А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "На скамейке возле Нотр-Дам" (страница 15)

   – Пардон, мадам, – сказал парень. Девушка чему-то засмеялась. Они покатились дальше.
   В воротах Мари не выдержала и оглянулась. Валерий сидел на своем стуле и смотрел на фонтан. Мари медленно пошла по улице вдоль решетки сада. Она уходила. А ее сердце страстно желало, чтобы он догнал ее и опять обнял. Но никого не было.
   «Нет, я правильно поступила», – сказала она себе, остановилась у обочины и подняла руку, вылавливая такси из потока машин. Такси затормозило быстро. Она в последний раз оглянулась. Тротуар был пуст. Маша села. Через несколько минут она была уже на фирме, занимающейся рождественскими открытками.
   А мы с Ленкой в этот день ходили по Парижу, открывая не город, а друг другу себя. Почему-то девушки любят рассказывать о своем детстве. О Ленкином детстве я узнала от нее почти досконально. Мне же самой хотелось больше слушать, чем говорить. Но впервые за несколько лет, а может, и за всю мою жизнь я слушала эту девичью болтовню с удовольствием. Вечер мы закончили как самые обыкновенные туристки, в Лувре, и у меня целый день совершенно не екало сердце. В Лувре я со своим другом никогда не была. Однако по одному поводу кошки все же скребли. И это их виртуальное царапанье когтями касалось африканских бус. Черный камень настолько стал неприятен мне, что я предпочитала о нем не думать. В конце концов, вечер снова закончился в том же китайском ресторане, и все та же официантка узнала Лену, а хозяин сделал нам даже небольшую скидку. Лена, правда, почему-то все смотрела на двери нашего отеля, расположенного как раз наискосок, а я ела и думала о своей ноге. Мозоль на пятке стала еще больше и, по-моему, прорвалась.
   – Валерий не звонил? – перед сном все-таки осторожно спросила я.
   – Я сама ему позвонила. У него все в порядке. Завтра мы едем в гости к Сержу Валли, – сказала она, и мне показалось, что я не услышала никакого напряжения в ее голосе.
* * *
   Новое утро началось очень рано со стука в дверь. Я приоткрыла один глаз и взглянула на свои ручные часы. Шесть утра! Рановато даже для Парижа. Кто бы там ни был, я готова была послать всех подальше.
   Стук повторился. Лена выскользнула из своей постели и прошлепала к двери.
   – Кто там?
   – Ты что, еще не собралась? Мы же договорились, что в шесть я заеду!
   Я узнала голос Валерия. Боже мой, такая рань, а он уже орет. Как хорошо, что я еще могу поспать. Так крепко, как здесь, я не спала много лет. Какое счастье, оказывается, просто спать! Я натянула одеяло на голову и с наслаждением вытянула ногу с раненой пяткой. Пусть делают, что хотят, только бы меня не трогали!
   – Как ты могла проспать? Серж приедет через полчаса! – Голос Валерия грохотал, как майский гром.
   – Таня спит, – показала ему на меня Лена.
   – Ничего с ней не сделается.
   Сквозь полудрему я думала, что Валерий – остолоп, не имеющий никакого понятия о такте.
   – Я должна вымыть голову, – сказала ему Лена.
   – А без этого нельзя?
   – Нельзя.
   Сквозь щель между одеялом и простыней я увидела, что Ленка ушла в ванную, а он уселся на ее кровать прямо напротив меня.
   Я осторожно рассматривала его в щель между одеялом и подушкой. Лицо у него было измученное и злое, он расстегнул свою куртку и сидел, опустив руки на колени. Я поняла, что, пока он здесь, я не засну. Я высунула голову из-под одеяла:
   – Привет!
   – А, это ты…
   Он посмотрел на меня, как на муху, как на неизвестно откуда взявшуюся мелкую проблему, на которую жаль тратить время.
   – Может, отвернешься, пока я встану?
   Он только фыркнул, но встал. Отошел к окну, стянул с себя куртку и бросил ее, не оборачиваясь, на Ленкину кровать.
   – Знаешь что? – я была только в трусиках, а моя футболка лежала довольно далеко на стуле. – Ничего с тобой не случится, если ты подождешь Лену в холле.
   – Ой, подумаешь! – Он скривился на меня, но все-таки вышел в коридор, предварительно постучав к Ленке в ванную и крикнув: – Поскорее!
   Я села на постели, прислушиваясь к шуму воды из ванной. Потом встала и проверила дверь. Она была захлопнута. Пятка моя болела неимоверно. Лопнувшая мозоль покрылась грязно-коричневой кровянистой коркой, и всунуть ногу в кроссовки не было никакой надежды. Вот шум воды стих, на минуту воцарилась тишина – это Ленка вытирала голову, а потом включился фен.
   Хорошо, значит, ванна скоро освободится.
   Я уже в футболке опять завалилась на постель. Вдруг взгляд мой упал на то место, на котором сидел Валерий. Но что это? Под Ленкиной кроватью лежал мужской бумажник. Очевидно, он выпал из кармана куртки, когда Валерий кидал ее. Как не хотелось мне вставать, но все-таки я сползла и вытащила бумажник. Надо отдать его Ленке, а то останутся без денег. Я повертела бумажник в руках. Сбоку высовывался край какой-то плотной бумаги. Я пощупала – фотография. Сама не знаю зачем, машинально отстегнула кнопку застежки и раскрыла бумажник. Старая черно-белая фотография была воткнута в одно из его отделений. Я не смогла удержаться и посмотрела. И тут же удивилась настолько, что вытащила снимок целиком. Фотография была сделана в день свадьбы. Жених был Валерий. Я перевела взгляд на невесту и еще более удивилась. Невестой была Мари – только значительно моложе и с другой прической. Не может быть! Я вгляделась получше. Точно Мари! Тогда что же означают все эти разговоры о погибшей жене? Я рассматривала снимок под разными углами зрения. Девушка с фотографии все-таки была довольно крупной – почти одного с Валерием роста. С другой стороны, Мари сейчас тоже не маленькая. А с возрастом она вполне могла похудеть…
   Я заколотила в дверь ванной. Ленка была уже готова.
   – Что случилось?
   – Смотри! – Я показала ей фотографию.
   – Что это??
   – Валерий, наверное, выронил. Его бумажник. Ты ничего не замечаешь?
   Лена смотрела на фотографию, потом с испугом посмотрела на меня.
   – Ты хочешь сказать, что это моя тетка? Но этого никак не может быть. Мари была замужем за французом. Это все знают в нашей семье.
   Я снова взяла фотографию у Лены из рук. Снова посмотрела. Теперь девушка на снимке показалась мне действительно только похожей. Но сходство было удивительным.
   Лена опять взяла у меня фотографию.
   – А Маша красивее этой невесты.
   Я не могла не согласиться.
   – Она более изящна.
   Лена помолчала.
   – А я говорила тебе, что первая жена Валерия погибла?
   – Вот эта девушка?
   – Наверное, она, если она его невеста. Другой не было.
   Я уставилась на снимок – лицо под фатой было радостным и безмятежным.
   Не знаю, почему я это сказала:
   – Никакие несчастные случаи просто так не случаются. Ты, подруга, будь с ним поосторожнее! Знаешь сказку о Синей Бороде?
   – Не знаю.
   Зачем я сказала о Синей Бороде? Снова началось. ОН пугал меня: «Бойся меня. Я для тебе – Синяя Борода!» – то ли в шутку, то ли всерьез. Боже, – я подумала, как мне было хорошо вчера с Леной! Я ЕГО практически не вспомнала. С ней я была как бы под защитой, с ней ничего не могло напоминать мне о прошлом. И вот сегодня опять… Впрочем, я ведь была сама виновата – зачем сказала о Синей Бороде?
   А Ленка и не заметила, что я назвала ее подругой.
   – Надо положить фотографию назад.
   Тут раздался стук в дверь.
   – Лен, ты готова?
   Я быстро вложила фотографию и бросила бумажник назад под кровать.
   – Давай назад в ванную! Включай снова фен!
   В дверь барабанили, будто случился пожар.
   На одной ноге, в трусах и футболке я поскакала к двери.
   – Что ты стучишь? Ленка сейчас будет готова!
   Валерий ворвался в наш номер, как разъяренные болельщики врываются на стадион.
   – Вы не находили мой бумажник?
   – Еще чего! – Я притворно зевнула и снова залезла под одеяло. Валерий метнулся в сторону окна, стал озираться по сторонам, полез под кровать…
   – Вот же он! – Он подозрительно посмотрел на меня.
   – Поздравляю, растеряша!
   Он придирчиво осмотрел бумажник, но раскрывать при мне не стал. Подошел к ванной комнате.
   – Лена, ты скоро наконец?
   Лена распахнула дверь и вышла навстречу. Банальное сравнение, но она действительно была свежа, как утренняя роза. Ее волнистые русые волосы струились по плечам, раскрасневшееся то ли от смущения, то ли от горячего воздуха фена лицо казалось таким чистым, таким юным, что я невольно подумала:
   «Зачем он, остолоп, таскает с собой эту старую фотографию?»
   Валерий мельком взглянул на нее и снова отошел к окну.
   – Вон Серж подъехал!
   Лена промолчала и покраснела еще больше. Валерий ничего не заметил, он двинулся к дверям.
   – Возьми мою куртку! – напомнила я. И Лена без стеснения открыла шкаф.
   Валерий, нахмурившись, взглянул в мою сторону.
   – Это что, ее куртка?
   Лена смутилась:
   – Ну, да, а что? Мы же подруги.
   Он выхватил куртку у Ленки из рук.
   – Никогда не бери чужие вещи. Одевай то, что у тебя есть.
   Я не могла упустить момент, чтобы его не уесть:
   – По-русски грамматически правильно говорить о себе – не «одевай», а «надевай».
   Ленка неуверенно сказала:
   – Но мне не хочется надевать этот старый кардиган…
   – Ничего. Куртку я куплю тебе сам!
   Лена взглянула на меня. Я из кровати пожала плечами. Она секунду подумала, потом решительно надела кардиган и вышла из номера. Валерий, не попрощавшись, потопал за ней. Я встала, закрыла за ними дверь и открыла окно. Мне хотелось, чтобы утренний воздух выветрил из нашей комнаты его запах. Я увидела из окна, как Лену и Валерия встретил симпатичный молодой человек, все вместе они уселись в красивую машину и уехали.
   А что сегодня буду делать я? Голова была пустая, как чугунная бочка. Я помахала руками перед своим лицом, чтобы забыть Валерия, его невесту, Ленку и Мари. Мне хотелось разобраться с африканскими бусами, но память отказывалась уже вспоминать. Я не могла сосредоточиться ни на чем. Я посмотрела на часы – почти семь. Я решила поспать еще самую малость и стала закрывать окно. И вдруг с улицы кто-то крикнул:
   – Здравствуйте, Таня!
   Я высунулась из окна и увидела внизу Михаэля. Над улицей светлело небо, превращаясь из серого в голубое, а вдали на бульварах уже просыпалась жизнь.
   – Можно к вам зайти?
   Михаэль, в отличие от Валерия, не был мне неприятен. Я пожала плечами.
   – Я сейчас поднимусь!
   Я закрыла окно и повернулась лицом в комнату. Какой беспорядок! Кровати не заправлены, на стульях одежда… Я сама не причесана и в трусах…
   Я натянула джинсы и босая пошлепала к двери. Сколько раз уже за это утро в нее стучали! Чтобы еще не стал стучать и Михаэль, я сама открыла дверь, не дожидаясь, пока подойдет. Вернулась в номер и села на постели, скрестив ноги, как будто занимаюсь йогой. Его почему-то долго не было. Я уже устала сидеть в этой позе. Михаэль постучал не в дверь, а об косяк. Я фыркнула.
   – Входите!
   Михаэль вошел с букетом ромашек.
   – Это вам.
   Я остолбенела. Я даже не могла вспомнить, кто мне когда дарил цветы? Мой друг, вот уж точно, не дарил никогда. Но вот когда-то раньше… В памяти возникло: я в пионерском лагере. Моя кровать вдоль окна под шерстяным зеленым одеялом. На окне стоит стеклянная банка, а в ней колокольчики и ромашки.
   – Я к вам приходил и вчера, и позавчера, – доложил Михаэль, – но вас не было.
   Я по-прежнему сидела в позе йога. Наверное, со стороны это выглядело забавно, если не нелепо.
   Он огляделся по сторонам, поискав глазами, куда можно поставить цветы.
   На столике стоял пустой стеклянный кувшин.
   – Вон туда!
   Я слезла с кровати, взяла кувшин, чтобы налить в него воды. Он опустил ромашки. Это действительно было очень красиво – крупные ромашки с яркими вытянутыми листочками и желтой серединкой.
   – Вы уже завтракали? – Я не могла найти место для букета. Мне хотелось, чтобы он стоял в комнате как бы для всех и в то же время для меня одной.
   Он ответил:
   – Я хотел позавтракать с вами. Пойдемте вниз?
   Я вспомнила о ноге.
   – Не знаю, что надеть. Натерла ногу. – Я никогда не сказала бы так ЕМУ. Если бы он сказал: «Пойдем, позавтракаем вместе», – я молча вставила бы ногу в испанский сапог. И он ничего бы не узнал о моей боли.
   – Давайте я посмотрю!
   – Вы что, врач?
   – Ну, да. Ветеринарный.
   Я засмеялась. Наверное, это кстати. Я ведь в последнее время ощущала себя кем-то вроде животного.
   Я села на постели, вытянула ногу.
   Он осмотрел мою пятку.
   – Не двигайтесь с места! Я сбегаю в аптеку. Куплю мазь и лейкопластырь.
   – Ну, что вы… – я была смущена. Все-таки неудобно… Но он был уже у двери.
   – Никуда не уходите!
   – Но можно я пока приму душ?
   Он ответил с типично врачебными интонациями:
   – Можно! Но дверь не запирайте и пятку не мочите!
   Дверь за ним закрылась.
   И неужели это я сейчас кокетничала? Танька, ты говорила, что меня любишь? – Я будто услышала голос с небес.
   Люблю. Люблю все лживые отговорки, пустые обещания, обидные слова… Еще люблю.
   Я прошла в душ.
   Танька, тебя что, купил этот немецкий увалень букетиком завалящих ромашек? Ты еще узнай, где он так чисто научился говорить по-русски?
   Ленка раскидала свой шампунь, мочалку и мыло. Я собрала это все в пакет, повесила за веревочку на ручку крана.
   Ты никогда бы не пошел в аптеку за мазью для меня, сказала я мысленно и отгородилась от зеркала занавеской.
* * *
   Серж Валли встретил Лену и Валерия обычной для него улыбкой. Конечно, Лена не думала, что он будет рассказывать Валерию об их прогулке, но все-таки ей было тревожно – как-то они встретятся? И еще ее волновало, как она приедет к Сержу домой, увидит его жену и детей. В общем, состояние Лены было неспокойным. Валерий был мрачен и только из вежливости старался казаться веселым.
   – У тебя все в порядке? – спросила его Лена, когда они сели вместе в машину на заднее сиденье.
   – Естественно, – снисходительно бросил Валерий. И только Серж, не подавая виду, все так же улыбался им в зеркало.
   Они выехали из Парижа и поехали по дороге на Орлеан. Лене все было в новинку. Серж иногда что-то говорил, обращаясь к ним, она почти ничего не понимала из-за шума дороги, но согласно улыбалась, весело кивая. В конце концов, ее везут в гости, почему она должна быть невежливой?
   Когда они выехали на скоростную восьмиполосную трассу, ветер налетел на них и стал бешено трепать ее волосы.
   – Жаль, что я забыла в номере косынку.
   Когда они остановились на бензоколонке, она увидела сувенирный киоск.
   – Подождите меня, я куплю себе платок с Эйфелевой башней.
   – Я куплю тебе сам. – Валерий обогнал ее и пошел к киоску. Серж Валли повернулся к ней, чтобы что-то сказать. Валерий вернулся и протянул ей пакет. Платок был однотонный и голубой. Почти такой же носила Мари. Лена смотрела на него и не знала, что сказать. Платок ей совершенно не нравился. Случайно она повернула голову в сторону Валли. Тот опустил глаза, и Лене показалось, что он что-то хочет, но не может ей сказать. Решительно она засунула платок назад в упаковку и поехала дальше с развевающимися волосами.
   Березки по обочинам дороги, шиповник, поля невысокого подсолнечника и кукурузы… Из любопытства она спросила, на какой широте расположен Париж.
   – Широта Воронежа, – прокомментировал Валерий.
   – До Гавра столько же, сколько до Луары, – добавил Серж, – и ветер с океана несет прохладу и частые дожди.
   – Зато, наверное, в январе тепло?
   – Не очень, – ответил Серж. – Гололед и ветер. При минус единице бывает очень холодно.
   – Да, – заметил Валерий вполголоса. – А не хотите минус тридцать с ветерком где-нибудь на полигоне в Ашулуке?
   – Что-что?
   – У нас бывает минус тридцать, – примирительно объяснила Лена. Серж Валли деликатно присвистнул.
   Незаметно они проехали Орлеан. Собственно город остался в стороне. Теперь вдоль дороги проносились низенькие виноградники. Кустики томатов и перца иногда виднелись на задах дворов. Лену удивило, что часто помидоры росли в кадках.
   – Земля здесь бедная. Известняки, – пояснил Серж.
   – Во Франции – и бедная! – шепотом сказала Лена Валерию. – Это в аграрной-то стране. – Как человек старательный, она еще перед отъездом изучила памятку для туриста. Дворы, видимые с дороги, – крошечная поверхность земли, вымощенная песком, камнем или плиткой – пирамидальная туя в горшке, домик для птиц на ветке дерева – вот и весь французский двор. Какие уж тут дачи! Старательность жителей умилила Лену. Каждая пядь земли была вычищена, украшена.
   – Здесь, в Блуа, – сказал Серж, когда они уже подъезжали, – у нас дом, доставшийся Катрин по наследству. – Блуа – небольшой городок, но очень известный во Франции. Здесь когда-то родилась Жанна д’Арк. Мы прогуляемся к удивительному замку. В нем жил король Генрих III, и здесь проткнули шпагой герцога де Гиза. Вы слышали что-нибудь про Варфоломеевскую ночь?
   – Ну, в общих чертах, – вежливо сказала Лена. – Кое-что урывками. Неприятная история.
   – Что же ты, о Жанне д’Арк, что ли, не знаешь? – сердито прошептал ей Валерий.
   – Французы тоже, я думаю, не знают об Иване Сусанине, – тихонько ответила она. – К чему притворяться, что мы такие уж знатоки французской истории?
   – Да, дети изучают историю в школе, но, по-моему, тут же забывают о ней, – улыбнулся Серж.
   Валерий скептически поджал губы, а Лене почему-то захотелось увидеть детей Сержа. Да и познакомиться с Катрин ей тоже было интересно. Как ни формален их визит, но ведь они едут в гости. Обрадуются ли хозяева их приезду?
   Они свернули с шоссе на узкую дорогу, по обеим сторонам которой в два ряда росли старые, высокие деревья. Они смыкались кронами над дорогой, и Лене казалось, что они едут по зеленому туннелю. Вскоре начались улицы городка. Неширокие и извилистые, с белыми каменными двух-, трехэтажными домами под старыми черепичными крышами, с небольшими садиками во дворах, они очень понравились Лене. Ставни с изображениями лилий, цветущие герани в ящиках на окнах, над дверями. Металлические резные вывески, старинные звонки – Лене казалось, что она попала в сказку о Коте в сапогах.
   – Вот мы и приехали! – сказал Серж, остановившись у большого дома, стоявшего не в ряду улицы, а чуть дальше, особняком. Он вышел из машины и набрал код замка на воротах. Они открылись. Серж въехал во двор и посигналил. Валерий и Лена вышли из машины. Моложавая женщина в легких светлых брюках и лиловой кофточке, улыбаясь, спустилась по наружной лестнице со второго этажа им навстречу.
   – Познакомьтесь! Катрин, моя жена, – сказал Серж и ласково обнял женщину, поцеловал ее в щеку. Она на миг прижалась к нему и поспешила к гостям, поправляя на ходу кофточку. Валерий церемонно познакомился с хозяйкой, а Лена, вдруг покраснев, подумала, что ничего у нее с Сержем не будет.
   И очень хорошо! И прекрасно! Так и должно быть, – но Лена не могла подавить в себе нелепого чувства какой-то низменной радости от того, что недавно прогуляла с мужем этой замечательной с виду женщины целый вечер и она, эта женщина, не подозревает об этом.
   Катрин повела всех в дом. Валерий держался немного скованно, а Лена смотрела по сторонам с жадным любопытством и не могла не отметить, как все было хорошо и удобно устроено в этом старом просторном доме.
   Окна со светлыми занавесками были распахнуты навстречу небу и воздуху. Если с утра в Париже было прохладно, то сейчас, почти в полдень, в Блуа было замечательно тепло. Бабье лето в разгаре. Небольшой ветерок шевелил занавески, и было видно, как за островерхими крышами домов на изгибе блестела река и повсюду разливалось ощущение покоя. И Лене вдруг остро захотелось жить так же – спокойно и серьезно, любить своего мужа и верить в счастливую и долгую совместную жизнь с ним. Она искренне сказала Катрин о своем восхищении их домом.
   – А где наши дети? – спросил у жены Серж.
   – У себя наверху. – На второй этаж вела широкая лестница.
   Катрин позвала:
   – Дэни! Соланж! Спускайтесь вниз! К нам приехали гости!
   Первой появилась девочка. Она бросилась к отцу и повисла на нем.
   Будто родители чувствовали, каким именем нужно назвать дочь. Соланж напоминала солнышко. Ее загорелое лицо все, вплоть до глазниц, было покрыто веснушками, что придавало ее круглому личику задорный вид. Она носила модные очки и все время их поправляла – они сползали с ее маленького носика. Соланж была похожа на Катрин.
   Даниель же не был похож ни на мать, ни на отца. Он спустился из своей комнаты в наушниках, в шортах, босой и, узнав, что гости приехали из России, сказал, что это, наверное, ужасно далеко. Поздоровавшись с Валерием и Леной за руку, он тут же ушел обратно, к себе наверх. От объятий отца Даниэль уклонился.
   Соланж же пропела: «Бонжур, мадам! Бонжур, месье!» – и немного покраснела, когда Лена, крепко пожав ей руку, расцеловала ее в обе щеки.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация