А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ариэль" (страница 15)

   Глава 14

   Квартира, которую снимал Таги Хамид, располагалась в старом многоэтажном доме на улице Тойнен Линья, напротив здания администрации района Каллио. Хозяин квартиры – худой мужчина лет семидесяти – поджидал нас перед домом, сидя в машине. У него был новехонький серебристо-серый «вольво». Он следил за нами глазами, но вышел из машины, только когда мы остановились. На нем был шуршавший при ходьбе спортивный костюм. Он явно не сочетался с представительским классом автомобиля. Под мышкой у него торчала пластиковая папка для документов.
   – Харьюмаа? – на всякий случай спросил я.
   – Да, а вы, как я понимаю, из криминальной полиции… Я вам верю, но тем не менее на всякий случай я взглянул бы на ваши документы, если не возражаете.
   Я показал свое удостоверение, Симолин тоже.
   – Речь идет о таких серьезных вещах, что легкомыслие недопустимо.
   Он так крепко сжимал свою папку, как будто в ней содержались поистине великие тайны.
   Я подтвердил, что он прав. Легкомыслие не имело никаких оправданий.
   Харьюмаа принялся перелистывать бумаги в папке, периодически слюнявя палец. По-видимому, он страдал псориазом, поскольку ноготь у него на пальце изогнулся в виде орлиного когтя. Он показал нам договор аренды квартиры, удерживая папку на безопасном расстоянии. Я успел заметить, что экземпляр договора с Хамидом не был подлинником. Похоже, Харьюмаа был состоятельным человеком, который неплохо зарабатывал на сдаче своих квартир.
   – Вот он, – сказал Харьюмаа, голос и руки у него дрожали, он отпрянул назад, когда я попытался взять папку в руки.
   – Можно посмотреть на него поближе?
   Немного помешкав, Харьюмаа приблизился.
   Я просмотрел бумагу. Договор был заключен чуть больше двух месяцев назад, и в графе «срок аренды» было указано «без ограничения срока с предупреждением о расторжении договора за два месяца». В качестве залога Харьюмаа затребовал с Хамида плату за три месяца – 1350 евро.
   Площадь квартиры составляла восемнадцать квадратных метров.
   – Я всегда стараюсь помочь людям, вот и иду на уступки. Это, наверное, последний раз, когда я сдал квартиру иностранцу. Плата за месяц осталась недополученной.
   Он посмотрел на меня, как будто прося о сочувствии своей несчастной судьбе.
   – Разве залог теперь не останется вам?
   – Когда нужно заниматься ремонтом и прибрать за постояльцем, это просто ничтожные деньги. Если бы я мог начать все сначала, то выучился бы на сантехника. Они вечно оставляют клиентов без гроша в кармане.
   – Сколько квартир вы сдаете в аренду?
   Харьюмаа на минуту задумался, нельзя ли эту информацию отнести к коммерческой тайне.
   Отерев лоб, он признался:
   – Ну их есть некоторое количество… но налоговая заботится о том, чтобы на этом нельзя было толком заработать. Сплошная суета и хлопоты до поздней ночи, еле добираюсь до дому. А жильцы… это же в наше время просто черти, жалуются по любому поводу. То им холодно, то им жарко, то звукоизоляция не устраивает, то туалет не в порядке. Все не так. И чуть ли не бесплатно еще нужен паркет и окна с тройным остеклением.
   Преувеличенная жестикуляция Харьюмаа и его жадность, которая проявлялась даже в голосе, создавали карикатурный образ истинного эксплуататора. Я бы не удивился, если бы он в порыве отчаяния от своих финансовых потерь бросился на землю и посыпал голову пеплом.
   – Разве четыре с половиной сотни евро за восемнадцать квадратных метров недостаточно?
   – Нужно еще учитывать все те проблемы, которые мне приходится решать. И плюс затраты. И средства, вложенные в квартиру. Уверяю вас, за все это не грех получать побольше. И полегче. Но надо же человеку где-то жить.
   – Я это забираю, документ будет вам возвращен в свое время, – сказал я, показывая на договор.
   Квартира находилась на втором этаже. Окно выходило на навес для мусорных контейнеров во внутреннем дворе.
   – Чудесный вид, – отметил Симолин.
   Обстановка в комнате была проще некуда – крохотный стол и два стула с барахолки. Койка имела, похоже, то же происхождение. Она была застелена серым покрывалом. На полу валялись груда книг и радиоприемник со встроенным магнитофоном. Тем не менее квартира не была похожа на жилище студента.
   Я протянул руку к Харьюмаа:
   – Мне нужен ключ, я верну его сразу после осмотра квартиры.
   – Это единственный ключ, и он мне самому необходим. Вечером сюда придет клиент, которому нужно показать квартиру, и он хочет сразу переехать… Каждый день, когда квартира не сдается, стоит денег.
   Я выхватил у него ключ.
   – Как Хамид узнал о квартире? – спросил Симолин.
   – По объявлению в «Хелсингин Саномат».
   – Он так хорошо знал финский язык?
   – Нет. С ним был товарищ, какой-то родственник, мужчина постарше, который говорил по-фински. Когда я задумался над тем, стоит ли сдавать квартиру иностранцу, он сказал, что живет в Финляндии и у него тут свой бизнес. Он поручился за своего родственника.
   – Его звали Али Хамид?
   – Да, это был какой-то Али.
   – Вы встретились тут? – спросил я.
   – Да. Я как раз здесь прибирал.
   На мини-кухне были новый холодильник и плита горчично-желтого цвета, на которой стояли сковородка и маленькая стальная кастрюлька. Из крана в мойке капала вода. Харьюмаа заметил это и поспешно закрутил вентиль.
   – Воду не закрывают… как будто за нее не надо платить.
   Капли продолжали падать, несмотря на попытки Харьюмаа воспрепятствовать ущербу. Подтекала прокладка.
   – Я менял ее всего год назад. Заплатил сантехнику немалые денежки.
   – Вы не заметили, они приезжали на своей машине?
   – Нет, квартиру должен был смотреть другой клиент, и я остался его ждать.
   – Их было всего двое?
   – Ну да, во всяком случае, здесь никто другой не появлялся.
   Симолин окинул квартиру взглядом:
   – К квартире прилагается какое-то место в общем подвале или на чердаке?
   – В подвальном этаже к квартире относится бокс из металлической сетки и место в погребе для хранения овощей. А на чердаке сушат белье.
   – Спасибо за помощь, – сказал я. – Как только можно будет входить в квартиру, мы сразу вам сообщим.
   – А как насчет сегодняшнего вечера? – проявил настойчивость Харьюмаа.
   – Не получится. Мы сообщим.
   Харьюмаа помрачнел, но не ушел.
   – На это потребовалось бы не больше десяти минут. Я просто показал бы квартиру. Не забывайте, я ведь сразу проявил готовность помочь полиции…
   Симолин взял Харьюмаа за плечо и довольно грубо вывел на площадку:
   – Мы сообщим вам.
   – Если бы я знал…
   Конец фразы Харьюмаа остался за дверью, которую Симолин захлопнул, добавив:
   – Еще немного, и я бы применил слезоточивый газ.
   Первичный осмотр квартиры мы провели быстро.
   В платяном шкафу обнаружились несколько футболок и кальсоны, две пары брюк, серый пиджак, нейлоновая зимняя куртка с капюшоном и пустой чемодан из пластмассы. В карманах не нашлось ничего, даже автобусного билета. В прихожей были темно-коричневые ботинки и вязаная шапочка, на кухне – только самый необходимый инвентарь.
   Симолин с удивлением осмотрелся:
   – Как человек мог жить, не оставив после себя ни одной бумажки?
   Все карманы брюк и курток были пусты. И даже в мусорном ведре ничего не завалялось.
   – Может быть, он подготовился к тому, что квартиру будут осматривать.
   – Когда его обнаружили, у него при себе тоже ничего не было – ни ключей, ни мобильного телефона. Где же они?
   – Поищем повнимательнее, – сказал я.
   Минут через двадцать мы уже исследовали все, что было за шкафами и под шкафами, еще раз вытряхнули и прощупали всю одежду, осмотрели все вентиляционные вводы, продукты, холодильник, внутренности духовки, пространство за ней и под ней. Симолин даже снял задние крышки с телевизора и магнитолы и заглянул внутрь. Наши усилия были вознаграждены лишь в совмещенном санузле. Когда я поднял крышку сливного трапа в полу, то сразу наткнулся на полиэтиленовый пакет. Я поднес его к свету. В пакете оказались маленький узелок, упакованный в полиэтилен, деньги, свернутые в плотный рулончик толщиной с указательный палец, и плоский ключ от английского замка.
   Деньги были в долларах, сотенные купюры.
   Я отнес находку на кухню и разложил содержимое на столе. Взял узелок и отрезал с краю кусочек полиэтилена. Изнутри посыпался белый порошок.
   Симолин взглянул на меня:
   – Похоже, все-таки версия с наркотиками.
   Я подумал мгновение и отверг его предположение. В свертке было от силы граммов десять. Этого порошка хватило бы максимум на личные нужды Хамида, ну, или это была маленькая подработка. Убийства не могли иметь отношения к бизнесу такого незначительного масштаба.
   Симолин пересчитал деньги:
   – Тысяча долларов.
   – Надо вызвать служебную собаку для поиска наркотиков?
   – Сначала наведаемся в подвал.

   В подвале пахло заплесневевшим бельем и нафталином. Мы нашли нужную секцию, но она была пуста, и на двери даже не висело замка.
   Мы вернулись в коридор. Я заметил выкрашенную в серый цвет дверь на другой стороне. За ней находился коридор метров десяти длиной, по обеим сторонам которого располагались пронумерованные двери.
   Я нашел пятую, это был номер квартиры Хамида.
   Вставил ключ в замок и повернул.
   На полу стояла длинная, нейлоновая спортивная сумка. Я расстегнул молнию. Моим глазам открылось с полдюжины завернутых в коричневую промасленную бумагу плиток размером чуть больше сигаретной пачки. Прошла минута прежде, чем я понял, что это.
   В свою очередь, темно-зеленую металлическую трубку распознать не составило труда. Это был одноразовый ручной гранатомет. Плитки, завернутые в бумагу, представляли собой пластит. Рядом с ними находились блестящий черный автомат, несколько магазинов, с десяток электродетонаторов и устройство, похожее на часовой механизм.
   – Хочешь мира – готовься к войне, – пробормотал Симолин. – Похоже, этот парень планировал небольшую войнушку.
   В сумке также оказался карманный ежедневник на английском языке. Я забрал его и запер за нами дверь. Мы вернулись в квартиру к Хамиду, откуда позвонили в саперное подразделение полиции. Я не думал, что взрывчатка представляет собой какую-то опасность, но мне не хотелось везти в Пасилу на нашей машине готовый к использованию гранатомет и мощную бомбу.
   В ожидании подкрепления я принялся перелистывать ежедневник. Симолин с любопытством смотрел у меня из-за плеча.
   Ежедневник использовался для того, чтобы отмечать встречи, телефонные звонки и прочие текущие дела. Я нашел день, когда Хамид и Харьюмаа заключили договор. Место и время встречи были записаны печатными буквами. В ежедневнике имелись записи и на арабском языке.
   Когда я перелистывал календарь, из него выпала сложенная вчетверо бумажка. Симолин поднял ее, мгновение рассматривал, тихо присвистнул и протянул мне.
   На листке шариковой ручкой был нарисован план. Место я легко узнал – улицы Лапинлахденринне, Малминринне и Малминкату.
   Местонахождение синагоги было обведено.
   Я снова открыл ежедневник и нашел третье октября.
   Здесь была нацарапана небольшая звезда Давида.
   Министр иностранных дел Израиля предполагал посетить синагогу третьего октября.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация