А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Армия воров" (страница 18)

   – А кто тебе так морду разукрасил?
   Стасов вспомнил, дружки, спасаясь бегством, открыли его головой сначала дверь в подъезде дома Тумаркина, а потом двинули аккурат лицом о дерево.
   – Под поезд попал, – давая понять, что не хочет вспоминать об этом, нехотя пошутил он.
   – У тебя семья есть? – не унимался Потап, которому наскучило лежать молча.
   – Ну, допустим, – устало вздохнул Свояк.
   – А дети?
   – Чего ты докопался? – разозлился Стасов.
   – Я своих пять лет не видел, – с тоской заговорил Потап. – А живут совсем от этого места близко, на Карбюраторной. Смешное название, да? И номер дома тринадцать… Все думал, счастливый… А ты откуда?
   – Из Москвы, – ответил Свояк.
   – Эко тебя занесло. А я гуран.
   – Это как? – не понял Стасов.
   – Животное такое есть, только у нас водится. Так коренных забайкальцев в шутку называют.
   Неожиданно Свояка словно окатили ушатом холодной воды. Он открыл глаза, лихорадочно соображая, каким способом вытянуть из рецидивиста побольше информации.
   – Жена в столовке работает, – продолжал между тем тот. – До пенсии год…
   – А чего ты дома не жил? – осторожно спросил Свояк.
   – В смысле? – оживился в предвкушении разговора Потап.
   – Ну, как, – Свояк взялся за решетку рукой и медленно сел. – Сейчас ты в следственном изоляторе. А до этого три года, где тебя черти носили?
   – Так сидел я, – Потап кашлянул.
   – Как это? – не понял Свояк.
   – Молча. В Краснокаменске пятерик от звонка до звонка. Откинулся, решил по пути дружка своего навестить. Он там недалеко живет, в Октябрьске. Приехал, как водится, встретились, посидели… Скоро деньги кончились. Как раз ночь была, когда понесло нас за очередной дозой горячительного. Догнаться, мать его, решили. Ну а продавщица, значит, в долг не дает. Тут меня и дернул черт ножичком ее постращать…
   – Настращал себе на новый срок, – догадался Стасов. – Лихо. А друг твой что?
   – Отмазался, – вздохнул Потап…
   – Ты за что первый раз сел?
   – Как и все, ни за что. – Потап зашелся кашлем.
   – Разве так бывает? – дождавшись, когда он угомонится, продолжал засыпать расспросами Свояк.
   – В нашей стране все бывает. – Потап закряхтел и тоже сел. – Мне иногда кажется, что на страну в целом бог отпускает срок, который между людьми делится. Только есть у нас неприкосновенные, это чиновники разные, министры и их родственники. Им сидеть не положено. А то, что богом для этой категории отпущено, делится между нами, простыми. Карма у России такая.
   – Хорошо, сформулирую вопрос по-другому, какая статья первая была?
   – Кража, – лаконично ответил Потап.
   – И что ты спер?
   – Даже рассказывать смешно, – признался Потап. – Начало девяностых, сам понимаешь, кто в бизнес, купи-продай, кто в рэкет… А я тихо работал на железной дороге и никуда особо не лез. Тут сосед попросил в долг. Говорит, съезжу в Китай, куплю товар, здесь продам, рассчитаюсь… Дал ему по нашим деньгам сущие копейки – две тысячи, потому как больше и не было. Он через неделю вернулся и молчит. Я месяц подождал, другой… Тут как раз совсем платить зарплату перестали. А он потихоньку торгует. Я ему раз напомнил, подожди, второй… Тут совсем уже невмоготу стало, хоть иди и воруй. Ну, пришел к нему, давай, как хочешь, а долг верни. Он старую пластинку: нету, подожди немного. Я смотрю, у него ящик тушенки стоит. Ну, возьми да и ляпни, у меня семья лапшу китайскую быстрого приготовления ест, а ты жируешь, давай, говорю, натурой. Он ни в какую, это говорит не мое, а тещи. Она продуктами занимается. Я ящик этот схватил, он отбирать начал. Пришлось его в туалет запихать и подпереть там. Тушенку домой принес, даже попробовать не успел. Опера нарисовались. Кражу впаяли и разбой… В общем четыре дали, два отсидел, по удо вышел. Только куда после отсидки? Страна другая, на работу с судимостью не берут. Так постепенно и сменил профиль.
   – Значит, воровать стал? – догадался Свояк.
   – Брать у того, кто сам ворует, – поправил Потап.
   – Жену как зовут? – осторожно спросил Свояк, уже уверенный, что у такого человека на черный день что-то припрятано. По всей видимости, и сейчас он не просто так в зону собирается. Не похоже, что из-за магазина и по пьянке. Скорее успел вернуться домой, провернуть какое-то дело, и обратно в Краснокаменск, чтобы по более легкой статье сесть.
   – Тебе-то что? – между тем насторожился Потап.
   – Просто.
   – Наталья Сергеевна, – с затаенной грустью сказал Потап.
   – И как она без тебя? – с безразличием в голосе спросил Свояк. Понимал он, не признается вор, что не без средств семью оставляет. Однако имея богатый опыт оперативной работы, умел с большой долей вероятности определить, врет человек или говорит правду.
   – Помогают, – уклончиво ответил Потап. – Да и так оставил кое-чего на черный день.
   – В банке счет имеешь?
   – Я банкам не доверяю, – спокойно ответил ничего не подозревающий Потап. – Все дома прячу.
   Дни в изоляторе тянулись медленно. Когда рана окончательно затянулась, Свояка вновь перевели в одиночную камеру.
   Потихоньку он стал приводить себя в норму. Утром и вечером качал пресс, отжимался от пола. Однако едва слышал, что к камере приближаются шаги, садился на нары, прижимал к животу руки и начинал раскачиваться, имитируя невыносимые боли.

   Глава 9

   Матвей сидел в припаркованной у газетного киоска машине и смотрел на дорогу. Смешанный с дымом туман и мелкий дождь смыли с улицы краски. Теперь небо, асфальт на дорогах и дома стали одинаково серыми, а спешащие по тротуарам люди одинаково раздражительными и безликими. Разбрызгивая по сторонам грязную воду, по шоссе проносились машины.
   – Унылая пора, очей очарованье, – вздохнул Кораблев и посмотрел на Марту.
   Она сидела рядом без привычного в такой ситуации ноутбука на коленях и дремала.
   – Что ты сказал? – встрепенулась девушка.
   – Говорил, увольняйся. – Матвей провел обратной стороной ладони по прохладной щеке Марты. – Зачем тебе работать?
   – Скажи, – она неожиданно отстранилась. – У тебя точно с Татьяной ничего не было?
   – Опять двадцать пять! – Он положил руки на рулевое колесо и посмотрел вперед. – Сколько раз можно повторять?
   – Тогда почему ты так переживаешь, что ее не стало? – не унималась девушка.
   – Странный вопрос, – глядя на дорогу, разозлился Матвей. – Она ведь человек. Неужели тебе не жалко?
   – Раньше я не замечала, чтобы ты так страдал, – привела Марта новый аргумент.
   Кораблев вдруг поймал себя на мысли, что, сама того не замечая, Марта дала задуматься над исключительностью их союза.
   – Потому, что я мог помочь ей, но не смог, – пожал он плечами.
   – Я раньше никогда таким тебя не видела, – призналась Сомова.
   – Странная ты…
   – Почему?
   – Ты ревнуешь к умершей. Даже не по себе как-то, – хмыкнул Матвей. – Она ко мне уже во сне приходит…
   Он посмотрел на часы. В полдень здесь была назначена встреча с человеком Анисимовой. Зачем директору департамента «Росвоенсервис» понадобился художник, не знал даже Свояк.
   Неожиданно возникший сбоку от машины мужчина дважды стукнул в окно костяшками пальцев.
   Матвей надавил на кнопку стеклоподъемника, впуская в салон вместе с тяжелым от сырости и запахов гари воздухом терпкий аромат одеколона.
   – Матвей Сергеевич?
   Круглая, наполовину облысевшая голова мужчины блестела от воды.
   – Он самый, – кивнул Кораблев.
   – Можно? – Мужчина показал на заднее сиденье.
   Матвей сделал вид, будто не понял, и толкнул дверцу. Он не любил говорить с незнакомыми людьми, когда они сидят за спиной.
   Матвей выпрямился. Мужчина отпрянул. Он явно не ожидал такого оборота событий. Ну и пусть.
   – Меня Павел зовут, – представился мужчина и протянул руку.
   – Меня ты знаешь, – ответил на рукопожатие Матвей и оглянулся по сторонам, пытаясь понять, на чем приехал Павлик.
   – Значит, это с тобой Руслан Михайлович разговаривал? – прищурился Павлик.
   – Послушайте, – Кораблев сделал вид, будто возмутился, – а как я, по-вашему, здесь оказался?
   – Хорошо, – смутился Павлик. – Вы можете сейчас проехать со мной в одно место?
   – Далеко?
   – Прилично. – Павлик наклонился и посмотрел через окошко на Марту. – Я не знал, что вы не один.
   «Рассказывай! Небось, все вокруг облазил, прежде чем подойти», – усмехнулся про себя Матвей, а вслух спросил:
   – Это мешает?
   – Да не так чтобы очень, – пожал плечами Павлик. – Просто удобно ли таскать с собой женщину?
   – Подбирайте выражения! – возмутился Матвей. – Она что, кукла, чтобы ее таскать?
   – Извините, если это вас оскорбило, – с издевкой попросил прощения Павлик. – Вы наверняка не рассчитывали сегодня ехать за город?
   – Не рассчитывал, – подтвердил Матвей, размышляя, готовы или нет к такому развитию событий наблюдающие за ним сотрудники отдела оперативно-технического наблюдения ФСБ. – А куда именно?
   – По Калужскому шоссе, – уклончиво ответил Павлик и взялся за ручку дверцы: – Вы позволите?
   – Позволяю, – нехотя согласился Кораблев.
   Они долго пробивались по забитым машинами улицам и лишь спустя час оказались за городом. Переехав развязку Садового кольца, будто бы оказались в другом мире. Это совпало с появлением солнца. Матвей набрал скорость и вопросительно посмотрел на Павлика в зеркало заднего вида.
   – В Сосенках вправо уходим, – догадавшись, чего от него хотят, махнул рукой мужчина. – Там пять минут, и на месте.
   Проехав через поле, оказались в небольшом дачном поселке.
   – Здесь направо, – скомандовал Павлик.
   Матвей послушно повернул руль.
   – Сразу за этим домом налево! – властно, изменившимся вдруг голосом, дал он следующее указание.
   Они миновали двухэтажное строение из красного кирпича и тут же снова повернули. Проехав мостик через овраг, нырнули в узкую улицу, образованную одинаковыми, похожими друг на друга строениями из цилиндрованного бревна.
   Матвей понял: Павлик сбивает возможный «хвост». Но самой большой неожиданностью было вновь оказаться на той же самой дороге, по которой они въехали в поселок. Миновав поле, свернули на шоссе.
   – Такое впечатление, что едем не картины писать, а копировать секретные планы российского правительства.
   – Ты почти угадал, – усмехнулся Павлик и тронул Матвея через спинку сиденья за плечо: – Здесь потише.
   Матвей сбавил скорость, увидев впереди съезд на узкую асфальтированную дорогу.
   Проехав через дачный поселок, свернули на дорогу, которая уперлась в высокие деревянные ворота. Матвей едва успел остановить машину, как створки медленно разошлись. Взору открылся похожий на замок дом, возвышавшийся посреди живописной лужайки с искусственным прудом.
   – Твой? – спросил Матвей, вкатываясь во двор.
   – Я здесь управляющий, – сказал Павлик.
   Поднявшись по ступенькам, оказались в просторном холле.
   – Тут такое дело, – Павлик виновато посмотрел на Кораблева, – ваша жена должна остаться здесь.
   – Тут? – Матвей показал пальцем в пол. – Почему?
   – Человек, к которому мы направляемся, хочет говорить с вами без свидетелей, – пояснил Павлик, и, не спрашивая желания у Марты, взял ее за руку и провел к стоящему в центре дивану: – Сейчас вам принесут кофе.
   На немой вопрос в глазах девушки Матвей пожал плечами и направился вслед за Павликом, который уже поднимался по мраморной лестнице наверх. В расположенной на втором этаже почти пустой комнате с закрытыми на окнах шторами Кораблев увидел установленную на подставке картину, на которой была изображена тянущаяся через лес грунтовая дорога.
   Павлик встал напротив нее, давая возможность Матвею осмотреть полотно.
   – Верещагин, – догадался Кораблев. – Чья копия?
   – Это оригинал, – расстроился Павлик.
   – Неужели? – сделал вид, будто удивился Матвей. – Почему вы его мне показываете?
   – Нужно сделать копию, – как само собой разумеющееся ответил Павлик.
   – А вы уверены, что я смогу? – удивился Кораблев.
   – А куда ты денешься? – раздался сзади голос.
   Матвей обернулся и увидел стоящего в дверях невзрачного, худощавого мужчину в домашнем халате и тапках. По виду можно было догадаться, что это и есть хозяин апартаментов.
   – Кто это? – отругав себя за опрометчивый поступок взять с собой Марту, все же спросил Матвей.
   – Какая тебе разница? – усмехнулся мужчина.
   – А почему вы так со мной разговариваете? – спросил Кораблев, задержав взгляд на худых, покрытых черными волосами ногах мужчины.
   – Извини, не обучен хорошим манерам. – Мужчина вошел в комнату. – А чтобы тебе работалось лучше, Марта пока поживет здесь.
   – Что? – Матвей шагнул к нему, однако был остановлен рукой Павлика.
   – Не стоит, у нее будут прекрасные условия.
   Кораблеву ничего не стоило сейчас уделать обоих наглецов. Даже если Павлик вооружен, он стоит на расстоянии вытянутой руки. То, как обучен действовать в рукопашной схватке Матвей, не оставляет ему на таком удалении шансов применить оружие.
   – Вы не понимаете! – разозлился Матвей. – Я художник, и не могу работать по принуждению.
   – А тебя никто и не заставляет, – хмыкнул мужчина. – Не хочешь, отрежем туловище от головы да прикопаем в лесочке. Разве это проблема? Вон вашего брата в Москве сколько.
   – Мне нужен инструмент, краска…
   – Все, что пожелаешь, – развел руками мужчина. – Любой каприз…
   – Жить, как я понимаю, мне придется здесь?
   – Догадливый, – обрадованно всплеснул руками мужчина. – Но если что надо привезти, всегда пожалуйста. Павлик будет находиться внизу. По первому свистку он в вашем распоряжении.
   – Я смогу видеться с женой?
   – Пока нет, – покачал головой мужчина.
* * *
   Автозак раскачивало и трясло так, что уже через полчаса езды Свояка стало мутить, а к середине пути попросту вырвало на пол. Тарана и Крыма он увидел мельком, когда их грузили в машину. Все ехали в одной будке, в изолированных камерах, именуемых «стаканами». Стены и потолок из оцинкованного железа. Сделанная из такого же материала дверь имела глазок и отверстия для вентиляции. У стенки небольшая скамейка. Все. Свояк знал, что даже Страсбургский суд считал перевозку в российских автозаках пыткой, но не придавал этому значения. Теперь на собственной шкуре убедился, что это так. Но устать он успел еще до того, как его вывели в тесный дворик следственного изолятора. Зачем-то разбудив за час до подъема, Стасова еще несколько часов продержали в тесной каморке, освещенной тусклым светом электрической лампочки, а потом столько же «мариновали» в стоявшем автозаке. Свояк заранее знал, что их повезут раздельно. О проведении следственного эксперимента его еще несколько дней назад предупредил круглолицый капитан юстиции Темирбаев, бурят по национальности. С того самого момента Свояк потерял сон. Он раз за разом прокручивал в голове варианты побега. Нужно было найти повод, чтобы оказаться в развалинах. Но все будет бесполезно, если Свояка, несмотря на изувеченную руку, прикуют наручниками сразу к двум оперативникам. В этом случае он ничего сделать не сможет. Опасаясь такого развития событий, Свояк на допросах имитировал боль в поврежденной руке, придерживал ее, словно ребенка, морщился, когда менял положение, с трудом держал авторучку и практически не мог писать. С другой стороны, он честно рассказывал все, что знал, бессовестно топя оставшихся на свободе подельников и своих хозяев. Другого выхода у Стасова не было. Он прекрасно понимал, что стоит начать юлить, как следователи почувствуют фальшь. Все, что могло играть против его плана, Свояк предусмотрительно исключал.
   А жизнь, казалось, подкидывала все новые сюрпризы. Накануне утром его, как обычно, вызывали для допроса. Однако, к своему удивлению, вместо Темирбаева Стасов увидел за столом незнакомого мужчину в штатском. Представившийся полковником Рязановым, он предложил Свояку оказать содействие и позвонить Анисимовой. Как оказалось, ФСБ задумало игру с чиновницей и решило использовать для этого Кораблева. Свояк легко согласился, одновременно увидев в этом добрый знак свыше. Ведь иначе как подарок Кораблева он не расценивал и всерьез рассчитывал теперь свести с ним счеты. С другой стороны, Стасов попросту не верил в благоприятный для следствия исход дела. Конечно, было понятно, что ФСБ получило на такие действия «добро» на самом высоком уровне. Однако, прекрасно зная российскую действительность, бандит был уверен, ничего Анисимовой не будет. Даже если всплывут все мошеннические схемы и связанные с этим преступления, ей позволят, как и многим другим, бежать со своими миллиардами за границу, а потом будут для видимости теребить Интерпол и правительства государств, где она скрывается, разного рода требованиями. На этом фоне Свояк оставался со своей проблемой один на один, и, кроме как на себя, ему надеяться было не на кого.
   Итак, подъезжая к месту проведения следственных действий, бывший полковник полиции имел дерзкий план, в котором были продуманы все этапы его реализации.
   От размышлений отвлекло то, что машина сбавила ход и повернула. Их стало трясти и подбрасывать. Свояк понял, что уже едут по проселку. От заполнившей стакан пыли стало нечем дышать. Стасов поправил лангету и стал ждать. Вскоре машину тряхнуло так, что сквозь собственный вскрик он услышал хруст своих же позвонков. Наконец они остановились. Послышался шум открывшихся дверей, приглушенные голоса. Сколько Свояк так просидел, он не знал. Время словно остановилось. Грохот открывающихся замков заставил сердце биться сильнее. Наконец двери распахнулись:
   – Стасов, на выход!
   С трудом выбравшись наружу, Свояк огляделся. Рядом с автозаком стояли «уазик» и «Нива», на которых приехал следователь с оперативными сотрудниками. Один держал в руке небольшую видеокамеру. Его дружок, рослый, с рябым лицом мужчина, со скучающим видом курил. Свояк с замиранием сердца дождался, когда подошедший оперативник застегнет на запястье левой руки браслет надетого на его правую руку наручника и посмотрит на следователя.
   – Понятые, подойдете сюда, – следователь показал рукой рядом с собой. Стоящие в сторонке и с опаской разглядывающие Свояка мужчина и женщина подошли и встали рядом.
   Стасов стал незаметно изучать их. Круглолицый полный мужчина был уже в возрасте и имел нездоровый цвет лица. Мешки под маленькими глазами, обвислые щеки и приоткрытый рот делали его похожим на сову. Свояк пришел к выводу, что заложник из него получится никудышный. От страха у него отнимутся ноги, и его придется таскать на себе, либо попросту хватит сердечный приступ. Женщина была ровесницей Свояка. Статная, со строгим лицом, понятая то и дело поглядывала на часы. Она скорее была предупреждена заранее о предстоящей поездке в лес. На ней была куртка-ветровка, джинсы и кроссовки. Стасов остановил свой выбор на ней.
   Оперативник в рыжей кожаной куртке включил видеокамеру и направил на Свояка:
   – Я готов.
   – Обвиняемый, что это за место, куда мы прибыли? – следователь выжидающе уставился на Стасова.
   – Мы прибыли к месту, которое находится рядом с тем, где было совершено убийство гражданина Кротова, – оглядевшись по сторонам, спокойно ответил Свояк.
   – Расскажите обстоятельства происшедшего, – потребовал следователь.
   – Кротов установил записывающие устройства в помещении, где руководство нашей компании проводило переговоры по поводу продажи курорта китайскому бизнесмену, – стал рассказывать Стасов. – Попавшая в его распоряжение запись ставила под угрозу успех сделки.
   – И вы решили его убить? – следователь, не мигая, уставился на Свояка.
   – Сначала не собирались этого делать, – покачал головой Стасов. – Нам нужно было лишь отобрать у него запись и получить гарантии, что нет дубликата. Но он не шел на диалог, убегал, оказывал сопротивление. Поймав его у бани в санатории, мы повели его сюда в ложбину…
   – Вы можете показать рукой, откуда вы шли? – следователь огляделся.
   – Да, конечно, – с готовностью кивнул Свояк и намеренно поднял прикованную наручником руку вместе с рукой оперативника. – Мы направлялись со стороны реки.
   – Куда шли?
   – Вот, в направлении руин. – Стасов развернулся, отыскал взглядом на склоне горы, среди зарослей багульника, белеющие остатками побелки стены и показал на них закованной в наручник рукой.
   – Пройдемте, – бросил следователь понятым и направился к руинам.
   – А предыдущий мужчина показывал немного не там, – неожиданно сказала женщина понятая.
   – Попрошу без комментариев, – бросил на ходу следователь.
   Свояк догадался, что Таран, которого выводили первым, рассказал все, как было. Тогда, конечно, нужно было пройти левее…
   – Здесь. – Он остановился рядом с бетонной площадкой, по периметру которой высились до половины разрушенные стены.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация