А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лайзл и По. Удивительные приключения девочки и ее друга-привидения" (страница 14)

   Глава восемнадцатая

   Вот уже несколько часов Уилл бесцельно бродил по кривым улицам Клевер-Тауна. Он даже не знал, следовало ли ему разыскивать девочку с чердака. Как бы не оказалось, что противная тетка была-таки права. Может, девочка в самом деле не отличалась здравым рассудком?.. Подобная вероятность буквально вышибала у паренька почву из-под ног, и он не хотел даже думать об этом. Ну ладно, почему же тогда она от него побежала? И это выражение у нее на лице! Ее просто перекосило от ужаса! Даже вспоминать больно…
   И вообще, каким ветром ее занесло в Клевер-Таун? Уилл силился хотя бы предположить, что у нее могли быть здесь за дела, но в голову ничего умного не приходило. Оставалось только надеяться, что ее не отослали сюда трудиться на фабрике. Представлять себе это милое, бледное личико склоненным над швейной машинкой или чаном с ядовитыми жидкостями, представлять эти длинные, тонкие пальцы в кровь исколотыми иголкой или обожженными горячей отравой было еще больнее, чем вспоминать ужас в ее глазах там, на перроне.
   И Уилл твердо сказал себе: если ее все-таки отослали сюда работать, я непременно разыщу ее и спасу!
   Вот он и шел, то ли ища девочку, то ли не ища, боясь и на что-то надеясь, и постепенно удалялся от железнодорожного вокзала, углубляясь в самый центр города, а потом – еще дальше, в окраины.
   Случилось так, что ноги занесли его в одно особо скверное место. Здесь дома стояли так плотно, что казалось – они жались один к другому в поисках тепла. С обеих сторон здесь громоздились кучи мусора, а в них рылись нищие всех видов и возрастов – старые, молодые, хромые, слепые… Люди и мусор воняли одинаково невыносимо. Уилл начал задыхаться.
   К нему подходили с разных сторон, трогали его потасканное пальто, касались волос:
   – Подай грошик, паренек… всего один грошик…
   – Имейте сердце, молодой человек, поделитесь!
   – Мне ужасно жаль, – ответил Уилл. Он никогда не видел такой толпы предельно оборванных, безнадежно грустных людей – ходячие тени, живые скелеты. – У самого ни гроша!
   И он поспешил прочь, молясь про себя, чтобы девочке с чердака ни в коем случае не довелось сюда забрести.
   Потом он задумался, а не следовало ли ему вернуться на вокзал и продолжить свое путешествие на север, как он изначально и собирался. Покрутив так и сяк эту мысль, Уилл понял, что уехать от девочки не сумеет. По той же самой причине, по которой торчал у нее под окошком изо дня в день, месяц за месяцем…
   Наконец очередная, довольно безлюдная улица вывела его на самый край пригорода Клевер-Тауна. Здесь стояли длинные, приземистые складские строения и курсировали грузовые повозки, запряженные очень невеселыми лошадьми, у которых можно было пересчитать все ребра. Воздух здесь казался ощутимо густым, витавшая в нем копоть чувствовалась на языке. На многих складах окна были забраны ставнями, в других сквозь мутные треснувшие стекла угадывались хмурые, истощенные лица, колебавшиеся внутри, словно языки тусклого пламени. Кое-где были распахнуты грузовые ворота, туда въезжали телеги, и Уилл видел, как в обширных, плохо освещенных складских недрах медленно двигались люди.
   Вот уже некоторое время у него было очень неприятное чувство, как будто за ним наблюдали. Уилла это пугало, хотя он и не взялся бы сказать, почему. Промежутки между складами мало-помалу делались шире, на пустырях громоздились отвалы битого камня и бурыми пучками торчали жухлые травы. Постепенно перестали попадаться прохожие, но ощущение чужого взгляда не покидало Уилла, и глубоко внутри живота стали распространяться ледяные ниточки настоящего страха. Очень гадкое ощущение, и недовольное урчание желудка, в который за последние сутки попала всего-то единственная картофелина, вовсе не способствовало уверенности в себе.
   Тогда Уилл принял решение: вот встретит прохожего и обязательно спросит дорогу обратно на вокзал. И сядет там на поезд, идущий на север. И выбросит из головы все мысли о девочке с чердака!
   В это время он проходил мимо очень большого здания, выстроенного из черного, местами заплесневелого камня и усыпанного белесым пеплом. Оно выглядело бы совершенно заброшенным, но наверху торчали четыре черные трубы, и из них густо валил черный же дым. Потом слуха Уилла достигли человеческие голоса, и, завернув за угол, он увидел двоих мужчин. Оба – с грязными, нечесаными волосами, с измазанными в чем-то руками, щербатые и до ужаса гнилозубые. Рядом виднелось несколько телег, крытых толстым брезентом. Какой груз помещался на повозках, Уилл не мог рассмотреть, но ребра и углы, выпиравшие сквозь брезент, позволяли предположить, что там стояли какие-то ящики.
   Мужчины о чем-то увлеченно беседовали, вернее, спорили между собой. Уиллу не хотелось к ним обращаться, потому что выглядели они не слишком-то дружелюбно, но все-таки он собрал в кулак все свое мужество и подошел ближе.
   По мере приближения он отчетливей услышал их разговор.
   Один из двоих тыкал другого в грудь узловатым и кривым указательным пальцем.
   – Говорил я тебе, как опасны циркулярные пилы! – говорил он. – Вот уже четвертый маленький ублюдок потерял руку! И это всего лишь за месяц!
   Второй мужик равнодушно ковырял в зубах.
   – Такая у нас работа, – проговорил он, растягивая слова. – Без пил никуда, они дерево распускают на доски. А без досок – какие гробы?
   – Ты меня не учи дело делать! – зарычал первый. – Вся беда – от этих мальчишек! Оглянуться не успеешь, а они уже кончились! Кому руку отхватит, кому ногу, кто р-раз – и без пальцев… Месяц назад одному даже голову отчекрыжило!
   – Да найду я тебе новых мальчишек, – ответил второй. – Подумаешь, мальчишек достать!
   Уилл остановился, укрываясь за одной из повозок. Сердце колотилось так громко, что он усилием воли приказал ему немножко притихнуть.
   – Так ступай и разыщи мне какого-нибудь пацана! – заорал первый. – Давай-давай, шевелись! А не то заставлю оплачивать мне работу, которую я теряю из-за твоей нерадивости!
   Уилл очень, очень осторожно попятился прочь, стараясь не производить лишнего шума, но двигаясь при этом как можно быстрей. Как хорошо, что он так к ним и не подошел! Ему были некоторым образом дороги и пальцы, и руки, и ноги, не говоря уже о голове. Еще не хватало, чтобы его заставили совать их под пилу!
   И в это самое время ему прямо под каблук попалась стекляшка.
   Оба спорщика разом оглянулись на громкий хруст.
   Уилл поспешно пригнулся, таясь за большой телегой. В ее оглоблях уже стоял упряжной ослик. Не ожидая для себя ничего особо хорошего, ослик скреб землю копытом и пытался жевать пучок почерневшей от мороза травы…
   – Что это было? – проворчал первый мужик.
   – У нас тут, кажется, мелкий соглядатай, – сказал второй, и Уилл понял по голосу, что тот ухмылялся. – Прикинь, а вдруг это мальчишка? Как говорится, на ловца и зверь…
   Послышались тяжелые шаги. Они неотвратимо приближались. Сейчас его увидят, выволокут из-за телеги и потащат на фабрику, где станут бить, обижать и ругать всякими словами, – чего доброго, даже бесполезным, как выражался алхимик! Дотянувшись, Уилл приподнял край тяжелого брезентового тента и юркнул в повозку, спрятавшись среди груза.
   Сделал это он очень вовремя – двое мужчин как раз обходили телегу с другой стороны.
   Под брезентом было темно и даже тепло. Зажмурившись для верности, Уилл замер и стал молиться, чтобы его не нашли.
   Он слышал, как снаружи шаркали башмаки и доносилось невнятное бормотание.
   – Черт меня побери, – сказал наконец первый. – Я поклясться мог, что кое-что слышал!
   – Крыса пробежала, наверное.
   – Не глупи! Крысы так не топочут!
   – Ага, щас! Да я на заводе таких крысаков видел – впору ботинки носить и часы карманные навешивать…
   – Что, правда? А я-то радуюсь, что моя половина хоть крыс в котелок не бросает, когда мясо заканчивается…
   – Хорош врать, у тебя и жены-то нет!
   Когда голоса отдалились, Уилл позволил себе с облегчением выдохнуть. Ловцы мальчишек, кажется, уходили. Когда перебранку больше нельзя было слышать, Уилл отважился открыть глаза…
   И увидел прямо перед собой девочку с чердака.
   У него едва не вырвался вскрик, но девочка быстрым движением прижала пальчик к губам и замотала головой, так что вскрик удивления пришлось проглотить.
   Тут повозка тяжело содрогнулась, застонала и подалась вперед, и Уилл услышал снаружи голос, произносивший:
   – Полегче, полегче! Сейчас маленько поднатужимся – и выезжаем…
   Уилл сообразил, что это возчик разговаривал с осликом. И в самом деле, у передка телеги проскрежетали по мостовой тяжелые башмаки, по боковине тента хлопнул кожаный кнут.
   – Вот так, малыш, молодца…
   И повозка скрипуче закачалась, выезжая на улицу.
   Только теперь, когда никто не мог их услышать, Уилл отважился прошептать:
   – Что… что ты… тут делаешь?
   – Безбилетничаю, – миролюбиво отозвалась девочка. – А ты что подумал?
   – Безбилетничают обычно на кораблях, – не удержавшись, заметил Уилл. По крайней мере, именно так было принято выражаться в портовом Заупокой-Сити.
   – Ну хорошо. Еду зайцем. Мне на запад надо, а повозка как раз туда направляется. Я слышала, как они говорили. Вот мы сюда и забрались…
   Уилл никак не мог понять, узнала ли его девочка с чердака. Хорошо уже то, что она, по крайней мере, сбежать от него не пыталась. Видимо, потому, что они оба прятались под тентом на движущейся телеге, нагруженной… нагруженной чем?
   Уилл сощурился, пытаясь распознать деревянные силуэты вокруг. Ящики покачивались в темноте, глухо стукаясь один о другой, и Уиллу вдруг стало нехорошо. Потому что это были не просто ящики, это были гробы! Повсюду кругом!.. Оставалось только надеяться, что гробы были пустыми…
   Девочка, покинувшая чердак, сидела в узкой щели между двумя гробами, бережно держа на коленях деревянную шкатулку. Уиллу бросилось в глаза, что шкатулка была точь-в-точь как те, в которых алхимик, бывало, пересылал магию. Он погнал эту мысль прочь, собираясь накрепко забыть алхимика и никогда, никогда больше не вспоминать про него!
   Уилл осторожно подсел к девочке. Она зачем-то посмотрела на пустое место по левую руку от него и, кажется, с трудом сдержала смешок.
   – Что смешного?
   – Да так. – И она прикусила губу. – Ты их чуть не придавил, вот и все. Правда, их не очень-то и придавишь, так что ничего не случилось.
   Уилл почувствовал себя сбитым с толку. Кроме них да еще возчика, ни единой живой души на повозке не наблюдалось. Что же касается мертвецов, быть может, лежавших в этих гробах… Ох, лучше даже не думать!
   – Придавил – кого?
   Она открыла рот, намереваясь что-то сказать, но осеклась и только мотнула головой.
   Может, дело действительно обстояло так, как утверждала тетка с клюкой. Может, эта девочка доводилась Спятившему Шляпнику[4] родной внучкой. Ну хорошо, он должен был испугаться? Или просто опечалиться?
   – Почему ты тогда от меня убежала? – пустил он пробный шар.
   Девочка искоса посмотрела на него, и на какой-то миг ее личико омрачилось тревогой.
   – Так ты тот мальчик, которого я видела на вокзале! – проговорила она, похоже, только теперь его толком узнав. – Ты был с полисменом и той ужасной старухой…
   – И вовсе даже не с ними я был, – оскорбился Уилл.
   – Ну, по крайней мере, мне так показалось, – ответила девочка. – Они за мной гнались, чтобы арестовать, вот я и сбежала. – Снова покосилась на него и подозрительно осведомилась: – Если ты не из полиции, почему выслеживаешь меня?
   – Никого я не выслеживаю, – буркнул Уилл и для очистки совести мысленно добавил: в некотором смысле. Девочка казалась ему вполне здравомыслящей, невзирая даже на то, что у нее были воображаемые друзья, и он решил быть с ней откровенным. – Я вообще-то в бегах, – сказал он. – Не знаю даже, куда и податься.
   Ее лицо сразу прояснилось.
   – Вот и мы из дома сбежали! Так что мы все теперь бездомные, хотя, если честно, у них особо и дома-то не было… уже давным-давно. Ведь не считать же Ту Сторону – домом?
   – Ту Сторону?.. – снова запутался Уилл. – Это ты о чем? И кто такие «они»?
   Девочка снова прикусила губу, сообразив, что, кажется, сболтнула лишнее.
   – Они – это По и Узелок, – все-таки проговорила она. – Неужели ты их не видишь?
   Уилл в который раз задумался о ее предполагаемом сумасшествии… И тут на самом краю зрения уловил какое-то нештатное шевеление. Он замер, стараясь вовсе не двигаться, и устремил взгляд в темноту. Там в самом деле что-то двигалось, постепенно проявляясь в потемках, – так, словно темнота была водной глубиной, и там, под поверхностью, двигались сразу две тени. Одна побольше, другая поменьше… А потом, ни дать ни взять настроившись на нужную волну, он увидел обоих ясно и четко. Одна тень напоминала ребенка ростом где-то с самого Уилла, вторая – маленькая и лохматая – по первому впечатлению показалась ему собачкой. Или большой кошкой. Поди разбери, когда все так расплывчато!
   Опамятовавшись, Уилл так и ахнул:
   – Кто… что это там?!
   – А на кого мы, по-твоему, похожи? – Отчетливо слышимый голос звучал раздраженно.
   Девочка указала пальцем:
   – Это По… Оно бывает немного несдержанным, не сердись на него. Им на Той Стороне не до приличий. А вон то – Узелок.
   Косматая тень тихо выдала нечто среднее между «мяу» и «гав».
   Уилл с трудом сглотнул:
   – Получается, они… они… они – настоящие привидения?!
   – Вообще-то со мной можно напрямую общаться, – надулось По, и по краям у него включилась «подсветка» – казалось, края силуэта начали тлеть. – Кажется, уже ясно, что я тоже говорить умею!
   – Конечно, это привидения, – сказала девочка. – А ты как думал?
   – Да, но ведь они… они… они же… – Уилл не нашел нужных слов и бесповоротно почувствовал себя дураком. Всего глупее казался ему вопрос, который он собирался задать, но обойтись без него было никак невозможно. Он только не знал, к кому обратиться, к девочке или к этому По, так что просто закрыл глаза и осведомился в пространство: – А призраки… они не опасны? Я слышал, они людей пугают?..
   – Либо ты завязываешь с идиотскими вопросами, – ответило По, – либо я такого холода за шиворот тебе напущу, что все зубы отстучишь!
   – По, – проговорила девочка укоризненно. – Ты бы, что ли, помягче…
   По обратилось в недвижную глыбу густой тьмы. Уилл заключил, что привидение смертельно обиделось.
   – Они совсем не опасные, – сказала девочка, повернувшись к Уиллу. – Вот Узелок, например, такой ласковый…
   И, словно в подтверждение этих слов, Уилл ощутил нечто бархатно-мягкое. Он опустил глаза и увидел у себя на коленях темную кляксу, из которой ему в лицо заглядывали два угольно-черных призрачных глаза.
   – Мррав, – сказал Узелок.
   Уилл осторожно поднес руку и погладил воздух у себя над коленями. Этот воздух показался ему не вполне пустым. В нем вроде бы ощущалась какая-то форма… какое-то присутствие…
   Девочка одобрительно кивнула:
   – Вот видишь?.. А По, когда не брюзжит, просто настоящее чудо, – добавила она чуть погромче. По буркнуло что-то в ответ, но что именно, Уилл не разобрал.
   Он обратил внимание, что девочка называла По «оно», и задумался над этой странностью. Потом спросил:
   – По – девочка или мальчик?
   – Все различия утрачивают силу на Той Стороне. Так что По – ни то ни другое, и одновременно – все сразу. Точно так же Узелок – ни песик, ни кошка, но вроде как то и другое. Просто – питомец.
   Чем дальше, тем интереснее, подумалось Уиллу.
   – Но когда-то же они были… более определенными? Когда находились… по сию сторону?
   – Ну, наверное, да, – ответила девочка, и Уилл понял, что для нее это особого значения не имело. – Они просто не помнят, и никто не может их за это винить. Они уже очень давно живут на Той Стороне. Так что теперь они – просто По и Узелок, и они – мои друзья! – Она наклонилась к уху Уилла и пояснила: – Они помогли мне убежать с чердака. Меня взаперти там держали…
   При упоминании о чердаке сердце Уилла стукнуло невпопад. Он готов был сказать: «А я знаю!» – и поведать ей, как торчал на углу, глядя на ее окно, светившееся в темноте… Но в последний момент застеснялся и просто спросил:
   – А почему ты убежала?
   Девочка поерзала на месте, кажется, впервые ощутив некоторую неловкость.
   – Просто время пришло, – расплывчато ответила она, но рука сама собой потянулась к деревянному ящичку, лежавшему на коленях. Уилл невольно задумался о том, что могло там храниться. Еще он подумал о шкатулке, которую должен был доставить Первой Леди и с которой, по сути, начались все его беды. Ну ведь точь-в-точь как эта была!.. Вот бы знать, какое непотребство держал в ней мистер Грей? Лягушачьи лапки, глаза тритонов, еще какую-то гадость?..
   – Ну а ты? – спросила вдруг девочка. – Ты-то из-за чего здесь оказался?
   Уилл тотчас решил, что она могла плохо подумать о нем из-за путаницы, которую он устроил с доставкой алхимического волшебства, и, не желая выглядеть в ее глазах недотепой, просто сказал:
   – Да так… Захотелось немного мир посмотреть.
   По кашлянуло в углу, и Уилл заподозрил, что привидение некоторым образом распознало неправду. Он быстро продолжил:
   – Пошел на вокзал, прыгнул в первый же поезд. Спрятался от кондуктора в туалете, пока тот билеты смотрел… А то за здорово живешь бы с поезда вылетел!
   – Ну ты и молодец! Умница, – одобрила девочка, и Уилл исполнился внутреннего свечения. Кажется, еще ни разу в жизни его не называли ни умницей, ни молодцом. – А нам пришлось прятаться в багажном вагоне. Ну и пылища же там!
   – Во-во, я тоже все время так делаю, – позволил себе Уилл невинное хвастовство. – Не по мне это, на одном месте сидеть!
   По опять кашлянуло.
   Ну и шут с ним, главное, что девочка ему вроде поверила. У нее так и округлились глаза:
   – А родители тебя не разыскивают?
   Настал черед Уилла заерзать на жестком днище повозки:
   – Я… нету у меня никаких родителей. Я сирота.
   – Ой, прости, – сказала девочка. Помолчала и вдруг призналась: – Знаешь, а я тоже сирота. У меня и мама, и папа умерли.
   – Мне жаль, – сказал Уилл. – Правда.
   – Теперь мой папа на Той Стороне, – продолжала девочка. – Мы поэтому на запад и едем. Мы должны доставить его пепел домой, под иву… Там он сможет упокоиться с миром и отправиться дальше, в Иную Жизнь.
   И она кивнула на коробочку у себя на коленях.
   – Ясно, – протянул Уилл, хотя ничего толком не понял. Девочка была куда более странной, чем он мог ожидать. Он понял, что особого значения это для него не имеет.
   – Может, твои родители тоже там, на Той Стороне, – сказала она.
   – Может, – согласился Уилл. На самом деле он никогда на сей счет не задумывался. Он только знал, что они умерли во время эпидемии жестокого гриппа. Он в то время только-только родился и, конечно, их не запомнил.
   Тут девочка неожиданно рассмеялась.
   – Двое бездомных сирот, – сказала она, – и два привидения! Ну и компания подобралась!
   – Да уж, – сказал Уилл.
   – Компашка что надо, – буркнуло По.
   – Мррав, – откликнулся Узелок.
   Девочка протянула Уиллу узкую бледненькую ладошку.
   – Меня зовут Лайзл, – сказала она.
   У него снова невпопад стукнуло сердце. Лайзл! Ее зовут Лайзл! Как отчаянно он хотел узнать ее имя, и вот теперь, когда все вдруг выяснилось, нашел, что оно идеально ей подходило.
   – А я – Уильям, – сказал он. – Можешь звать меня просто Уилл.
   Он взял ее руку, и они улыбнулись друг другу в темноте.
   Тарахтящая повозка катилась на запад, везя груз гробов и четверых безбилетников…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация