А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "На хвосте удачи" (страница 18)

   Часть четвертая
   Чио и Бич пиратов

   Ловушка захлопнулась.
   От люссановского брига «Непобедимый» остались одни щепки. «Пес войны», на который Фокс пару месяцев назад пересадил своего второго помощника и часть команды, тонул, немногие уцелевшие моряки плыли к «Красотке». А из пяти испанских фрегатов удалось потопить только один. Очень невыгодный обмен!
   …Капитан Люссан пришел к нему с предложением консорства, от которого просто невозможно было отказаться: по верным сведениям, в Гавану вскоре отправляется испанский галеон, везущий серебро с материкового рудника, – ждать основного казначейского каравана. Практически без конвоя, так, парочка люггеров. Фокс знал Люссана как человека серьезного и основательного, призы тот брал небольшие, но стабильные, команда была им довольна. И источники информации у него всегда были надежными. Лис согласился, не раздумывая.
   Как оказалось – зря. Вместо серебряного галеона их поджидала эскадра Бича пиратов. Самым правильным было удирать, что они и попытались сделать. Но несколько метких залпов с фрегатов угодили в крюйт-камеру «Непобедимого», а когда «Красотка» и «Пес войны» пошли на прорыв, попытка тоже кончилась плачевно. Ну что ж, он уже два раза уходил от Бича пиратов, третий оказался неудачным…
   …Нацеленные с фрегатов множество мушкетов и пушек. Почти затертая среди могучих кораблей шхуна, только что не взятая на абордаж. И на палубе – они. Изрядно прореженные картечью и ядрами, оскалившиеся, ощетинившиеся пистолетами, саблями и шпагами.
   – Сколько у нас осталось ядер? – почти не поворачивая головы, спросил Лис.
   – Лучше спроси, сколько у нас осталось пушек, – проворчал канонир Дарби. – Хватит, чтобы этому их… флагману засадить ниже ватерлинии. Но только раз.
   Лис потер подбородок.
   – А больше нам и не надо!
   С испанского флагмана «Санта Мария» вновь донесся звучный голос. Говорил испанец по-английски.
   – Адмирал Рикардо де Аламеда второй раз предлагает вам сдаться! Он гарантирует, что вас не казнят на месте, а довезут до берега и передадут в руки суда!
   Что равнозначно. Лис почувствовал, как вздрогнул стоявший с ним плечом к плечу Нэтти, глянул мельком: тот, нервно кусая губы, уставился на испанцев на палубе флагмана. Жалко мальчишку.
   Лис набрал полную грудь воздуха:
   – Передайте дону де Аламеда благодарность за столь любезное предложение и скажите ему…
   Старший помощник шагнул к нему, заслоняя спиной от испанцев. Сказал, почти не шевеля губами – привычно берег авторитет капитана:
   – Подумай, Лис. Адмирал, по слухам, держит свое слово. А пока мы живы – все еще возможно.
   Эндрю обвел взглядом свою маленькую потрепанную армию. Они ждали его отказа и готовились умереть так, как умеют корсары, – сражаясь до последнего вздоха.
   Лис окончил свои слова совсем не так, как намеревался. Не так, как от него ожидали:
   – …передайте, что мы сдаемся!
   Высоко подняв шпагу, Фокс отсалютовал своему удачливому противнику – и аккуратно положил ее на палубу. Он не смотрел на своих людей, но слышал, как над шхуной разнеслось:
   – Лис… Лис-с… Лис!
   Но знал, как изумленно они переглядываются, как медленно, дожидаясь друг друга, кидают под ноги оружие: кто неохотно, кто с недоумением, кто с облегчением…

   Ему показалось, что Нэтти сошел с ума. Только что тот стоял рядом – и вот уже рванулся вперед, крича пронзительно:
   – Отведите меня к дону Рикардо де Аламеда! У меня к нему срочное и важное сообщение!
   Солдат цепко ухватил его за ворот, но не зашвырнул обратно в толпу корсаров. Подняв голову, вопросительно смотрел на офицеров – а мальчишка, готовый вывернуться не только из собственной одежды, но и из собственной шкуры, продолжал верещать, упрашивая, грозя и раздавая от имени дона де Аламеда награды за свою жизнь. И все это – на чистом испанском, да еще с безупречным кастильским произношением!
   – Парень свихнулся от страха, – прошептал стоявший за Фоксом боцман. – Сейчас они его прикончат…
   – Чего он там кричит, а, Лис?
   Фокс еле повел плечом. Ответил мнимо спокойно:
   – Всякий бред. Тянет время, похоже.
   Берни, хорошо понимавший испанский, быстро взглянул на него, но ничего не сказал. Меж тем офицеры, вполголоса посовещавшись, приняли решение. Один махнул рукой:
   – Мальчишку – к адмиралу. Остальных – в трюм.
   Подгоняемые ударами мушкетов и ругательствами пленные побрели к люку. Задрав голову, Фокс следил за Нэтти: юнга легко взбежал по трапу. На них он даже не оглянулся.
   …Точно во сне она вошла в большую, богато убранную каюту. Высокий, одетый во все черное мужчина стоял к ней спиной, задумчиво глядя в большие кормовые окна. Нати уставилась на него, чувствуя, как у нее просто подгибаются ноги. Волосы цвета воронова крыла – он нисколько не поседел! – спускаются на прямые плечи…
   – Итак, – услышала она бархатный голос. – И что же ты хотел мне сообщить, юный пират?
   Человек обернулся, и у Нати просто перестало биться сердце. Прямой профиль, густые ровные брови, темные пронзительные глаза, строгий рот, испанская бородка – все, как она и помнила…
   Но этот человек не был ее отцом!
   Отцу было уже далеко за пятьдесят. А этот был ровесником Лиса.
   Испанец вскинул брови.
   – Я слушаю?
   – Это вы… дон Рикардо де Аламеда? – кашлянув, уточнила Нати сорванным голосом.
   – Тебе нужны мои верительные грамоты?
   – Не помешало бы на них взглянуть! – сорвалось с ее губ прежде, чем Нати успела убрать из голоса ноты вызова.
   В пронзительных глазах испанца блеснуло нечто, похожее на вспышку веселья.
   – Клянусь честью, я – действительно адмирал дон Рикардо де Аламеда!
   – О, ваша честь, ну конечно! – с презрением воскликнула Нати. – Отличное доказательство! С нею-то вы всегда можете договориться!
   Услышала шевеление за спиной, но испанец вскинул руку прежде, чем солдат успел поучить пленного почтительности. Так что Нати беспрепятственно сделала пару шагов вперед, оперлась о стол кулаками и уставилась на адмирала с возмущением.
   – Ведь вы, сударь, просто самозванец!
   Солдат даже дышать перестал. Адмирал некоторое время серьезно рассматривал пылающее праведным гневом юное лицо, потом решил, что, пожалуй, имеет дело с безумцем. Сказал учтиво:
   – Вот как? Как меня только не называли враги Испании, язычники и еретики, но вот звания самозванца я удостоился впервые! И что же подвигло тебя сделать столь поразительный вывод?
   В данный момент французскую практичность пинком под зад прогнал испанский фанатизм – Нати уже не заботила ни своя судьба, ни судьба команды.
   – Просто я знаю дона Рикардо де Аламеда с самого моего рождения! И вы, мой неизвестный кабальеро, – вовсе не он! И все, что я хотел сказать, я хотел сказать лишь ему – настоящему… А теперь, солдат, веди меня в вашу кордегардию, тюрьму или как там она у вас называется! Надеюсь, она не такая поддельная, как ваши фальшивые адмиралы!
   Ее просто трясло от разочарования, от крушения надежд вновь увидеть своего отца – живым. Она даже топнула ногой на солдата, застывшего у двери:
   – Давай веди меня к остальным!
   Тот глянул поверх ее головы на адмирала и не сдвинулся с места. Нати сердито вытерла слезы и нос, обернулась, услышав спокойный голос:
   – Вижу, что имеет место некоторое недоразумение. Я действительно из семьи де Аламеда, но имя своего дяди Рикардо взял из уважения к нему – когда тот признал меня своим наследником. Дядя заменил мне отца, и я не вижу препятствия к тому, чтобы…
   – Дядя? – перебила Нати. Она бессознательно шагнула к испанцу, пытаясь разглядеть красивого и ласкового… почти забытого мальчика в этом пугающем, хотя и, безусловно, красивом взрослом мужчине. – Тогда вы, должно быть… Алонсо?
   – Вижу, ты отлично выучил мою родословную, – улыбнулся адмирал одними губами. – Наверное, ты знаешь и имена моих родителей?
   – Вашу мать – безусловно. Донна Исабель де Аламеда де Эррера. Вашего отца, к сожалению, не помню. Он погиб еще до моего рождения. Да и вашего полного имени не знаю… иначе бы не случилось этой путаницы.
   – Да, я полагаю, не случилось бы, – любезно согласился адмирал, рассматривая ее во все глаза. – И откуда ж такая осведомленность?
   – Дело в том, что… – Нати набрала воздуха и выпалила, – дон Рикардо Диего Мигель де Аламеда – мой отец.
   Долгая пауза. Дон Алонсо сделал короткий жест, выпроваживая солдата из каюты. Мягким кошачьим шагом двинулся в обход стола, задумчиво прикасаясь пальцами к губам.
   – Не знал, что дядя наплодил бастардов в Новом Свете. Обычно мужчины из рода де Аламеда весьма ревностно относятся к своему семени. Или он даже не слышал о вашем существовании?
   Нати отметила, что кузен – бессознательно или сознательно – перешел на «вы». И что в его голосе появилась явная издевка.
   – Я не бастард.
   – А, так вы были рождены в законном браке? И кто же в таком случае ваша мать?
   – Натали Мартель.
   Алонсо приостановился, склонил голову и поднял брови. Вновь двинулся вдоль стола: казалось, что кружит большая хищная кошка – пантера? – выбирая, когда удобнее броситься на жертву: на нее, Нати. А круги все сужаются…
   Остановившись напротив, сказал почти сочувственно:
   – Ну что ж, попытка была хороша! Настолько хороша, что я даже допустил возможность существования моего неизвестного кузена. Мне неинтересно, где вы разжились сведениями о моей семье, хотя если понадобится, вы ответите и на этот вопрос. Игра окончена. Солдат!
   – Но…
   – Вам, видимо, неизвестно, что в браке с француженкой Натали Мартель у дяди родилась дочь, а не сын. А теперь…
   Нати чуть не расхохоталась.
   – Видимость не всегда сущность, кузен Алонсо! Разве я хоть раз сказала, что я – юноша?
   Адмирал замер с приподнятой рукой. Казалось, он не сразу понял: взгляд его растерянно скользнул от лица наглого пирата по его многослойной просторной одежде и вновь вернулся к смуглому большеглазому лицу. В темных глазах юного «родственника» зажегся лукавый огонек.
   Нати услышала за спиной лязг металла: несчастный солдат по короткому жесту адмирала вновь покинул каюту.
   – И как вы собираетесь это доказать? – с опасным спокойствием спросил Алонсо.
   Нати серьезно задумалась.
   – Я не собираюсь перед вами раздеваться, но если у вас на корабле есть женщина…
   – У меня на корабле женщин нет! – прервал ее кузен. – Наверное, стоит расспросить ваших приятелей-пиратов? Ведь вы наверняка предъявляли им, и неоднократно, эти достоверные доказательства?
   Нати поначалу не поняла, что Алонсо имеет в виду: лишь встревожилась, что он выдаст ее команде. Потом бордово зарделась и даже не смогла внятно дать отпор своему… этому… проклятому, заносчивому…
   – Да они даже не подозревают, что я…
   – Позвольте вам не поверить! – ледяным тоном перебил ее кузен. – Вы плаваете в команде мужчин, и они не знают, что среди них – женщина?
   – Но ведь вы разговаривали со мной, и вам даже в голову не пришло…
   – Полчаса – не… Сколько вы находитесь на пиратском корабле?
   – Больше полугода.
   – Полчаса – не полгода, сеньорита! И вы полагаете, что распутная женщина гораздо лучше впишется в род де Аламеда, чем неизвестно с кем прижитый бастард?!
   Звук пощечины раздался прежде, чем дон Алонсо или сама Нати успели остановить ее руку. Голову адмирала откинуло в сторону, у Нати загорелась ладонь – вместе со смуглой щекой ее кузена. Нати внутренне ахнула, но сумела произнести твердо:
   – Простите, кузен Алонсо, но вы это заслужили! Не давая ни секунды для рассказа, вы только и делаете, что беспрерывно меня оскорбляете!
   Испанец коснулся пальцами щеки и криво усмехнулся.
   – Кое-кто начал родственный разговор с того, что обвинил меня в самозванстве! Ну что ж, благодаря пощечине я вполне верю, что вы женщина…
   Потому что мужчина бы ударил иначе? Нати мысленно поблагодарила себя и Господа, что она не провела свой любимый прямой удар в нос.
   – У меня сейчас нет времени, да и настроения уточнять степень нашего родства, – продолжил Алонсо. – Возможно, позже, если у меня появится такое желание…
   Уже выходя, Нати услышала вслед его бормотание:
   – Как много развелось родственников!..
   Вместо того чтобы отправить ее в трюм к остальным пленным, намаявшийся солдат по приказу дона де Аламеда запер ее в каюте по соседству. Куда меньшего размера и меньшей роскоши, чем адмиральская, она все же превосходила каюту Лиса. Да и то сказать, фрегат – это вам не шхуна… Нати приготовилась терпеливо ждать: пока она сделала что могла.
   А ведь она даже не успела расспросить Алонсо об отце…
* * *
   В трюме меж тем разгорались страсти. Обеспокоенные выходкой Нэтти корсары поначалу строили различные версии дальнейшей судьбы юнги и вариантов его смерти от рук испанцев: своя-то гибель отодвинулась до прибытия на берега Мэйна. Если, конечно, не подвернется возможность и вовсе избежать встречи с ней…
   Лис вступил в долгие и многоречивые переговоры с охранником, ближе всех находившимся к решетке люка. Испанец поначалу высокомерно не обращал внимания на его призывы, потом принялся ругаться на приставалу и пригрозил как следует отделать его, если тот не заткнется. Лис отстал, но ненадолго: посулил гинею, оставшуюся после обыска, если солдат сообщит о судьбе юнги-француза.
   Корсары слушали проклятия, обрушившиеся на их головы.
   – Согласится? – тихонько спросил Реми.
   Лис хмыкнул:
   – Конечно! Мысленно он уже положил гинею в свой кошелек и побоится, что я попробую договориться с кем-нибудь другим.
   Спустя час сапоги испанца остановились прямо на решетке люка.
   – Эй, rojo!
   Лис подошел и задрал голову. Солдат, наклонившись, делал вид, что поправляет сапог. Продолжил негромко:
   – Давай-ка сюда свою гинею!
   – Давай-ка сюда свою новость! – отозвался Лис с готовностью.
   – Покажи ее, – настаивал часовой. – И побыстрее!
   Корсары приподняли капитана, так что пальцы, в которых была зажата гинея, проникли сквозь решетку. Испанец выдохнул речитативом:
   – Адмирал долго говорил с мальчишкой, а потом велел запереть в гостевой каюте! – и выхватил из пальцев Лиса монету.
   – Что там, Педро? – услышал Фокс голос второго часового. – Las ladrones шумят?
   – Да не особо… Сапог вон, похоже, прохудился, – и солдат с кряхтением выпрямился.
   Лиса опустили вниз, и корсары переглянулись.
   – И что это значит? – озвучил всеобщее недоумение Джонни. Взгляды устремились на капитана. Тот пожал плечами.
   – Нэтти как-то не успел посвятить меня в свои планы!
   Обсуждение пошло по новой. Берни втихомолку следил за мрачнеющим капитаном. Наконец все угомонились. Часть философски решила, что близкая смерть отдыха не отменяет, и завалилась поспать. Часть играла в сохранившиеся у кого-то карты, азартно проигрывая и выигрывая будущую добычу. Лис рассеянно следил за игроками. Счет уже пошел на миллионы, когда пробравшийся к капитану Берни тронул его за плечо. Лис тихо отозвался на немой вопрос в глазах первого помощника:
   – Я ведь, грешным делом, подумал… У Нэтти в рукавах по ножу. Но раз так… Ты ведь понял, что он тогда кричал?
   – Да. Думаешь?.. Кто-то ведь заманил Люссана и нас в эту ловушку…
   Фокс вздохнул.
   – Я слишком много думаю… Но по крайней мере одной головной болью меньше – за Нэтти можно не беспокоиться.
* * *
   – Тебе сказано привести себя в порядок. – Слуга (слуга, не солдат!) отчетливо и медленно выговаривал слова – боялся, юный пират не поймет.
   – Спасибо, – машинально отозвалась Нати. Испанец принес таз с подогретой водой. Наверное, она отвратительно выглядит – а как иначе, когда побываешь в самой гуще боя? Грязь, пороховая гарь; кровь своя и чужая – Нати оттаскивала раненого Себальда в укрытие. Хотя бедняге это все равно не помогло: его просто изрешетило картечью…
   Она засучила рукав и поспешно опустила, пока слуга не увидел ножа. Ножны уже натерли кожу, но Нати решила пока их не снимать: может, не заметят и впредь? Шипя от жжения в ссадинах, вымыла лицо, шею и по мере возможности – руки. Промокнула кожу полотенцем, пальцами разодрала волосы.
   – Все.
   Слуга оглядел ее с отвращением. Нати вздохнула смиренно:
   – Что, наверное, надо еще духами побрызгаться? Так давай, я не против.
   Испанец молча посторонился, пропуская ее в дверь.

   Кажется, ожидается семейный ужин.
   Так решила Нати, войдя в капитанскую каюту. Накрытый стол, хрусталь и серебро, яркие свечи в тяжелых подсвечниках. И никого, кроме адмирала, вставшего при ее появлении. Алонсо учтиво указал на стул из черного дерева.
   – Присаживайтесь, сеньорита!
   Слуга с презрительно оттопыренной губой уложил на ее колени салфетку – видимо, чтобы ее изгвазданные штаны не замарались. Алонсо продолжал непринужденно:
   – Обожаю ужины в семейном кругу – они так редко случаются! А раз вы, сеньорита…
   – Зовите меня Нати, – перебила та, – как вы меня звали в детстве.
   – Ах, ну с тех пор вы немного подросли! Каково же ваше полное имя?
   – Наталия Росио Мария Мартель де Аламеда. Отец называл меня Чио. Скажите, он… жив?
   – Дон де Аламеда скончался пять лет назад, – сказал Алонсо, протягивая руку к блюду с фруктами. – Мармелад из гуаявы превосходен, попробуйте.
   Из-под густых бровей метнул пронзительный взгляд в Нати.
   – Что-то не вижу скорби на вашем лице!
   Нати задумчиво смотрела на мармелад.
   – Не поймите меня неправильно, я и сама не знаю, что чувствую. Всю жизнь я считала, что отец и вы, дон Алонсо, давно погибли. Всего несколько часов назад назвали ваше имя, и я… Ну что ж, я рада, что живы хотя бы вы.
   Спохватившись, она оглянулась на слугу, молчаливой тенью застывшего за ее спиной. Алонсо понял ее взгляд.
   – Не стоит смущаться! Хуан всю жизнь служит нашему дому. Его, без сомнения, можно назвать одним из столпов, на которых держится род де Аламеда. Кстати, может, вы и его помните?
   Нати серьезно нахмурилась. Дон Алонсо наблюдал за ней с интересом.
   – К сожалению, я плохо помню слуг. Дора, моя нянька, она и до сих пор со мной… то есть живет на Омори. Еще я помню повариху, она всегда угощала меня печеньем и давала лизнуть крема, когда я проникала на кухню. Кажется, ее звали… Тереза! Да, так ее звали!
   – Отличная деталь! – похвалил Алонсо.
   Нати поглядела на него внимательно. Кузен был безупречно вежлив, и в то же время в его взгляде, интонации, фразах проскальзывала ирония, почти издевка. Вкусно приготовленная еда неожиданно встала в горле сухим комом. Пришлось запить ее вином, прежде чем Нати сумела произнести, как она сама полагала – с достоинством:
   – Мне кажется, кузен Алонсо, вы мне не верите!
   Получилось с жалобным вызовом. Алонсо растянул губы в улыбке.
   – Что вы… кузина! Мне просто не терпится услышать рассказ о ваших злоключениях!
   – Злоключениях?
   – О том, как вы оказались на Омори. И как вы оказались среди пиратов – тоже.
   Нати принялась очищать апельсин. Нахмурилась.
   – О том, что предшествовало нашему отъезду на Омори, я знаю только со слов матери… Начать с этого?
   – Как вам будет угодно, – любезно отозвался Алонсо.
   Адмирал слушал молча, сложив у губ пальцы; лишь пару раз задал уточняющие вопросы. В целом же у Нати сложилось впечатление, что рассказ об отплытии из Испании и дальнейшей жизни на Омори его нисколько не заинтересовал. Зато вторая часть… Он даже подался вперед, внимая.
   – По вашему повествованию, сеньорита, вас можно счесть жертвой несчастливых обстоятельств!
   От долгого рассказа у нее пересохло в горле, Нати допила бокал. Видимо, вино ударило ей в голову, иначе с чего бы она вдруг стала такой откровенной?
   – Поначалу – да. Но позже… я уже не могу ссылаться на непреодолимые препятствия, кузен. Я осталась с ними добровольно.
   Адмирал откинулся на высокую спинку стула. С его губ сорвалось что-то вроде «ах» или длинного вздоха. Алонсо спросил мягко:
   – Понимаете ли вы, что этим признанием вы сами подписываете себе смертный приговор?
   Нати метнула на него горячий взгляд, на мгновение Алонсо показалось, что он узнает его – упрямый пылкий взгляд маленькой девочки. Но он тут же одернул себя: в темноте все кошки черны…
   – Хотя если вы согласны свидетельствовать в суде о преступных деяниях, которым вы были свидетельницей… думаю, судьи будут смягчены вашим чистосердечным признанием, вашим юным возрастом и вашим полом.
   Нати уставилась на него. Вот уж чего не ожидала! Чтобы она собственными руками, то есть показаниями, топила свою команду?! Понятно, что суд будет чисто номинальным: все корсары, охотящиеся за испанскими кораблями, заочно признаны пиратами и приговорены к смертной казни, но… Шевели-шевели мозгами, Чио, иначе этот адмирал-инквизитор с бархатным голосом заставит тебя плясать под свою дудку!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация