А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Доктор Данилов в МЧС" (страница 14)

   За десять минут, проведенные на кухне, Данилов успел осознать новость, обрадоваться скорому появлению ребенка, ужаснуться тому, насколько радикально придется менять жизненный режим, побеспокоиться насчет того, как воспримет эту новость Никита. А вдруг он начнет ревновать и уйдет в себя? Подростки такие непредсказуемые…
   С Никиты он и начал разговор, когда вернулся в гостиную с подносом в руках. Только предварительно уточнил:
   – Печенье принести?
   – Нет, – затрясла головой Елена. – Больше ничего калорийного! А то разнесет во все стороны, буду как тетушка бегемотиха.
   – Ты будешь очень симпатичной тетушкой бегемотихой. – Данилов поставил поднос на журнальный столик, пододвинув его поближе к Елене, и сел рядом с ней на диван.
   – Ты хотела обсудить, как сказать об этом Никите? – спросил он.
   – Что там говорить? – фыркнула Елена. – Просто скажу, и все тут. Тем более что он пару раз интересовался, почему мы с тобой не заводим детей. Даже сказал, что готов нам посодействовать в воспитании сестры или брата. Я обещала непременно предоставить ему такую возможность. Мне хотелось поговорить с тобой о ребенке и о том, что его появление требует определенных жертв…
   – Я понимаю, – перебил Данилов, – пеленки, походы на молочную кухню, и все такое…
   – Это мелочи, я хочу поговорить о глобальном. Сейчас, только соберусь с мыслями.
   Елена это делала долго. Данилов дважды подливал в ее чашку чай.
   – Ты, Вова, – хороший человек, несмотря на то, что иногда тебя заносит, – начала она. – С тобой хорошо жить, комфортно и в то же время неспокойно.
   – Комфортно и в то же время неспокойно? – переспросил Данилов, немного озадаченный подобным предисловием. – Как это? Несостыковочка…
   – Нет. Комфортно, потому что ты не будешь делать каких-нибудь гадостей тайком. Ты, Вова, из той категории людей, к которым, как говорят в народе, можно в бане спиной поворачиваться. Но с другой стороны, ты постоянно преподносишь сюрпризы.
   Насчет этого Данилов спорить не стал. Бывает, не без этого.
   – Посмотреть на тебя с одной стороны – увидишь мужчину в полном рассвете сил, с другой – подростка. Иногда мне кажется, что вы с Никитой ровесники, настолько одинаково вы себя ведете.
   Данилов не замечал за собой ничего подобного, но возражать пока не стал.
   – Очень хочется верить, что ты, наконец…
   – Образумишься? – подсказал Данилов.
   – Нет.
   – Повзрослеешь?
   – Скажем так – станешь более серьезным, начнешь более вдумчиво относиться к жизни…
   С каждым словом Данилов мрачнел все больше. Елене захотелось разрядить обстановку шуткой, но она выбрала не самую удачную.
   – Трое детей на меня одну – это слишком, – улыбнулась она. – Пусть будет поровну – двое детей и двое взрослых!
   – Трое детей?! – От возмущения и мгновенно возникшей боли в висках у Данилова перехватило дыхание; с возмущением удалось справиться почти мгновенно, а с головной болью – нет. – Спасибо тебе! Никак не ожидал…
   – Вова!
   – Да Вова я, Вова! – Данилов вскочил, больно толкнувшись ногами в стол. – Твой самый старший ребенок! Вовочка из анекдотов!
   Путей развития конфликта было два: высказать все, не сходя с места, или уйти на кухню и выпить обезболивающую таблетку, нет, лучше сразу парочку. Данилов так и сделал. Заодно и воду из кружки попил мелкими глоточками. Прекрасный способ, успокаивает практически сразу. А если еще следом водки накатить… «Стоп! – скомандовал себе Данилов. – Никакой водки, а то завел опять моду держать в холодильнике наготове бутылку. Даешь здоровый образ жизни!»
   Здоровый – так здоровый. Данилов открыл форточку и встал под ней дышать морозным воздухом и ждать, пока пройдет головная боль. Ветер время от времени забрасывал внутрь снежинки. Было очень приятно чувствовать, как они, холодные, садятся на лицо и тают.
   «Тоже мне – ребенок! Трое детей… – вертелось в голове и отдавалось где-то в груди. – Более вдумчиво относиться к жизни… Видел я в дурдоме таких вдумчивых, с аминазина (аминазин – препарат, применяемый в психиатрии, обладающий выраженным антипсихотическим и седативным действием) не слезали…»
   Услышав, как на кухню вошла Елена, Данилов тотчас же захлопнул форточку и обернулся к ней.
   – Вова, ты плакал?! – изумилась Елена.
   – Нет, – ответил Данилов и, поняв, что навело жену на такую мысль, провел по лицу ладонью. – Это снежинки…
   – Давай не будем ссориться.
   – Хорошо, – согласился Данилов. – Только не увлекайся, пожалуйста, сравнениями.
   – Не буду. – Елена чиркнула себя большим пальцем по горлу. – Зуб даю! Тем более что я была не права. Это не ты – как ребенок, все мужчины большие дети. В душе.
   – Ты прекращай эту свою гендерно-шовинистическую агитацию, – посоветовал Данилов. – А то я тоже могу сказать, что женщины, пусть даже молодые, в душе похожи на старых бабок. Только и знают что ворчать.
   – Ты слышишь, а? – Елена положила руку на живот и опустила глаза. – Ты слышишь, какого о нас мнения твой папаша?
   – А твоя мамаша готова вовлечь в семейные разборки даже шестинедельный эмбрион, лишь бы обзавестись союзником! – парировал Данилов, глядя на то, как нежно и бережно скользит рука по нисколько еще не увеличившемуся животу. – Еще не знает, кто ты, а уже «какого о нас мнения твой папаша». И вообще, давай ты не будешь употреблять это пошлое словцо. Папа – это нормально, отец – тоже, а от папаши меня сразу тошнит.
   – Мы будем звать тебя папочкой, – пообещала Елена и просюсюкала: – Папочка, пойдем пить чай с мамочкой, а то без тебя скучно.
   – И не с кем вести серьезные разговоры за жизнь… – поддел Данилов.
   – Они закончились.
   – Так быстро? – притворно удивился Данилов.
   – Ты же, кажется, все понял? – Елена склонила голову набок и поиграла бровями. – Или нет?
   – Или да, – ответил Данилов. – Только можно я к вашему чайнику со своим кофе приду? А то чая что-то не хочется…

   Глава тринадцатая
   Рынок

   У офиса «Бикас-банка», несмотря на раннее время, возбужденно галдела внушительная толпа – сотни две человек, не меньше.
   – Сегодня обещали возобновить…
   – К руководству не пробьешься!
   – Да руководство давно в бегах!
   – А к ячейкам, к ячейкам-то пускают?!
   – Пятый день голову морочат!
   – Записывайтесь – у нас единая очередь…
   – С ночи стоим!
   – Четырнадцать процентов годовых!
   – По страховке компенсируется не более семисот тысяч!
   – По каждому счету?
   – По каждому банку! Хоть сто счетов имейте – больше не получите. И только частным лицам!
   – А если я юрлицо?!
   – Плакали тогда все ваши денежки!
   Было ясно, что у банка возникли проблемы, и, судя по всему, крупные. При небольших проблемах клиенты с ночи очередь не занимают. Мысленно посочувствовав несчастным вкладчикам, Данилов спустился в метро. «Бикас-банк» запал ему в память еще во время работы на «Скорой» по рекламным щитам, на которых название банка расшифровывалось как «Безопасность. Искренность. Компетентность. Актуальность. Сотрудничество». Коряво, но запоминалось, может, именно на это автор рекламы и рассчитывал. Коллеги Данилова развлекались, предлагая свои варианты, вроде: «Беспредел. Идиотизм. Крысятничество. Афера. Скупость» или, например, «Банк Интересуется Как бы Аккуратней Стырить».
   Атмосфера начинающегося дня складывалась какой-то возбужденной. На эскалаторе пришлось слушать громогласное возмущение тетки, крест-накрест перевязанной пуховым платком.
   – Нет, ну как так можно – человек остыть не успел, а они уже думают о том, кому телевизор достанется! И костюм! Да что там костюм, трусы с носками снимут, ничем не побрезгуют! Господи! Разве ж это люди?! Твари, а не люди! Нет, ну как так можно: человек остыть не успел…
   Откуда-то вспомнилась восточная поговорка «Пустое слово уху в тягость».
   В вагоне двое пожилых джентльменов рассуждали о терпении, терпимости и человечестве вообще. Рассуждали интеллигентно, с приведением примеров из истории, а не из соседской жизни, но очень громко.
   – Люди могут долго терпеть, а потом чаша терпения переполняется, и… Достаточно вспомнить дуэль Лермонтова с Мартыновым. Михаил Юрьевич точно так же шутил, шутил и дошутился. А до дуэли они с Мартыновым чуть ли не приятельствовали. Не так чтобы не разлей вода, но при встречах здоровались и о погоде беседовали.
   «Интересно, сохранились ли портреты Мартынова?» – подумал Данилов. Воображение, опиравшееся на школьные уроки литературы, рисовало его, как и Дантеса, какими-то злобными и отталкивающими. А если подумать…
   Думать не хотелось, желалось подремать, но до Выхино от Кузьминок ехать недолго. Зато в электричке можно расслабиться – ехать почти час. В голове вяло шевельнулась мысль о покупке автомобиля, но стоило только вспомнить пробки на Новорязанском шоссе, как это желание сразу же пропало. Данилов пробовал ездить на работу на автобусе, но быстро оставил это дело. Электричкой быстрее, да и сидячее место всегда найдется, если не сразу, то при приближении контроля, когда зайцы начнут массово перебегать в уже проверенные вагоны.
   В электричке не дали подремать подростки-геймеры. Сидели бледные, невыспавшиеся, то и дело терли покрасневшие глаза и громко, взахлеб, делились впечатлениями.
   – За эти сутки я успел сделать многое! Круто поднялся, короче! Армию стянул к столице, утроил охрану порталов, собрал продовольствие со всего материка, набрал кучу ополченцев, а наемников из клана «Таинственного лотоса» отправил патрулировать границу.
   – А талисман Тройного возрождения купил?
   – Нет. Денег не хватило, все на армию грохнул и на ремонт сторожевых башен.
   – Вот на башни мог бы не тратиться! Без их ремонта вполне можно обойтись!
   – Думаешь?
   – Уверен! Башни – это для тупых!
   – Теперь уже поздно, не переиграть. Сегодня вечером – генеральное сражение.
   – Завтра!
   – Ты чё? Уже сегодня!
   – Точно, блин! Серый, а ты мне десять тысяч не подкинешь?
   – В игре?
   – Да.
   – Сказал же – все потратил.
   «Ну, прямо как Кутузов, Барклай де Толли и кто там был еще? – подумал Данилов, косясь на троицу геймеров. – Настоящий совет в Филях. Интересно, что это за талисман Тройного возрождения такой? Небось какой-нибудь перстень с драгоценным камнем, который трижды воскрешает своего владельца».
   Откуда-то пришло ощущение, точнее, предчувствие того, что дежурство будет хлопотным. Данилов поспешил отогнать от себя неправильные мысли и попробовал настроиться на хорошее, на то, что отдежурит тихо и спокойно, что нигде ничего не случится, что сутки будут просто замечательными…
   Поздно – Аннушка уже разлила масло. Двумя минутами раньше в подмосковном Ногайске, некогда бывшем одним из форпостов государства Московского, обрушилась крыша здания центрального рынка. Не какого-нибудь старого, возведенного еще при царе Горохе, а современного, недавно построенного здания, торжественное открытие которого состоялось в мае прошлого года в День города.
   Новое здание рынка построили быстрее, чем сносили старое. Так, во всяком случае, шутили горожане. Снос старого одноэтажного павильона затормозился по весьма прозаической причине – из-за ареста генерального директора фирмы-подрядчика. Тот вместе со своей фирмой, которой он владел на паях с двоюродным братом, преимущественно занимался не строительными работами, а финансовыми махинациями: отмывал, обналичивал, перераспределял потоки, и так далее.
   Понемногу богатея, в один прекрасный день он, что называется, оборзел и не занес туда, куда полагалось это сделать. Или же занес значительно меньше положенного и ожидаемого, отказавшись добавить. Так или иначе, но вкусный подряд ушел в другие руки, в недавно созданную фирму, владельца которого злые языки называли родственником главы районной администрации. Злые языки потому и называются злыми, что говорят недоброе и процентов на восемьдесят, если не на все девяносто, лгут. Действительно, если двоюродного брата мужа троюродной племянницы (нет, вы только подумайте!) объявлять родственником, то так можно зайти очень далеко. В подобном родстве друг с другом состоит чуть ли не все человечество, кого угодно можно объявить чьим угодно родственником.
   Новое здание было спроектировано с висячим куполом: вогнутый свод крыш держался на восьмидесяти четырех стальных тросах, закрепленных в двух гигантских кольцах – бетонном наружном и стальном внутреннем. Красиво: висит такой купол, не имеющий ни одной опоры внутри здания, как бы в воздухе, и создает ощущение легкости, расширяет пространство. Лепота.
   На тросах в ходе строительства немного сэкономили: уменьшили их толщину и взяли классом пониже (сделали их не из легированной стали, а из обычной). Расчеты, произведенные прорабом (ах, сопромат, сопромат!), показали, что и такие тросы без проблем будут держать крышу. Он считал себя асом строительства зданий с безопорными перекрытиями, потому что возводил уже третий такой объект.
   От любой экономии прорабу прямая выгода: разницу можно положить в свой карман целиком (если экономить неофициально, не говоря ничего руководству) или же получить бонус или процент от сэкономленных средств (если экономить официально).
   По проекту стальным тросам было положено лежать внутри особых каналов, чтобы можно было без труда отсоединять их поочередно для проверки состояния и заменять в случае необходимости. Каналы – это специальные (и не дешевые) профили плюс работа по их установке. «На хрен они нужны», – подумал прораб и замуровал тросы в бетон, наглухо. Прораб руководствовался сиюминутными соображениями – в канале трос или не в канале, на прочность конструкции это не влияет. Н у, а потом… А потом, как известно, суп с котом! Проектировщики много чего могут придумать, им-то что? Знай себе выдумывай, не тебе же строить. Взять, к примеру, систему водоотвода. Если ее слегка упростить, с умом, не абы как, то только на этом можно сэкономить восемьдесят тысяч рублей! Разве ж это не деньги? Две недели с женой в Турции отдыхать можно! Или, например, кухонную мебель обновить, чтобы все как у людей, значит, встроенное, современное и непременно с посудомоечной машиной.
   На бетоне, как и полагается, тоже сэкономили, выбирали поставщиков подешевле и попокладистее, чтобы давали отсрочку платежа, потому что денег было в обрез. От бетона что требуется? Чтобы он застывал! Парить мозги соотношением песка и цемента никому не надо. Не диссертации пишутся на стройке, а дома строятся, ни к чему здесь лишнее занудство и чрезмерная въедливость. Это вообще очень опасные качества для строителя, потому что те, кто сует нос не в свое дело, часто падают с высоты, попадают под различную технику или даже могут быть залиты с головой тем самым бетоном, качеством которого они так дотошно интересовались. Чего только не случается на стройке… Меньше знаешь – крепче спишь, крепче спишь – дольше живешь. Это на базаре любопытной Варваре оторвали нос, на стройке его тоже оторвали бы, но вместе с головой.
   Упади крыша двумя часами позже, когда по рынку ходили бы покупатели, число пострадавших было бы в несколько раз больше. Но и сейчас под завалом оказалось семьдесят два человека: четыре охранника, две уборщицы и шестьдесят шесть торговцев, раскладывавших свой товар на прилавках. Оборвались электрические провода, разбилось много ламп, где-то что-то замкнуло, заискрило, загорелось. Пожарные, прибывшие на место трагедии первыми, быстро потушили пламя и начали разбирать завал.
   – Минута тишины! – объявил в рупор старший оперативной смены отряда «Главспас» врач-реаниматолог Алманцев. – Минута тишины!
   Все работы на месте трагедии немедленно прекратились. Замерли люди, остановилась техника, которой пока было мало – два экскаватора сгребали обломки по краям, там, где уже не было людей, и два крана, похожие на огромных длинноклювых птиц, стояли наготове, ожидая сигнала к действию.
   Во время спасательных работ, до тех пор, пока предполагается, что под завалом могут оказаться живые люди, техника применяется ограниченно, с осторожностью. Да, очень просто взять и снять бетонную плиту при помощи крана. Раз – и нет плиты! Это легко, но в то же время и опасно. Снятие плиты, да и вообще любое резкое вмешательство может вызвать сдвиг, смещение других обломков, что может нанести дополнительные травмы находящимся в завале людям.
   Данилову уже не раз приходилось слышать комментарии наблюдателей из числа праздношатающихся наподобие: «Копошатся, резину тянут, а техника без дела стоит!» Не станешь же объяснять всем, что техника стоит в ожидании своего часа, что нет ничего проще, чем разгрести завал тяжелыми машинами, но простое решение не всегда бывает правильным. Обнаружив человека в завале, спасатели осторожно поднимают бетонную плиту краном буквально на несколько сантиметров, чтобы образовалась щель, или просверливают в бетоне отверстие, через которое можно передать пострадавшему лекарства, воду или питательный раствор для поддержания сил (если, конечно, он в сознании и может выпить переданное), а затем начинают сверлить бетон, расширять проем, ставить подпорки. Словом, делают все возможное для того, чтобы разобрать завал как можно аккуратнее.
   Принцип таков: работаем как можно быстрее и предельно осторожно. По науке, технология проведения поисково-спасательных работ в завале включает пять основных этапов.
   Первый этап: изучение и анализ обстановки и организация безопасных условий работы спасателей.
   Второй – оказание оперативной помощи пострадавшим, находящимся на поверхности завала.
   Третий – тщательный поиск пострадавших.
   Четвертый – частичная разборка завала (где возможно, с использованием тяжелой техники) для оказания помощи пострадавшим.
   Пятый – общая разборка и расчистка завала, которая проводится после того, как извлечены все пострадавшие.
   – Минута тишины! – еще раз повторил Алманцев и опустил рупор.
   Два кинолога с собаками и спасатель с радаром начали обследовать завал. Двигались они бесшумно, словно тени. Специально обученные собаки прекрасно чуют людское дыхание, но современные радары делают это еще лучше. Радар может находить людей под нагромождениями бетонных и металлических конструкций, снега или земли. Радар способен уловить малейшее движение, например незначительные колебания грудной клетки при дыхании на глубине до десяти метров. Причем он не просто улавливает колебания грудной клетки человека, но и дает информацию о частоте и амплитуде дыхания, что позволяет судить о состоянии пострадавшего. Это очень важная и нужная информация. Находящихся в тяжелом состоянии всегда пытаются извлечь из завала в первую очередь.
   Все остальные тоже напрягают слух: вдруг услышат голос или стон, доносящийся из-под руин. А может, и стук. Если есть такая возможность, заваленные стучат обломком бетона или чем-то металлическим по стенкам своей темницы, давая знать: вот он я (или мы), здесь, давайте спасайте!
   Одна из собак замерла на месте. Ее напарник-кинолог (кинологи, если хотите знать, своим четвероногим друзьям не начальники, а именно напарники) махнул рукой и указал себе под ноги. Алманцев кивнул. Кинолог с собакой двинулись дальше. Вот спасатель с радаром выглянул из ущелья, образованного двумя кучами обломков, и призывно махнул рукой. К нему, стараясь не производить при движении никакого шума, направились двое спасателей.
   Как только обход завала был окончен, последовала отрывистая команда:
   – Продолжаем работу!
   На месте трагедии работало около шестидесяти человек. Говорили, что может приехать Сам. Впрочем, вероятный приезд министра никак не влиял на ход работ. Люди делали свое дело: разбирали завалы, извлекали оттуда живых и погибших. Одних после оказания первой помощи на месте и внесения в список отправляли в больницы, других фотографировали, вносили в другой список и увозили в морг.
   Передав «Скорой помощи» мужчину с переломом ключицы (дешево отделался, надо сказать), Данилов вернулся обратно на завал. Навел порядок в своем рюкзаке, закрыл его, уселся на край плиты и стал ждать, когда ему достанут следующего пациента. Рюкзак положил рядом с собой.
   Рюкзак спасателя врача (или фельдшера) предназначен для оснащения медицинского персонала в составе аварийно спасательных формирований. Сшит он из водостойкой капроновой ткани, имеется полужесткий вкладыш – нечто вроде прямоугольного футляра, состоящего из стенок, скрепленных между собой с помощью застежек-липучек. На внутренних поверхностях стенок имеются карманы и блоки, предназначенные для хранения различного медицинского имущества. При необходимости стенки (одна или все) могут полностью откидываться, открывая свободный доступ к содержимому. Рюкзак относительно легкий, вместе со вкладышем весит около двух с половиной килограммов.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация