А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Доктор Данилов в МЧС" (страница 6)

   – Кабанов? – Елена наморщила лоб. – Нет, не помню. Расскажи, пожалуйста.
   – Валера был фельдшером на нашей подстанции. Летом в разгар отпускного сезона он работал один на полусуточной бригаде (полусуточная бригада – бригада, работающая на линии с 8.00 до 22.00 или с 9.00 до 23.00). Приехал на повод «женщина, 40, болит живот» к какой-то психопатке, которая, когда Валера стал пальпировать ей живот, обвинила его в том, что он хотел ее изнасиловать. Устроила скандал, звонила на подстанцию, написала заявление в полицию, тогда еще милицию, на центре всех достала своими письмами. Бедный Валера замучился объяснения давать (один день в милиции, другой – в центре). Похудел за месяц на двадцать килограмм, кожа и кости остались. Оправдался в итоге.
   – Что-то не припоминаю. Наверное, мимо меня прошло. У нас же каждый день какие-то скандалы, что-то можно и пропустить.
   – А самое главное, вся наша подстанция знала, что к женщинам у Валеры, в силу его нестандартной ориентации, не было никакого, как принято говорить, энтузиазма. Мы могли поверить во что угодно, только не в то, что Валера мог домогаться женских ласк.
   – Да вроде не было скандалов. Фельдшер, который с ним работал, божится, что все нормально было, обычная рутина, ничего особенного. Госпитализировал нестабильную стенокардию с автобусной остановки, затем отвез острый аппендицит из поликлиники, побывал у двух постоянных клиенток-гипертоничек. Ничего такого. И со слов водителя настроение у доктора было нормальным, даже анекдот рассказал, когда на подстанцию возвращались.
   – А большой и светлой любви на подстанции у него не было?
   – Представь себе, что я тоже об этом подумала, – саркастически усмехнулась Елена. – Не было.
   – Может, шифровались хорошо?
   – На «Скорой»? Я тебя умоляю! У нас долго не прошифруешься: максимум через неделю все тайное станет явным.
   – Пожалуй, ты права, – согласился Данилов. – Не скроешься. А как спасли? Заподозрили неладное?
   – Все гораздо проще. Один амбал из фельдшеров, которому сильно приспичило, рванул дверь так сильно, что сломал задвижку. Прикол хочешь?
   – Да.
   – Фельдшер «Скорой помощи» с десятилетним стажем упал в обморок, увидев на унитазе человека со вскрытыми венами. Представляешь?
   – Ничего странного, – пожал плечами Данилов. – Фактор неожиданности сработал. Одно дело на вызове такое увидеть, и совсем другое – в сортире на родной подстанции. Это тебе не диспетчера в объятиях охранника застать!
   – Но все равно как-то странно.
   – Фельдшеру полагается медаль, – серьезно сказал Данилов. – Можно дать «За спасение утопающих», смысл-то примерно один.
   – Тогда уж лучше диспетчеру, которая услышала шум падающего тела и пошла узнать, в чем дело. Она организовала спасение и госпитализацию.
   – Но если бы фельдшер не открыл дверь, то и спасать было бы некого.
   – Была бы моя воля, Данилов, я бы всем медали дала бы. А себе – орден. За терпение. Ты думаешь, что это единственное ЧП в моем районе?
   – Что еще случилось?
   – А-а, много всего. – Елена не захотела углубляться в подробности. – Сейчас начну перечислять – до ночи не остановлюсь. То машину из пневматической винтовки обстреляли, то врач с водителем анашу курили в дороге…
   – Ну не на подстанции же это делать? – улыбнулся Данилов. – Сразу все набегут, будут клянчить – «дай затянуться», весь кайф обломают.
   – Да, конечно. А вот с косяком в зубах мимо полицейского патруля проехать – самое то. И аромат на всю улицу из открытого окошка… Ну разве ж так можно?
   – Надо было с закрытыми окнами мимо патруля проезжать. А косячок в кулачок спрятать и морду кирпичом сделать. Чтоб никаких подозрений.
   – Тебе, Вова, шуточки, а мне – слезы. – Елена сделала попытку обидеться.
   – Ты ужинать хочешь, или так и будем стоять в прихожей? – коварно поинтересовался Данилов.
   – Буду! – сверкнула глазами Елена. – Я с утра ничего не ела, не до того было.
   – Тогда я пошел жарить яичницу. – Данилов поспешил на кухню.
   Елена и в самом деле была голодна, потому что даже и не подумала возмущаться: «Ну зачем ты меня искушаешь, Данилов? Какая может быть яичница на ночь глядя? Я же стану толстой, и ты меня разлюбишь!» – наоборот, попросила:
   – А можно не просто яичницу, а с гренками?

   Глава пятая
   А у нас в квартире газ…

   На подмосковной базе отряда в Бронницах постоянно дежурит пять поисково-спасательных групп по двадцать человек в каждой. Тринадцать спасателей (в то, что чертова дюжина – несчастливое число, здесь никто не верит хотя бы потому, что сам отряд «Главспас» был образован тринадцатого ноября), два кинолога с собаками, натасканными на поиск людей в завалах и т. п., четыре водителя, по совместительству также являющиеся спасателями, и один врач. Помимо врачей, которые постоянно работают только в составе поисково-спасательных групп, здесь дежурят и свободные врачи аэромобильного госпиталя.
   Кроме пятиместных аварийно-спасательных машин легкого класса ГАЗ-2752, оснащенных полным комплектом необходимого аварийно-спасательного оборудования, приборов и инструментов, в каждой поисково-спасательной группе есть один реанимобиль, на выезде превращающийся в медицинский пункт. При необходимости на нем можно доставить пострадавшего или пострадавших (предусмотрено расположение вторых носилок над основным койко-местом). Главная задача врача поисково-спасательной группы заключается не в госпитализации пострадавших (на это «Скорая помощь» имеется), а в организации (и разумеется, оказании) медицинской помощи пострадавшим и своим спасателям (при необходимости) в очаге ЧС.
   Спасатели – народ подготовленный, тренированный, огонь, воду и медные трубы прошедший. Однако разные бывают ситуации, всего не предусмотришь и не убережешься.
   Дежурство началось весело благодаря завхозу Николаю Анатольевичу, точнее, неизвестному шутнику, изменившему название «План эвакуации», висевшего в коридоре первого этажа, на «План эякуляции».
   – А если бы начальству на глаза попалось бы?! Что тогда?! – вопил завхоз, потрясая злосчастным планом. – Кому отвечать?!
   Николай Анатольевич негодовал совершенно искренне, без малейшего притворства. Щурил и без того узкие глаза, скалил прокуренные зубы, нервно дергал кадыком. Даже живот его, недвусмысленно говоривший о пристрастии Николая Анатольевича к пиву и сытной пище, колыхался как-то тревожно и неодобрительно.
   – Мне! А почему я должен отвечать за какого-то хохмача?! Что мне, своих проблем мало?
   Всем хватает своих проблем, но с другой стороны, иногда их может быть и впрямь мало, правда, вряд ли кто-то вздумает расстраиваться по этому поводу.
   – И ведь это кто-то образованный нахулиганил, – в одной из комнат отдыха дежурной смены завхоз ударился в дедукцию, – возможно, даже с медицинским образованием!
   При этом он подозрительно покосился на Данилова, читавшего в кресле детектив и не обнаруживающего никакого интереса к происходящему.
   – Да заголовок уже месяца три как поменяли, просто ты, Коля, внимания не обращал, – высказался в защиту Данилова, еще не отработавшего и двух месяцев, спасатель Кувшинников.
   Масло, подлитое в огонь, вспыхнуло моментально.
   – Месяца три! – задохнулся от возмущения завхоз. – О-о! Три месяца! И хоть бы одна сволочь сказала! Вот ты, Виталий, если видел, то почему не предупредил? За это время кто только к нам не приезжал. А если бы Сам приехал, что тогда? Он бы тут всем без разбора прописал бы эякуляцию, да еще и с наждаком!
   Данилов отвлекся от дедуктивных выкладок Ниро Вульфа (Ниро Вульф – частный детектив, персонаж серии детективных романов американского писателя Рекса Стаута) и попробовал представить себе эякуляцию с наждаком. Воображения не хватило.
   – Это же не просто хулиганство! – Праведный гнев завхоза все набирал обороты. – Это глумление над собственной профессией! Ну как спасатель может портить план эвакуации?! Основной, так сказать, наш с вами доку́мент!
   В слове документ Николай Анатольевич делал ударение на у.
   – Основной наш с вами доку́мент, дядя Коля, – это расчетная ведомость, – сказал кто-то.
   – Каждый сам понимает, какой доку́мент для него основной, – парировал завхоз. – Вот возьму и отдам на экспертизу! Что думаете, она не установит, кто руку приложил? Еще как прояснит дело! В наш век нанотехнологий для науки нет ничего невозможного! И вот тогда прошу не рассчитывать на снисхождение!
   – Расстрел на месте, без суда и следствия! – поддел Кувшинников.
   – Расстрел не расстрел, а уж год без премий – точно, – ответил Николай Анатольевич. – Так что советую сознаться. Чистосердечное признание уменьшает вину.
   – И увеличивает срок!
   – Тебе, Виталий, все бы шуточки шутить! – наконец-то обиделся завхоз. – Ладно, не хотите по-хорошему – дело ваше. Пусть будет по-плохому. Я сейчас пойду к Андрею Максимовичу, и пусть он, – завхоз снова возвысил голос, – разберется с этим делом!
   – Отвлекать начальника отряда по таким пустякам? – делано удивился Кувшинников, откладывая в сторону газету «Московский сплетник». – Ну-ну. Вот уж он обрадуется. Три раза спасибо скажет и премию тебе выпишет.
   – Предлагаешь спустить все на тормозах? – насупился завхоз.
   – Предлагаю аккуратно восстановить прежний заголовок, повесить план на место и забыть о нем.
   – До следующего хулиганства!
   – Далось тебе это дело, Коля! Это не хулиганство, а просто шутка. Работа у нас тяжелая, требующая эмоциональной разрядки. Если сам не в курсе, то сходи к психологам, они объяснят. А то взял моду с каждым пустяком к начальнику отряда бегать!
   – Я не бегаю, Виталий, а докладываю согласно инструкции о должностных обязанностях. И если кто-то надеется, что я буду скрывать, то он очень ошибается. Я никого покрывать не собираюсь! А то вам, шутникам, только дай повадку. Вы мне так все планы эвакуации перепортите! Это ж надо до такого додуматься: достать из-под стекла, испортить и аккуратно вставить обратно! Это же какой характер надо иметь…
   – Первая группа – по машинам! – прозвучало из динамиков. – Первая группа – на выезд!
   Уже сев в машину, Данилов узнал, что ехать недалеко, ЧП случилось здесь, в Бронницах. Взрыв в пятиэтажном панельном жилом доме в переулке Урицкого с обрушением перекрытий и обвал внешних стен третьего, четвертого и пятого этажей. Пожар. Предположительно взрыв магистрального бытового газа.

«А у нас в квартире газ!
А у вас?
– А у нас водопровод!
Вот!»

   Стихотворение Сергея Михалкова «А что у вас» Данилов выучил в детском саду и, подобно многим стихам, выученным в детстве, помнил до сих пор.
   С раннего детства, с самых что ни на есть младых ногтей, мать объяснила Вове Данилову, что близко подходить к газовой плите и тем более поворачивать ее ручки нельзя.
   Впрочем, ручки Вову не манили, гораздо больше интересовала его духовка. Так и хотелось забраться туда, включить свет и смотреть через окно на большой мир, то есть на кухню. Застигнутый при попытке уместиться в духовке с ногами, руками и головой таким образом, чтобы можно было закрыть дверцу, четырехлетний Вова был примерно наказан. Выслушал длинную нотацию, на неделю лишившись любимой передачи «Спокойной ночи, малыши» и мороженого. Потом улучил момент, когда мать проверяла сочинения, написанные ее учениками (проверка тетрадей это было святое, нельзя мешать и отвлекать, мать даже телефон выключала стационарный, мобильных тогда не было), тихонько открыл дверцу, вытащил два противня, залез и убедился, что время безнадежно упущено: раньше надо было осваивать духовку, когда рост был поменьше, руки-ноги покороче.
   Он вылез бесшумно, не лязгнув ни разу, вернул на место противни, закрыл дверцу и надеялся, что его исследовательская вылазка пройдет незамеченной. Напрасно, потому что на желтой майке и светло-серых коротких штанишках остались черные следы жира, которые выдали его с головой. Последовала еще одна нотация, закончившаяся таинственной угрозой в следующий раз объяснить по-плохому, если непонятно по-хорошему, и двухнедельное оставление без сладкого и телевизора. Сурово, но как же иначе? За рецидив положено наказывать сильнее.
   Когда сын пошел в первый класс, мать сочла, что он достаточно взрослый для того, чтобы начинать самостоятельно пользоваться плитой. Под ее чутким руководством Данилов прошел «курс молодого бойца», научился пользоваться как пьезозажигалкой, так и спичками и самостоятельно сварил себе на ужин два яйца всмятку. Радости не было предела: Данилов всегда тяготел к самостоятельности, и любое расширение полномочий поднимало его в собственных глазах еще на одну ступеньку. Он с удовольствием проверял перед уходом, закрыты ли вентили, через которые подается газ, а если они с матерью уезжали куда-то надолго, взбирался на табуретку и перекрывал кран на трубе, по которой газ поступал к плите. Разумеется, прежде чем щелкнуть выключателем по возвращении домой, принюхивался, не пахнет ли газом.
   Однажды классе в пятом он даже вызвал аварийную службу по номеру 04, потому что почувствовал запах газа. Действовал правильно: открыл все окна в квартире настежь и ушел звонить к соседке. Тревога оказалась ложной. Приехавшие аварийщики – два угрюмых мужика (угрюмы они были настолько, словно сразу же по окончании смены их должны были казнить) – опознали запах жженого карбида и в пять минут нашли виновного, восьмиклассника Пашу Полякова, жившего двумя этажами ниже. В отсутствие родителей балбес Паша развлекался тем, что жег на кухне в тазу карбид. Пообещав в следующий раз оштрафовать Данилова за ложный вызов, дядьки загрузились в свой желтый с красными полосами «уазик», оглушающе громко хлопнули дверями (оно и верно – с какой стати беречь казенный автомобиль, ведь чем раньше он развалится, тем быстрее пересадят на новый) и отбыли восвояси.
   Пашу вечером пороли так, что вопли были слышны и в соседнем здании (родители недавно сделали ремонт, поэтому вид подкопченного кухонного потолка привел их в ярость). Данилова мать похвалила за бдительность и объяснила, что никто его за ложный вызов штрафовать не будет, что угрюмые дядьки, вызванные Вовой по номеру «ноль четыре», просто так специфически пошутили, что в другой раз (тьфу-тьфу-тьфу, конечно) при подозрениях на утечку газа надо не раздумывать, а вызывать аварийку. Ну, можно предварительно спуститься к Поляковым и узнать, не проводит ли Паша каких-нибудь очередных зловредных опытов.
   Кстати, оболтус Паша в один прекрасный день взялся за ум, закончил юридический институт, подался в адвокаты и теперь иногда мелькает по телевизору в судебно-криминальных новостях. Не Паша, конечно, уже, а Павел Германович, бородатый, пузатый, солидный…
   Полуразрушенная четырехподъездная пятиэтажка горела, нещадно дымя. Черные клубы дыма стелились низко, наползая на соседние дома. Пламя охватило добрую половину здания, но с ним уже боролись пожарные. Из трех рукавов дом поливали водой, огонь понемногу сдавал позиции. На безопасном расстоянии кучковались зеваки, с интересом наблюдавшие за пожаром. Некоторые, вскинув руки с зажатыми в них телефонами, снимали происходящее.
   Поисково-спасательная группа сразу же приступила к работе. Несколько человек, в том числе и два кинолога с собаками, начали обследовать часть дома, не охваченную пламенем. Остальные начали прикидывать, как производить разбор завалов, когда пожар будет потушен, и вытаскивать из машин нужное снаряжение. Данилов вышел из машины, открыл дверь салона и стал ждать пострадавших. Водитель Сергей, по совместительству фельдшер, тоже вышел из машины и закурил, деликатно встав подальше от некурящего Данилова.
   – Сильно рвануло, – сказал он, кивая на два соседних дома, большинство окон в которых лишились стекол.
   – Да, – согласился Данилов.
   – Людям горе, а кому-то развлечение, – последовал второй кивок в сторону зевак. – Я вот не пойму: на память они, что ли, снимают?
   – Скорее, чтобы выложить в Интернет.
   – И какой в этом прок? – Сергей пожал плечами. – Ну, посмотрят твой ролик сто человек, ну, напишут «вау», «круто»… Меня лично от вида таких кинооператоров коробит. Так бы и накостылял…
   Данилов вспомнил «Скорую помощь», где любой выезд на улицу непременно сопровождался появлением таких операторов, вдобавок обожавших давать советы. Эти хоть, по крайней мере, не говорят пожарным, как надо тушить пожар. И то хлеб. Данилов старался не реагировать на таких непрошеных советчиков, сосредоточившись на деле, но те иногда прямо под руку лезли.
   Помощнички, будь они неладны… И что ведь интересно: упадет человек на улице, так до приезда «Скорой помощи» никто около него не остановится, прохожие будут равнодушно-отстраненно проходить мимо, не обращая на лежащего никакого внимания. Или притворяются, что ничего не замечают. Один черт – что в лоб, что по лбу.
   Но стоит только приехать «Скорой помощи»… Из машины вылезти не успеешь, как соберется вокруг твоего пациента толпа доброжелательных представителей общественности, двое-трое сразу же завопят: «Ну где вас носит? Тут же человек умирает!» Кто-то непременно выскажет предполагаемую причину задержки. Причина эта может быть любой, от «таксуют по вокзалам» до «чаи гоняют и в карты режутся». Остальные же начнут давать советы. Процентов сорок от числа собравшихся-столпившихся достанут телефоны и начнут съемку.
   Один увлеченный своим делом парнишка сказал Данилову, накладывавшему шину на сломанную ногу пациентки: «Вы бы подвинулись боком, доктор, а то мне из-за вашей спины не видно, что вы делаете. Сели как монумент». Данилов, не отрываясь от дела и даже не повернув головы, посоветовал настырному хроникеру отправиться по общеизвестному в России адресу, забрав с собой свою видеоаппаратуру, и там уж, не мешая никому, вдоволь заниматься съемками. И парочку-троечку существительных с прилагательными добавил, не без этого. Ничего – больше никто не беспокоил, хотя снимать продолжали. Лежит небось до сих пор где-то на Ю-тубе ролик под названием «Матерщинник со «Скорой» или, например, «Врач-убийца общается с народом». Ну и хрен с ним, пусть лежит для истории. Раз Ю-туб существует, должны же храниться на нем видеоролики.
   – Всем костылять замучаешься, – ответил Данилов.
   – Я сам из города Апатиты Мурманской области. – Сергей часто вспоминал, откуда он родом, противопоставляя свою родину столице Москве и Подмосковью. – У нас все по-другому.
   – Ну, если ползать, как беременные тараканы, то и до завтра не потушите! – крикнули из толпы зевак.
   – Еще как минимум две машины подогнать надо! – отозвался другой голос.
   – Где их взять – давно все разворовали! – добавил третий.
   Данилов представил, как, наверное, пожарным, слышащим такую, с позволения сказать, оценку своей деятельности, хочется развернуться и обдать советчиков и комментаторов мощной струей воды.
   Словно в ответ на комментарии, к дому, немилосердно завывая сиреной, подъехали еще две пожарные машины, из которых на асфальт горохом посыпались пожарные. Скромно, без сирены и с выключенной мигалкой, подъехал автомобиль местной «Скорой помощи». Безошибочно вычислив коллег, водитель остановился в двух метрах от Данилова и закончившего к тому времени курить Сергея.
   – Леша, – представился молодой, спортивного вида парень, вышедший из кабины. – А это – Валя, мой фельдшер.
   Круглолицая, немного рыхловатая Валя была постарше своего доктора лет на пять. Данилов с Сергеем представились, пожали Леше руку, а Вале кивнули.
   – Нас прислали дежурить на пожаре.
   – Нас тоже, – ответил Данилов. – Но пока пострадавших нет.
   – Все контуженные самотеком отправились в ЦРБ, она рядом, вон за тем поворотом, – врач Леша указал рукой вправо.
   – Прямо все сами? – не поверил Данилов.
   – Кого-то соседи отнесли. Мы только что из приемного отделения, там такая кутерьма. А в салон к вам заглянуть можно?
   – Да, – разрешил Данилов и, улыбнувшись, добавил: – Только осторожно.
   Леша сунул голову в салон, повертел ею, поцокал языком, выражая одобрение и зависть, и, обернувшись к Данилову, сказал:
   – Круто!
   – В сущности, ничего особенного, – поскромничал Данилов. – У ваших БИТ-ов (БИТ – специализированная бригада интенсивной терапии), наверное, не хуже.
   – Никакого сравнения, – пренебрежительно скривился Леша. – Небо и земля!
   Фельдшер Валя в салон к Данилову заглядывать не стала. Посмотрела на горящее здание, вздохнула и с чувством сказала:
   – Проклятые сварщики! Набирают же всяких дебилов!
   – Вы уже знаете, кто виноват? – удивился Данилов.
   – Весь город в курсе! – ответила Валя, ничуть не смутившись недоверием. – Вчера начали на лестницах решетки варить, а сегодня с утра пораньше рвануло.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация