А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кирилл и Ян (сборник)" (страница 13)

   – Когда пресс-то запускать будем? – продолжал старлей, не дожидаясь ответа на свое приветствие.
   – Скоро, – ответил Валера уклончиво, – тут ведь и от вас кое-что зависит.
   – Людей дадим, сколько хотите. Если пяти мало…
   – Пяти достаточно, – перебил Валера, – только кто все это охранять будет?
   – А что случилось? – старлей встревожился.
   – Ничего не случилось, просто из опыта знаю, что медь и прочие блестящие штучки пропадают очень быстро.
   – Ну, в принципе… Товарищ полковник, – старлей повернулся к сидевшему рядом и внимательно слушавшему разговор офицеру. Валера сразу и не обратил внимания на его погоны, – кстати познакомьтесь, это начальник колонии.
   Коля до этого решивший, что профессиональный разговор его не касается и скучающе смотревший в окно, обернулся, чтоб рассмотреть самого главного начальника. Увидев прямо перед собственным носом протянутую руку, автоматически пожал ее.
   – Что вам сказать, ребята, – как-то совсем не по-военному начал полковник, – солдата я, конечно, могу вам дать, но во время работы вы сами должны следить за всем. Солдат, он что? Он же не будет с вами по прессу лазить, а ночью промзона и так закрыта. Там просто никого нет.
   – Да? – удивился Валера, вспоминая пресловутых рязанцев, – а когда же они успевают поснимать все?
   – Народ тут ушлый, – улыбнулся старлей, – они все успеют, если хоть чуть отвернуться. Так что смотрите в оба.
   – Так нужен солдат? – полковник, похоже, не любил оставлять нерешенных вопросов.
   – Нет, – вздохнул Валера.
   На этом разговор закончился. Как по команде, внимание всех переключилось на окно, за которым с равными промежутками возникали фонари, выхватывая из предрассветного сумрака занесенные снегом домики, голые деревья… Больше ничего разглядеть не удавалось, потому что автобус хоть и медленно, но двигался дальше, пока наконец не остановился перед конторой.
   Полковник, не прощаясь, поднялся на крыльцо, а главный инженер повел наладчиков к КПП. Как и вчера, открылась дверь. Здоровый краснолицый прапорщик внимательно изучил документы, подозрительно оглядел фигуры визитеров, выискивая несвойственные человеку выпуклости, но так ничего и не сказав, нажал кнопку. Больше их никто не останавливал, только двери синхронно открывались и закрывались, увеличивая пропасть между двумя несоизмеримыми мирами.
   Мимо, в полном молчании, маршировала колонна безликих людей в бушлатах и одинаково надвинутых на лоб шапках-ушанках. Главный инженер чуть отстал, что-то объясняя часовому, и Коля вдруг почувствовал себя беззащитным перед этой серой мощью. А что, если они сейчас развернутся и бросятся на штурм двери, смяв непонятных штатских, как букашек?..
   – Смотри, как они глядят на нас, – прошептал он, прижимаясь к Валере плечом, словно ища защиты.
   – А ты б как глядел, просидев тут лет десять?
   – Жалко мужиков.
   – Ты сначала зайди в оперчасть и узнай, за что все они тут, а потом посмотрю, как тебе жалко будет. Я когда в Димитровграде был, тоже как ты думал, а мне показали дела моих слесарей. Ребята, хоть на доску почета вешай: один девчонку тринадцатилетнюю изнасиловал, а другой парня на улице из-за сигареты прирезал. Понимаешь, здесь они, как звери в зоопарке. Кажется, подошел бы и погладил тигра – такая милая кошечка…
   Основная часть колонны скрылась за углом здания, оставив лишь толстый серый хвост, больше не внушавший страха; к тому же вернулся главный инженер.
   – Ну что, ребята, пошли?
   Миновав несколько грязных, покрытых льдом корпусов, они втиснулись в низкую зеленую дверь. В цехе стоял запах металла и машинного масла. Коля, наверное, еще не чувствовал его так остро, а для Валеры он давно стал родным. Если на секунду прикрыть глаза, то можно ощутить себя на обычном заводе, среди обычных людей…
   – Все, ребята. Я пошел, – главный инженер протянул руку, – если что, знаете, где мой кабинет. Вечером зайду, чтоб выпустить вас обратно. Работайте.
   В яме под прессом уже горела переноска и шесть человек молча сидело на корточках, заворожено глядя, как в литровой банке булькает мутная темная жидкость.
   – Это что за сборище? – Валера заглянул в люк.
   Люди испуганно вскочили, но увидев штатского, расслабились.
   – Начальник, холодно ж, а мы тут с семи часов. Надо пацанам погреться, чайку попить, – сказал Вася.
   Валера узнал его по отсутствию переднего зуба (в остальном, все они были одинаково одетые, налысо постриженные, с серыми землистыми лицами).
   – Кончай базар. Работать надо.
   – Так мы сейчас; вот, только… – засуетился Вася, – это ж чай, начальник.
   Откуда-то появились кружки. К банке потянулись жадные руки… Выпрямившись, Валера повернувшись к Коле.
   – Натуральные саботажники, ведь пока идет монтаж, у них ни плана по выработке нет, ни дневного задания. Они до конца срока готовы сидеть в яме и хлебать чафир. Лафа, да и только!
   Коля лишь молча хлопал глазами. Что он мог ответить, если не понимал ценностей мира, в котором они оказались? Перед ним стояли свои задачи, требовавшие решения.
   – Не сопрут? – спросил он, видя, как Валера вешает куртку на кусок проволоки, торчащий из стены.
   – Куртку не сопрут, – Валера покачал головой, – куда в ней тут идти? А продать некому.
   – Ну да… – Коля повесил свою рядом, оставшись в свитере и «рабочих» джинсах.
   Из-под пресса один за другим стали вылезать «слесаря». Их глаза смотрели на чужаков с таким наглым презрением, что Коля усомнился, возможно ли вообще управлять людьми, у которых в каждом движении, в каждом плевке или судорожной затяжке сквозило неукротимое упрямство и полное пренебрежение к жизни. Да они на все пойдут! Что для них какая-то поганая медная трубка?..
   Наконец из ямы появился последний заключенный, даже на первый взгляд странным образом отличавшийся от остальных. Нет, не одеждой или прической, и даже не тем, что казался гораздо старше прочих, а именно взглядом, спокойным и равнодушным, казалось, утратившим все человеческое. Коля никак не мог от него оторваться, а старик, вроде не замечая этого, продолжал созерцать свою неведомую даль.
   – Работы надо закончить максимум за неделю, – объявил Валера, – управитесь раньше, походатайствую о поощрениях. Всем ясно?
   – Начальник, мы ж не фраера – мы не подведем, но если ты нас кинешь, так мы знаем, где тут чего открутить. Он что у нас первый, пресс этот? – Вася довольно ухмыльнулся.
   – А вот пугать меня не надо. Все равно я вас не боюсь.
   При этих словах «тренера» Коля зажмурился, представив, как зеки сейчас кинутся на них, но к его удивлению никто даже не сдвинулся с места.
   – Итак, – продолжал Валера, – я вам тут не братан, не адвокат и не исповедник, а начальник; такой же, как ваш отрядный, поэтому без глупостей. Для начала ставим привод.
   Он обернулся, делая знак крановщику. Где-то под крышей лязгнуло, и мощная ферма, казавшаяся частью цеховых опор, двинулась вперед.
   – Один останется внизу стропить, остальные – наверх. Сейчас покажу, что надо делать, – не дожидаясь ответа, Валера стал ловко карабкаться по дрожащей металлической лестнице.
   Коля подумал, что на траверсе и так тесно для шести человек, поэтому если еще он влезет туда, то будет только мешаться. Заложив руки за спину, он молча наблюдал, как медленно раскачивается тяжелый крюк.
   …А если он опустит его мне на голову? Ведь ему ничего не стоит. Наверняка крановщик тоже какой-нибудь убийца, а тут производственная травма с летальным исходом… На всякий случай Коля отошел в сторону, а старик, оставшийся за стропальщика, продолжал невозмутимо сидеть на корточках, не обращая внимания на происходящее. Коля подумал, что не знает, в какой форме отдают здесь приказы, а крюк уже замер в ожидании, повернув в его сторону гордо задранный нос.
   …Ну и черт с ним!.. – разозлился Коля, скорее на себя, чем на зека. Надев валявшиеся на полу рукавицы, он сам протянул стропы под приводом, накинул петли на крюк, подсунул деревянный брусок, чтоб не ободрать краску и молча махнул крановщику. С ним все обстояло проще, чем с этим стариком, демонстративно не желавшим работать.
   Перекошенная массой маховика конструкция, оторвалась от земли, а старик продолжал безучастно сидеть, разглядывая пол. Это не просто раздражало, а бесило – …ладно, не хочешь работать, так хоть смотри, что делается у тебя над башкой!.. – подумал Коля.
   Привод уже висел над прессом, направляемый десятком рук, когда он все-таки подошел к старику, решив культурно объяснить, что его приставили сюда не разглядывать бетонный пол, а заниматься монтажом, но вдруг почувствовал, что произнести это не поворачивается язык; и, вообще, пресс – такая ерунда, по сравнению… по сравнению с чем? Один взгляд на Васю и остальную команду вызывал в Коле определенный страх, а от старика, вроде, исходило внутреннее тепло, не подтвержденное, правда, никакими внешними проявлениями. Странное ощущение чужой заботы мгновенно убивало желание устраивать «разборки».
   – Как вас зовут? – спросил он, хотя это и не имело для него никакого значения.
   Старик поднял голову. Посмотрел ничего не выражавшими глазами и молча ткнул в бирку, пришитую на груди.
   – Но ведь «2862» не ваше имя, правда?
   Старик не ответил, снова склонив голову, превратившись в большую нахохленную птицу.
   – Эй! Колюх!! – раздался сверху неожиданный, как раскат грома, окрик Валеры, эхом отразившийся от бетонных стен, и Коля испуганно вскинул голову, – я сейчас опущу, а ты перецепи поровнее! Мы в дырку никак попасть не можем!.. Майна!
   Привод резко дернулся и стал быстро приближаться к земле. Коля огляделся, ища старика, но тот исчез. В это время маховик с хрустом расплющил деревянные брусья. Троса ослабли, и Коля без труда сдвинул их вправо.
   – Вира! – крикнул он.
   Привод снова пополз вверх, но Колю это уже не интересовало; мысль о том, что «железка» может рухнуть ему на голову, тоже больше не возникла – он оглядел монтажную площадку, обошел вокруг пресса, заглянул в яму, но старика не обнаружил; зато вернувшись на исходную точку, вдруг увидел его, мирно сидевшего в прежней позе. Казалось, за все это время он даже не шевельнулся.
   – Где вы были? – обалдело спросил Коля, но старик, как в прошлый раз, лишь молча поднял голову, – вас ведь здесь не было минуту назад!..
   – А куда я могу отсюда деться? – неожиданно произнес он.
   – С зоны вы никуда не денетесь, но где вы были только что?
   Старик вернулся к изучению пола, показывая, что объяснений давать не намерен. Возникла совершенно дурацкая пауза. Коля обошел старика, разглядывая со всех сторон, как некий неодушевленный предмет. Нет, внешне он ровным счетом ничем не отличался от тех пятерых, которые наверху, матерясь, гремели гаечными ключами, и, тем не менее… может, дело в том, что любой проблеск загадочного в той или иной степени притягивает каждого человека?..
   – За что вы здесь? – Коля решил начать с другого конца, хотя и понимал, что задавать такой вопрос не только бестактно, но в какой-то степени даже неправомерно; и ответ получил абсолютно прогнозируемый.
   – Ни за что. Теперь я знаю, сколько преступлений совершается в мире, поэтому вынужден находиться здесь.
   В сознании возникли странные ассоциации. Ни сейчас, ни когда-либо позже Коля не смог объяснить их происхождения, если, конечно, не пытаться притянуть полузабытые впечатления от «Занимательной библии».
   – Вы что ж, Бог?.. – фраза вырвалась непроизвольно, но произвела на старика неожиданный эффект – он вновь поднял голову; взгляд наконец сфокусировался на Коле, вернувшись из невидимой дали.
   – А почему бы нет? – он даже улыбнулся, – если в каждом из нас сидит божественная искра, значит, каждый из нас немножечко Бог.
   – И все-таки за что вы здесь? – Коля решил, что ему наконец удалось найти контакт.
   – Я ж сказал, ни за что. Свою вину я давно искупил…
   – …Колюх! Воздухопровод давай сюда! – раздалось сверху, – вон, в углу лежит!
   Коля раздраженно оглянулся. Какой воздухопровод? Причем здесь воздухопровод?.. Тем не менее пошел к куче зеленых труб, перевязанных толстой проволокой. Несколько слесарей спустились, чтоб помочь ему, а Валера, перегнувшись через ограждение, командовал, какие следует подать наверх, какие опустить в яму, а какие просто оставить у пресса. Потом он распределил людей. Таким образом Коля вместе с Васей оказался в яме, под прессом. Вася первым делом опустился на корточки и закурил.
   – Передохнем, начальник, – сказал он, скорее, с утвердительной, нежели вопросительной интонацией.
   Коля не возражал. Ему требовалось время, чтоб самому разобраться, куда какая труба идет, ведь до сих пор он видел «пневмопривод нижних выталкивателей» только на схеме. Пристроился рядом с Васей и поднял голову, пытаясь по прикрученным сборщиками скобкам, определить трассу трубопровода. Старик с его странными исчезновениями и непонятными словами отошел на второй план.
   – Чего смотришь, начальник? – Вася ехидно прищурился, – я без тебя знаю, как их поставить. Это новый цех, а у нас есть еще старый. Там тоже одни пресса. Я их уже шесть лет обслуживаю. Я про них столько знаю, чего и ты не знаешь.
   – Ты здесь шесть лет?.. – Коля посмотрел на него с ужасом и уважением одновременно. Ему казалось, что за шесть лет он бы непременно умер в такой обстановке.
   – Шесть лет, как с куста, – Вася улыбнулся, демонстрируя дырку между зубами. В нем сразу пропала «звериность», до этого так пугавшая Колю – рядом с ним сидел обычный человек, совершивший какую-то ошибку и теперь покорно, но с чувством собственного достоинства расплачивающийся за нее.
   – Вась, а за что ты здесь? – спросил Коля осторожно.
   – Да ни за что, – Вася сделал последнюю затяжку. «Бычок» уже не помещался в пальцах, и он выстрелил им в угол ямы, – на машине ехал и сбил сопляка какого-то. Я-то знаю, что не виноват. Он пьяный был, но у него крутые адвокаты – вот меня и закрыли на червонец.
   – Десять лет за случайный наезд?! – изумился Коля, но тут же вспомнил множество материалов о беспределе, творящемся в милиции, и понял, что возможно все.
   – А как ты хочешь? Я ж говорю, там за него такие фамилии встали! Хорошо, хоть «вышку» не назначили… Дай сигаретку, а то своих… – он показал испачканную маслом пачку «Примы».
   – Возьми, – Коля протянул «Золотую Яву».
   – Всю отдаешь? – Васины глаза жадно блеснули, – давно я таких не курил.
   – Бери всю. У меня еще есть.
   – Спасибо, начальник.
   Пачка так быстро исчезла в Васином кармане, что Коля даже не успел ничего заметить.
   – …Ну, как тут? – в люке возникла голова Валеры.
   – Ща, начальник, все будет, – Вася поднялся.
   – Колюх, ты разобрался? – Валера не обратил на зека никакого внимания.
   – Все нормально.
   – Ну, давайте, – голова исчезла.
   – Тут еще уголок должен быть, – Вася взял самый короткий сгон, – может, наверху забыли, начальник? Я сейчас гляну, – он ловко выбрался из ямы.
   …Господи, неужто мир устроен так гнусно и несправедливо? – подумал Коля, оставшись один, – бред ведь! Так живешь-живешь, а потом вильнул рулем не в ту сторону… Ему вдруг стало душно в тесном бетонном склепе. Поднявшись по грубо сколоченной лестнице, он увидел сидевшего на корточках старика, который смотрел на него внимательно и печально. Коля растерялся. Что сказать, он не знал, но и молча выдержать этот взгляд тоже не мог. Вновь спрыгнул в яму; схватился руками за железное тело пресса, словно пытаясь впитать от него энергию свободного мира.
   …Как все это ужасно!.. Валерка сказал, неделя… Да за неделю тут с ума сойти можно!.. А они сидят годами!..
   Уголки нашлись, но с монтажом пришлось провозиться до самого вечера – то резьбы оказывались забиты, то выяснилось, что одного прогона все-таки не хватает; пришлось даже подключать к поискам главного механика, но оказалось, что проще отрезать новую трубу.
   Во время этих вынужденных простоев Валера решил подключить электрошкаф, что было весьма кстати, иначе б Коля просто не знал, куда деться; забился б в яму и сидел там, как зверь в норе, потому что общение с заключенными его угнетало. Он почему-то невольно представлял себя на их месте и от этого приходил в ужас; в голове крутились бредовые идеи организации массового побега или привлечения столичных адвокатов для пересмотра дел, ведь наверняка половина, как и Вася, находились здесь несправедливо. …Только денег на адвокатов у меня нет – значит, надо придумать что-то другое… а что?..
   Спасибо Валере, постоянно сбивавшему его с подобных «благородных» мыслей, заставляя разбирать схемы.
   Когда стало казаться, что день бесконечен, появился главный инженер. При виде погон заключенные вытянулись, даже прекратили ругаться и вновь превратились в единую серую массу. Старлей обошел вокруг пресса, поговорил с Валерой и явно остался доволен проделанной работой, потому что по дороге к спасительным воротам успел рассказать два анекдота и случай из жизни о том, как зеки, собрав вертолет, пытались перелететь через стену. Что такое возможно в этих адских условиях, Коля, естественно, не поверил, посчитав историю третьим анекдотом.
   Расстались они перед конторой, когда появившийся автобус гостеприимно распахнул двери в ожидании пассажиров.
   – Ну, что? – спросил молчавший до того Валера, плюхаясь на сиденье. Вольный воздух сразу создавал другое настроение; даже усталость, вроде, проходила, – домой?
   – Так в магазин еще надо – еда-то закончилась.
   – В магазин, само собой.
   Сошли они там же, где и вчера, и нырнули в тот же гастроном. Коля остановился перед бакалейным отделом, внимательно разглядывая витрину.
   – А здесь тебе чего надо?
   – Ничего. Просто смотрю.
   – Вот и нечего торчать возле прилавка с чаем, если ничего не надо, – посоветовал Валера, – мы же вчера обсудили эту тему.
   – Но я ничего не покупаю. Я просто смотрю. Нельзя?
   – Нельзя, дурья башка! Весь этот городок кормится от зоны. Тут ничего больше нет, понимаешь? Поэтому все давно знают, кто мы такие, куда приехали, зачем приехали. Они здесь стучат друг на друга хуже зеков. Ты чек в кассе пробить не успеешь, как нашему другу полковнику уже все доложат. Пошли. Незачем гусей дразнить.
   – Бред какой-то, – пробормотал Коля обиженно, – с чего ты взял, что я собираюсь его покупать?
   – Взгляд у тебя такой! Жадный, как у зека.
   Они быстро сложили в пакет апробированный вчера набор продуктов и сразу вышли.
   …Там и покупателей-то нет – кто «стучать» будет? – подумал Коля, – Валерка, конечно, классный парень, но уж больно осторожный. Не думал, что он так всего боится…
   До площади они шли молча, а там Коля вдруг остановился у двери кафе; происходившее внутри, скрывали шторы, но негромкая музыка слышалась отчетливо.
   – Может, зайдем?
   – Потом как-нибудь, – Валера вздохнул, – неизвестно, сколько еще здесь жить, так что пока свободных денег у нас нет.
   – Думаешь, там так дорого? Блин, столица какая…
   – С другой стороны, – продолжал рассуждать Валера – чувствовалось, что ему тоже хотелось кардинально сменить обстановку, – может, ты и прав. Но лучше поужинать дома, а потом спустимся и глянем, что там за народ отдыхает. Вариант?
   – Вариант.
   …Деньги… все всегда упирается в эти чертовы деньги, – подумал Коля, – а ты не хочешь их зарабатывать, даже когда они сами в руки плывут… тоже мне, «тренер»…
   Они подошли к гостинице, когда Коля снова остановился.
   – Черт, совсем забыл! Сигареты ж закончились – Вася, козел, пачку «расстрелял». Я сейчас, пока ты плескаться будешь.
   – Ну, беги, – Валера забрал пакет с продуктами, – только, смотри, без глупостей.
   – Ты что? – Коля сделал удивленное лицо, – мне ж сигарет…
   Вернулся он быстро, потому что когда Валера вышел из ванной, напарник уже резал колбасу.
   – Кушать подано, – объявил он весело, – помоюсь потом. За сегодня не успел особо испачкаться.
   Продолжительный ужин с тостами и воспоминаниями на этот раз не получился, так как впереди маячила конкретная и весьма привлекательная перспектива; гораздо привлекательней, чем просмотр украинских фильмов.
   Они даже не стали убирать со стола, и Коля сразу вытащил чистую, заботливо уложенную в пакет рубашку.
   – Ну, ты пижон, – Валера засмеялся, – девочек будем снимать, да?
   – Как получится, – Коля опустил глаза, но и без того было ясно, что это являлось его главной целью. В конце концов, не только ж во имя денег он оторвался от Любки – должно ж быть в жизни и еще что-то по-настоящему радостное.
   Когда, спустившись вниз, они вновь оказались на улице, Коле показалось, что и погода улучшилась, и фонари светят ярче, и, вообще, все складывается замечательно. О зоне, отделенной от остального мира прочной стеной, можно было просто забыть, как и о прессе, и о медных трубочках, в которых лично он не видел никакой ценности. Зато перед ним сейчас предстанут новые люди, для которых он гость, приехавший в их «дыру» из большого Воронежа и уже поэтому должен быть интересен.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация