А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "На скамейке возле Нотр-Дам" (страница 16)

   – Даниэль не хочет стать летчиком? – спросил Валерий, не зная, о чем еще можно спросить в случае, когда сам Даниэль уже скрылся из виду.
   – Нет, археологом или журналистом! – ответила Соланж, с любопытством посматривая на гостей. Было видно, что слово «Россия» произвело на нее большее впечатление, чем на брата.
   Их пригласили в гостиную. Серж откупорил бутылку вина и стал его разливать по бокалам из простого прозрачного стекла. С обычной своей милой улыбкой он подошел с подносом к Лене, и та, хоть и не хотела сейчас спиртного, не могла отказаться. Она взяла бокал и взглянула Сержу прямо в глаза в первый раз за весь день. Он продолжал улыбаться и вдруг…
   Он ей подмигнул! Ласково и весело, но в то же время таинственно, как заговорщик подмигивает заговорщику, рискуя быть пойманным. Лена опустила глаза и сосредоточила все внимание на том, чтобы от растерянности не пролить вино. А Серж уже направлялся к жене. Она взглянула на Катрин. Та улыбалась мужу привычно и спокойно, как, вероятно, улыбалась ему много раз. Лене вдруг стало жарко. Она хотела пригубить вино, но Валерий толкнул ее под руку.
   – Хочешь, чтобы они подумали, что ты не можешь подождать минутку?
   – За знакомство! – провозгласил Серж.
   – За знакомство! – эхом подтвердила Катрин.
   Все немного выпили. Лена отошла к окну и встала к нему спиной, оглядывая комнату. Просторная гостиная была наполнена воздухом. Старая мебель красивого, не слишком темного, но и не слишком светлого оттенка не забивала пространство. Из современных предметов был только дорогой телевизор на низкой подставке. Стены украшали картины. Катрин с Валерием уселись на такой же простой, как все вокруг, но очень удобный, мягкий диван. Серж снова начал хлопотать с бутылками. Со двора раздался велосипедный звонок. Лена выглянула вниз. Это Соланж направилась куда-то на велосипеде. Плетеная корзинка была прочно привязана к рулю. Вот Соланж выехала за ворота. Лена обвела взглядом чудесный пейзаж вдалеке, а повернувшись назад – обстановку гостиной. Она подумала, что где-то здесь в доме находится и супружеская спальня. Лена почувствовала себя здесь лишней. Ей захотелось домой.
   Серж, будто поняв это, обернулся к ней и улыбнулся ободряюще. И она почувствовала именно в нем, а не в Валерии, оплот покровительства.
   – Совсем забыл! Мы же привезли русские сувениры! – Валерий попросил Сержа достать из машины пакет. Они вместе пошли вниз, а Лена и Катрин, оставшись вдвоем, не знали, что сказать друг другу.
   «Вы счастливы с Сержем?» – хотелось Лене спросить у Катрин, но она понимала, что такие вопросы не принято задавать.
   – Как вам понравился Париж? – наконец, улыбнувшись, спросила Катрин, и Лена ответила искренне, ни минуты не сомневаясь:
   – Он чудесен!
   – А я не очень люблю Париж, – сказала Катрин, и в глазах ее мелькнуло что-то грустное, какая-то тень. Лена заметила ее, но расспрашивать побоялась.
   – Ваш отец, я слышала, живет в Париже?
   – Да.
   – Вы, наверное, часто к нему приезжаете?
   – Не очень.
   Катрин опять замолчала. Лена внимательно всмотрелась в ее лицо. Оказывается, Катрин была уже не так молода, как показалось Лене вначале. Она была светлой шатенкой, с темными глазами, с прекрасной фигурой, но теперь Лена могла бы поручиться, что Катрин была значительно старше Сержа, и прекрасный цвет ее лица, и хорошая фигура – все это было результатом упорной борьбы с возрастом.
   О чем-то разговаривая (как они умудрялись это делать на разных языках?), со двора вернулись Валерий и Серж.
   – Эти подарки для вас! – сказала Лена, принимая из рук Валерия аккуратно запакованную коробку. Она и сама не знала, что в ней находится. Валерий еще в Москве сказал ей, что подарки привезет сам. Тогда Лена согласилась с этим, но теперь, увидев извлеченные на свет божий купленные им русские сувениры – такие продаются и в Париже в лавках на бульваре Сен-Мишель, – набор расписных черно-красно-золотых деревянных ложек с разделочной доской, пожалела, что не взяла этот труд на себя. К счастью, ложки все-таки вызвали у Катрин восхищение. Лена так и не поняла – искреннее или нарочитое.
   Во дворе опять позвонили. Это вернулась Соланж. Серж вышел к ней и помог отвязать корзинку.
   – Сейчас будем обедать! – Катрин пригласила гостей в столовую. Туда же поднялся с корзиной Серж. Катрин достала из низкого шкафчика скатерть и положила ее на широкий, массивный стол – на вычурных ножках, с красивой полированной столешницей.
   – Позволь мне, Катрин! – Серж мягко отстранил ее от стола, взял скатерть и по-женски взмахнул руками: вышитое бирюзовое полотно безукоризненно ровно легло на столешницу. Широкая стеклянная ваза с толстым дном, наполненная водой, тут же оказалась посередине. Ее поставила Катрин.
   – Соланж, срежь в саду розы!
   Валерий вызвался помочь девочке. Лена услышала, как внизу они вооружались садовыми ножницами. Через секунду Лена услышала голос Валерия, имитирующего звук летящего самолета, и громкий восторженный смех Соланж. Катрин расставляла по скатерти тарелки.
   Интересно, она каждый день кормит Сержа на этой скатерти и из этих тарелок?
   Из сада явились Соланж и Валерий. В руках у Соланж была корзинка листового салата. Валерий галантно вручил темно-красные розы Катрин.
   – Поставьте их в вазу! – улыбнулась она. Серж, явно стараясь всех развеселить, напялил на голову высокий поварский колпак. Интересно, откуда он его взял. Потом он стал рвать листья салата в салатницу.
   – Серж обожает готовить, – сказала Катрин.
   Лена с восхищением наблюдала, как ловко он сбрызнул зеленую яркую смесь оливковым маслом и еще чем-то розовым. Вот уже им был порезан багет, в салатницу положены разрезанные на четвертинки вареные яйца, консервированные горошек и кукуруза, ломтики помидора и еще какой-то извлеченный из банки овощ, названия которого Лена не знала. Консервированные сардинки были выложены на специальное прямоугольное блюдо, несколько бутылок с красным и белым вином были открыты, стулья расставлены вокруг стола.
   – Прошу садиться! – Серж выдвинул стулья дамам, включая Соланж.
   Все уселись, но одно место оставалось свободным.
   – Где же Даниэль? – не выдержала Лена.
   – Он наверху, – улыбнулась Катрин.
   – Разве он не будет есть? – удивился Валерий.
   – Он еще утром попросил, чтобы обед принесли ему в комнату. Он обожает есть в своей постели. Соланж ему отнесет на подносе, – спокойно сказала Катрин, и Лена поняла, что никто в этой семье не видит в желании Даниэля чего-то особенного.
   Однако Соланж не торопилась тащиться с подносом к брату. Она выбирала со своей тарелки сладкую кукурузу. Серж подливал всем вино. Лена заметила, что Валерий, очевидно, не любивший «траву», почти не притронулся к салату. А между тем салат был очень красив: листья были сочные, разных оттенков – и темно-зеленые, и светлые, и красные с багровой каймой, и почти совсем белые. Лена макала их в острый соус и хрустела, как кролик. Катрин одобрительно ей улыбалась:
   – Когда Серж бывает дома, он не вылезает из нашего огорода. Этот салат он вырастил сам. А маринованная морковь – его шедевр и слабость! – С этими словами она поставила на стол еще один салатник с аккуратно уложенными столбиками одинаковых маринованных морковок. Лена выразила восхищение. Серж подал большие тарелки к горячему блюду. Катрин открыла привезенную Соланж корзинку.
   – Ах, какой запах! – втянул воздух носом Серж.
   – Фирменное блюдо – телятина! – объявила Катрин, накладывая на тарелки пахучее, горячее мясо. Серж достал из корзинки соус к мясу в специальном соуснике с крышкой и плетеную коробку. В ней, в салфетках, оказался жареный картофель.
   – Это что, из «Макдоналдса»? – шепнул Валерий на ухо Лене.
   – Когда приезжает Серж, я заказываю еду в нашем любимом ресторане, – улыбнулась Катрин. – Невозможно вкуснее приготовить телятину, чем это делает месье Гомез, шеф-повар. А соус у него просто бесподобный!
   Валерий попробовал мясо.
   – Действительно вкусно. Но Лена потренируется и приготовит не хуже. Правда, Лен? – он взглянул на Лену. Она только пожала плечами в недоумении.
   Серж сказал:
   – За наших русских друзей!
   – За вас и ваш прекрасный дом! – хором ответили гости.
   Телятина была на редкость нежной и сочной.
   – Даниэль, наверное, голоден! – через некоторое время осторожно сказала Лена. То, что мальчик сидит один там, наверху, ее немного смущало.
   – Он спустился бы, если бы проголодался, – сказала с набитым ртом Соланж. Катрин, не торопясь, поставила на поднос тарелки с едой и отправила Соланж наверх.
   – Спроси его, хочет ли он десерт? – крикнула она дочери вдогонку.
   – Думаю, что не хочет! – ответила Соланж уже сверху. – Даниэль мне вчера сказал, что не будет больше есть сладкое.
   И десерт оказался замечательным – пирог с яблоками и взбитыми сливками.
   – Лена, ты должна обязательно взять рецепт у Катрин! – сказал Валерий.
   – О, я его не знаю, – улыбнулась та. – Я всегда покупаю десерт в кондитерской.
   Лицо у Валерия вытянулось:
   – А моя мама раньше по праздникам делала торт «Наполеон», – неизвестно к чему сказал он.
   – «Наполеон»! В Москве! Это забавно! – сказала, спускаясь со второго этажа, Соланж, явно подражая взрослым. Валерий не стал ей пояснять, что его родители живут не в Москве.
   – Мы можем передохнуть немного, а потом отправимся гулять, – предложил Серж. – Мы с Катрин покажем вам замок.
   – Отлично! – сказала Катрин, хотя Лена могла бы дать голову на отсечение, что после обеда ей хотелось бы отдохнуть.
   Поблагодарив хозяев, гости встали из-за стола. На втором этаже дома оказалась еще одна гостиная, практически пустая. Только старый диван, обтянутый кожей, да такой же старый книжный шкаф, набитый старыми книгами, стояли у стены. Кофе было решено для экзотики выпить здесь, в этом зале. Окна здесь были расположены на другую сторону – в город, и со второго этажа прекрасно были видны разбегающиеся вниз улочки. И всюду над ними – красные черепичные крыши домов.
   – Нет ли у вас подзорной трубы? – спросил Валерий.
   Тут же нашелся старый бинокль в потрепанном кожаном футляре. Лена с Валерием по очереди стали смотреть. Улицы городка сбегали вниз, к реке. Окна во многих домах были открыты. На подоконниках стояли обыкновеные герани в горшках, зеленый плющ поднимался с земли и увивал и стены, и крыши, и деревянные ставни окон. Людей почти не было. Только в единственном доме, в небольшом окне под самой крышей Лена увидела девочку, ровесницу Соланж, в красном платье и блестящих стеклянных бусах. Девочка сидела в темном проеме окна и, задумавшись, подперев щеку рукой, с грустью смотрела вниз, на улицу.
   – Как картина в раме. Подумать только, какая она печальная! Считай, на другом конце земли, а и у нее свои хлопоты, проблемы! – изумилась и даже умилилась Лена, и ей захотелось приблизиться к девчушке, приласкать ее, погладить по темным волосам и утешить. Но оказалось, что окно было очень далеко – так велико было разрешение у бинокля.
   – Серж, это – военный бинокль?! – спросил Валерий, внимательно рассматривая вещицу. Но Сержа уже не было в комнате. По звяканью посуды внизу можно было догадаться, что он там занимается послеобеденной уборкой.
   – Это мой прадедушка воевал, – сказала Катрин.
   – Неужели при Наполеоне? – вырвалось у Лены. Валерий взглядом показал ей на бинокль, и пока Катрин не видела, выразительно постучал себе по виску: мол, ничего не соображаешь.
   Лена смутилась.
   – На Первой мировой, – вздохнула Катрин. – Но мой прадедушка уцелел. Собственно, этот дом, в котором мы живем, и есть его дом. В комнатах детей есть портреты всех наших предков. Ребята сами так захотели.
   – Можно нам посмотреть?
   – Я думаю, да.
   Все вышли в коридор, и Катрин постучалась в ближайшую дверь.
   – Соланж! Можно к тебе войти?
   Соланж сама появилась в дверях, любезно распахивая их навстречу гостям. Ее комната была такой же веселой и светлой, как и она сама. Куклы в старинных одеяниях – в платьях с кринолинами, с кружевными воротниками, в плащах с капюшонами, в париках – висели на стенах, прикрепленные в шахматном порядке.
   – Соланж играет в детском итальянском театре, – с гордостью заметила Катрин. – Они там сами мастерят наряды.
   – Можно посмотреть фотографии дедушки и бабушки? – спросила Лена.
   Соланж тут же встала и с видом экскурсовода вытащила из ящика стола красивую коробку. В ней были аккуратно сложены фотографии в старинных рамках. Мужчины на них были с тросточками, в костюмах и галстуках. Некоторые держали в руках шляпы-котелки. Дамы выглядели не роскошно, но «прилично», в скромных длинных платьях, в более поздние годы – тоже в костюмах и маленьких шляпках.
   – Кем были ваши предки? – не удержался, спросил Валерий. Лена подумала – мелкими буржуа.
   – Их можно назвать фермерами, – ответила Катрин. – За городом прадедушка сумел купить участок земли. Посадили небольшой виноградник. Вся семья трудилась на нем. Потом дети выросли, занялись кто чем. Но на первом месте была торговля. До сих пор младший брат моего отца держит у нас в городе винный магазин.
   – А ваш отец?
   – Он пошел на государственную службу. Хотя в шестидесятые годы, – тут Катрин мило улыбнулась, – он был ярым революционером! Теперь он сам вспоминает о том времени, смеясь.
   И снова Лена заметила, что мимолетная тень пробежала по лицу Катрин, когда она говорила об отце.
   Тем временем они подошли к комнате Даниэля. Тот вовсе не торопился им открывать.
   – Мы хотим посмотреть портрет дедушки! – мягко сказала Катрин, постучав снова. Наконец что-то щелкнуло, и замок открылся автоматически. Боже, что творилось в комнате Даниэля! На полу и на столе засыхали остатки недоеденных трапез по меньшей мере трех предыдущих дней. Кровать представляла собой некое сооружение, напоминающее то ли старинный балдахин, то ли корабль под парусами. Книги, диски, смятые журналы, старые тапочки и новые ботинки – все это было навалено прямо на нее и на пол. В самой середине постели на подушках возлежал сам хозяин и недовольно блестел на вошедших квадратными стеклами очков.
   – Мы на минуту, – извиняющимся тоном сказала Катрин.
   «Моя мама сгорела бы со стыда, если бы кто-нибудь увидел такой беспорядок», – подумала Лена. Катрин спокойно обвела взглядом комнату:
   – А где портрет прадедушки?
   – Вот он! – недовольно показал мальчик на стену пальцем и пробурчал в сторону матери: – Я ведь просил меня не беспокоить!
   Лена и Валерий остановились у самого порога, боясь ступить на середину комнаты. Напротив кровати Даниэля висел небольшой плакат с изображением какого-то рокера с гитарой и на мотоцикле.
   – Ах, да! – Катрин, осторожно обходя подносы с остатками завтрака, подошла к стене и перевернула плакат обратной стороной. Зрителям предстал застекленный кусок белого картона с рисунком по нему черным карандашом. Верхнюю часть широкого, молодого лица с подкрученными усами скрывала лихо надетая на лоб шляпа-котелок. В глазах проблескивало что-то семейное, присущее лицам Катрин и детей. Это и был портрет прадедушки, написанный, что привело в изумление Лену, самим Модильяни в Париже в 1910 году.
   – Они были знакомы?
   – Да-да. Прадедушка тоже баловался живописью. Но до дружка Моди ему было далеко, и он быстро оставил свое увлечение. Но вот у Даниэля явно наследственные склонности к богемной жизни! – Катрин улыбнулась и потрепала сына по голове: – Пойдешь с нами гулять?
   Даниэль только презрительно хмыкнул. Лена, взглянув на Валерия, заметила на его лице признаки недоумения.
   Когда они попятились к дверям, Даниэль даже и не подумал вылезти из постели, чтобы попрощаться. Катрин аккуратно повернула рисунок назад к стене. Помахала сыну.
   Вся компания вышла из комнаты.
   – Все-таки странно, что взрослый парень развел такой свинарник и никто не заставит его там убрать, – заметил Валерий, когда они на минутку остались с Леной одни – Катрин вышла переодеться к прогулке.
   – Наверное, у него переходный возраст, – сказала Лена.
   – Сдать бы его в казарму. Научился бы там заправлять койку в линеечку! – пробурчал Валерий, глядя в окно. Несколько лодок с отдыхающими двигались по реке вверх или вниз по течению.
   – Вот твой сын вырастет, ты его и сдашь! – сказала Лена.
   – Да уж будь спокойна, такой свинарник развести я ему не позволю!
   Из кухни доносились веселые голоса Катрин и Сержа. Вот они вышли к гостям, готовые к прогулке.
   – Не хотите, чтобы Даниэль стал военным? – спросил Валерий.
   – Еще есть время подумать, – улыбнулась Катрин.
   – Мы на него не давим, – сказал Серж. – Чем больше давление, тем больше сопротивление, не так ли?
   – Я своего сына обязательно сделаю летчиком! – произнес Валерий.
   – Если он захочет, – добавила Лена.
   – Кто его будет спрашивать?! Не захочет, заставим! – улыбнулся Валерий, но Лена не поняла, сказал он это всерьез или в шутку.
   Соланж передумала идти с ними и добровольно вызвалась отвезти назад в ресторан использованную посуду. Серж с Катрин и Валерий с Леной отправились гулять вчетвером. Осматривали прелестный замок, в который пришла к королю Жанна д’Арк с предложением спасти Францию; смотрели на прогулочную повозку под лиловым балдахином, запряженную парой белых лошадей. Лену удивило, что родители вместе с детишками весело махали из повозки прохожим: кто руками, кто разноцветными флажками, а незнакомые люди с улыбками махали им в ответ, будто в повозке катались их собственные дети, а не чужие туристы. Ей тоже захотелось прокатиться. Катрин и Серж ее с удовольствием поддержали. Повозка оказалась широкой, будто небольшой автобус. Они уселись попарно – Валерий рядом с Катрин, она с Сержем. Потом к ним подсели другие пассажиры. Серж незаметно для остальных погладил ее по руке. Лена от этого волновалась всю прогулку.
   И еще попутно ей лезло в голову, что, когда они уходили, Катрин кому-то позвонила и дала распоряжения по хозяйству: привести в порядок все комнаты, кроме детских, подмести дворик перед домом. Помыть машину.
   «Катрин не работает, – думала Лена, – не готовит, не убирает, не возится в огороде, чем же она занята целый день?»
   Лена изучающе вглядывалась в лицо Катрин, та ей вежливо улыбалась, но улыбка Катрин казалась Лене таинственной и немного грустной. Лена подумала, что как бы ни сложилась ее собственная жизнь, но жить так, как живет Катрин, ей уж точно не придется, и было непонятно – хорошо это в принципе или плохо. И еще вспоминалось Лене, как Валерий сказал: «Не захочет, заставим…»
* * *
   Пока в Блуа катилась повозка, я ожидала Михаэля в своем номере. И он пришел. Просто пришел, как самый нормальный человек, не опоздав, не обманув, не вывалив на меня море всяких отговорок и экивоков.
   – Ну, давай сюда твою ногу!
   Я ожидала боли, но больно не было – Михаэль ловко обработал мою рану, приклеил пластырь.
   – Ну, вот и все! Теперь нога будет спасена!
   Не знаю, что со мной в этот момент произошло. Огромная волна благодарности, водопад нежности, озеро умиления вдруг всколыхнули и затопили мою, непривыкшую к ласке душу. Конечно, я понимала, что он не сделал для меня чего-то особенного, и океан моей признательности был вовсе несоразмерен его небольшой услуге, но со мной никогда никто так нежно не обращался. Я потянулась к его руке, схватила ее, притянула Михаэля к себе и стала покрывать поцелуями его лицо, руки, шею… Я была как безумная. Я закрыла глаза, чтобы не видеть его лицо. Закрыла специально, чтобы не натолкнуться на его удивление или еще хуже – на отвращение к моей внезапной, слюнявой нежности. Мне непременно был нужен кто-то, кому я могла бы показать, что я – женщина, что я хочу любить, что я хочу и умею ласкать мужское тело, что я хочу в ответ получать ласку. И я буквально сбила Михаэля с ног, затопила его потоком поцелуев. Моя выплеснутая на него энергия была равна огромной силе артериальной крови, пробивающей себе каналы сквозь толщу тромба. Этим тромбом была моя прошлая любовь, а энергией – нежность, которую я вдруг почувствовала к Михаэлю.
   Я не помнила, как мы оба оказались раздеты. Инстинкты природы работали за меня. Я очнулась только тогда, когда уже лежала без сил, как во сне или, вернее, в бреду, с ощущением бессилия во всем теле, а горячие влажные поцелуи Михаэля обжигали мне щеки. Я открыла глаза и ужаснулась. Чужое лицо склонилось надо мной. Я это лицо не узнала – в тесной близи все лица кажутся чужими. Лицо не улыбалось. Оно смотрело на меня с тревожным вниманием, даже с любопытством.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация