А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Белый песок" (страница 1)

   Валерий Драганов
   Белый песок

   Пролог

   Афганистан. Сари-Пуль. 1987 год

   Был летний вечер. На западе, за вершины, покрытые розово-белыми шапками ледников, стремительно опускалось огненное солнце. Сумерки наползали с востока на горные склоны с колючими кустарниками и козьими тропами.
   По одной из таких троп цепью бесшумно поднималась в гору группа из семи человек в камуфляже. Они были вооружены автоматами со сдвоенными рожками. На каждом надет «лифчик» – спецжилет, в удлиненных карманах которого было еще по восемь рожков, на сорок пять патронов каждый. У пояса висят ножны с финкой. Неуставные кроссовки на ногах, очки-бинокли ночного видения на касках, к шеям плотно прижаты манжеты портативных раций с микрофонами. И никаких знаков различия. Самый высокий и крепкий нес на плече станковый пулемет с большой патронной коробкой.
   Люди шли легко и бесшумно, как звери: камешек не упадет, ветка не хрустнет. Вел группу майор спецназа Александр Ветров. На вид ему было лет тридцать пять. Чернявый, смуглый, усатый. Надень на него длиннополую рубаху и шаровары, и он легко сошел бы за афганца. Но хотя восточной крови в нем хватало, был он русским офицером-разведчиком.
   Группа поднялась к вершине горной гряды. Ветров сделал знак рукой, спецназовцы, рассредоточившись, цепью залегли за гребнем вершины.
   Внизу, в широком ущелье спрятался небольшой афганский кишлак – несколько домов, окруженных высокими каменными заборами-дувалами. Босой парень лет четырнадцати гнал прутом к кишлаку стадо низкорослых афганских коз. Прежде чем загнать их за дувал одного из домов на окраине кишлака, он внимательно огляделся по сторонам.
   Донесся протяжный скрип ворот хлева, затем все смолкло. Кишлак погрузился в сонную тишину.
   Вечерняя заря быстро уступила место сумеркам, а те, в свою очередь, угольно-черной южной ночи с яркими точками звезд на небосклоне, выщербленной бледно-желтой луной и пятнами светляков в пожухлой траве узких горных ущелий.
   Ветров опустил на глаза очки ночного видения. То же самое проделали и его бойцы. В инфракрасном свете хорошо были видны двухэтажные глинобитные дома, фруктовые деревья во дворах и даже нехитрая крестьянская утварь.
   Ветров указательным пальцем прижал микрофон к горлу. Раздалось характерное шипение. Он тихо произнес:
   – Купец назвал тот дом, куда пацан коз загнал. Второй этаж, угловая комната справа. Они там.
   Купцом именовался личный агент Ветрова из афганцев Махмуд. Этот человек не вызывал у Ветрова симпатии, потому что любил только деньги, но его информация всегда оказывалась точной и подтверждалась на практике.
   В рации раздался хриплый голос пулеметчика:
   – Сколько их?
   – Восемь. Все командиры банд.
   Перед выходом на задание Ветров провел в секретной части дивизии полдня, изучая документацию о бандформированиях, которые контролировали район, и теперь знал не только количество живой силы и вооружения противника, но даже имена командиров и их жен. Ветров к любому заданию подходил ответственно, так его научили.
   – Плов небось вкусный кушают.
   В диалог командира и пулеметчика вмешался еще один голос:
   – Не успеют. Все нам достанется.
   – Отставить шуточки! Брать живыми, – приказал Ветров в микрофон.
   – Зачем нам «духи»? – искренне удивился кто-то из его бойцов.
   – Приказ. – Ветров бросил взгляд на светящийся циферблат часов. – После операции отходим на высоту «два-три-семнадцать». Через две минуты штурмуем без сигнала. Разговоры прекратить! Выключить рации!
   Шипение в микрофоне немедленно прекратилось. Почти одновременно щелкнули предохранительные планки автоматов. И наступила мертвая, предгрозовая тишина: не скрипели двери домов в кишлаке, казалось даже, перестали стрекотать цикады и журчать вода в арыках. Не слышно было и дыхания затаившихся за горным гребнем спецназовцев.

   В каменном укреплении с бойницей и узким лазом-входом на плоском матрасе с комфортом расположился афганский часовой в грязном советском ватнике, в каких любят ходить автомеханики и танкисты. Он отщипывал ягоды от большой грозди винограда, отправлял их в рот, закусывал виноградную сладость сухой афганской лепешкой и запивал зеленым чаем из пиалы. Лицо часового светилось от удовольствия. Ну, что еще нужно человеку для счастья? Его тяжелая английская винтовка «Бур», направленная длинным стволом в сторону перевала, лежала на плоских камнях бойницы. Время от времени часовой поглядывал в сгустившуюся за щелью бойницы темноту.
   Неожиданно раздался легкий шорох. Афганец мгновенно подскочил, схватил винтовку, приставил палец к спусковому крючку и весь обратился в слух. Но шорохов больше не было. Может, это дикая коза прошла по склону, шурша камешками? Часовой чуть подался вперед, и в следующий миг кто-то невидимый снаружи вдруг схватился за ствол винтовки руками и резко, сильно дернул ее на себя. Афганец, ничего не успев сообразить, ткнулся лбом в острый край камня над бойницей и потерял сознание. А через мгновение в укреплении уже оказался один из бойцов Ветрова. Он склонился над поверженным часовым, по лбу которого растекалась кровь, и стал быстро обыскивать его карманы…

   Под дувалом, недалеко от дома, где шло важное совещание, вжавшись в стену, на корточках сидел другой часовой с автоматом. Он практически полностью слился с одним из покатых камней дувала – пройди в двух шагах и не заметишь. Но люди Ветрова замечали все… Над забором возник силуэт человека, и тут же стальная удавка стянула шею часового. Тот захрипел и заскреб ногами о землю. Прежде чем автомат часового успел упасть на землю, его подхватила чья-то цепкая рука.

   Еще один часовой в длиннополой рубахе и шерстяной безрукавке стоял прямо возле двери дома с автоматом наперевес. Этот был начеку, беспрестанно поглядывая по сторонам и держа указательный палец на спусковом крючке взведенного автомата.
   Вдали раздался пронзительный крик ишака. Афганец резко повернул голову в ту сторону, откуда донесся ослиный вопль, и тут же над дувалом в десяти метрах от часового взлетел юркий спецназовец, в прыжке метнув узкий и длинный нож. Метнул и снова скрылся за дувалом… Боковым зрением афганец заметил взлетевшего над забором «шурави», его резко выкинутую вперед руку и даже летящую смертоносную «финку», но было уже поздно – острое холодное лезвие вошло ему в горло. Часовой выронил из рук автомат, инстинктивно сделал шаг навстречу исчезнувшему за дувалом врагу и упал навзничь…

   В угловой комнате афганского дома, где собрались полевые командиры, обстановка была бедной: пара плетеных лежанок из виноградной лозы с набросанным на них тряпьем, посреди комнаты – стол с военной картой. Тут же на столе лежали китайские автоматы с откидывающимися прикладами и стоял керосиновый фонарь «летучая мышь», который освещал почти все пространство комнаты. Полевых командиров было действительно восемь, они склонились над картами, изучая их. Разговаривали они на местном наречии, которое только отдаленно напоминало дари, язык этой местности.
   У двери, гордый доверенным ему постом, словно статуя, замер с автоматом на груди парень – тот самый, что гнал коз.
   Главным среди командиров был бородатый широкоскулый мужчина лет сорока. Он водил карандашом по обозначенным на карте цветным стрелкам.
   – Первый караван пойдет через Пянджшер возле Анавы. Там сейчас русских много. Они на караван сразу клюнут. – Голос у командира был низкий, грудной, властный. Человек с таким голосом мог любого заставить пойти в бой и принять смерть с именем Аллаха на устах.
   – С чем пойдет караван? – поинтересовался у него второй командир, совсем молодой парень со шрамом от удара ножом через всю левую щеку.
   – С зерном, с рисом, с соломой, – не важно. Главное – отвлечь внимание от моего каравана, – широкоскулый ткнул карандашом в красную стрелку, идущую вдоль горного перевала.
   – Людей жалко. Убьют их, – вступил в разговор третий командир, пожилой седобородый мужчина в намотанной на голову чалме.
   – На все воля Аллаха, – многозначительно произнес широкоскулый.
   – Тогда я отдам им самых слабых, как волкам, – кивнул молодой.
   – А мой караван пойдет в обход, вот так, – широкоскулый продолжил движение карандаша по карте, затем склонился над столом и нанес большую красную стрелку, которая «перевалила» через горный хребет. – Там нас никто не будет ждать.
   Вдруг сверху раздался страшный треск, саманная крыша провалилась, и перед полевыми командирами в клубах пыли возник огромный спецназовец с пулеметом. Не давая «духам» опомниться, он во все горло заорал по-русски:
   – Лежать! На пол, суки! Лежать, я сказал!
   В то же мгновение дверь комнаты распахнулась, и на пороге возник второй спецназовец. Пока растерявшийся парень-охранник пытался снять свой автомат с предохранителя, спецназовец мощным ударом приклада в челюсть уложил его на пол.
   Тут в двух узких окнах со звоном вылетели стекла и появились автоматные стволы. Все произошло настолько быстро, что полевые командиры даже не успели схватить лежащее на столе оружие. Приказание пулеметчика они поняли безо всякого перевода – легли на пол лицами вниз.
   Пулеметчик сбросил автоматы на пол и отпихнул ногой их подальше в угол. А второй спецназовец забрал у лежащего на полу парня автомат.
   В тишине послышался скрип деревянных ступеней. Ветров поднялся по лестнице и зашел в комнату. Усмехнулся, глядя на командиров, чихнул от оседающей в свете фонаря густой пыли и заговорил на дари безо всякого акцента:
   – Именно это я и хотел вам предложить: бросить оружие и сдаться. Хорошо, что сами догадались.
   Ветров подошел к столу, аккуратно свернул военную карту и стал проглядывать какие-то документы на арабском, которые обнаружил под ней.
   Парень, оставшийся без внимания спецназовцев, пришел в себя. Он приоткрыл глаза и сквозь розовую пелену сочащейся со лба крови увидел спину Ветрова, склонившегося над столом. Рука парня неслышно скользнула за пазуху.
   – Ну вот что, полководцы, сейчас с ветерком в тюрьму полетим! – произнес Ветров на дари и добавил уже по-русски для своих: – Вяжите их, ребята.
   Парень извлек из-за пазухи маленький дамский пистолет, прицелился. Но голова у него после недавнего удара кружилась, и оружие ходило в его руке ходуном.
   Ветров тем временем засовывал карту и документы в планшетку. Одна из бумаг упала на пол. Ветров наклонился, чтобы поднять ее, и тут раздался звонкий выстрел дамского пистолета.
   Наклонись Ветров на миг позже, и пуля угодила бы ему в спину, но теперь только звякнуло и разлетелось на осколки стекло «летучей мыши». Лампа опрокинулась, и из нее на стол полился керосин, который немедленно вспыхнул.
   Широкоскулый, воспользовавшись ситуацией, сделал отчаянный и молниеносный прыжок к оружию. Он даже успел схватить автомат и нащупать спусковой крючок, но оглушающая пулеметная очередь отбросила его к стене. Он дернулся и сполз на пол, оставляя на стене кровавую жирную полосу… И тут же к грохоту пулемета присоединился стрекот четырех автоматных стволов.

   Яркие сполохи пламени вырывались из узких окон и проломленной крыши, а во дворе мелькали быстрые тени – спецназовцы во главе с Ветровым бежали под прикрытием высокого дувала прочь от злополучного дома.
   Неожиданно с другой окраины кишлака защелкали частые винтовочные выстрелы, выбивая из дувала каменные крошки.
   В темноте послышался стрекот вертолета. Шум нарастал, и скоро из-за гребня вынырнула пузатая «вертушка», которая стремительно опустилась точно на небольшую площадку на вершине горы.
   Группа Ветрова, отстреливаясь, отходила к стрекочущему в темноте вертолету. Один из спецназовцев был ранен, его тащили на себе. Вертолетчики пулеметным огнем прикрывали отход. Но, несмотря на это, выстрелы со стороны кишлака раздавались все ближе, так что к вершине горы спецназовцам пришлось ползти, прячась за камнями. Тяжелые пули «Буров» и китайских «акамээсов» крошили камни, взметали фонтанчики густой пыли, противно выли и пели на разные лады, подбираясь к вжавшимся в склон людям и к тяжелому вертолету на горе.
   Ветров отпрыгнул за большой валун, тяжело дыша, прижался к шершавой поверхности камня спиной:
   – Черт… откуда их столько?..
   Чуть поодаль за другим камнем пулеметчик пытался зарядить свежую пулеметную ленту в коробку. В механизме что-то заело, и он нервничал. Ветров прижал пальцем микрофон к шее и прокричал:
   – Отходите к вертушке, я прикрою!
   – Уан момент… вместе отойдем, командир! – Голос пулеметчика был неправдоподобно веселым.
   – Вали отсюда, я сказал! Это приказ! – проорал Ветров в микрофон. – Сейчас пристреляются, и всем кирдык!
   Словно в подтверждение его слов возле камня, за которым сидел пулеметчик, плотно легло несколько пуль.
   – Савельев! Держи! – с этими словами Ветров бросил пулеметчику свою планшетку. – Все бумаги по прибытии – немедленно в штаб! – Он вставил в автомат новый рожок и, высунувшись из-за валуна, дал в темноту несколько коротких очередей.
   Земля рядом с камнем, за которым сидел Савельев, перестала взрыхляться от пуль. Он вскочил и виляя, как удирающий от волка заяц, побежал по склону, волоча по земле пулеметную ленту – справиться с ней он так и не сумел.
   Ветров, отстреливаясь, бросился к другому камню-укрытию. Сделал он это вовремя – через несколько мгновений незаметно подобравшийся под прикрытием темноты душман метнул за валун «эфку», которая густо нашпиговала чахлую афганскую почву смертоносными осколками.
   Вертолет на вершине горы был готов взлететь в любую секунду – его лопасти бешено вращались, поднимая вокруг столбы пыли. Спецназовцы запрыгнули в люк и втащили раненого товарища. Они продолжали отстреливаться из люка, пытаясь поразить невидимого противника, подбиравшегося все ближе к вершине. Стрельба смешалась с ревом моторов. Последним в люк забрался Савельев с планшеткой.
   – Командир где? – стараясь перекрыть шум и стрельбу, крикнул ему один из автоматчиков.
   – Там, внизу! – Савельев ткнул указательным пальцем в уходящий вниз крутой склон.
   – Назад, за Ветровым! – скомандовал автоматчик.
   – Не отобьем! Всех положат! – мотнул головой Савельев.
   И тут, разрешая возникший спор, в микрофонах портативных раций раздался голос Ветрова:
   – Взлетайте, мать вашу! Чтоб через час документы были в штабе армии!
   По склонам, окружая вертолет со всех сторон, уже поднимались душманы. Они больше не таились, не прятались – они шли в атаку. У одного из них был ручной гранатомет со вставленной в трубу гранатой.
   – Взлетаю! Сожгут на хрен! – закричал вертолетчик.
   Вертолет тут же резко пошел вверх. Спецназовцы стали задраивать люк. О бронированное днище часто и звонко зацокали пули.
   Через стеклянный колпак пилоту было видно, как взобравшийся на гору гранатометчик наводит трубу на вертолет.
   – Ой-е! – только и произнес вертолетчик и резко потянул ручку управления влево.
   Спецназовцы, не удержавшись на ногах, покатились по металлическому полу. Выпущенная граната огненной точкой прошла совсем близко от колпака. Вертолет стремительно набирал высоту.
   Спецназовцы приникли к иллюминаторам. Влунном свете им был виден Ветров, который отстреливался от окружающих его душманов, быстро перебегая от одного укрытия к другому. Вот он бросил гранату. Раздался взрыв. Воспользовавшись моментом, Ветров откатился за другой камень, сделал несколько одиночных выстрелов.
   Патронов больше не было. Кольцо вокруг него смыкалось. Ветров вырвал чеку последней гранаты, сжал ее в руке, подпуская противника поближе…
   Вертолетный стрекот растаял за гребнями островерхих афганских гор. Грохнул еще один взрыв…
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация