А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Cittadella" (страница 1)

   Михал Влад
   Cittadella[1]

   Посвящается моему отцу
   …плеск воды в опустевших колодцах…
Мишель

   «Солнце низко над стогом висело…»


Солнце низко над стогом висело,
полосой оставляя закат,
и старушка тихонько присела,
вспоминая, чем день был богат,


развязала слетевший на плечи,
полинявший под солнцем платок
и задумалась, сидя у пeчи,
засмотревшись на старый порог.


Там, вдали, убегая с годами,
в ней далёкая юность жила
и цветущими в небо садами
всё манила и в гости звала.


Вечер
скошенным, стынувшим полем
убегал по шершавой стерне,
за окошком степное приволье
заходилось в безудержном сне.

   Апрель 1968

   ПОД КАЛИЧЬЕЙ ГОРОЮ (2000–2011)

   Jam-session (1)[2]

   сакс

пальцы перебрали серебряные пятаки клавиш
и бархатный звук – затаился у входа

   вокализ

А-А-ТАП-ДУ-ПА-А-П
Oh!.. Leave my summer!
йе-е-е… у-у-у!

   ударные

кисточки… … …
своим нежным касаньем высекают золотые искорки
из огромных как купол латунных тарелок
прихлопывая их рокотом дроби
и последним тяжелым ударом
БИГ ДРАМА


BD (The Big Drum!) финал… … …

   отражённое эхо

ШЕРРРРР… Мадам Полувека
как надтреснуто и тревожно Она спела напоследок:
«YOU ARE MUST BE LEAVE MEEEEEE…»

   суфлёры
   (шёпотом)

под-сказ-ки… за-мо-ро-чи-ли… пе-ре-пу-та-ли…
итак забытый смысл… не до того – и не до этого!

   аплодисменты

не ради – этого
не ради восхищенья и благодарности
не ради этих слез горечи и радости
но если этого – не будет в самом конце —
не нужен и Поклон!

   конец

   4 июня 2000

   Так и не иначе


Что – в имени Твоём?
Лист чистый и упругий…


цвет белой лилии пушинки облаков
иль робко поднятое знамя перемирья


Что в имени?


каков там знак упрятан
и где продленье сбитого конца
прямой наводкой снайперского ока
желанье покорить и сбыться так
как предсказаньем велено – не боле…


Что?


вот веер снова закрывает ловко
лица овал и глаз прищур игривый
и тень мелькнувшую переведет назад
под мерное покачиванье пальцев
как стрелки часиков – остановив на миг


растерянное робкое немое
заглянет солнышко в бездонные глаза
не отразив ни радости ни боли
и только долгое молчанье перетерпит
предаст себя лишь взором торопливым
прекрасных серо-голубых очей
мелькнувших из-под штор опущенных ресниц


Неизгладимо! Ангел!.. АНГЕЛ!..


(вторим)


кто так касается – пушинку сбив крылом
с плеча сомненья – ниспослав удачу

   1 мая 2000

   Тонкими спичками


соскрёбывая со стен сумрак вчерашней ночи
отсылая в далёкий край несколько ласковых слов


провожая в путь
последний подмигивающий алыми огоньками
вагон межконтинентального экспресса – не забудь…


отгоняя белую-белую зависть
к летящим по дальнему осеннему небу птицам —
не забудь…


принося в свой дом пыль пройденных дорог
и соль исхоженных морей


омывая вечерний лик свой
изборождённый плугом морщин
живою талою водой из горного родника – не забудь…


Просто – вспомни! Вспомни!


Тот далёкий тёплый вечер когда вы все вместе:
Твой Отец – Твоя Мать – Твой Брат – Соседка
и обе её малюсенькие Дочки – до поздней ночи
накалывали тонкими заточенными спичками
винно-бордовые вишни для зимних варений…


Вспомни! Какая это была – Жизнь!

   2 июля 2000

   Вчера в Камергерском (В переулке у МХАТа)


как мало – и как много…
над белым-белым гробом
аплодисментов стая над Чеховским взлетает
и на плечах качаясь плывёт Ефремов в вечность
к Земле иной – навстречу


легче…
уже сегодня легче
вздохнуть хрипящим горлом —
друзья убиты горем и некому поспорить
и нет уже героев с шекспировской игрою
и нет своих простецких тех пареньков советских
и тех вояк бывалых которых жизнь забрала
исчезли жесты крики – театр многоликий
под Чайкой – крылья косят…
Ефремова уносят


и лица… лица… лица
такое лишь приснится
всё это – было рядом! над режиссёрским рядом
дымок во тьме курился – Ефремов значит злился
у Смоктуновского у Евстигнеева у Табакова
ну вовсе как у Хлестакова не шла игра – непруха
разборки – не для слуха лишь Он – всегда предвидел
какою роль у них для всех к поклону залу – выйдет
аплодисментов стая – в последний раз – взлетает!..


к Тебе – Олег!
высоко так… далёко так… взлетает

   31 мая 2000, в последний день весны

   Золотое кольцо нашей молодости

   К. и Я.

по весёлому кругу – бегом от назойливых букв
с сумкой полной добра и широким ремнем через спину…
по – весёлому… гнать… замыкать не сомкнувшийся круг
и выглядывать край – кончик неба отглаженно-синий


не придумать не высказать наших залётов-потерь
по пути к золотому далёкому кругу
остаётся сегодня – а значит не завтра – теперь
залатать свои дыры и сшить камуфляж нам с подругой


в атрибутике снов предписаний для каверзы нет
карты лягут на кон и выиграет тот кто был ближе
по весёлому кругу – барабаном блеснул пистолет
выбирая мишень для подарка судьбе или – ниже

   21 июня 2000

   Блики зеркал


замелькали зеркал медальоны…
блеск такой – даже оторопь душу берёт
тянет знахарь с рецептом – от тьмы от напaсти бессонной


не долечит и в отпуск – с июня на лето уйдёт

   21—22 июня 2000

   Бабье лето


неожиданный блеск осаждённого дня
несмолкаемый гонг пролетевшего лета
я конечно закончу ту песнь – за себя
прихватив себе ключик от дальнего света


приголублю рукой настороженный взгляд
обведу мелом круг чтоб чужие не взяли
отмотаю наш ролик лет на сто назад
только радости там – и ни капли печали


небо в синьку свой купол макнёт с головой
осень выстелет нам жёлтой охрой дорожку
сколько до поворота пройти нам с Тобой
посмотри в зеркала – там осталось немножко

   16 октября 2000

   На Кузьминки


выдувает тепло из прорех поредевшего леса
плачет полый ноябрь в ледяные свирели зимы
накликая нам снег подзывая к опушкам белесым


по ночам – в лунный свет
к колдовскому кычанью совы

   15 ноября 2000

   Окончание поры комаров


недавний бунт летучего гонца
последний раз летевшего в атаку
последний тот полёт друзьями был оплакан
рой сожалел – последствиям конца


жесток прохожего неистовый порыв
желанье поскорей как видно рассчитаться
с проделками летающего братца
ладонью его крылышки накрыв


посол забвенья выплывший из тьмы
торил свою последнюю дорогу
как всё зависимо – от воли и от Бога
в преддверии безжалостной зимы

   15 ноября 2000

   Февраль


метель пройдёт – ну может чуть позлится
чуток – не более… зато белым-бела
заманит нас февральская столица
в хоромы льда в околицу тепла


под сводами зимующего храма
пройдёмся удивляясь – Почему?
Нет и следа!
– здесь отшумела драма
так – тихо… мы – привыкли не к тому


прислушиваясь к шороху и гаму
приноровились к вздорной суете
калейдоскопам лиц витрин и балаганов
пора пристать —


На пристани-и-и!.. Вы – где?


примите фал и пришвартуйте катер
в искринках льда нам чудится уже
конец зимы и – как терпенья хватит —
весны приход и шёпот листьев: «Лже!»

   3—10 февраля 2001

   Хворь


зачем – наступление ночи
к чему – окончание дня
мне голову снами морочит
и снова стращает меня
на стенах разводами теней
и шорохом бархатных штор
накатит волною сомнений
и тихий пошлёт заговор


О! – вкрадчивый шёпот обмана…


и белая чистая страсть
и имя звучащее странно
и вера – готовая пасть


в ладье (по сюжету) – нет вёсел
и зыбок заоблачный свет
меня под луною уносит
летящий безмолвный корвет
и нет завершенья простору
и кажется близким рассвет
по тёмным глухим коридорам
придёт и разбудит – без бед!

   7 марта 2001

   Шкипер

   Брату Сане

лёгкий бриз – ранним утром в Малагу
или вовсе в другую страну
шкипер тянет ноздрёй – доверяется лагу
чалит ветер и чует волну


через узкий пролив Гибралтара
грузы сдать и в таверне гульнуть
только – без мордобоя!..
гитара —
всех помирит заставит взгрустнуть


поскорей бы на склянках сыграли
перекрестимся… в путь… был – таков!
чтоб свои нас уже не застали
так вернее – без слёз и платков


надо б весточку им дотаранить
мол – среди мировой суеты
не пришло ещё время табанить
и ещё – далеко не кранты!


вот – походим по синему морю
и домой швартоваться придём
вдоль по пирсу мы марш свой повтoрим
с рюкзаками надежды пройдём

   4—5 мая 2001

   Распродажа боекомплектов

   Pаulinе (New York)
   Но почему ж тогда в натуре человечьей
   В отличье от зверей таится столько зла
Франсуа Мари Вольтер. Из Макиавелли
(Пер. М. Кудинова)

забираясь под самую душу
в кураже разохотившись всласть
предлагает нам на ночь послушать


ЗА-ВВЫ-ВВАНЬ-ЕЕЕ-ее-е!..
(звериная пасть)


сквернословье – оскал спозаранку
и отчаянный вопль поутру
остаётся лишь впасть в несознанку
или вверить всё сдуру костру


постепенно – являясь из пыли
приоткроет личину – Хаoс!


гром копыт отмеряющих мили
не заглушит начавшийся дождь
не оставит нам шанс оклематься
за который остатком души
удалось бы хоть как-то цепляться
настигая – Он – станет крушить!
лик – ужасного… скрытого… злого
ненавистен в беспомощном сне


Слышь! Служивый!
поддай огневого – чтоб тряхнуло его на коне
ятаган чтоб пропеллером – в дюну
и уже в опустевшем седле
не нашлось – от кого бы нам сплюнуть


Постарайся! Браток! Там… во мгле…

   15—16 сентября 2001

   Некорректная игра на бильярде


Лови! вот я уже лечу – покинув дол зелёный
замри – я должен угодить в расставленную сеть
и луза ждёт меня во мгле разинув рот лужёный


Сомнений нет… и я – лечу!
слегка коснувшись… лишь… игриво… мизинца
очень торопливо другого шарика… бочком-ничком


О, ПО-ПА-ДА-НЬ-Е! (раз и нету)


ну вот… вот так… ещё… чуть-чуть…
Пленён Тобою… Незаметно? – Ничуть!

   29 сентября 2001

   Мы с Кутьшей

   Жозефине «М»

как по белым по снежным полям
по колено – в искрящейся пыли
мы уносимся к дальним краям
чтоб снега с головой нас накрыли
лаем громким окрест огласив
заигравшись до одури вволю
бузотёры друзья-кореши
испытаем ниспосланну долю


полемически бодрый настрой
несогласье с командою: «Рядом!»


Ух! прыжок этот – гонки с игрой
с кареглазия пристальным взглядом
что ж подружка… подольше беги
озираясь —


«Хозяин?» – «Где – бродит?»


загадаем… у нас впереди
чтоб не сглазили – жизнь хороводит!

   31 декабря 2001

   Блестящий шар

   Виталику Новицкому

мотаю сны на удочку надежд
чуток охоты оставляя жизни
взгляд пристальный – с прищуром на невежд
уже не ловит зги – как объектив капризный


погоды – нет… по-прежнему – туман…
над гладью льда всё чаек ветер носит


такая штука – жизнь!
заштопанный карман
проношенный до дыр
а руку греет – в осень…


мотивчик крутит оську в голове
закат нарочно путая с рассветом
под лункой в талой плещущей воде
крючок задёргался – ко мне приходит Лето!

   2 февраля 2002

   Кручина (Сатанинская среда – 20.02.2002)

   Сэнди

уколола оса – ужалила
больно тронуть а молвить – нет слов
как же долго его ты печалила
окаянная злая любовь
как тянула долги – по кровиночке
заставляла платить – по слезам
от досужливых взглядов в заимочке
укрывала утехи бальзам
как же мучила ты – приговаривала
не давая владеть – что имел
лишь улыбочкой злой отоваривала
да гримасничала – как хотел


не заступница ты – не охранница
так – оторва с дешевых затей
и не нужен был – пусть он провалится
на губах твоих злобных – елей
расторопно отхапнув пожиточки
чесанула на выгул к другим


ошалевшая стерва…


на ниточке оставляя его – аки квиточку
над провалом заснувшим таким

   22—23 февраля 2002
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация