое. Где же еще пятеро? Хорошо бы иметь подробный план дома, но где его взять? Она и ее сообщники рассчитывали на собственную интуицию.
   Вроде бы зачем Вике вся эта глупая возня? Двое головорезов ищут деньги, которые лежат у нее, и готовы ради добычи на все. Она должна контролировать их, ведь они знают лишь о доле повесившегося Аркашки. Если узнают правду, ей крышка. Пока эти психи не угомонятся, приходится им подыгрывать. Ей достались сильные противники, это возбуждало.
   Кнопок в лифте оказалось пять. Буква «П» нижняя, буква «П-2» верхняя. Между ними 1, 2, 3. Загадочный дом. Вика спустилась вниз. Опять подвал. И полумрак. Любые повторы в судьбе ее настораживали. И опять тележка, только не с бельем, а с едой. И такой же костюмчик…
   Третья дверь справа оказалась запертой. Вика постучала. Замок лязгнул, и створка распахнулась.
   – Я завтрак привезла.
   – Заходи, милочка.
   Невысокий полный мужчина показался ей знакомым. Где-то она его уже видела. Чисто убранная комната, широкая кровать, стол, телевизор, кресла, газеты. Не хватало лишь окон, но кондиционер работал исправно.
   Пока Вика молча ставила тарелки на стол и напрягала память, толстяк поглаживал ее толстой лапой по ягодицам.
   – Чуть позже, – сказала она, – меня хозяин ждет. – Вернусь за грязной посудой, тогда и пообщаемся.
   – Только Ласе не надо ничего говорить. И не обманывай. У меня есть деньги.
   – Подожди, когда он уедет.
   Вика развернула тележку и направилась к выходу. На двери стояла грубая большая задвижка: отшельник запирался изнутри. Она услышала лязг железа, после того как вышла в коридор. У лифта ее словно током ударило. Вспомнила! Это Гоша. Администратор медиума Мары. Она видела его мельком из машины, когда Кирилл и Гаврик устремились за ним в подъезд, а потом на улицу вышел тот самый художник, из-за которого Кириллу пришлось возвращаться в особняк.
   Значит, Гоша прячется на даче Лазаря. Курбахин взял его под защиту как единственного свидетеля. Он видел убийц в лицо.
   Кнопки вызова лифта в подвале не оказалось, но кабина ее ждала, дверцы были открыты. А если бы лифт вызвали? Что тогда? Вика прошлась по подвалу и уперлась в тупик. Подвал – ловушка. Вероятно, Лазарь не позволяет гостю гулять по дому. Таким прохвостам не доверяют.
   Вика вернулась на кухню и вскоре раздался телефонный звонок. Повар даже не сдвинулся с места. Подавальщица вышла в коридор и сняла трубку.
   – Завтрак к столу через десять минут, – сказал резкий голос, и связь оборвалась.
   Вика приоткрыла верхний ящик и увидела лежащий в нем пистолет с глушителем, но брать его не стала. Вернувшись к плитам, у которых колдовал повар, сказала:
   – Нам дали десять минут, Семен.
   – У меня все готово.
   – Но на плите еще так много всего готовится.
   – Это уже обед. Закончу и уйду. Кухня не запирается. Обед будет подавать сторож. Он сюда заходит, чтобы и самому подкрепиться. Мы его не обслуживаем.
   – Почему? Он что, хуже других? – удивилась Вика.
   – Кот, гуляющий сам по себе. Я даже не знаю, где его искать. Он может из стены выйти. Повезешь завтрак Лазарю, сама увидишь. Все стены коридоров и многих комнат обшиты панелями из дерева. Некоторые раздвигаются. Бац, и сторож появляется. Сам видел. Между стенками большое пространство. Он ходит по этим узким улочкам, а не как все люди, по коридорам. Дом хранит в себе много тайн. К тому же напичкан электроникой. Лазарь помешан на разных шпионских штучках. Когда-то он возглавлял лабораторию по их изготовлению. Это теперь стал профессиональным спекулянтом. Биржевиком.
   Разговаривая, толстяк заполнил передвижной столик тарелками, соусниками и креманками.
   – Неужели он один все это съест?
   – Да нет. Большая часть возвращается не тронутой. Но он не завтракает один. Кого-то подсаживает за стол, из охранников. Больше не кого. Ну, давай, детка, вези. Третий этаж. Там у лифта стоит костолом, он тебя проводит.
   Время выезда Курбахина с дачи было известно – ровно девять часов тридцать минут. Сейчас восемь пятьдесят, значит, у хозяина хватит времени только на завтрак. Но Вика не для того сюда пришла, чтобы ее выставили за ворота после отъезда Лазаря. Выходит, сейчас главная задача – сторож. Ясно, что перехитрить его не получится. А может, и хитрить не надо. Он всего лишь человек, не более того.
   Вика вышла из лифта. Люка на крыше кабины не было, но глазок видеокамеры она заметила. В этом доме ее старые хитрости не пройдут. Нужно свежее решение.
   Огромные комнаты третьего этажа представляли собой анфиладу. Ни дверей, ни коридора. Столовая располагалась в третьей. Огромные окна. Чисто, светло, стол яйцевидной формы, белые стены, белые шторы. Лазарь сидел на стуле с высокой готической спинкой, сзади стояли два здоровяка с кошмарными рожами, но в дорогих костюмах.
   – Остановись, красавица, – приказал Лазарь, приподняв бровь. – Вот так. А теперь отойди от тележки и встань у камина.
   Вика выполнила его приказ.
   – Покрутись. Я хочу на тебя глянуть со всех сторон. Приподними платьице.
   «Куда уж выше», – подумала Вика, но полностью оголила ноги, показалась со всех сторон.
   – Класс! – произнес Курбахин. – Ну, тащи сюда еду.
   Пока Вика сервировала стол, рука Лазаря гуляла под ее юбкой. Ей хотелось разбить одну из тарелок об его башку, но она лишь улыбалась.
   – Садись. Будешь со мной трапезничать, – сказал хозяин.
   – С удовольствием, – согласилась «подавальщица».
   Лазарь набросился на еду, словно его год не кормили. Мало того, он чавкал, как свинья.
   – Я вернусь на обед. Обедаешь со мной. Тогда будет больше времени, а сейчас, милочка, самое ответственное время. За первые три часа работы на бирже можно хапнуть от миллиона до пятидесяти. Но можно и продуть столько же. – Он говорил, причмокивая, глотая с едой половину слов, но Вика его понимала. – В тебе есть шарм, детка. Трудно поверить, что такие телки работают официантками.
   – От меня муж ушел к молодой, мне ребенка кормить надо.
   – Ты сама еще свеженькая, могла бы работать по вызову.
   – Я слишком брезглива для этого.
   – Я тоже. И потом, у шлюх нет медкнижки. Любую заразу можно подцепить. Мне для полного счастья только этого не хватает.
   Он вытер салфеткой рот и резко встал.
   – На выезд, мальчики.
   Обходя стол, похлопал «подавальщицу» по щеке.
   – Цимес. Горю желанием. Уже скоро. – И направился к лифту. Телохранители двинулись следом.
   Вика осталась в комнате одна. Она не сомневалась, что за ней наблюдают. Надо вести себя естественно. Спокойно допив свой кофе, составила тарелки на столик и покатила его к выходу.
   Через несколько минут они со сторожем останутся одни в доме. Ее никто не предупреждал о каких-либо запретах. Может она ходить по дому или нет? Но сторож вычислит ее раньше, чем она его найдет. Лучший вариант – неподвижность. Вика верила в свои чары, они срабатывали безотказно. Не зря же она задирала юбку у камина.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация