А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "12 великих трагедий" (страница 86)

   Явление двенадцатое

   Лариса и Паратов.

   Паратов. Очаровательница! (Страстно глядит на Ларису.) Как я проклинал себя, когда вы пели!
   Лариса. За что?
   Паратов. Ведь я – не дерево; потерять такое сокровище, как вы, разве легко?
   Лариса. Кто ж виноват?
   Паратов. Конечно, я, и гораздо более виноват, чем вы думаете. Я должен презирать себя.
   Лариса. За что же, скажите!
   Паратов. Зачем я бежал от вас! На что променял вас?
   Лариса. Зачем же вы это сделали?
   Паратов. Ах, зачем! Конечно, малодушие. Надо было поправить свое состояние. Да Бог с ним, с состоянием! Я проиграл больше, чем состояние, я потерял вас; я и сам страдаю, и вас заставил страдать.
   Лариса. Да, надо правду сказать, вы надолго отравили мою жизнь.
   Паратов. Погодите, погодите винить меня! Я еще не совсем опошлился, не совсем огрубел; во мне врожденного торгашества нет; благородные чувства еще шевелятся в душе моей. Еще несколько таких минут, да… еще несколько таких минут…
   Лариса (тихо). Говорите!
   Паратов. Я брошу все расчеты, и уж никакая сила не вырвет вас у меня, разве вместе с моей жизнью.
   Лариса. Чего же вы хотите?
   Паратов. Видеть вас, слушать вас… Я завтра уезжаю.
   Лариса (опустя голову). Завтра.
   Паратов. Слушать ваш очаровательный голос, забывать весь мир и мечтать только об одном блаженстве.
   Лариса (тихо). О каком?
   Паратов. О блаженстве быть рабом вашим, быть у ваших ног.
   Лариса. Но как же?
   Паратов. Послушайте: мы едем всей компанией кататься по Волге на катерах – поедемте!
   Лариса. Ах, а здесь? Я не знаю, право… Как же здесь?
   Паратов. Что такое «здесь»? Сюда сейчас приедут: тетка Карандышева, барыни в крашеных шелковых платьях; разговор будет о соленых грибах.
   Лариса. Когда же ехать?
   Паратов. Сейчас.
   Лариса. Сейчас?
   Паратов. Сейчас или никогда.
   Лариса. Едемте.
   Паратов. Как, вы решаетесь ехать за Волгу?
   Лариса. Куда вам угодно.
   Паратов. С нами, сейчас?
   Лариса. Когда вам угодно.
   Паратов. Ну, признаюсь, выше и благородней этого я ничего и вообразить не могу. Очаровательное создание! Повелительница моя!
   Лариса. Вы – мой повелитель.

   Входят Огудалова, Кнуров, Вожеватов, Робинзон, Карандышев и Иван с подносом, на котором стаканы шампанского.

   Явление тринадцатое

   Огудалова, Лариса, Паратов, Кнуров, Вожеватов, Робинзон, Карандышев и Иван.

   Паратов (Кнурову и Вожеватову). Она поедет.
   Карандышев. Господа, я предлагаю тост за Ларису Дмитриевну. (Все берут стаканы.)Господа, вы сейчас восхищались талантом Ларисы Дмитриевны. Ваши похвалы – для нее не новость; с детства она окружена поклонниками, которые восхваляют ее в глаза при каждом удобном случае. Да-с, талантов у нее действительно много. Но не за них я хочу похвалить ее. Главное, неоцененное достоинство Ларисы Дмитриевны – то, господа… то, господа…
   Вожеватов. Спутается.
   Паратов. Нет, вынырнет, выучил.
   Карандышев. То, господа, что она умеет ценить и выбирать людей. Да-с, Лариса Дмитриевна знает, что не все то золото, что блестит. Она умеет отличать золото от мишуры. Много блестящих молодых людей окружало ее; но она мишурным блеском не прельстилась. Она искала для себя человека не блестящего, а достойного…
   Паратов (одобрительно). Браво, браво!
   Карандышев. И выбрала…
   Паратов. Вас! Браво! браво!
   Вожеватов и Робинзон. Браво, браво!
   Карандышев. Да, господа, я не только смею, я имею право гордиться и горжусь. Она меня поняла, оценила и предпочла всем. Извините, господа, может быть, не всем это приятно слышать; но я счел своим долгом поблагодарить публично Ларису Дмитриевну за такое лестное для меня предпочтение. Господа, я сам пью и предлагаю выпить за здоровье моей невесты!
   Паратов, Вожеватов и Робинзон. Ура!
   Паратов (Карандышеву). Еще есть вино-то?
   Карандышев. Разумеется, есть; как же не быть? Что ты говоришь? Уж я достану.
   Паратов. Надо еще тост выпить.
   Карандышев. Какой?
   Паратов. За здоровье счастливейшего из смертных, Юлия Капитоныча Карандышева.
   Карандышев. Ах, да. Так ты предложишь? Ты и предложи, Серж! А я пойду похлопочу; я достану. (Уходит.)
   Кнуров. Ну, хорошенького понемножку. Прощайте. Я заеду закушу и сейчас же на сборный пункт. (Кланяется дамам.)
   Вожеватов (указывая на среднюю дверь). Здесь пройдите, Мокий Парменыч. Тут прямо выход в переднюю, никто вас и не увидит.

   Кнуров уходит.

   Пиратов (Вожеватову). И мы сейчас, едем. (Ларисе.) Собирайтесь!

   Лариса уходит направо.

   Вожеватов. Не дождавшись тоста?
   Паратов. Так лучше.
   Вожеватов. Да чем же?
   Паратов. Смешнее.

   Выходит Лариса с шляпкой в руках.

   Вожеватов. И то смешнее. Робинзон! едем.
   Робинзон. Куда?
   Вожеватов. Домой, сбираться в Париж.

   Робинзон и Вожеватов раскланиваются и уходят.

   Паратов (Ларисе тихо). Едем! (Уходит.)
   Лариса (Огудаловой). Прощай, мама!
   Огудалова. Что ты! Куда ты?
   Лариса. Или тебе радоваться, мама, или ищи меня в Волге.
   Огудалова. Бог с тобой! Что ты!
   Лариса. Видно, от своей судьбы не уйдешь. (Уходит.)
   Огудалова. Вот, наконец, до чего дошло: всеобщее бегство! Ах, Лариса!.. Догонять мне ее иль нет? Нет, зачем!.. Что бы там ни было, все-таки кругом нее люди… А здесь хоть и бросить, так потеря не велика.

   Входят Карандышев и Иван с бутылкой шампанского.

   Явление четырнадцатое

   Огудалова, Карандышев, Иван, потом Евфросинья Потаповна.

   Карандышев. Я, господа… (Оглядывает комнату.) Где ж они? Уехали? Вот это учтиво, нечего сказать! Ну, да тем лучше! Однако когда ж они успели? И вы, пожалуй, уедете? Нет, уж вы-то с Ларисой Дмитриевной погодите! Обиделись? – понимаю! Ну, и прекрасно. И мы останемся в тесном семейном кругу… А где же Лариса Дмитриевна? (У двери направо.)Тетенька, у вас Лариса Дмитриевна?
   Евфросинья Потаповна (входя). Никакой у меня твоей Ларисы Дмитриевны нет.
   Карандышев. Однако что ж это такое, в самом деле! Иван, куда девались все господа и Лариса Дмитриевна?
   Иван. Лариса Дмитриевна, надо полагать, с господами вместе уехали… Потому как господа за Волгу сбирались, вроде как пикник у них.
   Карандышев. Как за Волгу?
   Иван. На катерах-с. И посуда, и вина, все от нас пошло-с; еще давеча отправили; ну, и прислуга – все как следует-с.
   Карандышев (садится и хватается за голову). Ах, что же это, что же это!
   Иван. И цыгане, и музыка с ними – все как следует.
   Карандышев (с горячностью). Харита Игнатьевна, где ваша дочь? Отвечайте мне, где ваша дочь?
   Огудалова. Я к вам привезла дочь, Юлий Капитоныч; вы мне скажите, где моя дочь!
   Карандышев. И все это преднамеренно, умышленно – все вы вперед сговорились… (Со слезами.)Жестоко, бесчеловечно жестоко!
   Огудалова. Рано было торжествовать-то!
   Карандышев. Да, это смешно… Я смешной человек… Я знаю сам, что я смешной человек. Да разве людей казнят за то, что они смешны? Я смешон – ну, смейся надо мной, смейся в глаза! Приходите ко мне обедать, пейте мое вино и ругайтесь, смейтесь надо мной – я того стою. Но разломать грудь у смешного человека, вырвать сердце, бросить под ноги и растоптать его! Ох, ох! Как мне жить! Как мне жить!
   Евфросинья Потаповна. Да полно ты, перестань! Не о чем сокрушаться-то!
   Карандышев. И ведь это не разбойники, это почетные люди… Это все приятели Хариты Игнатьевны.
   Огудалова. Я ничего не знаю.
   Карандышев. Нет, у вас одна шайка, вы все заодно. Но знайте, Харита Игнатьевна, что и самого кроткого человека можно довести до бешенства. Не все преступники – злодеи, и смирный человек решится на преступление, когда ему другого выхода нет. Если мне на белом свете остается только или повеситься от стыда и отчаяния, или мстить, так уж я буду мстить. Для меня нет теперь ни страха, ни закона, ни жалости; только злоба лютая и жажда мести душат меня. Я буду мстить каждому из них, каждому, пока не убьют меня самого. (Схватывает со стола пистолет и убегает.)
   Огудалова. Что он взял-то?
   Иван. Пистолет.
   Огудалова. Беги, беги за ним, кричи, чтоб остановили.

   Действие четвертое

   Лица

   Паратов.
   Кнуров.
   Вожеватов.
   Робинзон.
   Лариса.
   Карандышев.
   Илья.
   Гаврило.
   Иван.
   Цыгане и цыганки.

   Декорация первого действия. Светлая летняя ночь.

   Явление первое

   Робинзон с мазиком в руках и Иван выходят из кофейной.

   Иван. Мазик-то пожалуйте!
   Робинзон. Не отдам. Ты играй со мной! Отчего ты не играешь?
   Иван. Да как же играть с вами, когда вы денег не платите!
   Робинзон. Я после отдам. Мои деньги у Василия Данилыча, он их увез с собой. Разве ты не веришь?
   Иван. Как же вы это с ними на пикник не поехали?
   Робинзон. Я заснул; а он не посмел меня беспокоить, будить, ну, и уехал один. Давай играть!
   Иван. Нельзя-с, игра не равна; я ставлю деньги, а вы нет; выигрываете – берете, а проигрываете – не отдаете. Ставьте деньги-с!
   Робинзон. Что ж, разве мне кредиту нет? Это странно! Я первый город такой вижу; я везде, по всей России все больше в кредит.
   Иван. Это я оченно верю-с. Коли спросить чего угодно, мы подадим; знавши Сергея Сергеича и Василья Данилыча, какие они господа, мы обязаны для вас кредит сделать-с; а игра денег требует-с.
   Робинзон. Так бы ты и говорил. Возьми мазик и дай мне бутылку… чего бы?..
   Иван. Портвейн есть недурен-с.
   Робинзон. Я ведь дешевого не пью.
   Иван. Дорогого подадим-с.
   Робинзон. Да вели мне приготовить… знаешь, этого… как оно…
   Иван. Дупелей зажарить можно; не прикажете ли?
   Робинзон. Да, вот именно дупелей.
   Иван. Слушаю-с. (Уходит.)
   Робинзон. Они пошутить захотели надо мной; ну, и прекрасно, и я пошучу над ними. Я, с огорчения, задолжаю рублей двадцать, пусть расплачиваются. Они думают, что мне общество их очень нужно – ошибаются; мне только бы кредит; а то и один не соскучусь, я и solo могу разыграть очень веселое. К довершению удовольствия, денег бы занять…

   Входит Иван с бутылкой.

   Иван (ставит бутылку). Дупеля заказаны-с.
   Робинзон. Я здесь театр снимаю.
   Иван. Дело хорошее-с.
   Робинзон. Не знаю, кому буфет сдать. Твой хозяин не возьмет ли?
   Иван. Отчего не взять-с!
   Робинзон. Только у меня – чтоб содержать исправно! И, для верности, побольше задатку сейчас же!
   Иван. Нет, уж он учен, задатку не дает: его так-то уж двое обманули.
   Робинзон. Уж двое? Да, коли уж двое…
   Иван. Так третьему не поверит.
   Робинзон. Какой народ! Удивляюсь. Везде поспеют; где только можно взять, все уж взято, непочатых мест нет. Ну, не надо, не нуждаюсь я в нем. Ты ему не говори ничего, а то он подумает, что и я хочу обмануть; а я горд.
   Иван. Да-с, оно, конечно… А как давеча господин Карандышев рассердились, когда все гости вдруг уехали! Очень гневались, даже убить кого-то хотели, так с пистолетом и ушли из дому.
   Робинзон. С пистолетом? Это нехорошо.
   Иван. Хмельненьки были; я полагаю, что это у них постепенно пройдет-с. Они по бульвару раза два проходили… да вон и сейчас идут.
   Робинзон (оробев). Ты говоришь, с пистолетом? Он кого убить-то хотел – не меня ведь?
   Иван. Уж не могу вам! сказать. (Уходит.)

   Входит Карандышев, Робинзон старается спрятаться за бутылку.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 [86] 87 88 89 90

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация