А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "На хвосте удачи" (страница 19)

   – И вы допустите, чтобы ваша кузина свидетельствовала на суде как пиратка?
   – В отношении кузины я бы такого не допустил.
   Нати нахмурилась.
   – То есть вы все-таки мне не верите?
   – Почему я должен вам верить? Рассудите сами: пленная француженка, плавающая на пиратском корабле, заявляет о том, что она моя давно пропавшая без вести сестра… Вам еще придется доказать наше родство.
   – Но как? Я же рассказала чистую правду!
   – Мне нужны доказательства.
   – Но какие?! – тоном выше спросила Нати. – У меня нет никаких бумаг, фамильного медальона, родимого пятна, наконец, по которому меня можно было бы опознать! Одни детские воспоминания! Расспросите меня хорошенько, и вы поймете, что я не лгу!
   Алонсо, опустив ресницы, невозмутимо перебирал четки из андалузита. Отполированные зеленые камни отсвечивали стеклянным блеском, на поверхности явственно проступали знаки креста. Недаром его еще называют крестовик-камень, мальтийский крест. Камень монахов, путешественников и воинов…
   Воинов. Адмирал носит на груди орден Сантьяго: высший орден испанского рыцарства. Крест посверкивал в свете свечей рубинами… Рубинами?
   – Дон Рикардо, мой отец, подарил моей матери в день свадьбы набор драгоценностей из рубинов. Мать привезла их с собой на Омори.
   Адмирал поднял удивленные глаза:
   – Наконец что-то новенькое, ты слышишь, Хуан? Продолжайте.
   – Когда я собралась в Европу искать свою испанскую родню, я взяла их с собой.
   – И где же они?
   – Когда Лис… капитан Фокс захватил голландский барк, он забрал их у меня.
   – И сейчас они?..
   – На Тортуге. Хранятся у губернатора де Ожерона.
   Адмирал приподнял брови:
   – Ах, как обидно! И как удобно!
   – В каком смысле? – растерялась Нати.
   – Ведь мы не сможем до них добраться, чтобы выяснить – существуют ли они на самом деле!
   – Но я говорю правду!
   Алонсо неожиданно быстро поднялся.
   – Всю вашу так называемую правду я уже слышал. Оцените терпение, с которым я выслушал эту тщательно подготовленную выдумку. Возвращайтесь в свою каюту.
   – Но…
   – Немедленно, сеньорита! Не стоит проверять мою выдержку. Она и без того на пределе!
   С длинным вздохом разочарования девица в мужской одежде вышла за Хуаном. Не забыв, впрочем, прихватить полные горсти сладостей.
   Адмирал вновь занял свою вахту у окон, хотя единственное, что он мог разглядеть, был лишь свет огромных кормовых фонарей. Спросил, не оборачиваясь, у вернувшегося слуги:
   – Что думаешь, Хуан?
   – По-моему скромному мнению, – сказал слуга, – у вас нет никаких оснований верить этой молодой особе… – Переждал возглас хозяина «Вот именно!» и добавил: – Как, впрочем, и не верить. Повариху, служившую в доме во времена вашего детства, действительно звали Терезой. Но это весьма распространенное имя. С таким же попаданием в цель она могла бы назвать повариху Марией. Кстати, насчет попадания в цель… – Адмирал невольно обернулся на многозначительную паузу. – Осмелюсь доложить: у этой молодой особы под рубашкой имеются ножны, а в ножнах – весьма серьезные метательные ножи. Так что она вполне могла бы вонзить их вам в грудь еще в первую встречу.
   В голосе адмирала смешались изумление, гнев и веселье:
   – И ты говоришь мне об этом только сейчас?!
   – Я весьма прилежно следил за ее руками, уверяю вас. У нее просто не было никаких шансов.

   Нати жевала мармелад и размышляла. Она так устала, как будто побывала в когтях сытого кота: тот поиграл с мышкой мягкими лапами и вместо того, чтобы откусить ей голову, отбросил до времени, когда проголодается…
   Не в ее правилах было долго предаваться негодованию на мир и несовершенство людской природы. Она сделала, что могла, теперь следует возблагодарить Господа за этот день и попросить помощи на следующий. А еще попытаться вспомнить как можно больше подробностей, чтобы убедить Алонсо. Но каким он стал! Грозный Бич пиратов, адмирал, кавалер Великого военного ордена Меча святого Иакова Компостельского… И какой… взрослый.
   Красивый мужчина!

   Нати так и не увиделась со своей командой: адмирал, прихватив ее с собой, сошел с корабля до того, как из трюма начали выводить пленных. Ошеломленная шумом, яркостью, многолюдностью большого города, она шла между солдатами и только успевала вертеть головой, рассматривая множество кораблей в гавани, мощеные улицы, высокие дома – в некоторых было целых три этажа! – склады, магазины, сияющие кресты на шпилях собора… Она уже начала спотыкаться, когда они наконец добрались до цели: большого двухэтажного белого дома, выстроенного в щемящем сердце знакомом стиле.
   Нати не знала, какие распоряжения отдал Алонсо в отношении нее, но что отдал, было понятно – встретившая их мулатка без вопросов и восклицаний провела Нати в левое крыло. Там уже была приготовлена ванна с нагретой водой, различные притирания и масла и даже… мыло! Нати с наслаждением вдохнула его лавандовый аромат. Кажется, Жан Жак говорил, что его производят в Венеции… Нати смущали любопытные взгляды служанки, и, раздевшись, она поспешила укрыться от них в воде. Но мулатка все равно не отставала – помогала, натирала, поливала, будто Нати сама бы не справилась. Оставалось только расслабиться и наслаждаться горячей водой и ароматами – пожалуй, блаженство длилось целый час…
   После ванны ей предложили белую блузу с открытыми плечами и широкую юбку. Отвыкшая от женской одежды Нати с удовольствием чувствовала, как скользит по телу мягкая чистая ткань. Едва служанка отлучилась, Нати поспешно перестегнула ножны на лодыжки – благо, юбка длинная.
   Служанка заколола гребнями ее еще влажные кудри. Ну что ж, может, Алонсо теперь сочтет ее облик более достойным для сеньориты из семьи де Аламеда…
   Через некоторое время Нати надоело чинно сидеть на стуле, наблюдая в окно за раскаленной солнцем пустынной дорогой. Нати выглянула в двери, убедилась, что снаружи нет часового, и почти на цыпочках отправилась в путешествие по дому. Видимо, уже была сиеста, потому что ей не встретились ни хозяин, ни даже слуги. Нати брела по роскошным коврам, замирала перед картинами, проводила пальцами по деревянным резным барельефам, украшавшим балки и перила уходящих на второй этаж лестниц. Неужели Алонсо все это привез с собой из Европы? Безошибочно она нашла внутренний дворик – святая Мария, в точности как дома! Перила террас, скамьи возле тихо журчащего фонтана… Нати присела на его бортик, принялась ловить прозрачные струи.
   …Не то чтобы адмирал ее не узнал. Скажем, узнал не сразу. Не обнаружив свою так называемую кузину в ее комнате, он неслышным шагом отправился на розыски, ведомый легким любопытством: что-то она еще предпримет? Алонсо не опасался, что авантюристка сбежит: стража в саду была наготове. Одной осечки достаточно, второй уже не будет…
   Адмирал остановился на ступенях террасы, с легким сомнением рассматривая присевшую на бортик фонтана девицу: она? Или кто-то из служанок – он не запоминал их, разве что те были исключительно красивы. Эта была миловидна – и только. Девица плескалась и играла со струями фонтана, точно ребенок, что-то напевала вполголоса. Кажется, по-французски. Мелодия показалась ему знакомой. Вслушиваясь, он шагнул вперед, девушка оглянулась и замолчала. Вскочила.
   – Кузен Алонсо!
   Надо запретить ей так его называть.
   – Ну, наконец-то я вижу, что вы действительно девушка!
   Та улыбнулась уже знакомой озорной улыбкой сорванца.
   – Я всегда говорю правду!
   – Тогда я крайне изумлен, что вы сумели дожить до столь преклонных лет!
   – Ох, кузен Алонсо, вы меня смутили! – сказала она, не выказывая никакого смущения или замешательства. – Хорошо, я стараюсь чаще всего говорить правду.
   – Вы католичка?
   Пожалуй, блуза была ей большевата, слишком уж открывала юные плечи и грудь. Такая гладкая красивая кожа требует более дорогих украшений, чем простенький крестик, притаившийся в очень привлекательной смуглой ложбинке. Нати приподняла крест пальцами.
   – Вас это удивляет?
   Алонсо взял ее за запястья, повернул, разглядывая потертости на предплечьях.
   – Могу я вам задать вопрос?
   – Конечно.
   – Когда вы прибегнете к следующему, более действенному варианту убеждения?
   – Я не понимаю…
   – Ой ли? – недоверчиво усмехнулся он. – Когда вы поймете, что больше не сможете морочить мне голову, вы попытаетесь меня убить и удрать? Таков ведь был ваш план?
   – Что?! – Глаза девушки округлились. – Да вы… с ума сошли?
   – Конечно, сошел, – согласился адмирал, – когда позволил маленькой мерзавке сохранить при себе оружие. Где они, Наталия? Где ваши ножи? Вы оставили их у себя в комнате? Или они здесь?
   Одной рукой продолжая удерживать ее за запястья, другой он бесцеремонно начал ощупывать девичий стан, потом бедра, колени, наконец ухватился за голень, издав торжествующий возглас:
   – Ага, вот они!
   Слуга, заглянувший на шум во внутренний дворик, увидел, что хозяин задирает новой девушке юбку, и благоразумно удалился. Конечно, не замедлив оповестить всю прислугу, что хладнокровный дон Алонсо просто без ума от маленькой кудрявой француженки…
   Девица, рыча от злости, успела пару раз лягнуть его, прежде чем он освободил ее от смертоносного груза. Слегка запыхавшийся Алонсо потряс в воздухе добытыми ножнами.
   – Скажите, что я не прав!
   Нати потирала покрасневшие от его железной хватки запястья. Огрызнулась:
   – Пожалуйста: ты не прав! В детстве ты был куда вежливее! Знала бы, что ты вырастешь таким, разбила бы нос тебе, а не Хуану Миро!
   Алонсо перестал разглядывать ножны и уставился на девушку. Спросил негромко:
   – Что вы сказали?
   – Что ты хам и негодяй! – Нати замешкалась, подыскивая ругательство покрепче, но так как ее запас испанских ругательств был ограничен детскими знаниями и литературно-классическими отца Модестуса, пришлось добавить по-французски: – Merde!
   Адмирал даже не поморщился. Отшагнул назад и сел на скамью у фонтана, на которой несколько минут назад сидела Нати.
   – Если б я хотела тебя убить, я бы сделала это еще в море! – продолжала бушевать та. – Твои доблестные солдаты очень плохо обыскивают!
   Алонсо нетерпеливо отмахнулся.
   – Это правда, они будут наказаны… Откуда вы знаете Хуана Миро?
   – Этого мальчишку, который приходил к нам в гости? А ведь это ты научил меня бить сразу в нос, так что нечего было твоей матери отчитывать меня за неподобающее поведение! Впрочем, потом мы с ним подружились, хотя дружба и началась с драки… – Нати неожиданно засмеялась. – Между прочим, он сделал мне предложение, и я даже согласилась! Так что, кузен, нравится вам это или нет, я фактически обручена!
   Адмирал задумчиво смотрел в пространство перед собой, по-прежнему крепко сжимая в руках ножи. Нати никак не могла сообразить, что за мысли роятся за этим высоким нахмуренным лбом, потому что Алонсо спросил неожиданно:
   – Что за песенку вы сейчас напевали?
   – А… Я вспомнила: дома, когда мы сидели у такого же фонтана, мама часто напевала французскую песню. Мелодию я помню до сих пор, а слова… едва ли я вспомню сейчас хотя бы куплет. Что-то про маленьких птичек…
   Алонсо порывисто поднялся. Приостановился на ступенях террасы, что-то хотел сказать и, передумав, ушел.
   – А мои… ножи? – спросила Нати у воздуха. Мало того что ей так неловко и странно в женской одежде, так теперь, без привычной тяжести оружия, она чувствует себя просто голой.

   – Добрый день, любезный дон!
   Конечно, ему не ответили, хотя он просто старался быть учтивым. Эндрю перенес вес с больной ноги на здоровую. Зазвенели кандалы. К сожалению, стул в помещении был единственным и уже занят.
   Человек, сидевший у стола, молча рассматривал его. Наверняка то еще зрелище! Эндрю изрядно помяли, хотя серьезных ран он не получил, синяки и ссадины обильно украшали физиономию. Да и порванная одежда и босые ноги (сапоги испанцы отобрали уже в тюрьме) элегантности не прибавляли.
   – Вы – английский пират Эндрю Фокс, называемый также Лис? – спросил испанец. Голос его был негромким и мягким.
   – Не отпираюсь насчет имени и национальности, хотя в отношении «пирата» мог бы и поспорить!
   – Вас сюда привели не для споров.
   – Догадываюсь, – пробормотал Эндрю. – Наверняка для исключительно приятной беседы…
   Испанец поднялся, двинулся по комнате, заложив за спину руки. Рассматривающий его Фокс поменял первое мнение: не алькальд. Слишком роскошен черный с серебром камзол и… рубиновый крест! Эндрю во все глаза уставился на своего давнего противника. Кажется, они с Бичом пиратов ровесники. Адмирал пониже, изящно сложен, движения его кажутся ленивыми и грациозными… но обветренное лицо, выправка военного и сильные кисти, видневшиеся из дорогих кружев, ломают образ праздного щеголя с Аламеды.
   – Какая честь! – произнес Эндрю почти без насмешки. – Меня будет допрашивать сам дон де Аламеда!
   Испанец вяло отмахнулся.
   – Для этого у нас имеется Святая палата и алькальды! И вам не удастся их одурачить, все ваши грехи давно сосчитаны и записаны.
   – Так что же, вам просто захотелось на меня посмотреть?
   – Не обольщайтесь! Вы не первый пират, которого я взял в плен. И, к сожалению, не последний.
   – Тогда я не понимаю, – вежливо сообщил Эндрю, – почему меня вывели из моей уютной крысиной ямы и поставили под ваши прекрасные очи. Чем обязан честью знакомства?
   На миг ему показалось, что он зарвался. Испанец остановился прямо перед ним, уставился темными… странно знакомыми глазами.
   – Я хочу задать вам несколько вопросов.
   – И ожидаете, что я на них отвечу?
   У этого дона де Аламеда терпение поистине ангельское. Обычно испанцы выходят из себя очень быстро.
   – На вашем корабле плыл юнга…
   Да! У Эндрю язык так и чесался спросить. Но раз испанец заговорил сам…
   – Как там поживает наш малыш Нэтти?
   – Хорошо поживает.
   – Вы его не обижаете?
   – Расскажите, как он у вас появился.
   – А что он сам рассказал?
   – Я хочу услышать вашу версию.
   Что Нэтти им наплел? Или, наоборот, какую рассказал правду? Эндрю помолчал, потом начал – без обычного ерничанья – рассказывать, внимательно следя за реакцией испанца. Тот по-прежнему выглядел задумчивым.
   – Это все?
   – Все.
   Совпало? Не совпало?
   – Юнга говорил, что вы отобрали у него некие драгоценности…
   – Рубины?
   – Дайте их описание.
   Эндрю дал – вплоть до количества камней и качества огранки. Добавил, подумав:
   – Нэтти утверждает, что он не украл эти драгоценности, они принадлежат его матери.
   Он все еще хотел защитить громмета, хотя тому, кажется, пока никакая опасность не грозила.
   – Он рассказывал что-либо о своей семье?
   – Сказал, сирота. А к чему все эти вопросы?
   Естественно, ответа он не получил. Зато получил вопрос, который его слегка огорошил:
   – Скажите, а какие отношения связывают вас и… Нэтти?
   Отношения? Связывают? Эндрю подумал и спросил – изысканно учтиво:
   – Не хотелось бы быть невежливым, отвечая вопросом на вопрос, но какие отношения связывают вас и Нэтти?
   Показалось ли, что испанец метнул взгляд в сторону часовых? Взмахнул рукой:
   – Пока все. Уведите его.
   – Передавайте привет юнге, а я так благодарен вам за эту содержательную беседу… – Эндрю получил чувствительный толчок в поясницу, но все же договорил: – До встречи, дон де Аламеда.
   – О нет, следующей встречи не будет.
   – Не зарекайтесь!
   Значит, Нэтти все-таки не шпион испанцев, как они было решили. Но тогда какую же историю он сочинил, что им заинтересовался сам Бич пиратов?

   – Вы должны понять мое недоверие. Много лет мы считали вас погибшими…
   Они ужинали вдвоем. Прислуживал им все тот же казавшийся немым Хуан.
   – Погибшими? Но ведь донна Исабель знала, что мы поплыли на Омори!
   – Нет. Она сказала, что ваша мать списывалась со своими родными с Карибов. Но куда именно вы направились – не знала.
   – То есть… когда вы вернулись…
   – Когда мы вернулись, вы просто исчезли без следа, – мягко сказал Алонсо. – Мой дядя, а ваш отец, разыскивал вас долгое время. Он даже написал письмо вашим родственникам во Францию, но ответа не получил. Вы как в воду канули.
   Нати нервно рассмеялась:
   – Да, прямо в Атлантический океан! Но как же… ведь мама… она говорила… Ох! – Она подперла голову руками. – Какие-то сплошные случайности! Если б не было ложного сообщения о вашей гибели, если б вы вернулись чуть раньше, если бы моя мама хоть кому-то сказала… Но я просто уверена, что донна Исабель все прекрасно знала и даже помогала нам!
   – Это невозможно! – категорически отозвался Алонсо.
   Попробуй установи сейчас истину! Кажется, ее милая мамочка была достаточно… бестолковой, чтобы действительно никому не сообщить, куда собралась. С другой стороны, по ее детским воспоминаниям, тетя Исабель недолюбливала невестку настолько, что могла помочь ей уехать, а потом – от страха перед братом или нежелания, чтобы тот их нашел, – соврать и ему, и собственному сыну… Алонсо, конечно, в это не поверит. Да и так ли уж это теперь важно?
   – В конце концов мы решили, что вы погибли – раз столько лет не подаете о себе известий. И тут являетесь вы – прямо с палубы пиратского корабля! Естественно, первое, что я подумал…
   – Что за время преследования и боя мы придумали некий дьявольский план и роль для меня? И заодно каким-то образом узнали историю семьи де Аламеда?
   – Есть кое-что еще, – Алонсо откинулся на стуле, вновь взявшись за четки, – отчего я отнесся к вам с таким недоверием. Некоторое время назад ко мне явилась некая особа. Молодая, весьма привлекательная. И заявила, что она моя кузина.
   Так вот о чем его фраза: «Слишком много родственников»!
   – Все ее рассказы и воспоминания о детстве были подробными и весьма меня впечатлили. Причем ваш рассказ и рассказ той девушки идентичен – до того времени, как вы обе покинули Омори. Она собралась искать своих родственников в Европе, но неожиданно в одной из наших колоний услышала мою фамилию и решила выяснить – не родственники ли мы.
   Нати привстала, села… снова встала. Это невозможно, немыслимо, но это…
   – Карла!
   – Что?
   – Высокая, красивая, темноволосая и темноглазая? Над верхней губой вот здесь, слева, родинка?
   – Так вы с ней знакомы?
   – Знакомы? Ну конечно! – Нати хлопнула ладонями по столу так, что приборы подпрыгнули. Алонсо, подняв брови, придержал зазвеневший бокал. – Так вот почему она заставляла меня расспрашивать Дору и Жан Жака, мол, мне нужно все вспомнить, прежде чем податься на поиски, иначе чем я могу доказать… Она сама подсказала мне такую идею, я бы, наверное, никогда не додумалась… Где она? – Нати оглянулась на дверь, на Хуана, стоявшего с профессионально застывшим лицом «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». – Мне нужно с ней поговорить! Я ей покажу, как присваивать чужих кузенов!
   Улыбка скользнула в уголках губ украденного кузена.
   – Успокойтесь и сядьте. Ее здесь нет.
   – А где она?
   – Не знаю. Я могу закончить свою историю? – Получив энергичный кивок в качестве согласия, Алонсо продолжил: – Я уже начал склоняться к тому, что действительно случилось чудо… хотя я не очень склонен верить в чудеса. Однажды Хуан заметил, что она подсыпает мне что-то в бокал. Схватил за руку, так сказать. Девица не смогла ответить, что она делает, – попросту все отрицала. Ее заперли, чтобы утром вызвать альгвазила, но к утру она уже исчезла. Прихватив, между прочим, с собой кое-какие ценности. Никто ничего не видел и не слышал. А чему вы улыбаетесь? Радуетесь, что ваша подружка ушла безнаказанной?
   Нати поспешно прикусила губу. Перед ее глазами стояла потешная картина, как до зубов вооруженные испанцы с недоумением разглядывают пустую комнату и подсчитывают убытки.
   – Пожалуй, да. Я иногда ей просто завидую – Карла, кажется, ничего не боится. Я рядом с ней страшная трусиха.
   – Это вы-то? Которая столько времени провела на пиратском судне?
   – Н-ну… – осторожно начала Нати, – они называют себя корсарами…
   – Корсары, буканьеры, пираты… Все едино!
   – Раз наши страны, то есть Англия, Франция и Испания, находятся в состоянии войны, и у Лиса есть каперский патент, они все-таки военнопленные, а не…
   – Моя милая кузина! – перебил ее адмирал. – Словоблудие оставьте иезуитам. Las ladrones – разбойники, пираты – остаются таковыми вне зависимости от названия, мира или войны. И разговор с ними во все времена одинаков: виселица или костер!
   Ледяной голос, сверкающие гневные глаза… Нати благоразумно не стала продолжать, понадеявшись, что приговор свершится все-таки не завтра. Перевела беседу в шутку:
   – А, вы все-таки признали во мне кузину?
   Алонсо отпил вина. Глаза его блеснули иронически.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация