А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Иисус. Человек, ставший богом" (страница 48)

   Последовательный до конца

   Иисус предполагал возможность трагического финала. Он не был наивен. Он знал, что продолжение его служения и упорное проповедование наступления Царства Божьего опасны. Рано или поздно его жизнь прервется смертью. Угрозы исходили с разных сторон. Пока Иисус ходил по галилейским деревням, он, вероятно, мало думал о вторжении в его жизнь Пилата, который в конце концов распял его: его дворец в Кесарии Морской располагался далеко от той крестьянской среды, в которой вращался Иисус. Поначалу он также не видел опасности, которую представляли собой храмовая аристократия саддукеев. Лишь по прибытии в Иерусалим он смог увидеть размах их власти и ощутить враждебность с их стороны39.
   Жаждать достойной и справедливой жизни для обездоленных также было небезопасно. Иисус не мог проповедовать Царство Божье, предполагающее справедливость и сострадание к изгоям и отверженным, не вызывая на себя гнев и гонения тех, кто не был заинтересован в изменении существующего положения ни в политическом строе, ни в храмовой жизни. Невозможно быть солидарным с обездоленными, не ощутив на себе травли со стороны сильных мира сего. Иисус знал, что как Ирод, так и Пилат располагали властью, чтобы предать его смерти. Может быть, угроза, исходящая от римского префекта, была далека, однако произошедшее с Иоанном Крестителем говорило о том, что в любой момент и с ним может случиться то же самое. Все знали, что Иисус – выходец из окружения Иоанна; Антипа видел в нем пророка, продолжавшего линию Крестителя. Иисус не оставался безразличным. Один из источников информирует нас о том, что, узнав о расправе над Крестителем, Иисус удалился в пустынное место. Точно нам ничего об этом не известно40. Произошедшее с Крестителем не было случайностью. Трагическая судьба обычно ожидает всех пророков. Иисус предчувствует, что с ним может произойти то же самое. Он тоже пророк. Согласно распространенному среди иудеев I века представлению, судьба пророка определена: его ждут непонимание, отвержение и гонения41. Не уготована ли Иисусу та же судьба?
   Возможно, уже очень скоро Иисус ощутил неизбежность трагической развязки. Сначала это была лишь вероятность; позднее она превратилась во вполне возможный исход, и, наконец, переросла в уверенность. Трудно жить день за днем, когда на горизонте маячит насильственная смерть. Можем ли мы узнать что-либо о поведении Иисуса? Безусловно, он не был самоубийцей. Он не искал мученичества. Не это было целью его жизни42. Он никогда не желал страданий ни себе, ни другим. Страдание – зло. Вся жизнь Иисуса была направлена на борьбу с ним: с болезнью, несправедливостью, маргинальностью, грехом или отчаянием. Если он и принимает гонения и мученичество, то он делает это, храня верность замыслу Отца, Который не хочет видеть страдания Своих сыновей и дочерей. Поэтому Иисус не идет за смертью, но и не поворачивается к ней спиной. Он не прячется от угроз; не изменяет свою проповедь; не адаптирует ее и не смягчает. Он мог легко избежать смерти. Достаточно было лишь замолчать и не настаивать на том, что могло вызвать раздражение в Храме или во дворце римского префекта. Но он этого не сделал. Он продолжил свой путь. Он предпочитал смерть предательству той миссии, на которую был выбран. Он действовал как сын, преданный своему любимому Отцу. Сохранение верности не означало одного принятия насильственной кончины. Это означало каждодневную жизнь в атмосфере неуверенности и противостояний; невозможность проповедовать Царство Божье, живя в спокойствии и безмятежности; постоянно подвергать себя опасности дискредитации и отвержения.
   В его сознании неизбежно возникал ряд вопросов: как Бог мог призвать его проповедовать наступление Его Царства, а затем допустить крах этой миссии? Разве Бог Сам Себе противоречит? Неужели возможно примирить в сознании его смерть с его служением?43Нужно было обладать большим доверием, чтобы позволить Богу действовать и полностью отдаться в Его руки, несмотря ни на что. Иисус сделал это. В его отношении не было слепой покорности44. Нельзя сказать, что он пассивно шел на поводу у обстоятельств прямо к неминуемой гибели. Он укреплялся в своем служении, продолжая настойчиво проповедовать. Иисус осмелился осуществить свою миссию не только в глухих галилейских деревнях, но и на опасной территории Храма. Его ничто не останавливало.
   Иисус умрет, оставаясь верным Богу, Которому он всегда доверял. Он продолжает радушно принимать грешников и «изгоев», хотя некоторых это раздражает. Если в итоге его отвергнут, он умрет как «отверженный», но его смерть продемонстрирует, чем была вся его жизнь: полным доверием Богу, который не отталкивает и никого не лишает Своего прощения. Он продолжит проповедь обездоленным о Царстве Божьем, отождествляя себя с самыми бедными и презираемыми жителями Империи по мере того, как они будут смущать среду, близкую к римскому правителю. Если однажды его распнут на кресте, предназначенном для бесправных рабов, он умрет как самый бедный и всеми презираемый, однако своей смертью он навсегда запечатлеет свою проповедь о Боге, Защитнике всех бедных, угнетаемых и преследуемых власть имущими. Он будет продолжать любить Бога всем сердцем и не даст никакому «кесарю» или «первосвященнику» то, что принадлежит только Богу. Иисус будет защищать бедняков до конца. Он примет волю Бога, даже если она будет явлена ему в форме мученичества.
   Похоже, у Иисуса не было никаких предсказаний относительно его смерти, богословского объяснения его распятия. Он воспринимал его как логическое следствие своей безусловной отдачи замыслу Бога. Несмотря на боль и страх перед предстоящей мученической кончиной на кресте, Иисус не видел противоречия между установлением Царства Божьего и своим поражением в качестве проповедника и, в конечном счете, Его носителя. Уже после его смерти Царство Божье достигнет своей полноты. Иисус не рассматривал свою смерть в аспекте жертвенности. Он не воспринимал ее как жертву искупления, предложенную Отцу. Это было не в его стиле. Иисус никогда не связывал Царство Божье с храмовым культом; он никогда не воспринимал свое служение замыслу Бога как жертву культа. Было бы странно, если бы он в конце жизни стал прибегать к понятиям из области искупления, чтобы придать смысл своей смерти. Иисус никогда не представлял себе Отца как Бога, желающего его смерти и поражения ради того, чтобы Его честь, оскорбленная грехом, была восстановлена и впредь Он смог бы прощать людей. Он не считает, что его жизнь – это жертвоприношение Отцу, благодаря которому он добьется от Него милости к миру. Отцу совсем не нужно, чтобы кто-то пострадал за Его честь. Его любовь к своим детям безвозмездна; Его прощение безусловно45.
   Иисус понимает свою смерть так же, как он всегда понимал свою жизнь: служение Царству Божьему на благо всем. День за днем он заботился о других; сейчас, если это необходимо, он умрет за них. Его жизнь дышала служением, как и его смерть. Похоже, Иисус хотел, чтобы именно так воспринимали все его деяния: «Я посреди вас, как служащий»46. Таким же он будет и на кресте: как «служащий». Это та характерная его черта, которая все определяет от начала до конца, которая вдохновляет и придает смысл как его жизни, так и смерти. Кроме этого остается добавить лишь его полное доверие Отцу и волю к служению до конца47.
   Какой спасительный оттенок придал Иисус своей смерти? Мог ли он интуитивно чувствовать, какой вклад внесет в Царство Божье его насильственная и полная страданий смерть? При жизни он предлагал «спасение» тем, кто жил в страдании и болезни, «принимал» изгоев общества и религии, дарил безусловное «прощение» Бога грешникам и потерянным людям, не способным снова вступить с Ним в дружбу. Он не только провозглашал жизнь и спасение Божье. Он одновременно и предлагал их. Он делал это, движимый невероятной любовью Бога ко всем. Он осуществлял свое служение, исцеляя, принимая отверженных, благословляя, предлагая безусловное прощение и спасение Божье. Все говорит о том, что он умер так же, как и жил. Его смерть стала последним и высшим служением замыслу Бога, его максимальным вкладом в спасение всех48.

   Рискованное паломничество в Иерусалим

   Был месяц нисан49 30 года. Зимние дожди постепенно прекращались. На холмах Галилеи было заметно пробуждение весны, и уже набухали почки инжирного дерева, что Иисусу все эти годы напоминало о близости прихода Царства Божьего, наделяющего мир новой жизнью. Погода стояла великолепная. Люди готовились совершить в паломничество в Иерусалим для празднования великого праздника Пасхи. Путь из Галилеи занимал около трех или четырех дней пешего хода. Ночь можно было провести под открытым небом без всякого затруднения. К тому же луна росла: в день Пасхи было полнолуние. Иисус объявил своему окружению о принятом решении: он хочет идти в Иерусалим в сопровождении своих учеников и учениц.
   Какие мотивы им руководили? Он просто желал вместе с народом отпраздновать Пасху, как еще один паломник? Он направился в город, ожидая там величественного явления Царства Божьего? Иисус хотел бросить вызов правящей религиозной верхушке Израиля, чтобы вызвать реакцию, которая всех вынудит принять пришествие Бога? Он хотел устроить народу очную ставку, чтобы восстановление Израиля ускорилось? Мы ничего не знаем наверняка50. До сих пор Иисус проповедовал Царство Божье в галилейских деревнях, но его призыв относился ко всему Израилю. Вполне естественно, что в определенный момент он обращается также и к Иерусалиму.
   Это идеальная возможность. Святой город был центром избранного народа: именно сюда обращались взоры и сердца всех рассеянных по миру иудеев. И день выбран самый подходящий. Тысячи паломников из Палестины и всех уголков Империи соберутся здесь, чтобы в течение праздничных Пасхальных дней обновить свою жажду свободы. У учеников, похоже, эта идея вызвала беспокойство. Иисус тоже осознает опасность, которой он подвергает себя в Иерусалиме. Его проповедь может вызвать гнев у правящих иерархов Храма и у римских властей. Однако, несмотря ни на что, Иисус пойдет в Святой город. И уже не вернется.
   Совершая паломничество в Иерусалим, Иисус, по всей вероятности следует по самому восточному пути. Он и его последователи покидают Капернаум, двигаются вдоль реки Иордан, а после того, как пересекут Иерихон, пойдут по дороге, ведущей в вади Кельт, пока не достигнут Масличной горы. Она была лучшим местом для обозрения Святого города во всей его красе и великолепии. Паломники немели и плакали от радости при виде него. Возможно, это уже не первый приход Иисуса в Иерусалим, однако на сей раз все по-другому: в его сердце смешиваются радость и тоска, страх и надежда51. Мы никогда не узнаем, что он пережил. Оставалось всего несколько дней до его распятия.
   С Масличной горы открывается вид на весь город. Вдалеке, на самой возвышенности, виден старинный дворец Ирода с его помпезными залами и садами; он стал местом временного пребывания римского префекта: возможно, Пилат уже здесь, чтобы вблизи наблюдать за проведением праздника Пасхи. Неподалеку можно увидеть резиденцию Антипы, галилейского тетрарха, который обычно всегда присутствовал на подобных массовых празднествах; его дворец напоминал о трагическом прошлом, поскольку здесь жил языческий царь Антиох IV, который причинил много страданий иудеям, преданным Богу. Рядом с этими двумя дворцами располагались роскошные виллы самого богатого района города; здесь жила семья первосвященника Анны и большинство храмовой аристократии. К югу от этого места находились римский театр и цирк, построенные Иродом для того, чтобы Иерусалим был не менее значимым центром, чем другие крупные города Империи. Вполне возможно, Иисус никогда не бывал на улицах этой части города, населенных представителями высшего общества и самыми богатыми и могущественными семьями Иерусалима52. Районы для бедняков и простолюдинов находились в противоположном конце, занимая нижнюю часть города. С Масличной горы не видно столпотворения и суеты, которая там царит. На узких улочках сменяют друг друга всевозможные мастерские, магазины и лавки. Продавцы громогласно предлагают свои товары: ткани, сандалии, туники, парфюмерию, небольшие ювелирные изделия или сувениры святого города. Прилавки с зерном, фруктами и другой сельскохозяйственной продукцией сосредоточились в основном у въезда в город. Нелегко продвигаться сквозь такое скопище людей, занятых закупкой провизии на дни праздников.
   Однако больше всего взгляды паломников привлекала огромная площадь53, где возвышался сияющий святой храм – сложный комплекс зданий, галерей и залов различного назначения. Это был дом Бога! По словам историка Иосифа Флавия, «покрытый со всех сторон тяжёлыми золотыми листами, он блистал на утреннем солнце ярким огненным блеском, ослепительным для глаз, как солнечные лучи. Чужим, прибывавшим на поклонение в Иерусалим, он издали казался покрытым снегом»54. Именно туда они войдут в ближайшие дни, чтобы принести ритуальные жертвы, спеть благодарственные гимны и зарезать барашка для Пасхального ужина. До начала праздников оставалось лишь несколько часов, так что паломники должны были заняться очищением. Условия чистоты были обязательными. Язычники должны были находиться в широком «дворе язычников»; то же самое относилось и к прокаженным, слепым или паралитикам. Женщины будут в «женском дворе», а мужчины – во «дворе для израильтян». Именно оттуда они будут наблюдать за различными ритуалами. Никто из паломников не может вступать на территорию, закрепленную за священниками, где находится жертвенный алтарь. Пред лицом Бога в sancta sanctorum может предстать только первосвященник, единственный посредник между Израилем и Богом.
   Не один человек поинтересовался бы, что это за монументальное здание с четырьмя башнями, виднеющееся на одной из сторон площади и возвышающееся над всеми священными постройками. Речь идет о крепости, воздвигнутой Иродом и называемой в народе Антониевой башней. Согласно Иосифу Флавию, «как храм для города, так и Антония для храма служила цитаделью»55. В ней неусыпно дежурил гарнизон римских солдат, контролируя любые волнения, нарушающие порядок. Наверняка, в какой-то из ее тюрем не один несчастный ожидал своего смертного часа.
   Иисус и его ученики смогли проникнуться атмосферой Иерусалима, только когда вплотную подошли к городу. По всем дорогам тянулась череда паломников. Тиропеонская долина, а также долины Кедрона, Еннома, окружавшие Иерусалим, не могли вместить толпы людей, направлявшихся к входам в город. Народ стал располагаться уже на любом свободном пространстве: у стен, на близлежащих холмах и на Масличной горе. Более ста тысяч паломников примут участие в этих празднествах56. Поскольку общины иудеев находились внутри Римской империи, у них уже не возникало проблем с границами при паломничестве в Иерусалим. Вместе с тем поражающая воображение реконструкция Храма, осуществленная Иродом, служила для паломников новым импульсом. Каждый раз сюда стекалось все больше людей из Египта, Финикии или Сирии; из Македонии, Фессалии или Коринфа; из Памфилии, Сицилии и Вифинии и побережья Черного моря; даже из Рима, столицы Империи. Во время празднования Пасхи Иерусалим превращался в мировую «религиозную столицу» иудейского мира в лоне Римской империи57.
   Скопление такого количества людей в святом городе, сопровождающееся множеством исторических воспоминаний, представляет потенциальную опасность. Встреча стольких братьев, пришедших сюда со всего мира, укрепляет ощущение принадлежности к особому народу, избранному самим Богом. Празднование Пасхи еще более воспламеняет их сердца, когда иудеи вспоминают свое освобождение из рабства фараона. Они полны не только ностальгии, но и надежды. Египет сменился Римом. Заветная земля Яхве уже не страна свободы: теперь ее обитатели – рабы на собственной земле. В эти дни молитвы паломников превращаются в вопль: Бог услышит стоны Своего угнетаемого народа и снова придет освободить их от рабства. Рим прекрасно видит эту угрозу. Поэтому Пилат приезжает на эти дни в Иерусалим, чтобы усилить гарнизон Антониевой башни: необходимо пресечь на корню любое опасное действие, прежде чем оно перекинется в массы паломников58.
   Многие из прибывших поют от радости, что они наконец добрались до Иерусалима после столь долгого путешествия. То же самое делает и окружение Иисуса. Они уже близко от городских ворот. Это последний отрезок пути, и Иисус хотел проделать его верхом на осле, как простой пилигрим, въезжающий в Иерусалим и желающий всем мира. В этот момент, охваченные праздничной атмосферой Пасхи и с нетерпением ожидающие скорого пришествия Царства Божьего, о котором так настойчиво проповедовал Иисус, ученики начинают восторженно приветствовать его59. Одни срезают растущие при дороге ветви и зеленую листву, другие расстилают на его пути свои туники. Они выражают свою веру в Царство и свою благодарность Иисусу. И это не торжественно организованный прием выдающегося и могущественного лица. Это спонтанное чествование со стороны учеников и последователей, пришедших с ним. Нам сообщается, что ему воздают приветствия паломники, «предшествовавшие» ему и «сопровождавшие» его. Возможно, они кричали ему так: «Осанна! Благословен Грядущий во имя Господне!»60
   Действие, совершаемое Иисусом, наверняка намеренное. Его въезд в Иерусалим верхом на осле говорил больше, чем многие слова. Иисус жаждет Царства мира и справедливости для всех, а не империи, построенной на насилии и угнетении. Сидя на маленьком ослике, он предстает пред людьми как пророк, носитель другого, нового порядка, противоположного тому, какой устанавливали римские генералы, ездящие верхом на боевых конях. Его скромный вход в Иерусалим становится сатирой и насмешкой над триумфальными въездами римлян при завоевании городов. Немалое количество людей увидели в действии Иисуса остроумную критику римского префекта, в эти же самые дни прибывшего в Иерусалим верхом на могучем коне, украшенном всеми символами его имперской власти61. Римлянам никак не могло это понравиться. Мы не знаем, какую реакцию могло вызвать символическое действие Иисуса среди того огромного скопища людей. В любом случае этот «антитриумфальный» вход, сопровождаемый приветственными возгласами учеников и учениц Иисуса, был насмешкой, которая могла воодушевить людей. Такое публичное поведение Иисуса, провозглашавшего альтернативное ненасильственное правление, служило достаточным основанием для того, чтобы вынести ему смертный приговор62.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 [48] 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация