А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дневное рандеву" (страница 1)

   Владимир Дэс
   Дневное рандеву

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

   © Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
   Если одного молодого человека из провинциального города привезти в столичный город и оставить там на произвол судьбы, он, конечно, может влип путь в какую-нибудь нелепую историю, но не обязательно.
   Если же одного молодого человека из провинциального города привезти в Северную Столицу и сдать на руки другому молодому человеку из другого провинциального города, то вдвоём они сделают все, чтобы за рекордно короткое время попасть в нелепейшую и смешнейшую историю.
   Что и произошло со мной и моим приятелем.
   С ним я познакомился, когда подавал документы на юридический факультет Ленинградского университета. Там, в шумливой толпе абитуриентов, мы сразу заметили друг друга.
   Вы скажете, судьба свела? Несомненно.
   За наигранной напыщенностью поведения и развязностью разговора, мы сразу разглядели друг в друге своего брата – провинциала. Прически, костюмы, говорок – этого не скроешь. И хотя он был из Старого Оскола, а я из Арзамаса, словом, с разных концов России, во многом мы были очень схожи. Мы оба восхищались Ленинградом, его дворцами, набережными, парками. С замиранием сердец смотрели на Эрмитаж, Невский и ленинградок. Все без исключения девушки Ленинграда казались нам красавицами и абсолютно недоступными сказочными существами.
   А поскольку мы считали, что знаний наших вполне достаточно для успешной сдачи экзаменов, то решили потратить время не на подготовку, а на более близкое знакомство с городом и горожанками. Поэтому же мы отказались от коек в общежитии университета и сняли в новостройках однокомнатную квартирку на первом этаже девятиэтажного дома.
   В телах и душах мы ощущали необычайный подъем. Впервые в жизни полная и не контролируемая родителями свобода. И мы, пусть всего на две недели, хозяева отдельной квартиры. Эта убогая квартирка казалась нам дворцом. Обшарпанных обоев, текущих кранов и разбитых окон мы, конечно, просто не замечали. Нам было наплевать, что из мебели в комнате стояли только промятый диван с торчащими пружинами, в углу – стол на трех ножках и один – единственный стул, старый и скрипучий.
   Мы сбегали в магазин, купили для супа «корюшки в томате», нашли крепкий ящик из – под бутылок, он сошел за второй стул.
   Рыбу сварили – получился прекрасный суп.
   Поели.
   Подсчитали наши финансы. Состояние их было примерно таково: если надолго, то мало, а если на два – три дня, то нормально.
   Как и предвидел классик, заимев жилище, еду и кое-какой капитал, мы решили немедленно заняться познавательной деятельностью. Слышали мы, что на Невском можно очень интересно и с пользой для интеллекта провести вечернее время.
   Ничего прекраснее, таинственнее и опаснее, чем вечерний Невский, я не видел ни до, ни после этого.
   Вместе с шумливой толпой мы не спеша двинулись от вокзалов вниз. Потом решили зайти в бар. Еще в университете разведка доложила, что в «Ольстере» – так в народе называли бар «Невский» – есть девушки очаровательные, добрые и не капризные.
   Бар нас поразил с порога. Швейцар уже в дверях ощутимо уменьшил наш совокупный бюджет. Зал сверкал и искрился. Музыка, сигаретный дым, полным-полно веселого и пьяного народа.
   Девушки – просто сказочные. Парни – так себе, обыкновенные.
   Окинув взглядом поле боя, мы стали протискиваться к стойке.
   Заказали по коктейлю с трубочкой и лимоном и стали выискивать гражданок, которые влюбятся в нас сразу и на весь сегодняшний вечер, а еще лучше – и на ночь.
   Но почему – то наши сияющие курносые лица и пиджаки славной фирмы «Восход» не произвели переполоха в стане местных красавиц. И сколько мы ни пытались заговорить с какой-нибудь феей, после первых же наших мудрых изречений, обильно насыщенных буквами «о» и междометиями «чай», феи почему – то морщились, отворачивались и больше нас не замечали.
   Так мы триумфально прошествовали через весь зал и опять оказались у самых дверей, одинокие и растерянные.
   Бородатый швейцар оценивающе посмотрел на нас и поманил пальцем:
   – Что ребята, дело швах?
   Мы наперебой стали уверять его, что это просто так, разминка, и вот сейчас, через несколько минут, все красавицы этого бара будут валяться у наших ног, вымаливая разрешение просто подышать рядом с нами.
   Швейцар улыбнулся в бороду и, погладив себя по объемистому животу, сказал:
   – Ну-ну… А если что, я здесь.
   И когда мы второй раз прошли наш путь, больше похожий на ретираду, чем на победное шествие, швейцар нас уже ждал. Ничем не выражая своего торжества, он принял самое энергичное участие в усовершенствовании нашего интеллекта. Когда определенная часть нашего совместного капитала перекочевала в большой карман бородатого стражника, мы получили взамен девушку лет этак от двадцати до тридцати, которая, посмотрев на нас долгим взглядом, заявила швейцару, что и одна справится.
   На это тот ответил:
   – А у них на вторую все равно денег не хватит.
   От столь прямого обещания, что с нами, здоровыми молодцами, справится одна – единственная девушка, мы немного опешили, но когда она спросила, куда пойдем, к ней или к нам, мы, надувшись от гордости, небрежно так бросили:
   – У нас шикарная квартира.
   Вышли на Невский. Швейцар подогнал знакомого шофера.
   Дама села впереди, мы сзади. Мы, притихшие и озабоченные, промолчали всю дорогу. Наша дама, казалось совсем про нас забыла. Она весело щебетала с шофером, смеялась, хлопала его по плечу, а в нашу сторону ни разу даже не взглянула. И совсем бы они о нас не вспомнили, но тут мы приехали.
   Дама вышла из машины и, перекинув сумочку через плечо, спросила:
   – Ну, куда идем, робяты?
   «Робяты», пропустив ее вперед, невесело поплелись к подъезду.
   В квартире она огляделась и промолвила, иронически покачав головой:
   – Да – а, куда уж шикарнее. А ванная-то у вас хоть есть?
   – Есть, есть! – обрадованно закивали мы.
   – И что, тоже такая шикарная?
   Здесь мы скромно промолчали, поскольку в нашей ванной сами еще не бывали.
   – Ну что ж, я пошла в ванную, – сказала фея и видя, что мы смотрим на нее, как два весенних телка, добавила:
   – Вы давайте тут побыстрее. Разбирайте диван. Стелите простыни. У меня времени мало.
   Порывшись в сумочке, она что-то оттуда достала и, положив это что-то на самый край стола, упорхнула в ванную.
   Мы во все глаза уставились на это что-то. Потом подошли. Осторожно взяли в руки.
   Это была приличных размеров таблетка, упакованная в целлофан. Тут у нас возникло сразу несколько проблем. Что с нами двоими будет делать эта ленинградская гетера? И что нам делать с этой таблеткой?
   В конце концов мы составили план: когда она выйдет из ванны, один спрячется на кухне, а второй ляжет, так сказать, на амбразуру. Каждый готов был принять жертвенное сиденье в темной кухне на себя, и мы, устав соревноваться в благородстве, решили: пусть судьба рассудит.
   Стали тянуть спички.
   Судьба выбрала друга.
   Его могучей фигуре сорок шестого размера выпало встретить первый натиск прелестного неприятеля.
   А мне выпало томиться в лучшие свои годы, то есть часы, в пустой темной кухне.
   Увидев, как я огорчен, друг тут же предложил:
   – Хочешь, я вместо тебя буду сидеть в этой гнусной кухне, а ты останешься здесь, с этой прекрасной девушкой?
   Я энергично запротестовал, сказал, что против спичек не попрешь, судьбу не обманешь.
   Поняв, что на передовой все же оставаться ему, мой приятель, прежде чем отпустить меня на кухню, как бы невзначай спросил, вертя между пальцев упаковку, на которой были написаны незнакомые слова «Вагинальная таблетка»:
   – Знаешь, что это?
   – Конечно, – уверенно ответил я, не желая ударить в грязь лицом.
   – Я тоже, – заверил меня друг.
   «Надо же, какой эрудит», – подумал я, потому что сам понятия не имел, что означает это мудреное название.
   Друг, видимо, почувствовал мое тайное восхищение его глубокой осведомленностью и решил явить эту свою эрудицию во всем ее объеме:
   – Для мужиков таблетка… – И, увидев недоумение на моем лице, пояснил: – Это чтобы сил было больше.
   Пояснил и, похоже, сам поверил в то, что сказал, потому что добавил, задумчиво глядя на таблетку, занимающую чуть не половину его ладони:
   – А то зачем бы она ее здесь оставила? – Потом, обратив взор на меня, вдруг вышел из задумчивости и сообщил мне радостно: – Но это, конечно, на двоих.
   Я гордо отказался от своей доли.
   Друг обреченно вздохнул и, снова уставясь на таблетку, попросил слабым голосом:
   – Принеси, пожалуйста, воды.
   Я мигом сбегал на кухню, налил полный стакан и принес другу.
   – Послушай, – сказал я, – ты что, собираешься глотать ее?
   – Конечно, – ответил мой отважный товарищ. – И не такие штуки глотал.
   С этими словами он решительно вложил таблетищу себе в рот и, запрокинув голову, стал заливать ее водой из стакана. Я видел, как она медленно проходила по горлу. Еще одно усилие – и все.
   Мы оба разом облегченно выдохнули.
   И тут вернулась наша дама. Увидев меня со стаканом, а в руках друга – обертку от таблетки, она испуганно спросила:
   – Вы чего это?.. – И не докончила, вдруг осознав, что ее таблетка находится уже внутри моего друга.
   Глаза ее буквально полезли из орбит. Она трагически зашептала:
   – Вы зачем таблетку проглотили, шизики?
   – Знаем мы, зачем, – ответил я и браво ей подмигнул.
   – Знаете? Господи, с кем я связалась?
   Сказав это и помянув нехорошими словами швейцара, она быстро собрала свои вещички и исчезла.
   Я стоял столбом, хлопал глазами, туго переваривая сенсационное известие, а друг, сразу все поняв, метнулся в ванную. Там, изрыгая из себя пенные по – токи вперемешку с проклятиями, он клялся, что больше никогда и ни за что не будет… Чего он никогда не будет, я уже не слышал за шумом спускаемой воды, но, конечно, догадывался.
   А ведь верно: после этого случая мы стали как – то спокойнее воспринимать загадочную красоту ленинградских девушек и с большой осторожностью относиться ко всему, что получали из их рук, памятуя, что эксперимент на себе – не самый лучший метод познания истины.

   На юридический факультет университета мы с ним все же поступили. И жизнь началась уже студенческая.
   А если провинциального студента оставить наедине с основной его студенческой проблемой – проблемой выживания, – он может один и не вы – жить.
   Но если к этому студенту приложить такого же, как и он сам, студента из провинции, вдвоем они будут красиво и просто, как фокусники на манеже, решать проблемы выживания и сохранения своих провинциальных и вечно голодных душ в этом самом красивом северном городе.
   Но это уже совсем другая история.
Чтение онлайн





Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация