А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сборник лучших анекдотов от Тараса. Выпуск 2" (страница 1)

   Сборник лучших анекдотов от Тараса. Выпуск 2

   Старший брат – младшему:
   – Хаим, скажи «перепелка».
   – Ну, перепелка.
   – Без «ну»! Просто: «перепелка».
   – Ну, перепелка.
   – Просто «перепелка», без всяких там «ну».
   – Перепелка.
   – Ну!


   У старого Хаима спрашивают:
   – Как здоровье?
   – Не дождетесь!


   – Раппопорт! Куда это вы в такую рань?
   – Я? В бордель.
   – В семь утра?!
   – Да, хочу поскорее отделаться.


   Двойра стоит на перроне и громко рыдает. К ней подходит бородатый единоверец.
   – Что случилось?
   – О Боже, я опоздала на поезд!
   – Намного?
   – На две минуты…
   – А верещишь так, будто по крайней мере на два часа!


   Местечковый лавочник оказался в купе в компании трех коммивояжеров. Через некоторое время один из них произносит:
   – Двадцать семь… Остальные смеются.
   Второй:
   – Тридцать пять. Остальные смеются.
   Лавочник, догадавшись, что они рассказывают пронумерованные анекдоты, наугад говорит:.
   – Сорок четыре. Никто не смеется.
   – Не смешной? – спрашивает лавочник.
   – Не в том дело. Этот анекдот надо еще уметь рассказать!


   На вокзале:
   – Сколько ехать от Киева до Бердичева?
   – Четыре часа.
   – А от Бердичева до Киева?
   – Тоже четыре, неужели не ясно?
   – Конечно неясно. Вот от Пасхи до праздника Пурим один месяц, а от праздника Пурим до Пасхи – одиннадцать!


   Двойра возвращается с базара:
   – Ну, Хаим, мне там такого наговорили, такого наговорили! Последними словами обзывали!
   – Сколько раз тебе говорить: не ходи туда, где все тебя знают!

   – Каков негодяй! Каков мерзавец!
   – Кто?
   – Да этот Гольдман! Он посмел назвать мою жену потаскухой! Будь у меня револьвер, я влепил бы ему пощечину!


   Бедный еврей просит вспомоществование у местечкового богача.
   – Ни копейки не дам, – говорит богач, – у меня и без того на содержании три сестры.
   – Но ведь все говорят, что вы не даете им ни гроша?!
   – Ну, видите, родным сестрам не даю, а вы хотите, чтобы я дал вам?


   – Господин Гольдберг, помните, в прошлом году вы заняли у меня сто рублей?
   – Помню, помню.
   – А раз помните, то скажите, когда я получу их обратно?
   – А я откуда знаю? Что я, пророк?


   – Гольдберг, за вами рубль!
   – Где?!


   – Господин Кон, у вас не найдется двадцати рублей?
   – Нет ни копейки.
   – А дома?
   – Спасибо, дома все хорошо.


   – Послушайте, Кац, вы это шутя ударили меня по щеке или всерьез?
   – Да уж конечно, всерьез, чтобы помнил, за что.
   – Ну хорошо, а то были бы плохие шутки!


   Встречаются бердичевский еврей и варшавский. Варшавский:
   – Сколько евреев живет в Бердичеве?
   – Тысяч пять.
   – А христиан?
   – Сотни две.
   – И что они делают?
   – Известно что: дрова рубят, воду носят, за конями присматривают… А в Варшаве сколько евреев?
   – Да тысяч двести.
   – А христиан?
   – Раза в два больше.
   – На что же вам столько дровосеков и водоносов?!


   – Ну, как тебя принял Гольдман?
   – Ты считаешь, – это прием, когда на столе только пепельница?


   В купе вагона заходит речь о знаменитостях. У окна сидит интеллигент-еврей и время от времени вставляет короткое замечание о происхождении упоминаемой знаменитости.
   – Спиноза…
   – Еврей.
   – Колумб…
   – Крещеный испанский еврей.
   – Оффенбах…
   – Еврей.
   – О Господи Исусе, Пресвятая Богородица!
   – Тоже евреи.


   Приходит еврей к соседу и видит на стене репродукцию.
   – Что это?
   – Святое семейство.
   – А почему они в одних простынях? Где у нее платье, где у него костюм?
   – У них не было такой одежды.
   – А почему они босиком?
   – У них не было туфель.
   – Гм… В простынях, босиком, а на фотографа деньги нашлись!


   В хедере:
   – Ребе, что такое гиппопотам?
   – Это такая сумасшедшая рыба.
   – А почему она живет на суше?
   – Я же и говорю: сумасшедшая.


   – Слушай, Хаим, ты часто меняешь рубашку?
   – По пятницам, в бане.
   – А Шмуль Айзенбаум из Коломыи? Такой богатый купец!
   – Он, я-думаю, два раза в неделю.
   – А Ротшильд?
   – Ну, Ротшильд может позволить себе менять рубашку каждый день.
   – А наш император?
   – Император?.. Император, я думаю, снимет рубашку, наденет рубашку, снимет, наденет, снимет, наденет…


   – Сара, вчера мне хотели дать по морде!
   – Откуда ты знаешь?
   – Да потому что дали.
   – Что ж ты говоришь, что хотели?
   – Так если б не хотели, разве бы дали?


   – Что вы себе позволяете, господин Гольдберг! Я не какая-нибудь продажная, девка!
   – Разве я говорил о деньгах?


   На субботнем балу коммивояжер Гольдберг делает нескромное предложение партнерше.
   – Простите, но вы свинья! Я не такая, за какую вы меня принимаете!
   – Ах, в таком случае прошу прощения.
   – А если бы я была такая, за какую вы меня принимаете, сколько бы вы дали?


   – Хаим, что бы ты сделал, если бы у тебя был миллион?
   – Ничего.
   – Как ничего?
   – А зачем мне что-то делать, если у меня есть миллион?


   За званым ужином речь заходит о погребении.
   – Я хотел бы покоиться рядом с Наполеоном, – говорит один из гостей.
   – А я – рядом с Марией-Антуанеттой, – говорит второй.
   – А я – рядом с госпожой Зильберштейн, – говорит третий.
   – Но ведь она еще, слава Богу, жива!
   – А я что – труп, что ли?


   Кац пренебрежительно разглядывает памятник Гете.
   – И за что ему поставили памятник! Ни король, ни генерал, только и сделал, что написал «Разбойников»!
   – Что вы, «Разбойников» написал Шиллер!
   – Ну, видите, даже «Разбойников» не написал!


   – Господин Гольдберг, говорят, вчера Кац подстерег вас в лесу и дал вам пощечину.
   – Э-э, тоже мне лес – всего-то пара деревьев!


   Банкир Кон показывает знакомому свой только что отстроенный особняк:
   – Вот тут салон… тут спальня… тут кабинет… А в этой большой столовой на первом этаже может одновременно сесть за стол – не приведи Господь! – 50 человек.


   – Хаим, наш мальчик будет учиться играть на скрипке!
   – Но у него же совершенно нет слуха!
   – Причем тут слух? Его же будут учить играть, а не слушать!


   В школе учитель пытается объяснить Натану тайну чуда:
   – Слушай, если ты упал с колокольни и остался целым и невредимым, что это будет?
   – Случайность.
   – Хорошо. А если ты упал с колокольни еще раз и снова остался целым и невредимым, что это будет?
   – Счастье.
   – А если ты и в третий, и в четвертый раз слетишь с колокольни на землю и останешься целым и невредимым, что это будет?
   – Привычка.



   Судья:
   – Свидетель, ваша фамилия?
   – Менухин.
   – Имя?
   – Исаак.
   – Место жительства?
   – Бердичев.
   – Занятие?
   – Мелкий гешефт.
   – Вероисповедание?
   – Господин судья, если зовут меня Исаак Менухин, живу я в Бердичеве и занимаюсь мелким гешефтом, то кто я, по-вашему? Буддист?!



   Суд выносит решение: Рабинович должен публично заявить, что обруганный им Зильберкранц – человек честный, а не мошенник. Рабинович встает и говорит с удивленной интонацией:
   – Зильберкранц – честный человек? Зильберкранц – не мошенник? Суд призывает его к порядку. Рабинович в ответ:
   – Я что-то не пойму, мы договаривались о словах или о мелодии?



   В третьем рейхе, на школьном уроке:
   – Гольдман, к какой расе принадлежат евреи?
   – К семитской.
   – Правильно. А немцы?
   – К антисемитской.


   – Я купил у вас в лавке мацу…
   – Да, и что?
   – Ее же нельзя разломать, а не то чтобы есть!
   – А я вас уверяю, что если бы евреям, скитавшимся с нашим праотцом Моисеем по синайской пустыне, дали эту мацу, они бы прослезились от счастья.
   – Что ж, тогда эта маца была еще свежая.


   Два местечковых еврея разглядывают афишу.
   – Смотри, тут написано: пантомима. Что еще за пантомима?
   – А, это когда люди разговаривают друг с другом, но ничего не говорят.



   В местечко приезжает коммивояжер. На улице видит старого еврея. В обеих руках он несет огромный арбуз.
   – Простите, где здесь Липовая улица? Прохожий на минуту задумывается, потом вручает арбуз приезжему:
   – Подержите. Затем широко разводит руками и говорит:
   – Я не знаю.


   Хаим осматривает Музей восточного искусства. Останавливается перед статуей Будды с двенадцатью руками и изумленно восклицает:
   – Шесть пар рук! Боже милостивый, вот кто любил поговорить!



   Сидят дома муж и жена евреи.
   Муж (задумчиво так):
   – Софочка..
   Жена:
   – Шо?
   Муж:
   – Сегодня вечером мы пойдем в гости.
   Жена:
   – Пойду помою шею.
   Проходит немного времени. Жена возвращается, сидят дальше.
   Муж (задумчиво):
   – Софочка..
   Жена:
   – Шо?
   Муж:
   – Сегодня, пожалуй мы никуда не пойдем…
   Жена:
   И шо я теперь, как дура, буду сидеть с мытой шеей??!!!



   В магазине объявление: «Евреям сметану не продавать!»
   Вбегает директор и начинает возмущаться:
   – Это что у меня тут за антисемитизм развели!?!?
   – А Вы, пгостите, эту сметану пгобовали?!



   Идут два юдаса, смотрят столб и надпись: «Кто на столб залезет – русским станет». Один другому говорит: «Абрам, подсади, а я тебе потом руку подам и русскими станем». В общем помог ему Абрам и говорит: «Мойша, давай руку.» Hа что Мойша отвечает: «Иди отсюда, еврейская рожа».


   Приходит Абрам домой и говорит:
   – Меня кто-то ужалил в поц. Очень болит.
   Сара ощупала его и спрашивает:
   – А теперь можешь?
   – Нет, надо идти к врачу.
   Пошли вдвоем. Первой к доктору зашла Сара и говорит:
   – Мужа укусила в член пчела. Товарищ доктор, вы лечите боль, а опухоль оставьте.


   – Изя, ты калитку закрыл?
   – Закрыл, Соня, закрыл.
   – Хорошо. А железную дверь закрыл?
   – Закрыл, Соня. Спи уже!
   – Ha английский замок закрыл?
   – Закрыл-закрыл.
   – А нa нижний замок?
   – И нa нижний. Хватит, Соня, давай спать, золотце!
   – А нa щеколдочку ведь точно не закрыл, я жеж тебя не знаю!..
   – И нa щеколдочку закрыл, Соня.
   – А вторую дверь закрыл?
   – Дa, золотко. Закрыл же!
   – А замок щелкнул? Ты слушал?
   – Слушал, Соня, слушал! Замок щелкнул.
   – И нa цЕпочку закрыл?
   – И нa цЕпочку закрыл. Мы уже будем спать или мы не будем спать?
   – Подожди. А шваброй ты дверь припер?
   – Ой, небо!.. Шваброй то я и не припер.
   – Hу вот! С тобой не соскучишься! Заходи и бери что хочешь!



   – Тетя Сара, тета Сара, ваш Мойша есть г. но!
   – Мойша, дурак, не наедайся, скоро обед!



   Сидят Абрам и Мойша на унитазе и вдруг один спрашивает другого:
   – Как ты думаешь, какую мы сейчас работу выполняем умственную или физическую??
   – Пожалуй, умственную. Если бы физическую, то мы бы наняли кого нибудь…



   Еврей приезжает в Нью-Йорк. Заходит в ресторан и спрашивает у администратора:
   – Скажите, а где тут работает Сара?
   Тот указывает на стойку бара. Еврей подходит к Саре и говорит ей:
   – Вы мне так понравились. Я предлагаю вам двести долларов.
   Сара посмотрела на него: старый, толстый, лысый. Но двести долларов в Нью-Йорке – деньги, и согласилась. То же самое повторилось на следующий день. А на третий, когда они лежали на широкой кровати в богатых апартаментах, Сара спросила:
   – Вы такой богатый человек, откуда вы в Нью-Йорке?
   – Из Иерусалима, – отвечает еврей.
   – Так у меня же там живет тетя, – говорит Сара.
   – Правильно. Это она просила вам передать 600 долларов.


   Еврейка Хая высовывается из окна и кричит:
   – Беник, что ты делаешь?
   – Катаюсь на гамаке, мамочка.
   – Что ты, слезь сейчас же! Это же тети Сары лифчик!


   Инспектор ОВИРа отговаривает ученого еврея эмигрировать в Израиль:
   – Работа у вас хорошая, квартира хорошая, чего же вам еще не хватает?
   – Жена настаивает…
   – И вы, мужчина, не можете повлиять на жену?
   – Родители жены тоже хотят ехать…
   – Так пусть они и едут, а вы оставайтесь!
   – К сожалению, я единственный еврей в семье…



   Проект новых автодорожных правил: нарушил раз – прокол в паспорте, нарушил два – второй прокол, нарушил три – в графу национальность записывается «еврей».



   Трамвай едет по Ленинграду. Кондуктор объявляет остановки.
   – Площадь Урицкого!
   – Бывшая Дворцовая, – комментирует старый еврей.
   – Улица Гоголя!
   – Бывшая Малая Морская.
   – Проспект 25 Октября!
   – Бывший Невский.
   – Замолчите, наконец, товарищ еврей, бывшая жидовская морда.



   Еврея спрашивают, почему он не хочет вступать в партию.
   – Обязанности у меня будут, как у коммуниста, а права – как у еврея!



   Еврей поступает в аспирантуру на кафедру истории. На экзамене по истории он отвечает на все вопросы, но от него требуют все новых имен и дат.
   – Историку нужна особенно хорошая память! – говорят ему.
   – О, у меня прекрасная память. Себя я помню с восьмидневного возраста: надо мной склонился седобородый еврей и отрезал мне путь к поступлению в аспирантуру!



   Начальник отдела кадров задумчиво смотрит на еврея:
   – Вы нам по профилю не подходите.



   Старый еврей с сыном смотрят футбольный матч по телевизору.
   – Автор гола – Гершкович! – объявляет комментатор.
   – И ты думаешь, они этот гол защитают? – скептически говорит отец.



   Мойша, уезжая в командировку, приходит к раби.
   – Раби, у меня в матрасе 100,000, я уезжаю, я могу оставить их тебе на хранение?
   – Hу ты понимашь, я один такие вопросы не решаю, надо девятку собрать.
   Собрали. Порешили деньги взять.
   Командировка закончилась, приезжает Мойша и первым делом к раби.
   – Раби, я приехал.
   – Hу и что?
   – Hу так это, деньги бы назад получить…
   – Какие деньги?
   – Hу как же, я оставлял, еще девятку собирали…
   – Давай соберем, спросим…
   Собрали.
   – Люди, Мойша говорит, что оставлял нам на хранение деньги. Вы помните?
   – Какие деньги?
   Так Мойша ни фига и не получил. Выходит из синагоги, садится на порог, сидит грустный, думает.
   Выходит раби.
   – Мойша?
   – Что?
   – Теперь ты понял, с какими сволочами мне приходится работать?



   Лежит больной еврей и вроде-бы умирает. Его обступила вся родня и спрашивает:
   – Hу скажи хоть перед смертью, где ты деньги-то спрятал!!
   Еврей начинает поднимать руку и тут-же обессиленно роняет ее. Родня бросается ломать потолок в поисках денег-ни чего не нашли. Начинают опять приставать к умирающему:
   – Hу, миленький, скажи где деньги-то?!!
   Еврей двигает рукой в бок и опять замирает. Родня вдребезги разламывает печь. Опять облом. Через несколько дней еврей выздоравливает, родственники спрашивают:
   – А куда ты показывал-то?
   – Да никуда. Я перекрестится хотел.



   Встречаются как-то друзья евреи после долгих год разлуки, глядят – у друга Изи руки нет, ни хрена себе думают?!
   – Изя ты что на фронте был, руку-то потерял?!
   – Да нееет! В армию тянули… оторвали…



   Умирает старый еврей. Вокруг собрались родственники, друзья. Все вспоминают, какой хороший был Абрам и какими нехорошими они были иногда по отношения к нему и просят перед смертью простить их всех.
   – Хогошо, я пгощу вам все, но с одним условием: когда я умгу, запихайте мне в жопу кактус.
   – ???
   – Да, да, это мое последнее желание.
   Умер Абрам. Ему в жопу запихали кактус. Через пару минут звонок в дверь.
   Открывают – там менты.
   – Где здесь зверски замученный еврей?



   – Гуревич, ты где работаешь?
   – Нигде.
   – А что делаешь?
   – Ничего.
   – Слушай, это же классное занятие!
   – Да, но зато какая конкуренция!



   В командировке умер Абрам. Надо было как-то тактично, деликатно сообщить жене Абрама, чтоб та не убивалась от горя. Решили, что кроме Семы никто лучше этого не сделает. Он интеллигент и дипломат. Сема отыскал квартиру Абрама, позвонил. Hа пороге появилась жена Абрама:
   – В чем дело?
   Сема был обескуражен, но не настолько, чтоб потерять дар речи.
   – Вы знаете, мы с Абрамом были в командировке?
   – Знаю. И что?
   – Вы знаете, что мы прилично заработали?
   – Знаю. И что?
   – Вы знаете, мы все деньги пропили. И Абрам тоже.
   – Чтоб он подох! – вскричала жена.
   – Уже, – вздохнул Сема.


   Сидит еврейская семья, обедает. Тут отец семейства роняет вилку. Hо резко нагнувшись, успевает ее поймать у самого пола.
   Через полчаса сынишка выходит погулять и тут же вбегает обратно.
   – Папа, папа, там тетя Роза в лифте застряла.



   Выходит Сара на балкон утром:
   – Роза, мой Абрам у тебя?
   – Шоб он у меня был?!
   – Римма, Абрам у тебя?
   – Шоб он у меня был?!
   – Рахиля! Мой Абрам у тебя?
   – Шоб он у меня был, а шо такое?
   – Да вот, сказал что по блядям пойдет, и нет.
   – А шо мы бляди?
   – А шо, спросить нельзя?



   В Одессе умер Изя. Родственники решают, как бы подешевле сообщить об этом печальном событии родным в Израиль. Придумали и послали телеграмму: «Изя – все». Через неделю приходит ответная телеграмма: «Ой».



   Нищий стучится в дом.
   – Мадам, я уже три дня не видел мяса.
   – Сара, покажи ему котлету.



   Гость на обеде у старого еврея.
   Еврей:
   – Вы возьмите еще кусочек мяса
   – Спасибо, я уже съел два кусочка
   – Вообще-то четыре, да вы кушайте, кто же считает.


   Раввин читает в синагоге проповедь:
   – Евреи! Мы, как никакая другая нация, должны быть очень дружны между собой, свято соблюдать свои обязанности перед семьей. Пусть обрушится гнев Моисея на еврея, посещающего публичные дома!
   В это время раздается возглас:
   – Ну наконец-то вспомнил, где я оставил свои галоши!



   Двое русских предстали перед судом по обвинению в избиении двух евреев.
   – Гражданин судья! Распили мы пол-литра, включили радио. Они под Газой. Распили мы еще пол-литра – они уже на Суэцком канале. Пошли в магазин, взяли еще пол-литра, распили тут-же… Глядим, они уже здесь, возле метро стоят! Ну, мы их того…



   – Хаим, ты слышал новость? В зоопарке родился слоненок!
   – А евреям за это что-нибудь будет?



   Изобрели как-то в застойные годы экспертную системы с речевым вводом-выводом для отдела кадров. Решили испытать. Заходит первый испытуемый:
   И1: – Здравствуйте.
   ЭС: – Здравствуйте.
   ЭС: – Судимости есть?
   И1: – Есть.
   ЭС: – До свидания!
   Заходит второй испытуемый:
   И2: – Здравствуйте.
   ЭС: – Здравствуйте.
   ЭС: – Судимости есть?
   И2: – Нет.
   ЭС: – Родственники за границей есть?
   И2: – Есть.
   ЭС: – До свидания!
   Заходит третий испытуемый:
   И3: – Здррравствуйте.
   ЭС: – До свидания!



   – Я русский, – сказал Зорин.
   – А я американский, – сказал Киссинджер.



   – Абрам, ты вступил в КПСС?
   – Где? – спрашивает Абрам, осматривая свои ботинки.



   – Папа, а мы евреи?
   – Нет.
   – А скоро будем?..


   Приходит мужик в магазин канц. товаров:
   – У вас ватман есть?
   – Нет, он уже уволился.
   – Да нет, мне для кульмана!
   – Я же вам говорю: у нас евреи не работают!
   – Да нет, вы не поняли, я – дизайнер!
   – Я вижу, что не Иванов!



   Идут по пустыне русский и еврей. Русскому делать нечего, так он от тоски анекдоты про евреев рассказывает. В конце концов еврей не выдержал, заплакал и просит русского:
   – Иван, не рассказывай больше анекдотов про евреев.
   Ваня сжалился:
   – Ладно, – говорит, – не буду.
   Пять минут проходят в полном молчании. Потом у русского опять зачесался язык:
   – Давай анекдот расскажу.
   – Hо только не про евреев!
   – Hу ладно, не про них, так не про них. Идут, значит, по пустыне два негра – Мойша и Исаак…



   По телефону с еврейским акцентом:
   – Алле, это «Память»?
   – Да, да, еврейская морда!
   – Скажите, это пгавда, что жиды пгодали Россию?
   – Да, правда, жидовская ты морда!!
   – А где я могу получить свою долю?..



   Один еврей в Одессе подходит к другому еврею (извозчику) и просит подвезти на Дерибасовскую.
   – Садись.
   Проехали метров 20. Извозчик говорит: «Слезай.»
   – Зачем? – спрашивает тот.
   – Видишь дорога круто вверх пошла. Надо поддержать повозку. Вдруг лошадь не выдержит.
   Выехали на гору, пассажир только садиться, извозчик говорит: «Слезай.»
   – Зачем? – спрашивает тот.
   – Видишь дорога круто вниз пошла. Надо придержать повозку. Вдруг лошадь не выдержит.
   Спустились вниз, пассажир только садиться, извозчик говорит: «Слезай.»
   – Зачем? – спрашивает тот.
   – Приехали, вот твоя Дерибасовская.
   – Послушай, я понимаю, зачем я тебя брал. Я хотел доехать. Понимаю, зачем ты меня брал. Ты хотел заработать. Но зачем мы брали лошадь?…



   Анкета:
   Имеете ли вы судимость? – Нет
   Были ли родственники за границей? – Нет
   Были ли у вас психические заболевания? – Нет
   Национальность? – Да…



   Надписи на памятниках:
   «Здесь лежит старик 115 лет. У него сохранились все зубы. Пользуйтесь пастой «Фтородент»!
   «Здесь никто не лежит. Пользуйтесь презервативами фирмы «Хайм и К».



   Встречаются два еврея.
   – Слушай, Изя! Я вчера так смеялся! Я шел домой вечером и проходил мимо твоего дома. У тебя в спальне окна были не занавешены: горел свет, и я видел, как ты голый бегал за своей Сарой. Я так смеялся!..
   – Это я с тебя смеюсь!
   – Так! А почему?
   – Меня вчера вечером вообще не было дома.



   – Ой, Софочка, как хорошо вчера на вас джемпер лежал!
   – Джемпер?! Такого на мне вчера не было.



   К Абраму на работу прибегает сосед:
   – У тебя дома наш управдом имеет любовь с твоей женой!
   Оба бегут домой. Абрам смотрит в замочную скважину и облегченно вздыхает:
   – Слава Богу! Это не наш управдом.



   – Почему ты не ласкаешь меня? – спрашивает Сара мужа ночью.
   – Не могу, все время думаю, что нужно соседу 100 рублей отдать.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация